Сyclicity of souls

— Значит... Я умер? - тихонько спрашивает юноша, не смея глубоко дышать. Пускай и дыханием это назвать трудно. Грудь не поднимается, в ноздри не попадает воздух, но при этом он дышит. — Да, - кивает кудрявый мальчик, чьи волосы отдают насыщенным салатовым оттенком.       Находясь в ничто, оба парня смотрят друг на друга, с интересом разглядывая необычные черты. С тяжелым выдохом, юноша падает на импровизированный пол, тут же кладя голову на колени. — Что такое? - с любопытством спрашивает второй, видя на лице первого грустную улыбку. — Я так любил его... А он предал меня. Убил. Прикрыв ресницы, он тут же провалился в воспоминания, как в пучину вод. Это лицо, что смеется над ним, теплые руки, что должны были обнимать, теперь толкают за ограждение, а потом полет и мгновение боли. — Ты хотел бы отомстить? Этот едкий голос, кажется на удивлением тихим, словно неизвестное ему существо пытается подстроиться под него. — А разве есть такая возможность? Подняв ресницы, юноша вглядывается в молодое лицо паренька, пока синие сапфиры сверкают в темноте. — Конечно же, хочешь?! — Хочу! Хватаясь за протянутую руку, юноша тут же ощущает его тянут за живот куда-то вниз.       Время внезапно повернуло вспять. Фиолетоволосый парень становится юнее, словно мир поставили на быструю перемотку. Не успел мальчик моргнуть, как родители перед ним держат небольшой сверток с серовласым малышом. — Пик, это Курон, твой младший братик. Вы же будете дружны? — Конечно, мам! Привет Курон! - мальчик расплывается в детской улыбке, сверкая от счастья. Как же он был рад младшему братику, Пик помогал ему во всем. Мальчик пылко бегал под ногами мамы, моля дать ему младшего братика, ведь он присмотрит. И ведь это не ушло с годами, за шесть лет, он ниразу не прогнал его, всегда поддерживал и обучал. Курон даже проникся его искренностью и любовью, но все же у него свои планы. — И долго мне еще так жить? - подняв брови, Курон продолжил ковыряться в песке, словно был занят, на самом деле он говорил с полосатым котом у забора. — Пока не отомстишь, - очень просто отвечает ему животное, тут же сверкая синими глазами и мурлыкая. — Но я даже еще не встречал своего убийцу! Мне что, всю жизнь так жить. На что Кот недовольно мяукает и разворачивается задницей к Курону, виляя хвостом. — Хэй, там твой братик. На это заявление, серовласый мальчик поправляет длинные пряди, забирая их за ухо, и поднимается к коту, дабы посмотреть через забор, кто и что. На улице, в окружении тополей и правда стоял старший брат, а рядом... В глазах помутнело, свалившись с высоты забора, Курон напугал кота до икоты, заставив того спрыгнуть и тут же положить тому лапу на голову. — Ты чего? — Это был он. - спокойно отвечает Курон, тут же стряхивая мягкую лапку кота с головы. На это заявление, полосатый лишь фырчит и уже с наибольшим интересом запрыгивает на заборчик, начиная наблюдать за детьми. Стоило коту отвлечься, как Курон уже выбежал из сада и направился прямо на ребят. Отчаянное простонав, полосатый тут же спрыгивает за мальчиком, направишись за ним. — Пик! А я увидел вас в окно, - фальшиво улыбнувшись, Курон обнял брата, налетев на того и заставив в недоумении обратить на себя внимание. — А, привет Курон. Как ты? - поправив рюкзак, Пик тут же обнял малыша, прижав к себе. — Хорошо, с кем ты говоришь? Переведя пепельный взгляд на невысокого мальчика в очках, Курон тут же заметил пристальный взгляд этого ребенка на себе. — Это мой одноклассник, Куромаку. — Куромаку, рад познакомиться. — А... И я.       Его голос не звучал так уверенно, как хотелось бы. Он впервые видит брата Пика, но при этом испытывает стойкое ощущение дежавю. Эти серые волосы, эти глаза, улыбка: все в этом человеке выдает того, кого видел когда-то давно...       Прошло столько времени, что Курон уже привык и к школе, и к брату и к тому, что в его классе учиться убийца... Все то время, пока он рос, он вынашивал план мести. Все больше он замечал за братом этого типа и то, как тот втирается в доверие. Пику семнадцать, Куромаку семнадцать, а Курону четырнадцать, благодаря этому мальчик пошел учиться в ту же школу, что и Пик и уже отсюда он узнал, что у Куромаку тайные чувства к Пику. А это в свою очередь послужило толчком к мести и смену планов. — Джо, я дома!       Кинув рюкзак под стол, Курон прошел к себе в комнату, тут же проходя мимо стеллажей с книгами, направляясь к окну. На подоконнике, словно с помощью магии, появляется котик, что с довольным мурчанием ластится к рукам человекам. — Я думал ты не придеш-шь - специально наигранно шипит названный Джо, и приоткрывая сапфировые глазенки, смотрит на ухмылку серого. — Ты чего удумал? - уже на полном серьёзе спрашивает кот, поднимаясь на все четыре лапы. — Да так... Куромаку влюбился в Пика! Ахах! Смешок вышел достаточно громким, отчего он тут бе прикрыл рот и захихикал в руку. — И я уверен, он его убьет так же, как и меня. — Уверен? А если он просто любит его? — Джокер, если он уже убил меня, то почему он не может сделать этого с Пиком. А он не достоен смерти... Добавляет Курон, тут же вынимая из кармана фотографии. Не зря же он состоит в клубе фотографий, и потому свободно может пользоваться проявителем. — Итак, смотри! - разложив все картинки перед котом, Курон начал воодушевленно обо всем рассказывать. — Вот он - Курон показывает на одну фотографию, - просит Пика проводить его до школы, тут просит попробовать новое печенье, которое кстати не очень, - не упускает момента съязвить мальчик. - Потом, он постоянно делает за него домашние задание, и ходит по пятам! Точно влюбился! — Ну и что? Джокер все еще недоумевал, что на уме у этого дитя, что совсем сбился с мысли. — А то, что для него будет превеликое горе, если Пик его отвергнет и я устрою все так, чтобы Пик сторонился его за километр.       Округлив глазенки, полосатый кот нежно заурчал, высказывая свое удовлетворение от случившегося. Ему нравился этот настрой у Курона, ведь убийца должен понести соответствующее наказание.       План мести начал понемногу испольняться, Курон делал все, чтобы вызвать у Пика отвращение к этой персоне, под имене Куромаку. Таким образом, однажды, пока Куромаку гулял по парку и читал любимую книгу Пика, что взял у него на днях, Курон следовал за ним. Чтобы отвлечь Куро, пришлось задействовать и Джо, что с неохотой согласился залезть в пакет и громко мяукать, привлекая внимание всех неравнодушных. Пока парень в ужасе пытался понять, как помочь пленнику пакета, Курон одним проворным толчком сбросил несчастную книгу в фонтан. Сказать, что Пик был расстроен, ничего не сказать. Он был разочарован в Куромаку, в его беспечности и неуклюжести.       Впрочем, это только начало. Ловким движением, Курон подменял хорошие печенья на плохие; исправлял домашние задания, чтобы Пику ставили плохие оценки, и всячески портил Куромаку жизнь. Дошло до того, что его самооценка упала так сильно, что он не хотел выходить из дома. Ведь не только на личном фронте неудача, в школе началась массовая травля от того, что кто-то распустил слухи про него и его жизнь.       За всем этим стоял Курон, что счастливо улыбался, смотря на все провалы Куромаку. Единственный, кто мог помочь, это Пик и Куромаку хватался за него, как за спасительную соломку. — Пик, я хочу поговорить с тобой. - осевшим от хрипоты голосом, попросил Куромаку. От этого безнадежья в глазах, Пик согласился выслушать его, но все попытки высказаться он присек на корню. — Я не люблю тебя Куромаку. Возможно когда-то между нами и была искра, но не сейчас. — Но как же... Пик! Попытка догнать увенчалась лишь падением в цветы и слезами на глазах. Ну почему небо в такой день такое яркое, почему поле и бутоны цветов расцветают под лучами солнца, а Куромаку суждено гнить в тени. Он потерял все... Все что так ценил и любил.       Издалека за этим наблюдали два синих глаза, изучая состояние Куромаку. Глянув на Курона, что удовлетворенно улыбался смотря на плачущего юношу, и тут же содрогнулся от такого оскала. — И так, твоя месть свершилась? — Еще нет... Терпение мой друг... Чего ожидал Курон, Джо понял слишком поздно, ведь сейчас они наблюдали совсем иную картину.       Дождь, тёмные облака и ночь. Настолько беспроглядная, что если бы ни фары машин и фонари на обочине шоссе, то ничего не было бы видно. Стоя в синим дождевике на мосту, Курон внимательно наблюдал за промокшим до нитки Куромаку. Мелко дрожа, он всматривался куда-то во тьму, ведь тяжело было расставаться со столь полюбившейся жизнью. — Как-то даже, мне тебя жаль стало. - проговаривает Курон, подходя ближе и заставляя Куромаку оступиться, но не соскользнуть, благодаря пальцам, что впились в ограждение. — Т-ты? Чего ты тут забыл?! Со всей злобой, Куромаку оголил клыки и встав на мост полными ступнями, пошел к Курону. — Хотел посмотреть на тебя и на свою месть.       Джокер лишь тихо чихнул от попавшей на нос воды, его темный дождевик защищал его не только от дождя, но и от чужих глаз. — Месть? О чем ты?? В груди все защипало, и снова это чувство дежавю. Словно это все когда-то было, и Курона он знал, но когда... — За то, что ты разрушил мою жизнь! Потребовалось всего два шага, чтобы подойти к Куромаку и ткнуть в его, мокрую от капель дождя, грудь. — Я всего лишь хотел твоей любви! Но ты убил меня! Это хуже предательства! Отчего вдруг на щеках сырость? Он же под копюшоном, так почему лицо все горит. И в легких жар, словно кто-то раздувает пламя и всё так противно, и хочется просто кричать в пустоту. — Я не убивал тебя! - отчего вдруг Куромаку так уверен в этом, ведь все происходящее казалось бредом сумашедшего. — Убил! Столкнул под машины с трассы! Голос задрожал от скопления слез в горле, пальцы сами собой схватили за рубашку Куромаку, начиная трясти того за плечи. — Я делал все! Все ради тебя! А ты сбросил меня, как лишний груз. Внезапно в голове Куромаку резко стало пусто, а после звон колокольчика. Такой звонкий, но при этом незаметный. Он позволил раскрыть глаза и наконец увидеть правду, горькую, но верную. Оттолкнув от себя Курона, что поскользнулся и упал на спину,Куромаку встал над ним, заслонив собой его от капель дождя. В темноте, освещаемой лишь светом от фонаря, Куро выглядел тенью, что вот-вот поглотит паренька. Мокрые волосы прилипли ко лбу, отчего они казались ещё серее обычного. — Ты ходил за мной хвостом! Ты мешался под моими ногами, хотя я тебе намекал, что я тебя не люблю! Но ты продолжал! А когда я наконец высказал тебе это в лицо, ты пришел на шоссе! Это были не просто слова, это был крик, крик пытающийся донести до Курона правду. — Я пытался тебе помочь, но ты выскользнул у меня из рук! Ты не удержался из-за дождя и сорвался вниз! Сердце участило свое биение, отдавалось в уши и в голову, отчего оглушало и заставляло заплакать, надрываться в крике от истерики. — Нет!! НЕТ! ТЫ НИЧЕГО НЕ ПЫТАЛСЯ! ТЫ УБИЛ МЕНЯ! - руками он закрылся от всего мира, хотелось заснуть, заснуть и не проснуться.       И внезапно Курон оглох. Разве оглох? Подняв красные глаза на Джо, Курон понял, что сидит на полу черноты, нет дождя, нет шума машин, нет Куромаку. Курон вспомнил. Вспомнил все свои грехи и то, как умер по своей же вине. Хотелось домой, туда где его обнимут, успокоят. — Вспомнил? Бережно спрашивает Джокер, поправляя свои салатовые кудряшки. Ответом ему послужил небрежный кивок, будто отмахивается от него. Впрочем, это Джо никак не удивило.       Пройдя к нему ближе, он ладонью, в зеленой перчатке, докосается до его головы, тут же вынимая голубой светящийся шарик сожаления. — Тебе пора на покой, заблудшая душа. Этот голос звучит колыбелью, нежный и бархатный, он растворяет разум. И вправду, вскоре от плачущего комочка не остаётся ничего, кроме голубого шарика в руках Джокера.