Быть сестрой героя

Укутанное мрачными тучами небо, пронзительно завывающий ветер и повсюду торчащие кресты могли означать лишь одно. Мы находились на кладбище. —Это второй этап испытания?—недоверчиво поинтересовался Седрик, оглядываясь по сторонам. Я пожала плечами и поближе подошла к железному котлу, стоящему посреди кладбища, мысленно надеясь на то, что это не ловушка, а задание, связанное с приготовлением зелья. Как говорится, надежда умирает последней. —Лекс,—испуганно произнёс Гарри.—Нам срочно нужно вернуться к кубку. —Что? Почему?—настороженно спросила я, уже опасаясь услышать ответ. Гарри молча указал на выгравированное на одной из плит имя. Том Реддл Вот мы попали... Надо было остановить их тогда. Нельзя было приближаться к кубку. —Почему у вас такие лица?—не понял Седрик.—Кто такой Том Реддл? Протяжный скрип заставил нас вздрогнуть и резко обернуться. Вдруг Гарри упал на колени и сжал голову руками. Я подбежала к нему и уселась рядом, пытаясь хоть как-то ослабить боль, несмотря на внутреннее пульсирующее ощущение тревоги. —Убей лишнего,—сказал высокий холодный голос, раздавшийся из неоткуда. —Авада Кедавра! Вспыхнул зелёный свет, и что-то тяжело упало рядом со мной. Я повернула голову в ту сторону, ожидая увидеть свалившийся могильный крест, и недоверчиво уставилась на лицо Седрика, которое застыло с выражением полного удивления на лице. Его рот был слегка приоткрыт, а безжизненные глаза смотрели прямо на небо. Его...больше нет. Просто так. Меньше, чем за секунду. Не в силах оторвать глаз от мертвого тела, я стояла как вкопанная. Я знала,что надо бежать. Я знала, что надо хотя бы достать палочку. Но я не могла пошевелиться даже пальцем. Всё тело будто вросло в землю и я лишь наблюдала за тем, как Петтигрю привязывает Гарри к основанию памятника, а затем приближается ко мне. —Вот мы и встретились вновь,—произнес он, вытирая слюни с губ. Веревки сомкнули и мои плечи. Теперь я находилась напротив Гарри, которого не отпускала головная боль. За несколько метров от него. Лишь оказавшись привязанной, я обрела дар речи и необходимую возможность дышать. —Хвост,—угрожающе прошипела я. Петтигрю вздрогнул и замешкался. Он явно боялся меня. —Делай, что велено,—скомандовал тот же высокий и холодный голос, который, как я уже догадалась, принадлежал Волан-де-морту. А вернее, одному из его временных обличий. Питер подпрыгнул от неожиданности и поспешно вытащил из кармана старую рваную тряпку, засовывая её мне в рот. Комок в горле резко подскочил, и я еле остановила приступ тошноты, пытаясь активно дышать через нос. К сожалению, оставаться в сознании с вонючей тряпкой во рту было очень сложно, поэтому все телодвижения, производимые Петтигрю у котла для меня были ужасно расплывчатыми. Единственное,что я понимала в тот момент – ничем хорошим это всё не закончится. Наконец, мне удалось избавиться от противной тряпки и я впилась глазами в предателя —Кость отца, отданная по незнанию,—провозгласил он. Находящееся в котле зелья активно забурлело и чуть не вывалилось наружу. —Плоть слуги, отданная добровольно! Петтигрю вытянул перед собой правую руку и со всей силы прошёлся кинжалом по ней. От отвращения я на мгновение прикрыла глаза. —И кровь врага, взятая насильно,—загадочно проговорил Питер и пошел в сторону Гарри, который явно был не в силах сопротивляться. Резким движением Петтигрю полоснул кинжалом по его руке, собирая кровь, а затем развернулся в мою сторону. Возможно, я бы попыталась защититься. Возможно, я бы попыталась стукнуть его ногой. Но я лишь испепеляюще смотрела сквозь него, понимая, что моя кровь лишь пожелание Реддла. Зелье будет готово и без неё, а значит – сопротивление бессмысленно. Нож медленно прошёлся по моей коже, и я приложила все силы, чтобы не закричать. Котел кипел, разбрасывая алмазные искры во все стороны, настолько ослепительно яркие, что все вокруг превращалось в бархатистую черноту. И вдруг искры погасли. Вместо этого из котла вырвался поток белого пара, на мгновение сметая все перед нами. Какое-то противное существо упало на землю, медленно трансформируясь. Лишь спустя минуту я смогла узнать в этом монстре Волан-де-морта в его истинном обличие. Вот и всё. Во рту пересохло от страха, а тело пробила бешеная дрожь. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щелочки, горели в темноте еще пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперед руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на Петтигрю, ни на Гарри, ни на меня. Волан-де-морт запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил ее, а потом поднял и направил на Хвоста. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника, к которому был привязан Гарри. Всхлипы и стоны стали громче. Волан-де-Морт поднял свои багровые глаза на Гарри и засмеялся пронзительным, ледяным смехом. Меня он до сих пор не видел. Хвост обернул свой обрубок мантией, и теперь она блестела от пропитавшей ее крови. — Милорд… — задыхаясь, простонал он, — милорд… вы обещали… вы же обещали… — Протяни руку, — процедил небрежно Волан-де-Морт. — Хозяин… спасибо, хозяин… Хвост протянул свой окровавленный обрубок, но Волан-де-Морт снова захохотал: — Другую руку, Хвост. — Хозяин, пожалуйста… пожалуйста… Волан-де-Морт наклонился над своим слугой, дернул вперед его левую руку и одним движением задрал рукав мантии выше локтя. Там красовалась Черная метка. Изысканная и ужасная, гипнотизирующая и неотвратимая. — Она снова здесь, — тихо произнес он, — они снова ее заметят… теперь мы посмотрим… теперь мы узнаем… О чем он говорит? Он хочет позвать сюда Пожирателей? И для чего? Отметить новый день рождения или наших с Гарри похорон? —Ты, Гарри Поттер, стоишь на останках моего покойного отца, — тихо прошипел Волан-де-морт. — Он был маглом и дураком… как и твоя дорогая мамочка. Но они оба пригодились нам, не правда ли? Твоя мать погибла, защищая тебя… а я сам убил своего отца, и посмотри, как он мне помог, уже будучи покойником… Воздух внезапно наполнился шорохом плащей. Между могилами, за тисом, в каждом темном месте аппарировали волшебники. Все они были в капюшонах и масках. И один за другим они двинулись вперед... медленно, осторожно, словно не веря своим глазам, Волдеморт молча стоял, ожидая их. Затем один из Пожирателей Смерти упал на колени, подполз к Волдеморту и поцеловал край его черной мантии. — Хозяин… Хозяин… — пробормотал он. Пожиратели Смерти позади него сделали то же самое, каждый из них приблизился к Волдеморту на коленях и поцеловал его мантию, прежде чем отступить и встать, образуя безмолвный круг, окружавший могилу Тома Реддла. —Добро пожаловать, Пожиратели смерти, — тихо сказал Волан-де-Морт. — Тринадцать лет… прошло тринадцать лет со дня нашей последней встречи. И все же вы ответили на мой зов будто это было вчера… значит, нас всех по-прежнему объединяет Черная Метка? Или нет? Он снова запрокинул к небу свое ужасное лицо и с шумом втянул воздух. Его щелочки-ноздри раздулись. — Я чую вину, — произнес он. — Воздух насквозь провонял виной. Здесь у нас не хватает шестерых… Трое погибли, служа мне. Один побоялся вернуться… он пожалеет об этом. Один, я думаю, покинул меня навсегда… он, конечно, будет убит… и еще один, самый верный мой слуга, который снова служит мне верой и правдой. Один из Пожирателей смерти неожиданно бросился вперед и рухнул к ногам Волан-де-Морта. Тело его сотрясала дрожь. — Хозяин! — крикнул он. — Хозяин, прости меня! Прости нас всех! Волан-де-Морт с хохотом поднял палочку и произнес: — Круцио! Пожиратель смерти начал извиваться и кричать от боли. —Встань, Эйвери, — тихо сказал Волан-де-Морт. — Встань. Ты просил прощения? Я не прощаю. И я ничего не забываю. Тринадцать долгих лет… Тринадцать лет верной службы — и тогда, может быть, я вас прощу… Пожиратели смерти зашевелились. Я видела, как они сквозь маски бросают взгляды друг на друга. —А вот Хвост уже оплатил часть своего долга, правда, Хвост? Волан-де-морт быстрым движением обновил свою палочку и резко ею взмахнул. Теперь на месте кровавого обрубка красовалась новая рука. Хвост вновь рассыпался в благодарностях. У меня было такое ощущение, что дай ему волю, он и пятки своему хозяину оближет. Поскольку проблем с визуализацией и воображением у меня не было никогда, подобная картинка достаточно отчётливо всплыла в моей голове и я не сумела сдержать предательский смешок, который в гнетущей тишине привлек чересчур много внимания. Волан-де-морт угрожающе развернулся на меня, а затем, узнав, расплылся в хищной улыбке. —Подожди своей очереди, малыш. Для начала я хочу поговорить с твоим братом. Парой резких шагов он приблизился к измученному Гарри, с лютой ненавистью смотревшего на него. Я и не думала, что мой брат может так на кого-то смотреть. —Его называли причиной моего падения? — тихо произнес Волан-де-Морт. Он перевел свои красные глаза на Гарри. — Вам известно, что в ночь, когда я потерял свою силу и свое тело, я хотел убить его. Его мать погибла, пытаясь спасти его… и невольно дала ему защиту, которой, признаюсь, я не предусмотрел… Я не мог дотронуться до него. Волан-де-Морт поднял длинный белый палец и поднес его к щеке Гарри. — Его мать оставила на нем след своей жертвы… Это очень древняя магия, и я должен был вспомнить… глупо было не подумать об этом… но это неважно, теперь я могу прикоснуться к нему. Волан-де-морт продолжал медленно водить по щеке Гарри. — Убери руки от моего брата, черт возьми! Я закричала прежде, чем успела подумать о том, стоило ли привлекать к себе ещё большее внимание Волдеморта,пока он оставил меня в покое. Но в этот раз тот на меня даже не взглянул. —Именно этот противный мальчишка посмел помешать мне уже четыре раза. Но теперь он отплатит. Волдеморт медленно двинулся вперед и повернулся лицом к Гарри. Он поднял палочку. —Круцио! —Нет! Мой крик перекрыл крик Гарри, когда он беспомощно корчился у статуи, его глаза были закрыты, а челюсть раскрыта настолько широко, насколько это было возможно в его агонии. Я громко рыдала при виде мучений моего брата. А потом заклинание исчезло. Гарри безвольно повис на веревках, связывающих его с надгробием отца Волдеморта, глядя в эти ярко-красные глаза сквозь туман. Ночь зазвенела смехом Пожирателей Смерти. —Вы видите, я думаю, как глупо было предположить, что этот мальчик когда-либо мог быть сильнее меня, — сказал Волдеморт. — Но я хочу, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Гарри Поттер ускользнул от меня по счастливой случайности. И теперь я собираюсь доказать свою силу, убив его, здесь и сейчас, на глазах у всех, когда нет Дамблдора, чтобы помочь ему, и ни одна мать не умрет за него. Я дам ему шанс. Ему будет позволено сражаться, и у вас не останется никаких сомнений, кто из нас сильнее. Но вам придется немного подождать. Волан-де-морт перевел взгляд на меня. —Потому что у нас есть еще один гость. Медленно, будто пантера подкрадывается к своей добыче, он подошёл ко мне —Александра Поттер. Сестра героя, благородного гриффиндорца, мальчика, который выжил, одним словом, избранного. И при всём этом, слизеринка. Он легонько провел рукой по моей щеке. —Не хватает лишь одного,—резким движением он повернул моё лицо так, чтобы сторона со шрамом была ближе к нему. Нащупав пластырь, он хищно улыбнулся. —Ай-яй-яй, не ценишь ты подарков. А я ведь мог тебя убить, но взамен наградил своим знаком. А ты бессовестно скрыла его. Он провел своим кинжалом сквозь пластырь ровно по изгибам моего шрама. Стиснув зубы, я молча наблюдала за ним, пытаясь утихомирить сердцебиение и боль на щеке. Я видела, как Гарри незаметно выпутался из верёвок. Надо потянуть время, чтобы он успел добраться до кубка. Тогда, возможно, мы сможем сбежать. Ну или хотя бы он сможет. —Разве можно так поступать?—наигранно беззаботно поинтересовался он у своих приспешников, которые тут же активно замахали головами. —В таком случае, придётся тебя наказать. Круциатус в этом мне поможет. Это большая честь для тебя. Твой первый круциатус от рук сильнейшего Тёмного Лорда всех времён. Я притворно цокнула, пытаясь продемонстрировать полное безразличие. —Ты не согласна со мной, девчонка?—удивился моей реакции он. —Нет,—четко ответила я, быстро пожалев об этом. Ну что ж, обратной дороги нет. Если выбрала этот путь, то надо идти до конца. Даже если конец – смерть. —Неужели сильнейший Тёмный Лорд всех времен не смог бы придумать нечто более оригинальное и надёжное, чтобы затащить нас сюда, чем подослать сумасшедшего приспешника под оборотным зельем в школу? На секунду ухмылка пропала с лица Волан-де-морта и он задумчиво посмотрел на меня, напрочь забыв о Круциатусе. —Догадалась значит,—еще переваривая эту мысль в своей голове, произнёс он.—Что ж не зря я позволил тебе жить. Ты будешь отличным пополнением в рядах Пожирателей смерти. Северус неплохо постарался над тобой. На этих словах я заметно напряглась. Конечно, я знала, что если он найдет Снейпа, то его мгновенно убьют, но интонация, с которой Волан-де-морт произнёс имя декана, пугала ещё больше. —Я и сама неплохо постаралась над собой,—гордо произнесла я.—Да вот только вступать в твою помешанную шайку я не планирую. На этих словах, окончательно потеряв всё самообладание, Волан-де-морт со всей сдавил мне горло и ключицу, явно что-то сломав. Эх, умирать, так красиво. Вдруг послышался хруст ветки. Всё резко развернулись в сторону раздавшегося звука. Мерлин, Гарри, даже сейчас тебе надо было облажаться! Я опустила голову вниз, смиряясь с поражением, но тут заметила, что при повороте неосторожным движением своей палочки Волан-де-морт освободил от оков и меня. Пользуясь растерянностью Пожирателей, я, шатаясь из стороны в сторону, соскочила с памятника и спряталась за стеной. Гарри, огибая летящие в него со всех сторон проклятия и крепко держа портал в руках, последовал моему примеру. Чего-чего, а скорости ему не занимать. —Держись!—воскликнул он, и я, смахнув кровь со щеки, за секунду до попадания в нас Авады Кедавры схватилась за основание кубка.