Широко закрытыми глазами

Мы с Саньком беседовали ни о чем практически до трех часов ночи. О погоде, о разных новостях в мире. Знаете, особенно приятно, когда с другом можно общаться просто так ни о чем. Это успокаивает, а именно это мне нужно сейчас особенно сильно. Ужин был съеден, а кофе кончался быстро. Я даже помог Саньку убраться в комнате. Если, конечно, разбор свечек можно назвать уборкой. В своем доме он искренне держал собственный "творческий беспорядок". Но было уже поздно. Сильно хотелось спать, но было страшно ложиться. Санек сам едва соображал, все же он работает, режим держать надо. И я бы так и оттягивал момент сна как мог, но когда на диване уже было постелено, а Санек, едва волоча ноги, хотел уйти в крохотную комнату, гордо названную спальней, я просто понял, что не хочу. Каким бы я ни был уставшим, я не хотел закрывать глаза. Не хотел ложиться. Вдруг я проснусь там, откуда меня увезли? И снова будет совсем темно. И все будет точно так же. Ведь все это может быть просто сном, правда ведь? А может, я просто начинаю сходить с ума. - Ты решил не спать? - Санек стоял в проходе, подпирая собой дверной косяк. И в этот момент меня даже не веселила его пижама. Растрепанные черные волосы торчали как им заблагорассудится, на худых руках поблескивали часы. - Я... Санек, я, наверное, просто посижу. - Мне было стыдно смотреть ему в глаза. Вот так вот просто появился, испортил ему все. - Ты завтра работаешь ведь? - Тебе повезло, у меня выходной завтра. - Он просто пожал плечами. Наверное, мы оба сейчас выглядели, мягко говоря, уставшими и вымотанными. - Ну, это круто, - получилось, мягко говоря, без энтузиазма. На что Санек тяжко вздохнул и, подойдя, сел рядом. - Валер, на тебя смотреть больно. Если хочешь, можешь со мной спать. Только если я тебя во сне начну душить или еще что, я не виноват. Ах да, мой друг еще и лунатик. И мне даже удалось увидеть несколько его похождений во сне. В одно из которых пришлось оттаскивать его от входной двери. Но даже учитывая перспективу быть избитым во сне (а драться во сне он тоже любит), все равно этот вариант радовал больше. - Ничего, я все понимаю. - Тогда поднял зад и пошли. Где-то в спальне тихо играл ноутбук. "И я держу равнение, даже целуясь, На скованных одной цепью, Связанных одной целью, Скованных одной цепью" Выключая его, уже садясь на кровать, Санек тихо подпевал. - Можно верить и в отсутствие веры. Можно делать и отсутствие дела. - В сонном виде он всегда напоминал мне персонажа одной детской книжки. Выключающийся ноут еще раз озарил комнату блеклым светом и погас уже окончательно. Приятно все же было знать, что есть друзья. В особенности, к которым можно прийти и получить поддержку. Пусть и специфическую помощь. Я думал, что не смогу сразу уснуть, но едва только голова коснулась подушки, я просто не мог противиться сну. Веки сомкнулись, даже темнота уже не могла пугать своим оскалом. *** Я шел по длинному коридору, не зная куда и не понимая зачем. Было темно. Просто темно, но все же видны были стены. Вокруг был только кафель. Старый, покрытый грязью, он был и на стенах, он был на потолке, он был под ногами. Коридор не хотел кончаться. И я просто шел вперед. - Куда ты, малыш? Знакомый голос проскрипел за спиной. Я обернулся, пытаясь увидеть того, кто сказал это. Нет, я знал, кто это сказал, но... За моей спиной стоял человек. Только вместо лица у него не было ничего. Только ровная кожа, ни глаз, ни рта, ни носа. Блеклые каштановые волосы грязными патлами обрамляли пустоту. Я хотел отступить, хотел бежать, но, оступившись, упал назад. А это чудовище протягивало ко мне руку. Старая, грязная одежда. Порванные клочки футболки свисали лохмотьями. И снова тихо прозвучал скрипучий голос. - Куда ты, малыш? Я пытался отползти, пытался отодвинуться. Но тут вдруг ударился о стену позади. Коридор обратился в глухой угол. Становилось все темнее, темнота медленно подходила, закрывая своими клочками тело чудовища. Да, он именно чудовище. Он не мог быть человеком! - Оставь меня в покое. Зачем я тебе?! Почему я?! Я кричал, но он все равно протягивал ко мне руку. Я просто знал, что она холодна, как и этот кафель. - Куда ты, малыш? Голос повторял эту фразу, словно бы не было ничего другого. Разодранная футболка медленно зашевелилась. Грязная ткань сползала вниз, показывая отметину на груди. Я хотел бежать, но не мог. Вокруг сходилась темнота, за спиной стены, вокруг только стены. Черная отметина на груди раскрылась огромной пастью, которая говорила одни и те же слова. - Куда ты, малыш? Я хотел кричать, я хотел биться в припадке, бежать прочь. На глаза навернулись слезы, чудовище расплывалось перед глазами. Я просто плакал, осознавая свою беспомощность. А чудовище протягивало руку. Пасть на его груди продолжала хрипло спрашивать один и тот же вопрос. Постоянно, без отдыха, спрашивая и спрашивая. - Куда ты, малыш? - Зачем я тебе? - сквозь слезы я мог только спросить это. Била дрожь, бежать было некуда. Не было ни спасения, ни света. Пасть закрылась. Чудовище склонило безликую голову на бок, медленно опуская руку. - Спаси. *** Я не просто сел, я буквально подскочил на постели, судорожно оглядываясь вокруг. Старые стены с изрисованными обоями. С каждой стены на меня смотрели оскаленные змеи. Меня трясло, сердце билось как бешеный молот. В дверном проеме появился взволнованный Санек в одних штанах. - Валер, ты как? - Твоя гребаная комната из меня чуть заику не сделала!! - Живой, - уже спокойно подвел он итог и медленно ушел в комнату. - Завтрак готов, поднимайся. Твоя мать звонила, я сказал, что ты спишь. Скоро опять звонить будет.