Грани.

Он ползал по полу в грязном мотеле, прижимаясь лицом к чистым туфлям, и умолял об одном. Доза. Он просил ещё немного, потому что тело рвало, его крутило, и нестерпимо хотелось почувствовать облегчение. Успокоение. Крепкая рука поднимает его лицо, что трется о штаны, и заставляет встать на ноги. Перед ним дилер, что всегда дает ему то, что он хочет. Нужно только попросить как следует. — Саймон, я… Я на мели, ты же знаешь, я верну, помоги… — голос дрожит и он цепляется пальцами за руку, что крутит его голову, трепетно рассматривает. Мужчина молчит и хлопает ладонью по щеке, пальцем оттягивает нижнюю губу, аккуратно обводя пирсинг. — Даниэль, я всегда с радостью помогу тебе. Он толкает Блу на кровать и отходит к комоду, откуда приносит зеркало и скрученную купюру, что лежит рядом с ровными дорожками. Дальше он просто наблюдает, как белый порошок быстро исчезает. Следом тело стремится к своему спасителю, цепляясь пальцами за ремень на брюках и оттягивая бляшку, трясущимся руками расстёгивая пуговицу. Доминик наклоняет голову, убирает с носа парня остатки порошка и усмехается, аккуратно зачесывая мокрые от пота волосы. Блу знал, что нужно сделать, чтобы его дилер хорошо себя чувствовал, закатывал глаза и стонал, сжимал волосы и не выгонял сразу же из номера. Потому что жить парню тоже негде. Саймон не мог понять, что он каждый вечер пятницы забывает с этим бродягой. Мог трахать девок, но место этого раскладывает на всех плоских поверхностях худое тело, выбивая из него стоны с каждым новым толчком все больше и больше. Любимая картина для Доминика это чужие губы на его члене, что с благодарностью принимают всю плоть сразу же. Это даже эстетически красиво. Он не смотрел на партнеров, когда ему отсасывали. Но на Блу хотелось смотреть постоянно, когда тот жадно облизывает всю длину и правильно берет в рот. От такого зрелища кровь закипает. Саймон перехватывает шею парня и, сжимая ее, толкает того на кровать. Прижимая к подушкам, проводит пальцами по татуировкам на шее и усмехается, когда Даниэль стягивает футболку и открывает себя для горячих поцелуев. Целует его грязно и грубо, сжимает челюсть, чтобы младший шире открыл рот. Он не любит сопротивление. А Блу нравится, когда его берут силой. Тут они очень подходят друг другу. Лишняя одежда летит на пол, теперь Даниэль может полностью рассмотреть голое тело над собой. Он касается плеч и проводит рукой по груди, все как в тумане. Но этот туман ему нравится. Ему вообще все сейчас нравится. Приходит за дозой и получает самого горячего мужчину в Сеуле как бонус. Его ноги разведены в разные стороны, закинуты за крепкие бёдра и дальше только полное удовольствие. Саймон знает, что нужно делать. Он думал, что такая связь это полный пиздец, но оказалось, что этот наркоман и бездомный — лучшая насадка на член. Особенно с таким красивым лицом и телом. Он целует родимое пятно на лице и ловит каждый его вздох. Даниэль становится с каждым толчком все громче и громче, пока безжалостно царапает его спину. Он скажет парням, что переспал с красоткой. И даже не обманет. Это и есть его самая верная и самая сексуальная красотка. Саймон особенно любит его стоны, когда тот сам насаживается на член, любит с силой бить по заднице и слышать жалобное «ещё» на английском. Он переносит горячее тело к комоду, где рвет пакетик с кокаином и быстро утыкает Блу лицом прямо в белый порошок. Парня распирает от члена и новой дозы. Он цепляется за сильные плечи и целует в губы. Слюна смешивается с наркотиком, оргазм переходит в трип. Наутро Блу уже один. Всегда просыпается один. На столе пакетик, который он растянет на семь дней, чтобы вернуться в номер отеля и снова умолять у ног. Хоть он может получить свою дозу и без унижений, но им обоим нравится знать, что они зависимы друг от друга.