sur la côte

На освещённой фонарями улице, стоял третий мотоцикл. Юнги бы и не обратил на это внимание, но недавний разговор с Джимом так и наводил на мысль о том, что приехал Чонгук. Если по итогу младший никуда не улетал, а просто залёг на дно, то почему он не мог приехать в свой домик. Юнги не знал, что делать. Хочется поведать всё друзьям и вместе решить как быть дальше. Хотя и так понятно, что они сразу бы рванули к дому бывшего друга для подтверждения своих догадок. Закрыв глаза, Юнги присел на пол, разглядывая маленькие трещины на паркете. Такие же трещины имеются на душе. Только вот паркет можно отреставрировать, а вот с душой так не получится. Мысли о Чонгуке не выходят из головы ни на секунду. Почему он доверился почти незнакомому человеку, а не близким и родным. Может думал, что они поднимут шумиху, а он этого не хотел. Всё так сложно. Возможно когда-то родной человек находится в десяти шагах от них, а они и не подозревают. Точнее подозревает только один, а другие знать не знают где он. Собравшись с духом, Юнги начинает спускаться по лестнице. Ступенька за ступенькой, ком в горле становится больше. Нужно пиво. Он оглядывает друзей и проходит на кухню, чтобы достать оттуда две бутылки пива. Перед глазами опять окно, а третий мотоцикл до сих пор не исчез. Транспорт, наоборот, как будто увеличился в размерах, дабы старший продолжал обращать на него внимание. Интересно, Джим рассказал о том, что Юнги всё знает? Или решил промолчать, чтобы не беспокоить Чона? Утром этот мотоцикл заметит не только он, но и остальные. Что тогда? Чонгук останется до утра или уедет к рассвету. — Блять, — открывая бутылку пива, Юнги не заметил как порезался о края железной крышки, — какого хуя ты вернулся. — Кто вернулся? , — на кухню зашёл Тэхён и с удивленным взглядом смотрел то на руку Юнги, то в глаза старшему, — ты порезался. Иди промой. — От этого ещё никто не умирал. — Можешь занести инфекцию. Иди промой. — Ладно, зануда, — старший подошёл к раковине и включив слабый напор холодной воды, начал мочить руку. Тэхён не спускал глаз с него. Он догадывается? Вряд ли. Но взгляд говорит сам за себя. Есть вопрос, но он его не задаст. Боится услышать ответ. Порез был несерьёзным, понятное дело, так что быстро вытерев руки, парень пошёл в комнату. Если бы он хоть на секунду задержался рядом с тем, кто больше всего ждёт Чонгука, он бы не смог молчать. — Юнги, ты чего так долго? , -Намджун привстал на локти и повернулся к старшему. — За пивом ходил, — для доказательства Юнги поднял две бутылки и потряс их над головой Джуна. — А нам не захватил, кошмар. Как тебе доверять после такого? Действительно. Как ему доверять после того, как он промолчал, зная всю правду. Он прямо сейчас может сказать всё и быть спокойным, но не может. Не хочет портить вечер. Да, возможно в глубине души они будут рады, что с Чоном всё хорошо, но, зная, что тот никуда не исчезал, а был рядом, парни очень расстроятся. Звук жевания и шелеста пачек чипс немного сокращался. Кто-то уже засыпал, а кто-то решил, что не будет пытаться сидеть через силу и ушёл спать. Один Юнги лежит с кучей мыслей в голове. Дождавшись, пока все уснут, он решил выйти на улицу, освежиться. Сняв куртку с вешалки, он накинул её себе на плечи и тихо приоткрыл незапертую дверь. Тэхён никогда не запирал домик, так как знал, что тут безопасно и закрываться незачем. Завтра днём они уже поедут в город. Выходные как в старые добрые закончатся и все вернётся на свои места. Возможно, Юнги немного успокоится за кучей бумаг на работе и ему будет проще находиться в кругу друзей. Одно волнует, не закроется ли Тэхён опять? Будет ли приезжать на мини-сборы в когда-то любимом кафе или снова парни будут слушать отговорки и узнавать о нём через Хосока? Улица встречает прохладным ветром и тишиной. Только шум волн, иногда перебивает её. Всё также спокойно и тихо. Юнги закрывает глаза и засовывает руки в карманы куртки. Опять воспоминания. В голове всплывают отрывки, как пьяный Намджун решает искупаться голышом и забегает в море, крича о том, как холодно. А Чимин записывает всё на камеру и звонко смеётся. Где-то неподалеку вдоль берега за руки ходят Чонгук с Тэхёном, иногда останавливаясь и медленно целуясь, как будто нет никакого времени и людей возле них тоже нет. Когда они только начали отношения, парни скрывали это от друзей, боясь осуждения с их стороны. И первым кто узнал — Юнги. Он и не думал осуждать. На душе было только одно и это радость. Радость за двух близких ему людей. Весёлый голос Джина и Хосока. Они тогда обсуждали как все семеро могли стать семьёй, ведь все абсолютно разные, но такие одинаковые душой. Почувствовав присутствие человека рядом, Юнги открыл глаза, не сразу переводя взгляд на него. Он уже осознал кто сидит рядом. Также тихо появился, как и исчез. Обида. Вот что он чувствовал, когда увидел кто сидит рядом. Столько всего хотелось ему сказать, но старший молчит и смотрит прямиком на того, кто покинул семью. — Джим сказал, что вы приехали, — голос спокоен как никогда. Повзрослел. Юнги не узнавал его. Чонгук стал шире, мощнее, серьёзнее. — Завтра уезжаем. Если не хочешь, чтобы о твоём возвращении знал кто-то ещё, спрячь байк, — достав руки из карманов, парень встал и начал оттряхиваться от песка. — Юнги, не держи на меня обиду. Я сделал так, как посчитал нужным, — вслед за старшим поднялся Чонгук и пытался выловить взгляд друга, который тот специально уводил то вниз, то на море. — Не хочу это слушать. Лучше бы не возвращался, без тебя уже все привыкли, — вранье летит из уст как правда, но это совсем не так. Юнги хочет задеть, как задело его. Да, обижен. И не собирается кидаться в объятья. — Если бы ты был на моём месте, ты бы сделал то же самое. — Я бы не оказался на твоём месте. Ладно ты нас покинул, но Тэхёна. Ты хоть вспоминал о нём в перерывах между сексом с Джимом? , — грустная ухмылка коснулась лица Юнги и наконец-то в глазах напротив он видит что-то помимо холода. — Это я уже не с тобой буду обсуждать. — Посмей только подойти к Тэхёну. Он только оклемался после твоего исчезновения. Не ломай его снова. Завтра мы уезжаем и надеюсь, ты не решишь устроить всем сюрприз. Никто тебя не ждёт. Не возвращайся в нашу жизнь. Покинь нас так как сделал это пять лет назад. Ты больше нам не нужен. Поставив точку в разговоре, Юнги развернулся и быстрым шагом двигался к дому. Глаза мокнут, вот-вот его прорвёт, но он держится. Проходит мимо любимой Тэхёном яблони. Опять воспоминания. Куда бы он не посмотрел, всё напоминает о том какой была их дружба пять лет назад. Голова нехотя поворачивается к берегу. Стоит. И шагу не сделал к своему дому. Чёртов бесстыдник. Как он посмел вернуться, как ни в чем не бывало после того как совершил такое. Юнги не простит. Зайдя в дом, он тихо прошёл в ванную и закрыв дверь за собой дал волю эмоциям. Слёзы текли сами по себе, рука затыкала рот, чтобы никто не услышал как ему больно. Он сам переживёт это, парней сбережёт. Самое главное для него. Голова становилась ватной от давления. Ноги не держали, подкосившись, он уселся на пол и продолжал одной рукой вытирать слезы, а второй сжимать края куртки, чтобы хоть куда-то выплеснуть свои эмоции. Перед глазами опять счастливые лица тех, кого он хочет защитить и взгляд того кто всё испортил. Над головой Чонгука как предупреждением мигала красная точка, как бы крича «Враг». В таком состоянии Юнги и не заметил как уснул. Лёжа на холодной плитке и с рукой сжимающей куртку в области сердца.

.........................

Громкий звонок на телефоне пробудил Хосока, который с невнятными словами вставал с постели, пытаясь дойти до тумбочки, где и лежало орудие дьявола. — Какого хуя? Девять утра, Соён, — ладонь прилегла ко лбу, а глаза пытались открыться. — Хо, у тебя есть файл с планом постройки кофейни? У меня слетел компьютер, а данные срочно нужны. — План на ноутбуке, а он дома, в отличии от меня. — И что мне делать? — Пойти поспать, блять. Кто в девять утра этим занимается вообще, — положив телефон между ухом и плечом, Хосок стал спускаться по лестнице вниз, раздражаясь ещё больше от яркого солнца, светящего прямо на него. — Я этим занимаюсь в девять утра. Вечером у меня дела, поэтому нужно щас доделать. — Спасибо за информацию, приму к сведению, но это был риторический вопрос. — Как жаль, что мы работаем над одним проектом, — услышав тяжёлый вздох, парень ухмыльнулся и убрав чёлку с лица, присел на кухонный стул. — И я очень рад, Соён-ши. Что за дела вечером? , — искренне интересуясь, спросил Хосок. — Праздную свой день рождения. — У меня видимо были выключены уведомления и я поэтому не увидел приглашение, да? — Нет, я тебя просто не звала. — Ты такая сучка, Соён, за это я тебя и люблю. Как только эта фраза была сказана, Хосок услышал гудки. Сбросила. Улыбка была до ушей. Парень давно влюблён в девушку с которой они ведут проект кофейни. А та каждый раз его отталкивает, то ли боится обжечься, то ли Хосок ей попросту неинтересен. Когда-нибудь он её добьётся, даже если это займёт много времени. Он не пытается показать себя самым милым и хорошим на всей планете. Он такой какой есть. С тупыми шутками, прямолинейностью и навязчивостью, но он не считает это своими минусами — это его изюминка, которая привлекает многих девушек, но, увы, они не похожи на ту, которая ходит с вечно недовольным лицом и закатывает глаза сразу же, как только Хосок заходит в помещение. Он знает, что за этой крепостью скрывается самая добрая душа с прекрасной улыбкой. А улыбку он видел только один раз и после такого зрелища не смог отпустить её. Поставив чайник, парень направился умываться. И дёрнув за ручку как обычно, дверь не открылась. — Ебать, кто у нас тут ещё ранняя пташка? Не услышав ответа, тот попробовал дёрнуть ручку ещё раз и дверь также не открылась. Хосок поднёс кулак к деревянной двери и постучал три раза, но даже после этого никто не ответил. — Алкашня. Развернувшись на пятках, он пошёл смотреть кого не хватает и обойдя все комнаты, понял, что нет Юнги. Вернувшись обратно на кухню, парень захватил нож и отправился к ненавистной двери. Пару поворотов ножом в щели для замка и тадам дверь открыта. Перед глазами скрюченное тело Юнги. — Подъём, алкаш. Ты решил что-то изменить в своей жизни и теперь спишь не на кровати, а на полу в ванной? Интересно придумал. Рука легла на плечо друга и начала слегка качать, тот стал шевелиться и резко кашлять. Хосок стал внимательно наблюдать за старшим, он никогда не видел его в таком состоянии. Что такого могло произойти, чтобы Юнги уснул в ванной, да и ещё с таким опухшим лицом. — Сколько на часах? , — друг поднял голову и стал осматриваться. — Девять. Что с тобой? — А, переборщил с пивом. — Блевал и уснул? — Типа того. Юнги еле держали ноги, как и голова они были ватными. Встреча с Чонгуком как будто была во сне, а не наяву. Как можно быстрее он добрался до окна, ожидая увидеть там как и вчера три мотоцикла, но осталось лишь два. Либо уехал, либо спрятал. Проверять нет никакого желания. Есть только надежда на то, что всё останется как есть. Ноги повели к графину с водой. Вроде не так много пил, но видимо пролитые слёзы осушили весь его организм. Сегодня они уедут и Юнги надеется, что в ближайшее время они сюда не вернутся. — Вы чего так рано проснулись? , — повернув голову, старший увидел Тэхёна, который тёр свои глаза, пытаясь отойти ото сна, — налей мне тоже, пожалуйста. — Хосок разбудил. — Он уснул в туалете, — заходя на кухню, громко сказал Хо и прошёл к чайнику, чтобы сделать кофе, — все ещё спят? — В туалете? , — усмешка вырвалась сама по себе, — Джун вроде в телефон залипал, когда я спускался. — Я сегодня уеду пораньше, нужно кое-куда заехать. — Проект? — Соён, — пропел парень и заулыбался. — До сих пор не оставил её в покое? , — удивился Юнги. — И не собираюсь. Усевшись втроём за стол, они начали обсуждать ближайшие планы. Хосок рассказывал о том какие мысли у него появились для разработки плана кофейни. Юнги рассказывал о дурдоме, который его ждёт на работе, так как он уехал к берегу, оставив нерешенными пару задач. А Тэхён всё внимательно слушал, запоминая этот миг. — Где хавчик? , — к столу присоединился Чимин и следом шёл Намджун, не убирая взгляда от телефона. — Ждёт пока ты его приготовишь, пупсик, — Хосок мило улыбнулся Чимину и продолжил пить прохладную воду. — Хуй с тобой, дома поем. Во сколько мы будем выезжать? — Я думаю можно, когда проснётся Джин, — блокируя телефон, сказал Джун, — он что-то говорил о ветеринарной клинике. Фрэнки нужно на прививки отвезти. — Пойду пока переоденусь тогда, — оставляя всех, Хосок направился к лестнице. Спустя некоторое время после подъёма, солнце уже не так раздражало, а наоборот поднимало настроение. Парень думал о том, какой подарок купить Соён на её праздник. Насчёт букета не задумывался, так как знал, что лучше гортензий для девушки ничего нет. Джин пробудился к 12 часам и бодро встав с кровати, спустился вниз. Парни уже были готовы к отъезду, ждали только его. Но, никто не злился из-за ожидания, все готовились к новой рабочей неделе. Тэхён ворковал с яблоней, пока парни выносили свои рюкзаки и сумки, складывая их в багажник машины Чимина. Хосок уехал незадолго до них, с Джином решил не прощаться так как и так скоро встретятся на совместном обеде в среду. Они всегда это делали и не забрасывали маленькую традицию. Юнги встал возле Тэ и сверлил соседний дом взглядом, продолжая думать о ночной встрече. — Тэхён, а если бы ты встретился с Чонгуком, что бы ты ему сказал? , — переведя взгляд, резко спросил Юнги. — Что скучал и ждал его, — уловив грустный взгляд, старший понял, что сделал всё правильно, не нужно ему знать об этом, — а к чему вопрос? , — Взгляд Тэхёна был вопросительным. Ещё вчера он услышал от Юнги, что кто-то вернулся. Неужели Чонгук? Тэ отмахивается от этой мысли, друг бы рассказал. Зачем ему скрывать эту новость? — Просто сам об этом думал на днях, решил спросить. — Аай, Чимин-а, ты пока отъедешь, мы уже в доме престарелых будем, — Джин с прищуром смотрел в зеркало заднего вида, пытаясь уловить хмурый взгляд Чимина, — Скоро Фрэнки и не понадобится прививка благодаря тебе. — Свали нахуй. Ты мешаешь. Громкий смех Тэхёна и Намджуна, заставили Юнги немного улыбнуться. Рассевшись по машинам, они начали поочерёдно отъезжать все дальше от домика на берегу. А Юнги по прежнему смотрел на отдаляющийся домик Чонгука.