Душевная теплота

Интересно, сколько же сейчас людей во всем Лондоне сидят дома, на своем излюбленном бархатном кресле, покуривая уже наверное десятую сигарету, в пижаме (хоть уже и время обеда) с пледом на плечах, и смотря через оконное стекло, пока по Лондону гуляет неприятно холодный ветер, сметающий все что только можно: дамские шляпки, в сопровождении удивлённых женских возгласов, газета, летевшая прямо с окна кэба, вероятно вылетевшая из рук какого-нибудь господина, и даже письмо из рук почтальона. Мужчине забавно было наблюдать за тем, как совсем молодой паренёк мечется от одного места на другое, пытаясь поднять это самое письмо, с которым решил поиграть ветер. Однако наконец-таки его поймав, сидящему перед окном Шерлоку было уже не столь забавно, когда оказалось, что то самое "неуловимое" письмо было адресовано ему. Нет, конечно была очень маловероятная возможность, что письмо было всё-таки для мисс Хадсон—арендодателя комнаты Шерлока, но буквально через две минуты, письмо было доставлено прямолинейно ему в руки хозяйкой, которая даже не удосужились постучать. Беспредел! —Шерлок! Сколько можно курить?!—демонстративно зажала рукой нос девушка, как только дверь в комнату открылась.—Тебе письмо!—Та положила его на подлокотник кресла, а затем так быстро унесла ноги, будто ее и не было. Спорить было бессмысленно, комната действительно пропиталась дымом, за столь долгое время пока Шерлок вдохновлялся...Ну или по словам Хадсон: «деградировал» сидя на кресле уже какой день подряд. Окно открывать совсем не хотелось, да и болеть тоже, несмотря на то, что у Холмса прекрасный иммунитет, какой он приобрел за то время, когда каждый раз бегал по всему Лондону, раскрывая какое-нибудь заинтересовавшие его дело, совсем не беспокоясь о погоде и теплой одежде. На его бездействие повлияло не только отсутствие интересных дел, но и влияние на него такой погоды: когда вроде холодно, а снега все нет и нет. Холмсу никогда не нравилось начало зимы, да и сама зима впринципе. Однако, несмотря на его не любовь к холодам, мягкие белые кристаллы, падавшие на землю, покрывая ее белым полотном, создавали прекрасную атмосферу. Так что обычно это невероятное явление восполняет отсутствие тепла. Но это было не последнее, что его тревожило. Холмс покрутил письмо в руках, и уже хотел было откинуть его подальше, пока не увидел имя отправителя. Уильям Джеймс Мориарти. Шерлок даже как-то встрепенулся, ещё раз перечитав, чтоб убедится, не словил ли он галлюцинацию. Мориарти должен был вернуться из Бристоля как минимум ещё через неделю. За все время прибывания вдали от Холмса, Уильям писал ему лишь один раз, о том что тот успешно доехал и пообещал детективу, что напишет снова, когда будет возвращаться. Изначально брюнет хотел поехать с ним, но тот убедил его остаться, говоря о том, что это не займет много времени, и он хотел бы сам исправить некоторые дела "преступного лорда". Он был очень настойчив в том, что беспокоится абсолютно не о чем. И Шерлок с горем пополам отпустил его. Но как только Уильям покинул город, детектив почти сразу же пожалел, что все таки оставил Уильяма со своими "делами" одного. Хоть тот и говорил ему, что все будет хорошо, и эти дела действительно пустяковые, Холмс все равно ужасно волновался за его моральное состояние. Но и заставить себя написать письмо тоже не мог. Меньше всего он хотел отвлекать и обременять Мориарти, ведь он понимал, что тому вероятно и так не легко приходится, а тут ещё и он со своим беспокойством. Пока он далеко, лучше пусть думает, что Шерлок не переживает, чем будет ещё один душевный груз для него. Шерлок быстро открыл конверт, откинув его, и с нетерпением начал читать: «Дорогой Шерлок. Как поживаешь? Я управился со всем куда быстрее, чем ожидалось, так что теперь волноваться точно не о чем. Я слышал что в Лондоне все ещё не пошел снег, надеюсь мой приезд все исправит. Завтра же я выезжаю дневным поездом и скорее всего прибуду к двум часам дня. Постараюсь договориться, чтоб это письмо дошло до тебя как можно быстрее. С любовью, Уильям.» Шерлока приятно удивило, что Лиам и правда постарался, чтоб письмо было доставлено с такой быстрой скоростью, учитывая то, что отправлено из другого города оно было только вчера. Тот посмотрел на часы, и в ужасе осознал, что если не поторопится, то не сможет встретить математика подобающе. Только недавно он смотрел на часы и было десять утра, он посмотрел ещё раз, а стрелки передвинулись уже на час дня! Усталость и лень как ветром сдуло, и Шерлок в спешке начал одеваться. Он надел перовое что попалось под руку: темные штаны и теплая кофта, ну а верх состоял лишь из одного пальто с длинным воротником, которое он носил и зимой, и летом. Перед уходом, он наспех сделал более менее аккуратный хвост, хотя сам понимал, что ветер на улице растрепет всю его укладку, и они все равно станут лохматыми. С длинными волосами все же приходится довольно не легко. Подъехав к вокзалу «Паддингтон» он, в первую очередь, обеспокоено посмотрел на огромные часы висящие в зале ожидания. Ему все казалось, что кучер специально ехал медленно, да ещё и самый долгий путь до вокзала выбрал. Каково же было облегчение, когда он понял, что долгожданный поезд прибывает через десять минут. Он был взволнован. Очень взволнован, когда из вагонов начали выходить люди, которые загораживали друг друга. Но вот наконец он видит знакомое очертание: светлые волосы, грациозные движения, мужчина с небольшим чемоданом в руках, в коричневом пальто, и белых перчатках. —Лиам!—кричал уже бежавший на него детектив, отчего Уильям не смог скрыть своей радости и изумления, приподняв брови, а затем расплываясь в мягкой улыбке, как только через несколько секунд его заключают в крепкие объятия. Он тут же смыкает руки на спине Холмса в ответ. Все время пока Уильям находился в Бристоле, он безумно скучал по Шерлоку, поэтому старался исправить бывшие проделки как можно быстрее. И у него это очень даже получилось, но к сожалению у всего есть цена. Приходилось жертвовать своим полноценным сном и отдыхом, отчего тот сейчас чувствовал ужасную усталость, которую пытался скрыть. Главное, что теперь все хорошо. Преступного лорда отныне не существует. —Я так скучал, Шерли.—не хотя отстраняясь, мягким, почти мелодичным голосом говорит Уильям, на что брюнет смотря на него хмурым взглядом, спрашивает —Лиам. Ты вообще спал?— Все таки заметил. А ведь блондин действительно старался сделать вид что свеж как огурчик. Видимо, скрывать что-либо от проницательного Холмса с каждым днём становится все труднее и труднее. И вскоре, тот будет читать его как открытую книгу. Но в целом, он и не возражал. —Да, но...,—он устало вздохнул,—просто хотелось поскорее вернуться. —Так не пойдет!—Шерлок отобрал чемодан Уила, чтобы хоть как-то сбросить его ношу—Я сейчас же провожу тебя до дома, и ты сразу ложишься спать. И даже не смей просыпаться до того, как почувствуешь себя выспавшимся, я спрошу у Льюиса! Такая реакция детектива была уже отнюдь не удивительна для математика, поэтому ему нечего не оставалось, кроме как последовать за ним, сказав в придачу: «Уж Льюис то действительно позаботится об этом.» Пока те ехали до особняка, они сидели друг на против друга, ведя непринуждённую беседу. Но как только у Уильяма уже явно начали закрываться глаза, Шерлок подсел к нему и положил его голову на свое плечо, плавно перебирая в своих тонких пальцах замёрзшие волосы. Как бы детективу не хотелось, но приехав к нужному месту, ему пришлось разбудить Уильяма, и те заплатив, вышли из кэба, в сопровождении ветра направляясь в сторону особняка. Дойдя до главного входа, Уильям повернулся к идущему позади Шерлоку, так что теперь они стояли друг на против друга. На несколько секунд повисло неловкое молчание. Оба хотели так много всего сказать, и никто из них не хотел прощаться именно сейчас. —Я тоже очень скучал по тебе, Лиам—как-то неловко отводя взгляд и приподнимая руку к шеи начал тот. —Я действительно переживал за твое состояние, и как видишь, не зря, но ведь...—он промедлил и ненавязчиво провел пальцами по холодной щеке блондина.—Все хорошо? Лиам вяло, но искренне улыбнулся. —Все хорошо, Шерли. Теперь мы можем спокойно жить и не тревожится по поводу преступного лорда..— В этот момент, он уловил взгляд синевы на своих губах. Прекрасных и обворожительных, как ни у кого другого. Холмс просто физически не мог не проявлять особенного внимания, таким манящим устам, но кажется теперь, видя лёгкую ухмылку Уильяма, ему уже не отвертеться. Он виновато поднял глаза. —Прости. Я действительно рад, что с тебя спало это бремя, и твои слова они так прогревают душу...Но когда ты говоришь, ты просто так прекрасно... —Чшшш...—прислонив к губам Холмса указательный палец, как бы затыкая Шерлока, второй рукой обхватив его шею, Уильям трепетно смотрел на него своими алыми, словно благоухающая роза, глазами, в любимую бездну бесконечного моря, пока их лица становились непроизвольно близко друг к другу. Шерлок обвел талию Мориарти руками, прикрыл глаза, и поддавшись вперёд, обветренные губы сомкнулись в единое целое. Это было простое и мимолетное, но в тоже время и самое желанное прикосновение губ, которое заставило их повторить поцелуй снова, но уже сделав его более сладостным и жарким, даже в такой холод. —Может зайдешь?—чуть отстранившись прошептал Уильям, слегка проведя рукой по растрепанным волосам Шерлока. Почувствовав растаявшую под его пальцами влагу, он устремил свой взор алых глаза к небу. В воздухе начали кружится редкие снежинки.