Еще один Морияма

Любая власть строится на преимуществе. Будь то деньги, связи или физическая сила. Для воронов Эверемора привычной стала последняя. Эту власть держали в руках двое, Рико Морияма и Натаниэль Веснински. Когда речь идет о них двоих, неясно кого ставить на первое место, кажется они неразлучны. Но есть одно «но». Кто еще застал наказания капитана, уже давно позабыли о них, ведь появился кое-кто куда более жуткий. Именно третий номер заставлял всех дрожать от страха, стоит ему только встать рядом с одним из членов команды. Его наказания были всегда жестоки, в какой-то степени извращены и не всегда обоснованы. Взять, к примеру, один случай, когда Веснински было лет тринадцать. Он тогда только начал укреплять свое положение, и тот инцидент ясно дал всем понять, он опасен. Дело происходило в конце очередной тренировке. Первый состав стоял напротив второго, и Рико разбирал все плюсы и минусы игры. Натаниэль стоял рядом, почти не слушая, и скучающе осматривал шеренгу перед ним. Его взгляд зацепился за одного парня. Тот был явно выше Веснински, но его это никак не останавливало, он с детства тренировался с людьми крупнее его самого. Когда парень из строя заметил взгляд третьего номера, он резко дернул головой, чтобы отвернуться. Натаниэля это только позабавило. Он перекинул руку через спину стоящего рядом Рико и уложил ее тому на плечо, затем наклонился к капитану и, приставив второю руку к своему рту, чтобы его шепот точно был услышан, еле слышно произнес «сорок второй брезгливо посмотрел на вас, можно его наказать?» От неожиданности Морияма едва заметно вздрогнул. Он повернул голову в сторону Натаниэля, что смотрел на него щенячьим взглядом, затем на того самого сорок второго, который до сих пор стоял, опустив голову, и смотрел в сторону от первого состава. Увиденное заставило Рико поверить в правдивость слов Ната, поэтому дал согласие. Натаниэлю дважды повторять не надо. Он уже шел в сторону того парня, а его лицо украшала безумная улыбка. Когда до не угодившего ему игрока осталось меньше метра, Натаниэль подпрыгнул и взяв парня за голову уронил его на пол. Прыжок придал больше силы такому приему, в сумме с силой самого Веснински сделало удар просто ужасающим. Кто стоял рядом, мог увидеть капли крови на полу. Натаниэль тут же поднялся, а вот сорок второй продолжал лежать. Он зажмурился от боли, но это совсем не понравилось Нату, и он пнул его в бок. ― И что же нам с тобой делать, ― цокнул третий номер, ногой он поворачивал лицо лежачего, иногда прижимая его к земле плотнее. Теперь даже те, кто стоял поодаль, могли увидеть следы крови, оставшиеся на паркете. ― Такая смазливая мордашка, даже тронуть страшно, ― Натаниэль состроил самое невинное выражение, на которое только был способен, надул губы, приподнял брови. Но лежачий собеседник не мог увидеть этого, потому что снова зажмурил глаза. ― Смотри в глаза, когда с тобой разговаривают, ― перед тем как Нат сказал это, он поставил свою ногу на чужую грудь и дал пощечину сорок второму. ― Да-а, видимо, у тебя серьезные проблемы со зрением. Когда надо, не смотришь, а когда не надо, по своему усмотрению выбираешь взгляд. Даже жалко как-то тебя становится, ― Веснински, уже садясь на грудь лежачего, достал свой небольшой нож из-под носка и начал водить им по чужой щеке. ― Но теперь можешь не переживать, я помогу тебе, ― он издал небольшой смешок и резко провел орудием, что держал в руке, от лба до того места, по которому водил пару секунд назад. Мгновенно лицо игрока окрасилось в крови, а до ушей всех присутствующих дошел душераздирающий крик, ― ну и что ты раскричался? Или хочешь сказать это твоя благодарность мне? Мерзость, ―Натаниэль поднялся с насиженного места, плюнул в лицо раненому и спокойно вернулся обратно, на свое место рядом с Рико. На поле стояла гробовая тишина, и Веснински, не выдержав, спросил, ― может мы продолжим? Почти все было также, как и пару минут назад, первый состав стоял напротив второго, капитан разбирал плюсы и минусы игры. Вот только одно место в длинной колонне было свободно, пол испачкан в крови, все смотрели в пол, а Натаниэль уже не выглядел таким скучающим. Когда тренировка была окончена, все отправились переодеваться. В раздевалке тоже было тихо, никто не разговаривал и даже не перешептывался. Тишину разбавляли лишь шорканье одежды и редкий скрип железных дверец шкафчиков. Когда первый состав закончил все свои дела в этом помещении, они отправились в сторону своих спален. Уже около своей комнаты Рико подал голос. ― Кевин, иди подыши где-нибудь, а ты, Нат, зайди ко мне, ― с этими словами он открыл свою дверь и впустил Натаниэля внутрь. Тот не первый раз был здесь, поэтому не стал тратить время на осматривание окружающей его обстановки и просто сел на кровать Кева. Рико же сел на свою кровать и накрыл правый висок рукой, как будто испытывал ужасные боли в этой области. ― Слушай, я понимаю, что сам разрешил наказать того парня, но не думаешь, что это было слегка чересчур? ― Он посмотрел в глаза Натаниэлю, ожидая его ответа. Но ждать пришлось недолго, тот сразу же ответил. ― Вы не ограничивали меня, ― Нат звучал обиженно, ― к тому же, он почти цел. Если так переживаете о нем, то не волнуйтесь он сможет играть, ― третий номер закатил глаза и сложил руки перед собой, всем своим видом показывая, что ему не нравится этот диалог и то, к чему он может привести. ― Нат, неужели ты обиделся? ― Рико пересел на кровать к Натаниэлю. ― Я вовсе не переживаю за него, слышишь? ― Он взял лицо Веснински в свои ладони, заставляя смотреть на себя. ― У нас достаточно игроков, мы даже не всех на запас отправляем, ничего страшного, если лишимся одного. Но что если это выйдет за приделы, и тебя обвинят в причинении тяжелых телесных? ― Вы же сами говорили, что в контрактах есть пункт, в котором говорится, что мы ни при чем. Я это точно помню. Или вы тогда соврали? ― Я не врал, ― вздохнул Морияма, ― просто, что если ты привыкнешь к этому? Я переживаю за тебя, до остальных мне дела нет. ― Я уже привык к этому, господин. Меня так воспитывали. Я с раннего детства уже учился убивать. Если это слишком для вас, обозначьте границы, потому что сам я вряд ли пойму, чего вы желаете видеть. ― Сначала расскажи, как ты хочешь наказывать, ― Морияма сделал акцент на слове «ты». ― Как говорится, глаз за глаз. Вы сегодня уже увидели, что будет если не так на вас посмотреть. Глаз я не задел, он будет видеть, но шрам точно останется. Если кто-то будет говорить что-то про вас или осуждать, он лишится языка. Если будет подслушивать ваши разговоры, лишится уха. Если коснется вас без разрешения, лишится нерабочей руки. То же будет, если попытаются украсть ваше. Ну и все в таком духе. ― В общем и целом, меня устраивает твоя система, ― после недолгих раздумий ответил Рико, ― но давай кое-что исправим, ― он сделал небольшую паузу, после чего продолжил. ― С взглядом оставим шрам, не больше. Язык я тоже запрещаю отрубать, обойдемся шрамом на губе. Если будут подслушивать, сделай глубокий надрез. На счет кражи и касаний разрешаю максимум лишить мизинца. Это все будет куда проще спрятать чем то, что предложил ты. Когда будем выходить в свет, будем нанимать визажистов, они замаскируют шрамы на лице. А для рук есть перчатки. ― Ваше слово для меня закон, господин. ― Сказал Нат прежде чем отправиться в свою комнату, в которой, скорее всего, сейчас находились Жан и Кевин. Эти двое неплохо так спелись за то время, что Моро числится в команде. Когда Натаниэль зашел в свою спальню, он и впрямь увидел там четных первого состава. Когда его заметили, Дэй молча отправился в свою комнату. Веснински не обратил на это никакого внимания, и просто подошел к своему столу, чтобы сделать домашнее задание. Этот день почти ничем не выделялся среди остальных. Только один парень с подозрением на сотрясение головного мозга проведет следующие несколько дней в кабинете командного врача. *** С того дня общий настрой в Гнезде заметно изменился. Практически не было никого кто нарушал правила, а если и были, то сразу были наказаны. Большинство старалось лишний раз не лезть на рожон из-за страха. Но если все было тихо и спокойно, Натаниэль находил себе жертву и под предлогом наказания за какое-то действие, которое никто кроме него не заметил, игрался с ножом и «провинившимся». В команде появились и те, что с сильным желанием выжить становились шестерками короля и его пса. Но важно отметить, что как только они говорили Рико и Нату о своей готовности служить, выйти из числа приспешников они не могли, это бы считалось предательством. Предавших в Гнезде называли «бескрылыми». Такое название обусловлено тем, что воронят действительно лишали крыльев. Они не могли больше участвовать в играх, на тренировках с них был повышенный спрос, а в свободное время ими могли пользоваться все желающие, чтобы сбросить напряжение. Как ими пользовались это уже другой вопрос. Единственным способом выйти из числа бескрылых считалась смерть, другие варианты были невозможными. Но вернемся к шестеркам. Что это такое и с чем их едят? Шестерки в основном занимаются грязной работой, которую им поручает первый состав. Правда не весь, Жан с Кевином подобным не интересовались. Работа была по типу слежки за претендентами на лишение крыльев или наказаний тех людей, чьи проступки не касались Рико. Либо же касались, но придуманное Натаниэлем наказание он не хотел выполнять сам. Как раз последнее произошло, когда Рико уже было шестнадцать. После очередной тренировки команда отправилась в раздевалку. Рико следил, чтобы те, кто хуже всех показал себя на тренировке, начали убирать тренировочный зал. Это был один из тех моментов, когда Морияма и Веснински разлучались. Этот момент одна из числящихся в команде девушек посчитала удачным для своего плана. Она подошла к капитану. ― Господин, разрешите с вами поговорить, ― начала она. ― Ну говори, я слушаю. Только давай недолго у меня еще дела, ― скучающе ответил Рико. ― Дело в том, мой господин, что вы мне очень нравитесь. Уже долгое время. И я решила все это сказать, потому что знаю, что у нас нет запрета на отношения, как в других командах. Я не прошу взаимностей или чего-то подобного, я понимаю, что наши отношения не могут стать реальностью. Но теперь вы знаете о моих чувствах. Знаете, что вы действительно похожи на человека, с которым я бы хотела прожить до старости в нашем уютном двухэтажном доме, с которым мы бы завели пару детишек и собаку с котом. Но я понимаю, что у меня нет шансов, ― девушка хотела продолжить рассказывать о своих сладких мечтах капитану, но тот прервал ее. ― Правильно понимаешь, ― он собирался уйти, но как только он сделал шаг в сторону, его прервал голос, доносящийся откуда-то сбоку. ― Неужели это все? Повернув голову, Рико увидел Натаниэля, уже идущего к нему. Веснински вернулся на поле, когда понял, что капитана непривычно долго нет. Но когда он увидел его с девушкой, он решил послушать все, о чем расскажет девушка. Третий уже вплотную подошел к первому и в своей привычной манере закинул ему руку на плечо, облокачиваясь. ― Неужели ты ее просто так отпустишь? ― за то время что Натаниэль исполнял обязанности правой руки Рико, они сблизились и теперь Нат общался с ним на «ты» и без «господина». ― Ну да, а в чем проблема? ― Морияма искренне не понимал, что так не понравилось Веснински. ― Начнем с того, что она вообще посмела думать о тебе в таком ключе. Она думала, что вы как минимум с ней на равных. Либо же она полагала, что ты спустишься до ее уровня и останешься с ней внизу. Еще вариант. Она думала, что ты ниже по статусу, чем она, ― с каждой произнесенной версией Натаниэль загибал пальцы, как бы показывая, что он прав и по многим причинам, ― иначе я не могу объяснить, почему она посмела возложить на тебя ответственность за свои чувства. Здравый смысл кричал Рико, что Нат не прав, что его не стоит слушать. Но как не слушать того, кто таким приятным голосом щебечет на ухо. Пусть бредовые, ничем не обоснованные вещи, но продолжает щебетать. Демон на левом плече продолжал уносить его в свои пучины злобы и отвращения ко всему, что не является этим самом демоном. И остатками сознания Рико понимал, что этот путь приведет его только вниз. Но свои сердце и душу он уже отдал Натаниэлю. Своему личному дьяволенку, что всегда подле него. Да и к тому же если выбирать между уродливым здравым смыслом и таким прекрасным рыжим дьяволом, Рико без тени сомнения выберет второе. Он отдаст всего себя в его руки. Пусть он распоряжается им по своему желанию, пусть использует его, главное, чтобы оставался рядом. Морияма может вечно слушать его сладостные речи, вечно думать о нем. Его это никак не пугает. Более того, ему это нравится. К слову о сладостных речах. Натаниэль же не такой человек, чтобы обвинять кого-то просто так. Значит, его задели те слова, что сказала ему эта девушка из команды. Значит, ему не понравилась мысль, что Рико может быть с кем-то, кто не он. Значит, Рико не один ночью перед сном грезит о парне, что вечно с ним. И пока Рико был в своих раздумьях, Натаниэль уже закончил свою речь. Он смотрел на него, ожидая ответа. Он был так близко, но Морияма не может снова уйти в себя. Его дьявол с голубыми глазами ждет его. ― И чего ты хочешь? ― наконец подал голос капитан. ― Твое разрешение. Сегодня я хочу побыть немного загадочным, и не раскрывать подробностей. Обещаю, она останется живой и способной играть. Только разреши, ― Натаниэль умоляюще поднял брови. Рико был слаб перед этим взглядом, поэтому ответ не заставил себя долго ждать. ― Хорошо, разрешаю. И не буду просить подробностей, но только если она и правда сможет играть. ― Спасибо, ― Нат радостно улыбнулся и взял капитана под руку. ― А теперь пошли, мы много времени потеряли. А ты, ― он обратился к девушке, что до этого стояла в стороне, ― в свободное время сегодня оставайся в комнате, я не собираюсь тебя искать. Девушка не знала, что ее ждет. Никто не знал, что можно ожидать от бешеного пса капитана. Шатенка до этого не получала наказаний, и даже не была свидетелем. До нее лишь доходили слухи о жестокости третьего номера. Но слухи же всегда лгут. Только в этот раз их неточность сыграла далеко не в пользу девушки. В свободное время девушка осталась в комнате, как ей и было велено. В комнату без стука зашел Натаниэль. За дверью остались его шестерки. Даже они не знали, что будет происходить дальше. Веснински прошел вглубь комнаты и сел на кровать, облокачиваясь спиной на стену позади него. Он взглянул на соседку провинившийся девушки, что сидела на этой же кровати, и сказал ей проваливать. После того как ненужный свидетель ушел, он пригласил в комнату шестерок, что ждали с наружи. Зашло около семи парней. Натаниэль лишь сказал «развлекайтесь, мальчики, ужин подан» и продолжил выжидающе смотреть. Когда он увидел, что никто не решается сделать и шагу в сторону девушки, он произнес «неужели вам не понравился мой подарок? Сегодня воронята снова лишатся крыльев?» После этих слов парни бросили девушку с кровати, на которой она сидела, на пол и начали ее раздевать. Веснински поставил ноги на кровать, чтобы эти опьяненные экстазом люди не задели его и начал наблюдать. Его лицо не выражало ничего, как, собственно и тело. Даже с бескрылыми так не обращались как с этой девушкой. Семеро на одну. Гнездо сплетено из жестокости и несправедливости. Натаниэль лично проследил, чтобы каждая ветка держалась крепко и не было ни одной, что не подходила под его параметры. В тот день еще один член команды потерял желание жить. Она никого не убивала и не подставляла, она всего лишь призналась в чувствах королю. Веснински было абсолютно плевать на это признание, оно стало причиной проведения эксперимента. Что будет, если человека изнасилует толпа? Как изменится он и его взгляд на мир? Станет ли он преданнее? Сразу результата не увидишь. Но Натаниэль увидел все нужные ему ответы в глазах несчастной девушки, когда крики, что разносились по всему второму крылу, прекратились, и наступила тишина, разбавляемая шлепками и стонами. С того дня никто не подходил к первым с признаниями в любви. С того дня в гнезде потеряли стремление выжить те, у кого оно было. Все знали, чтобы выжить нужно быть рядом с верхушкой. А чтобы там стоять мало уметь хорошо играть, нужно быть готовым к отвращению к себе.