красота быстротечна

красота надвигающегося шторма так печально смотрит вдаль без шанса на освобождение, лишь на пугающее разрушение. не будут ждать его никто не будут видеть красоту, они все кричат в один голос от страха и в разные стороны бегут, но лишь под воду попадают и топят себя сами. фатализм неизбежен нельзя избежать того, чего ты так боишься останется лишь прах, боль, и свергнутая красота если можно её так назвать. шторм пугает своею громадностью, убаюкивая, берёт тебя за руки в свои объятия холодных как смерть волн. одинок он, и быть может, не сильно готов лицезреть всё лицо человеческого ужаса при виде него лишь мелькает в глазах его невинная, призрачная яркость надежды которую он так бережёт. оставит после себя жертвы, разрушенные дома, погибших людей, лишь останутся фатальный смешок судьбы и грозные тучи. будет жить он желанием что смогут его полюбить что не исчезнет без следа его дар обладать, что сможет воспользоваться им. но все бояться, все не хотят сказать обречённому шторму что это лишь мимолётная фикция мысли. он никогда не перестанет скучать, по солнцу что освещало изо дня в день его волны что целовало его, обнимало давало божественный покой, оно исчезло все уйдут, все исчезнут, но шторм будет ждать каждый день придумывая рифму и думать, как бы порадовать ушедших вновь. останется ли то, что можно любить? и будет ли то, за что можно полюбить? эти вопросы - надоедливая муха жужжащая в предсмертных скачках по дорожке, на которые, очевидно никогда не будет ответа. её унесёт с собою шторм, чтобы не быть одиноким и может, будет рад молча говорить с бездыханным телом от которого никогда ответа не будет. милый, высоко почитаемый шторм, почему же ты так отрицаешь трюизм? ты знаешь, ты видишь, и можешь понять никто не останется рядом всех - унесёт океан в своей грустной песне оставит всё так. но было желанно, ожидаемо то, как будет быстротечна смертельная красота бурного шторма найди ты ответы, разочаруйся в них вновь, найди ты ошибку, порадуйся ей. всё ведь всегда так просто? ожидай меня, скоро мы встретимся с тобою вновь я подарю тебе новых выбитых жертв для утоления блага одиночества сорву всё звёзды с небосвода! лишь бы ты оставался таким же как был, есть, и будешь. от чего мне себя отговаривать ли стоит, уйти навсегда в океан забыть все забавы и лесть и окунуть себя во мрак. и ничего не остановит, ничего не удержит от инертной силы нужна ли точка, аль запятая никогда я не пойму. плохо, хорошо, смешно, ужасно, мило, скандально что может всё это значить? слова, слова, слова сыплются вновь из уст в уста не имеющие значения. ты не дефектный, не ужасный ты просто забытый людьми словно взорвавшийся кит. ты можешь придумать сколько угодно отмазок от того, что жизнь шторма имеет хоть каплю того смысла, того счастья что всегда было в полном достатке у других. тоска ничтожна, как ничтожно оплакивать то что уже давно погибло, что шторм не в силах вернуть в силу своей разрушительной, больной, и до мерзости прекрасной любви. хочешь ли ты, сбежать прямиком в бурю со мной? мы будем там рады, найдём себе дом и путь и будем так жить как во всём мире никто лучше не проживал. и пусть, хоть сто отказов, хоть что соглашений всё останется неизменным - плачущие волны, люди, не имеющие суда над головой, птенцами будет оставлен их дом, останутся все в этом мире гнить и танцевать. ничто не будет лишним даже восклицательный знак посреди разговора, который дополнит лишь прелесть сказанного. не стесняйся! если ты уж так хочешь ради тебя я сменю своё имя. не шторм я, а всего лишь частица упавшей кометы. меня нет, и тебя больше не будет никого нет. ничто не может быть лишним как и красота, твоя красота, которой я так любуюсь, целую, и обременяю себя её быстрым течением каждый вздох, каждый миг. останется лишь бездарная песня о странной комете и шторме не будет в этом смысла как и нет смысла ни в чём. боль останется, а любовь исчезнет из мира, и вселенная будет хихикать, уничтожай, убери, убей всю светлость ту, что принадлежит ничтожности солнца и быстротечности чувств