Позывной: Плутоний

– Комвзвода младший лейтенант Нечаев, выйти из строя! С трудом сдерживая желание провести вспотевшей рукой по гимнастерке, он набрал в легкие воздуха и, выполнив команду, остановился перед командиром батальона. В воздухе слабо пахло гарью: где-то за лесополосой догорали сваленные в кучу остовы немецких боевых машин. Их деятельно стаскивали всю ночь и весь день прототипы советских военных роботов. Правда, до того пришлось избавиться от вражеских операторов. Он ни о чем не жалел, но даже спустя два дня его потряхивало от воспоминаний. Когда адреналин схлынул, Нечаев обнаружил себя сидящим на корточках за распахнутой дверью одной из машин; из-за руля свисало тело в немецкой форме, дурацкий шлем перекосило на одно ухо. Во лбу трупа зиял след пули. Уже потом ему напомнили ребята из взвода, что он в лобовую бросился на головную машину колонны, ворвался в нее и застрелил водителя. Разумеется, при виде такого отчаянного сумасшествия никто не смог остаться в стороне, и от авангарда врага быстро не осталось выживших. Его взвод ринулся в бой первым. А следом за устрашающей в своей отваге пехотой подтянулись артиллеристы, экспериментальные боевые дроны, и вскоре поле уже горело, безоговорочно оставшееся за силами Советского Союза. Только, если уж награждать – то, наверное, тех, кто больше немца перебил, а не его, в шоке от самого себя минут пять просидевшего за бронированной дверью трофейного транспорта. А когда выглянул – даже отстрелять магазин не удалось: личный состав уже почти навел порядок без него. Однако, отпечаток табельного не сходил с ладони с час так точно. На фронте всего неделю. Первая стычка с врагом. Потом, может быть, и привыкнет, но пока что… – Служу Советскому Союзу! – отчеканил он, взяв под козырек, и вернулся в строй с медалью “За отвагу” на гимнастерке. Восторга как такового он не ощущал – но удовлетворение было всепоглощающим. Он всё сделал правильно. Ну, почти всё: в другой раз нужно быть чуть осторожнее. Голова у него не железная, а уж то, что из взвода ни один не погиб – и вовсе чудо какое-то. Видать, земля русская к себе только немцев тянет. Впрочем, еще не вечер. Занимается лишь рассвет войны. Он должен пробиться к восходу нового дня – вместе с победоносным Советским Союзом.