***
После вылазки мятежники-на’ви возвращаются в Высокий лагерь, убежище Оматикайя в горах Аллилуйя, где Джейк ругает сыновей за то, что они нарушили его приказ. Он злобно махал хвостом, продырявливая взглядом обоих детей, что съежившись выслушивали крики отца. —Стройся—строгим голосам подал Салли, как только приземлился со своего икрана—Что делают дозорные? Предупреждают о противнике, оставаясь в стороне—злобно начал он—В первый раз слышите что-ли?! Боже, что не ясно? Я дал вам двоим болваном простое задание, а вы нарушили мой приказ! —срываясь на крик и заострив уши Джейк смотрел прямо на Нетейама, почти игнорируя Ло’ака. Он был старшим братом что не смог углядеть за младшими, подвергнув их опасности. Ло’ак та ещё заноза, но на этот раз он также подвергнул опасности и Тсен’у, у которой это была первая вылазка против Небесных. Салли был в ярости когда не обнаружил третью на’ви с ними, в голову стали лезть ужасные мысли и он лихорадочно стал метаться в разные стороны пока не услышал что Нейтири нашла её, но безсознания. Грудь облегченно опустилась и брови не так сильно смыкались на переносице. Более менее приводя мысли в порядок он свистом покрутил пальцы по воздуху, давая команду отступать. Пока они летели назад, его сердце не переставало бешено биться, вздымая грудь, жадно поглощая попутный воздух. Он издавал тяжелые вздохи пока не добрался до лагеря. И вот, виновники стоят перед ним, не поднимая голову, лишь устремив на него виноватый взгляд. Да, он мог быть чересчур суров, но он был вождем, и жизнь на’ви из его клана подверглась опасности. Через несколько минут прибыла Нейтири на икране Тсен’у. Все взгляды присутствующих устремились на них, и Джейк помог ей спустить тело молодой на’ви. Глаза вождя стали бегать по её телу, он то приподнимал её за плечи, проверяя спину, подносил руки к её носу, проверяя дыхание, пульс, поднимал руки, ладони, осматривал голову и наткнувшись на большое кровяное пятно на голове, немедля устремился к Мо’ат. Кири что все это время стояла рядом со старшим братом, держа его за локоть ринулась за отцом. Она заметила как пальцы его рук были окрашены в темно бардовый, клыки стиснуты, а брови смыкались в переносице. Перед уходом он бросил суровый взгляд на двоих сыновей, что стояли ошарашенными и быстрым шагом пошагал вперед. Как только Салли ушел, Ло’ак подал голос —Это мы зря решили нарушить приказ На него злобно посмотрел Салли старший и подойдя ближе дал сильный подзатыльник —Мы? Это была твоя затея поиграть в могучих воинов и именно из-за тебя теперь Тсен’у без сознания! —Я знаю это, но никто же ей не говорил чтобы она последовала за нами, и почему это ты тоже покинул пост? — подняв руки к старшему оправдывался Ло’ак, но не смотрел ему в глаза. Нетейам прямо хотел придушить брата за его безответственность, и еле сдерживался, ограничившись злобным взглядом. В этот момент голос уже подала Нейтири что обнимала Тук —Ло’ак, ты тоже виноват в этом, ты знал что это была первая вылазка Тсен’у После этого Ло’ак заткнулся, перенося взгляд с матери в сторону куда удалился его отец с Кири***
Мо’ат была лекарем, она лечила всех раненных по воле Великой матери используя её дары. Ее главная задача — поддерживать мир и порядок внутри клана: вместе с Эйтуканом Мо’ат проводила все самые важные ритуалы Оматикайя, начиная от похорон и заканчивая Охотой Грёз. Её ярко-красное ритуальное одеяние символизировало огонь, как дар Эйвы. Вокруг её палатки всегда кружил запах ароматных трав и причудливых фруктов Пандоры. Огонь же, находившись в самом центре палатки служил как и источником света, так и ментальной помощью в выздоровлении раненных воинов. Рядом с огнем, поближе к нему лежало тело Тсен’у, Кири держала её за руку, глаза её были на мокром месте. Мо’ат же смешивала травяную мазь недалеко от них. Через некоторое время Мо’ат закончила лечение, теперь же опасность ей больше не грозила. Выйдя из палатки, она увидела поджидавшего вокруг Джейка Салли, тот как увидев ринулся к ней —Она будеть жить — явно без слов поняв мысли Джейка ответила Мо’ат. По его виду было видно что он очень переживал, даже, может быть как за своих родных детей. Его хвост перестал дергаться, смиренно вися на месте, а взгляд смягчился. Указав на палатку он попросил зайти и Мо’ат утвердительно кивнула. В это же время Кири сидела рядом с Тсен’у. Они были близки, ведь как никак росли вместе. Поглаживая тыльной стороной ладони её щеку и тяжко вздыхая, она услышала голос отца и быстро вытерла слёзы —Как ты, Кири— с порога сказал он, медленно переводя взгляд с дочери на другую. Взгляд остановился на её голове, но на плече также красовалась рана. Салли пошагал дальше по палатке и остановился рядом с дочерью, присел на одно колено, положив ладонь на её плечо и смахнул её слезу —Я уверен, она выздоровеет, ты же её знаешь—сказал он похлопав ту по голове, пока На’ви уткнулась ему в бок Вдруг Тсен’у медленно открыла глаза, тря веки приводя зрение в порядок. Кири и Салли ринулись к ней, обеспокоенно разглядывая её лицо Тсен’у глядела на них расширив глаза, и только собравшись подняться как её тут же уколола в плече, а голова загудела. Девушка дернулась на месте, а Салли переложили её обратно на землю. —Не вставай, тебя серьезно ранили —в вполголоса обеспокоенно сказала Кири вновь беря ту за руку. Тсен’у же слегка улыбнулась ей сжимая её ладонь и устремила взгляд на того кто сидел позади неё —Простите сэр, я не углядела за ними— Тсен’у чувствовала вину что не смогла остановить Ло’ака от очередной глупости, последствия которой стали серьезными. Нетейам был втянут во всё это как старший брат, и наверняка его также ранили. На’ви чувствовала что она была виновата в подвергании опасности сыновей вождя. Джейк Салли удивленно расширил зрачки от её слов. Она? Виновата? Может быть, да вот только приказ был дан не только ей и вину нести им всем. —Не только ты виновата в этом, Нетейам и Ло’ак тоже постарались—будто бы говоря что всё теперь хорошо и ей не надо извиняться он не сильно улыбнулся—Отдыхай — и жестом дав понять подглядывающим Салли чтобы те зашли, он вышел первым Нетеайм был первым кто показался, за ним Ло’ак и Нейтири с Тук на руках. Последние сели рядом с Кири взволнованно спрашивая о состоянии Тсен’у. Ло’ак неловко перебирал ноги в сторонке, а Нетейам как и когда то Кири разглядывал её лицо не смея подойти —Тсеен, а как ты себя чувствуешь—спросила маленькая Тук взбираясь в обьятия девушки, пока её не остановила Нейтири, но Тсен улыбнулась ей, сказав что ни капли не возражает. —Уже лучше, после того как обняла тебя—в ответ на её слова малышка заулыбалась ещё сильнее, уткнувшись в изгиб шеи Тсен. —Мы волновались—произнес после долгой паузы Нетейам. Тсен повернулась к нему лицом и также тепло улыбнулась. Нетейам взглянул в её глаза, а дальше перенес взгляд на Ло’ака что ещё ни слова не проронил. —Ло’ак? — Кири посмотрела на него со всей серьезностью, говоря чтобы тот признал вину за его импульсивность. Тот понял что пришло время подать голос —Я. Тсен, извини за это. Я правда не хотел чтобы ты подвергалась опасности. Тут Тсен удивилась. Ло’ак не часто извиняется, не часто извиняется сам, признав вину. Поэтому на’ви поняла что это искренне и не стала винить его, хотя за что? Это уже пустяк. Они здоровы и все вместе, а это главное —Ничего Ло’ак—девушка вновь улыбнулась—Это я виновата что не смогла вас остановить, лучше скажи, вы не ранены? —Да нет, с нами всё в порядке —Я рада