Чёрный Оникс

Августа родилась в хорошей семье, которая очень её любила. Мать служила в доме мистера Беллероуза, а когда девочка исполнилось пятнадцать, стала помогать матери, тогда она и увидела Альдо в первый раз, но не в роли дворецкого, а в роли друга Феликса. Молодой озорной сын богатых родителей, незнающий ничего о труде, но когда он стал дворецким, в сердце девушки забилась надежда. А теперь Патриция часто давала им поводы для сближения. Сегодня вечером они должны отсортировать книги, что очень радовало девушку, поэтому она всячески прихорашивалась и даже подкрасилась. Августа зашла в библиотеку, где её уже ждал Альдо. — Итак, мы должны рассортировать книги по категориям: художественная литература, философия, история, география и т.п., медицина и травы. И уточню, что это очень много, поэтому, скорее всего, мы закончим это ночью. Вот на этом стеллаже должна быть вся художественная литература. Вот эта гора книг — художественная литература. Я буду тебе подавать их, — как всегда деловито говорил Альдо, нахмурясь. Они начали работу. — Альдо, какие у тебя любимые книги, авторы, жанры? — пересиливая, свою неуверенность спросила девушка. — Авторы: Виктор Гюго, Фёдор Достоевский, Эдгар Алан По. Любимых книг и жанров, наверное, нет. Я часто захожу сюда и читаю. А у тебя? — спросил Альдо, подавая девушке огромный том. — Эмили и Энн Бронте, Джейн Остин. — Эмили Бронте? Читала " Грозовой перевал»? — чуть заметно улыбнулся парень. — Да. Мне очень понравилось. История с необычными персонажами. Правда, меня часто раздражала Кэтрин, а в особенности она и Хитклиф. Конечно, мило, что два человека со сложными характерами влюбляются в друг друга, но уж слишком они похожие и отрицательные. — Там нет ни одного положительного героя, в чём и особенность книги, а мрачная атмосфера меня притянула к этой истории. Их взаимоотношения, как тёмная любовь — обреченная на провал. — разговорился парень, — Книги это, конечно, интересно, но моя настоящая страсть — езда верхом. — У тебя есть любимая порода лошадей? — спросила девушка, в душе невероятно счастливая от завязавшегося разговора — Я люблю всех животных, но моя любимица — Фризская лошадь. Может ты слышала о них. У них невероятно густая и сияющая чёрная грива, как и тело. Впервые я увидел эту породу, когда мы с Феликсом сходили на скачки у какого-то богатого мужчины. Они довольно дружелюбные и спокойные. — Интересно. А ты ездил на ней верхом? — Как бы мне хотелось, но нет. Есть одна история с лошадьми. Когда мне было лет шестнадцать мы с Феликсом тоже поехали к гости к одному парню. У него была очень строптивая лошадь, а когда мы все чуть переборщили с алкоголем, этот парень предложил мне оседлать её, конечно, он надеялся, что она меня выкинет из седла, однако я смог её приручить. Такая красивая и умная чертовка. — Мы всю художественную литературу составили, — Августа слезла со стола, встав рядом с парнем. — У тебя такие забавные веснушки, — шепнул парень и нежно поцеловал девушку. Она покраснела, до жути смутилась, но парень взял всё в свои руки. *** Патриция читала в гостиной и тут ворвался Феликс. Он сел рядом и откинул книгу девушки в сторону, приблизился и, вероятно, хотел поцеловать, но девушка резко отодвинулась, тогда он вышел на середину зала, требовательно потягивая ей руку для танца. У него были очень красивые, однако сильные и надёжные кисти рук. Длинные изящные белые пальцы, аккуратно подстриженные ногти. Набухшие вены придавали им мужественный вид. Казалось, что в любой момент он может подхватить её. Спасти во время слабости… Она поднялась с дивана, попутно включив музыку на граммофоне. Медленную, цепляющую, уволакивающую в след за собой легкой, ненавязчивой волной. Мелодия заставляла двигаться в её темпе, не задумываясь, а становясь с ней единым целым. Время пофлиртовать. Она опустила взгляд на ноги пока шла, а когда оказалась рядом, подняла на него взгляд сквозь ресницы. Медленно моргнула, приоткрыла губы. Смотрела она на него взглядом, который невозможно описать. Он не был нежным, страстным, полным желания, нет. Однако что-то было в нем загадочное, манящее. Она легко взяла его руку. Их кисти составляли сильный контраст. Руки мужчины и женщины, которые, наверняка, будут вместе составлять баланс всю жизнь. Он приобнял её за талию, вроде нежно, но с другой стороны собственнически, а она положила руку на его плечо. Феликс начал вести. Они медленно начали танец ловко и плавно, перемещаясь по блестящему паркету в большом зале с высокими потолками. Зажжённые свечи полностью освещали зал. До них доносился запах сада, который проникнул через балкон. Лёгкая шифоновая ткань изящно двигалась от ветерка. Они смотрели друг другу в глаза. Серый шторм встретился со спокойствием синего океана. Он ускорил темп танца, который был так естественен, без единой ошибки. Патриция и Феликс уже забыли, что танцуют. Их внимание было сосредоточено на другом. Но тут чувственный танец принял другой оборот. Он стал более живым и страстным. Парень приопустил её, придерживая за спину одной рукой и резко поднял, прижав к себе, как в аргентинском танго. Они чуть соприкоснулись кончиками носов, шумно дыша и смотря друг другу в глаза. Не нужно было слов, они всё поняли. Он чуть отвернулся от неё, но резко повернул голову к неё, поцеловав. Так живо, чувственно. Она ответила ему. Он приподнял её подбородок, крепко прижав за талию. Они сосредоточились только на своих чувствах, не обращая внимания на внешнюю среду. Их парфюмы парили в воздухе, смешиваясь друг с другом. Её вишня и его сложный древесно-свежий аромат. Жажда воздуха дала о себе знать и она аккуратно отпрянула, шумно дыша. — Это всё не правильно. Феликс, ты можешь обманывать меня сколько угодно, но я хочу знать. Я всё хочу знать. Мне надоело чувствовать неизвестность. Либо ты мне сейчас всё рассказываешь, либо это конец, — властно сказала Патриция. Он почувствовал, как будто его облили чем-то горячим, парень почувствовал волнение и лёгкую дрожь, но решил наконец набраться смелости и рассказать. Он же мужчина, он должен рассказать, он хочет быть с ней и поэтому должен ей всё рассказать. — Хорошо. Я всё расскажу, — шумно выдохнул парень, — Давай только пойдёт ко мне. Это долгая история. Они пошли в его комнату и сели на кровать. — Начинай. Я готова выслушать тебя, — улыбнулась девушка. — Моя мать — небогатая женщина, содержанка. Она познакомилась с моим отцом у его друга. После одного года ухаживаний моего отца у них начался роман в конце которого она забеременела, но хотела избавится от меня. Отец страдал, уговаривал, но потом заплатил огромную сумму денег, так появился я, невероятно похожий на мать, что злило и гложило отца каждый день. Он учил меня не привязываться ни к чему. Дарил мне животных, а после скармливал огромной змее на моих глазах. Мы часто уезжали из дома, чтобы я не завёл друзей, хотя, в тайне, я всё равно имел друзей. Когда мне исполнилось шестнадцать, мы поехали к его друзьям на вечер, там он увидел мою мать и быстро уехал со мной. Вечером он отхлестал мне всю спину, а на утро повесился. У меня на левом предплечье шрам остался, — парень показал его девушке в доказательство своих слов, — Тогда опеку над мною взял мой дядя, человек не заинтересованный в моём воспитании. Он разрешал мне всё, и тогда я пустился во все тяжкие. Так я проводил своё время. С Альдо, с вином, с женщинами и тому подобное. У меня была и первая любовь: замужняя женщина, которой это не мешало, поэтому у нас с ней был долгий роман, но правда очень испорченный. — Это я поняла. Очень сожалению, что так получилось, но почему ты уехал? — Я боюсь привязываться. Я боюсь любить. И при любом хотя-бы маленьком симптоме этого у меня начинается тревога, что с объектом моей привязанности что-то произойдёт, — выдохнул парень и виновато посмотрел ей в глаза. — Так ты в меня влюбился? — дерзко ухмыльнулась Патриция. — Если тебе так угодно, — улыбнулся парень. — А вернулся зачем? — Думал, что все прошло. Не буду же я всё время скитаться? — А прошло ли на самом деле? — соблазнительно улыбаясь, спросила девушка. — Ты выбиваешь из меня признание в любви? — Возможно. А ты убил Габби? — резко спросила девушка. — Наёмник, — улыбнулся Феликс. — У твоего наёмника корявые руки: я сразу поняла, что это убийство. — Так на это и рассчитано. А этому наёмнику я доверяю, — заключил парень. — И это был твой великий секрет? — Можно и так сказать, — закатил глаза парень и поцеловал девушку. В его сильных руках Патриция чувствовала себя мягкой женщиной. Ей хотелось покориться ему, отдаться полностью, а он чувствовал себя хозяином положения. Парень взял девушку за горло и повалил на кровать