Избранный – это состояние души

«Воистину неисповедимы пути Силы», — вот была первая мысль Вейдера при виде склонившегося над ним человека, которого он идентифицировал как медика. В ознаменование своего гениального открытия он заорал. Тело совершенно определённо было детское, и эта ситуация не нравилась ситху всё больше и больше. В последующие полчаса он выяснил, что имя нынешнего тела — Гарри Джеймс Поттер, его родителей зовут Лили и Джеймс (очевидно, тоже Поттеры), и что он «точь-в-точь, как ты, Джей, только глаза мои». Хоть у него и были все конечности и никто целенаправленно не капал на мозги (ну да, и молний не было), радоваться было почти нечему: он опять был ребёнком, находился неведомо где, занимал неясную социальную нишу и, главное, Сила почти не ощущалась. Конкретно сейчас сделать ничего было нельзя, и бывший Скайуокер заснул.

***

Вообще, эта Британия (в какой-то момент Вейдер узнал название планеты) была очень странной. Ни одного нормального средства передвижения, одни проходы в каминах и какой-то странный способ вроде гиперпрыжка для отдельного человека. Про Империю здесь, кажется, не слышали, а уровень жизни был так низок, что в доме не было ни одного дроида. Но при этом все (или почти все), кого ситх видел, владели Силой, пользуясь ей через какие-то жезлы из дерева. Однажды Вейдер взял такой инструмент в руки. Несмотря на то, что почти сразу его отобрали, Энакин-Гарри успел понять: деревяшка как деревяшка.

***

Мир казался всё более странным. Силу местные называли магией и тратили на такую ерунду, что Кеноби бы повесился на ближайшем столбе от разочарования в людях. Например, зачем выпускать из того самого жезла разноцветный дым?

***

К родителям Гарри регулярно приходили их друзья и знакомые. Называлось всё Орденом Феникса. И личная неприязнь к руководителю этого ордена у Вейдера появилась вовсе не из-за воспоминаний о прошлой жизни… Альбус Дамблдор был мутный человек. Вёл себя, как старик, хотя был ещё молод для жителя этой планеты. Постоянно косился на Энакина, называл всех «мальчиками», а себя светлым волшебником. Фонтанировал Силой, но как-то неправильно, как будто Сила была не его… и всё-таки слишком странно косился на ребёнка.

***

Где-то в семь месяцев Энакин впервые смог применить Силу. Он вполне целенаправленно поднял над полом собственную кровать. (Он хотел попробовать изготовить модель нового корабля на Силовой тяге. Нет, он не сходил с ума от скуки!) «Родители» заахали и завопили про какой-то «магический выброс». Кажется, они даже первому слову так не радовались (слово было «отвали» в адрес Дамблдора, но из-за дикции это успешно приняли за «Лили»). Примерно через месяц ему подарили «метлу». Вейдер пытался понять, как работает эта палка с прутиками, но ответ был один: Сила. Или очень маленький антиграв, но если в доме нет даже дроидов… откуда деньги?

***

Был какой-то праздник. Взрослые называли его Хэллоуин и развешивали по всему дому симпатичных летучих мышек. Накануне приходил Дамблдор и напоминал про какое-то пророчество («Только не снова!»). Жизнь, в общем и целом, была неплоха. А кто это в чёрном плаще?! Неужели ситх? Очевидно, враг «родителей». «Беги»… вряд ли имелось в виду «беги на второй этаж». Ну зачем, зачем заваливать дверь вручную, ты же маг, ты же можешь отсюда уйти?! Вот придёт этот и порешит обоих!.. Пришёл. Порешил Лили. Попытался прикончить Вейдера. Исчез.

***

Что делать дальше, было совершенно неясно. Находиться в одной комнате с трупом биологической матери — напрягало. Но минут через десять явился Дамблдор, и стало по-настоящему плохо. Правильно он подозревал этого джедая! Разрезал лоб, что-то с ним сделал, взорвал полкомнаты и запустил чем-то в небо. И свалил! Минуты через две примчался некто трясущийся и весь в чёрном. Обнимал труп. Вейдеру ситуация что-то подозрительно напомнила... Он было потянулся к человеку, но тот отпрянул и исчез. Следующие визитёры едва не столкнулись лбами в дверях. Какой-то огромный бородач и бледный друг родителей, который Сириус. После пятиминутных рыданий Сириус унёсся, а великан, подхванив Энакина и завернув его в одеяльце, вынес на улицу и, сев на мотоцикл, взлетел. Летающий мотоцикл — это было круто, но на дворе стояла довольно поздняя осень, да и высоко в небе было холодновато. Решив после мысленно доработать этот способ передвижения, Энакин заснул.

***

Он. Снова. Избранный! Только не это!.. Да уж, информацию из разговора Дамблдора с какой-то леди он подчерпнул весьма и весьма любопытную. Ну ничего, теперь, когда он знает, с кем ему на этот раз сказали бороться, будет легче. По крайней мере, это нечто материальное. Единственное, в чём он не превзошёл Кеноби (ну ладно, одно из) — дипломатия. Пора учиться, ситх!..

***

— Здравствуйте, а вы случайно не Волдеморт? Бестелесный дух смотрел на ребёнка лет семи, который его, по всеобщему мнению, уничтожил. Смотрел и думал: «Я же вроде не пил ничего. И не курил. Не нюхал. Не колол никуда. Да я даже сделать этого не могу. Откуда у меня галлюцинации?!» Ребёнок тем временем бодро вещал: — Так вот. Я предлагаю вам союз: вы меня не трогаете, я не трогаю вас. Мир большой, поделим. Будем править галактикой вместе… кхм, прошу прошения. «Потрогать» я вас очень даже могу, вызвал же как-то. Можем даже договор заключить. Согласны?