Бах-Бабах

Тяф!

Визги и лай собаки были очень хорошо слышны в эту тихую, зимнюю ночь. Трое парней одетых как капуста, чтобы не замёрзнуть в Сибирских морозах, пинали бедную собаку. Это была милая белая болонка, что была не способна постоять за себя, в виду своих размеров. Её красивая длинная шёрстка теперь была вся в снегу, в некоторых местах шерсть выдрали, а где-то она сильно смялась. Какие-то сволочи выкинули собачку на мороз подыхать. А может, они надеялись, что кто-то подберёт собаку себе? Тогда в чём была проблема сдать её в приют, или дать объявление в интернете, что отдают собаку в добрые руки. Её хозяева предпочли вышвырнуть маленькую ласковую собачку на улицу, где её бы ждала смерть в любом случае. Если не от этих упырей - то банально от холода и голода. Первый парень стоял в стороне, и просто наблюдал, как его два дружка мучают собаку. Парнишка напоминал жердь, на нём была огромная шапка ушанка, валенки и пуховик до колен. Его фамилия была Махонин, по этому его все звали "Махыч". Он засвистел, когда после того, как друг, с фамилией Хандоля сильно стукнул псину по голове своими армейскими ботинками (Чтобы ноги не мёрзли, мама его заставила надеть три пары носков), от чего один глаз собаки выпал из глазницы. - Ненавижу мелких собак. Это не собака, а таракан. Большой пёс бы не потерял глазик от простого удара по темечку. - В какой-то степени, Махыч лгал. Он не ненавидел мелких собак - он ненавидел всё, что дышало. Другой друг с фамилией Ткаченко, слегка пихнул Хандолю, чтоб тот случайно не попал ногой по нему, и нагнулся к собаке, чтобы сильно рвануть её за лапу. Послышался хруст и визг. Он явно выдернул лапку из сустава. - Стоп. - Сказал Махыч и поднял правую руку, показывая ладонь в варежке. Он был самым главным в их крошечной банде и всегда решал, когда и кого они будут бить. Его дружки послушно остановились и отошли от собаки. Болонка едва дышала, и чисто физически не могла убежать от своих мучителей. Всё, что ей оставалось, это лежать и ждать своей участи. Махыч подошёл к собачке и вытащил из кармана нож бабочку. Одним движением он распахнул его - а вторым распорол собаке брюхо. Все внутренние органы вывались наружу, в нос ударил мерзкий запах, а весь белый снег, и такая же белая шерсть болонки окрасились в красный. - Фу, я ж просил больше так не делать! - Крикнул Ткаченко, увидев внутренности собаки. Его максимум был - оторванные конечности, а вот смотреть на содержимое брюшной полости он был не готов. - Сопля! - Тут же ответил ему Хандоля.

"Вот мрази." - Послышалось где-то недалеко от их компании.

Пару минут назад... Парень, не выше 150 сантиметров прогуливался по ночному Омску, вдыхая приятную свежесть холодного, загрязнённого воздуха. Возможно, кому-то бы такой воздух ударил по носу и лёгким, но это были не его проблемы. Мороз не мог причинить ему вреда, а так же он не знал, были ли у него вообще лёгкие. Он их у себя не видел. Одет он был очень легко для 28 декабря. Какой был минус на улице? 25? 30? Он не знал, да ему и не нужно было это знать. На нём была чёрная толстовка, что полностью была в катышках, а поверх джинсовая светлая куртка. Раньше он носил кожанку, но одна его подруга сказала, что ему больше идёт джинса, по этому от кожанки он избавился. Широкие джинсовые штаны, да чёрные ботинки, а на голове красовалась фетровая шляпа, как дань уважения своему любимому герою фильмов ужасов. Он совершал неспешную прогулку после ночного кино-сеанса, и приглядывался к местности. Ничего интересного он не видел. Иногда мимо проходили люди, а бывало и проезжали машины, но в такое время все в основном сидят дома телевизор смотрят. По мимо шляпы на его голове был затянутый капюшон, из-за которого виднелся только голубой глаз, само лицо было скрыто этим самым капюшоном. - А фильм говно. - Донёсся грубый и громкий голос из-за капюшона. - А мне понравилось. - Ещё один голос, но уже довольно высокий, и более тихий голос. Казалось, парень говорил сам с собой. - Разучились ужастики снимать! - Это была романтическая комедия. - И что? В любой мелодраме есть место убийствам. Спокойную пешую прогулку прервал визг и лай собаки. Он был очень тихим и явно звучал где-то вдалеке. - Что это было? - Поинтересовался высокий голос, а голубой глаз слегка сощурился.

Ещё визги.

До парня дошло, что с собакой явно что-то не так. Пеший шаг превратился в бег, а сам парень тут же стал вертеть головой в поисках звука. Пока он бежал, то чуть не запнулся о бомжа, что был наполовину укрыт снегом, и скорее всего уже сдох. Но его это не волновало, главное собака. Оббежав пару дворов он заметил трое парней лет 14-15, и мёртвую собаку. Его руки в кожаный перчатках тут же затряслись, ноги слегка согнулись в коленях, а глаз сильно сощурился. - Вот мрази. Трое парней тут же обернулись на источник звука и с ненавистью глянули на невысокого парня с закрытым глазом. - Слышь, мелочь, а ну повтори чё ты там ляпнул. - Сказал Махыч. - Я не попугай. - За базар отвечать надо. - Подхватил Хандоля. - И за поступки тоже. - Парень сунул руку в карман джинсовки. - Ты чьих будешь? - Поинтересовался Ткаченко и подошёл ближе к парню. - Бабах. - Гневно сказал тот - Бах. - Глаз открылся. Трое парней захохотали. - Ути-пути, смотрите, пятиклассник послушал на музыке Баха и подумал, что это классная кликуха. - Произнёс Махыч. - А чё двумя голосами разговариваешь? Типа раздвоение личности? - Я не знаю, кто такой Бах. Пока Махыч произносил свою речь, к Баху-Бабаху сзади подошел Хандоля и рывком стянул капюшон с головы Баха-Бабаха. Шляпа упала на снег, а капюшон расстегнулся. Все трое парней закричали от ужаса. Всё его лицо было слегка разных оттенков кожи. Где-то чуть светлее, а где-то потемнее. Казалось, всё его лицо было сшито из разных кусочков человеческой кожи и скреплено степлером, так как всё его лицо было в металлических скрепках. Бах-Бабах улыбался обнажая кривые и острые зубы. Только его правый глаз имел глазное яблоко. Левый же был с пустой глазницей. А волос на голове не наблюдалось, как и бровей с ресницами. Правый глаз медленно закрылся, оставляя открытым только пустую глазницу. Хандоля был напуган меньше всех, так как стоял сзади и не видел всей картины. Вдруг Бабах резко развернулся на пятках, послышался щелчок и тот резко вытащил руку из кармана, держа какой-то предмет. Он быстро сунул свою руку в раскрытый Хандолин рот, а после отскочил. Хандоля не успел прийти в себя, как его голова взорвалась на мелкие кусочки, а само тело отлетело в сторону, оставляя кровавый след на стене панельного дома. Ошметки мозга, глазных яблок и всего того, что есть в голове распластались по всюду, задев собой Бабаха и дружков погибшего Хандоли. Ткаченко тут же побежал во двор, надеясь убежать от всего этого кошмара, что он только что увидел, когда как Махыч просто упал на землю, и начал пятится назад. Бабах в свою очередь спокойно присел на корточки и поднял свою шляпу с земли. Отряхнул её от остатков головы Хандоли и снега, и водрузил на свою голову, а после повернулся к Махычу. - П-пожалуйста, пощади! - Надрывно кричал Махыч. Бабах медленно подходил к Махычу. - А если бы эта собачка так же молила о пощаде, ты бы её отпустил? - Без эмоций поинтересовался тот. - К-конечно! Правда! Я вообще не при делах, я... - Ты тоже в этом участвовал. - Бабах подошёл вплотную к Махычу. - Д-давай всё обсудим. - Махыч сунул руку в карман. - Это же всего лишь. - Он быстро достал нож, которым совсем недавно завалил собаку. - Псина! - Он всадил нож в ногу Бабаха. К удивлению Махыча, парень не издал ни звука, а кровь не полилась из его ноги. Пока Махыч пытался понять, что произошло - Бабах просто упал на Махыча, а после начал его душить. Махыч и Бабах стали кататься по снегу, борясь. Но как бы Махыч не старался - у Бабаха была стальная хватка, и по итогу спустя пару минут Махыч перестал дышать. Когда Бабах убедился, что Махыч мёртв, он достал из своей ноги нож и вспорол Махычу брюхо, оставив нож в его кишках. Дальше Бабах повернул голову, и взглянул на следы убежавшего Ткаченко. Каким образом Бабах видит пустой глазницей - не ясно. Бабах рванулся с места и на всех скоростях побежал за Ткаченко. Всего через 2 минуты Бабах нашёл парня блюющим у мусорки. По всей видимости, парень был слишком впечатлительный. Ткаченко даже не понял, кто к нему подошёл, как его тут же пнули по ногам, и тот упал на очищенный от снега бордюр. Единственный очищенный бордюр во всём городе. Смерть пришла мгновенно, но для профилактики Бабах при помощи уже своего ножа проделал маленькое отверстие в шее Ткаченко, и положил туда маленькую бомбочку, что взорвётся лишь через 2 минуты. Бабах огляделся. На улице было не души. Никто его не видел, никто не видел тех парней. А если бы и увидел, то прошёл бы мимо. Голубой глаз открылся, и теперь он был так же распахнут как и пустой. Бах-Бабах медленно возвращался на место убийства Махыча и Хандоли. Внешне он был спокоен, но его очень волновала дырка в штанах, которую сделал ему Махыч. Дойдя до места, он даже не взглянул на трупы парней - весь его взор был устремлён на собаку. Бах-Бабах не знал, есть ли у него сердце, но что-то явно болезненно сжалось внутри. Он медленным шагом дошёл до болонки и сел возле неё на колени. - Прости меня, пожалуйста. - Не распускай нюни, просто сделай то, что должен. Этим ублюдкам мы уже отомстили. - Но от этого её не вернёшь. - Он погладил собачку по спинке. Глазница закрылась. Бах взял глазное яблоко собаки, и вставил его на место. После он начал собирать её внутренности и запихивать обратно. Когда всё лежало более-менее на своих местах, он достал степлер из кармана толстовки и стал защёлкивать вспоротое брюхо болонки. Когда со всеми процедурами было покончено - Бах поднял собаку на руки, и поднял свой взор на небо. Наверное, в такой ситуации было бы неплохо пустить слезу, но ни Бах, ни Бабах плакать не умели. - Не забудь взорвать того замёрзшего бомжа, как закончишь с собачкой. - - Глазница слегка приоткрылась, и тут же закрылась. - Непременно.

Бах растворился в ночи с трупом собаки на руках.