Он был влюблён

Пожалуй, больше всего Чимин ненавидит любовь. Ненавидит её, потому что она приносит боль, разочарование и в конце концов смерть. Ненавидит, потому что из-за любви не смог запомнить мать. Любовь для Чимина — дерьмо, которое хочется смыть побыстрее, пока не завоняло, пока не поздно. Дерьмо следует обходить стороной. Но больше всего Чимин ненавидит любовь потому, что наступил в это дерьмо в семнадцать, чёртовых, лет и это слишком рано. Он не хотел, он молился, но похоже небеса не только слепы, но и глухи. В семнадцать лет он влюбился в своего лучшего друга. Первое время он действительно надеялся, лелеял мысль, что тот ответит взаимностью. Но спустя год немых вопросов и ожидания он понял — надеяться не на что, на его чувства всем просто похер. Это чёртов приговор, потому что он первый, среди кандидатов заболеть. Чудесно-смертельная болезнь, зовущаяся ханахаки, и забирающая так много жизней. Болезнь не наследственная и не заразная, в отличии от непутёвости. Этого у Чимина хоть отбавляй. Тут неудача, там ошибся. Выставил себя дураком. Не везёт везде и всюду. Словом, не очень гладко и не понятно куда, его жизнь катится. Но самое главное, всё дальше от заветного. Ведь больше всего любящее сердце желает любви. Взаимной нежности, заботы и тепла. Он не видит в глазах Тэхёна любовь. Тот смотрит по-прежнему, открыто и искренне, действительно ценя его, как друга. Такой взгляд делает невероятно больно, потому что больше всего на свете хочется, чтобы именно он взглянул иначе. Но Чимин не может его винить. Он ведь не знает о скрытых в глубине чувствах. Может вид Чимина и говорит сам за себя, но явно не для Тэхёна. Чертовски добрый и отзывчивый, но также бесконечно наивный. Практически нет шансов, что он заметит. Он до последнего надеется, что болезнь его минует. Надеется, что его чувства недостаточно сильные, чтобы из десятков и сотен тысяч выбрать именно его. Но Чимин ошибается и тут, теряя надежду на что-либо. Маленький порез от бумаги на пальце он даже не замечает. Не замечает до тех пор, пока вроде зажившая ранка не начинает жутко гореть. Тогда он пугается. Потому что маленький росток из пальца — это не норма. Понимание, откуда он там, тоже. Ужас спускается по спине, пробирая до кончиков пальцев. Холодный страх заставляет вырвать с корнем беззащитный цветок. В голове гулко отдаётся свой же голос, вторящий простое, но такое сложное «нет». Нет-нет-нет. Испуг плавно переходит в панику, окутывая с ног до головы и заставляя вздрагивать. Неужели это конец? Чимин ужасается своим мыслям: с самого детства, он был уверен, что не заболеет, а если и заболеет, то жалеть себя не станет. У него был чёткий план на такой случай, смелости на который до этих пор хватало. А теперь он просто рухнул, как и весь его внутренний мир.

✶×✶

Неделя, также как и последующая, прошла сумбурно. О порезе Чимин старался не вспоминать, хотя порой его одолевала неконтролируемая паника, которую он изо всех сил пытался приобщить к стрессу. Самочувствие было просто отвратительное: слабость и лёгкие головные боли. Он никому не говорил об этом и говорить не собирался. О чём вообще можно говорить? О проклятой болезни, что его одолела, как бы он этого не отрицал? О безграничной любви к Тэхёну и о том, как болит без него сердце? О Тэхёне, конечно, он мог бы говорить вечность. Но. Нет, он даже не позволяет себе думать о то, чтобы поделиться с другими. Он пытается убедить себя, что ему не нужна поддержка. Чимин думает, что он сильный. И это действительно так, но недостаточно. Чонгук привычно зовёт в кафе, выпить холодного кофе или по коктейлю и мило побеседовать на отстраненные темы. Чимин не знает, как этот совсем юный парень, которому едва стукнуло шестнадцать, может чувствовать когда нужно просто посидеть и помолчать. Это внушает Чимину уверенность в том, что в этом мире ничего не меняется. Он даже чувствует, как прежняя уверенность в жизни возвращается к нему. Но всё же он постоянно оборачивается. Почти сразу после того случая, когда руки тряслись не переставая, а перед глазами темнело до тошноты, он совершил очередную ошибку. На самом деле, он не знает, что было ошибкой: взять в руки нож или отбросить его? Очевидно лишь то, что тонкая рана на запястье, спрятанная под пластырем знакомо горит. Он ещё не смотрел — длинные рукава позволяют забыть об этом, хотя и не надолго. Как бы сильно Чимин не любил и не желал любить, перед страхом близкой смерти всё уходит на второй план. За столиком его ждёт не только Чонгук, но и Намджун, из старшего класса, с которым они подружились около полугода назад. Они улыбаются ему приветливо и так по-тёплому, снова и снова напоминая Чимину, из-за чего это дерьмо с ним вообще происходит. Неразделенная любовь. История словно из детской книги, правда конец будет трагичным, но о таком детям никогда не напишут. Последнее время он замечает, что думает слишком много. Какие-то философские мысли всё чаще приходят в голову, по большей части просто правильные. Быть может, это из-за дышащей в спину смерти он видит простые истины бытия, которые в рутинной жизни и не заметить? Он не знает. Младший приглашает сесть, прерывая водоворот мыслей, в котором теперь есть место идее, что не рождаться было бы просто замечательно. Даже самые мрачные мысли у него в голове всегда перемешиваются с образом Тэхёна, в которого он влюблён слишком сильно. Он не отвечает, а просто садится напротив старшего, отпивая заказанный для него милкшейк. Чимин клубнику любит, а Тэхён коктейли с ней просто обожает. Какое совпадение. Чонгук интересуется его состоянием и кажется действительно обеспокоенным. Чимин вновь возвращается к мыслям о том, стоит ли говорить кому-то и что из этого может получиться. Уставшее постоянно чувствовать, сердце настойчиво просит поддержки. Если он скажет, легче не станет. Он убеждает себя в этом, но всё же решает попробовать. «Я влюбился» получается сдавленным из-за дрогнувшего голоса. Однако его лицо выражает величайшее безразличие ко всему происходящему. Намджун молча кивает и весь его вид заставляет выдохнуть. Кажется, он излучает спокойствие. Чимин уже успел позабыть такое приятное чувство. От этого без сомнений хочется ему верить и открыть все свои тайны, рассказать обо всём, что беспокоит. И Чимин верит. Он поднимает рукав толстовки, закатывая его и с трепетом смотрит на руку. Два жёлтых лютика. Любимые цветы Тэхёна. Осознание больно колет где-то в груди и заставляет наконец выдохнуть и поднять глаза на друзей. Чонгук выглядит ошарашенно и растерянно. Лицо Намджуна темнеет и теперь он смотрит с мрачной печалью. Он потирает переносицу, но продолжает молчать, словно желая испытать и так напряжённые нервы Чимина. Наконец парень вдыхает и понимает, что что-то горячее скатывается по его щеке. Очевидно, что это слёзы, но он не спешит их утирать. Обида? Разочарование? Всё вместе? Смешанные и тягучие чувства не хотят собираться во что-то конкретное. Как же сильно ему хочется жить. Настолько, что он готов резать вены сам, лишь бы это красивые цветы не забрали его? Вырастут ли лютики там, где он будет похоронен? Тэхён должен их увидеть. Пусть в Чимине будет хоть что-то, во что можно влюбиться. Слёз становится всё больше и больше, смотреть на то, как они искажают лица друзей уже не хочется. На плечи ложатся тёплые руки, но не настолько родные, чтобы просто закончить эту боль. Почему он? За что он заслужил такую участь? Почему именно Тэхён? Чимин не знает. Вновь.

✶×✶

Чимин не знает, что больнее: сидеть рядом с любимым человеком в одной комнате и дышать одним воздухом, но понимать всю обреченность чувств, или не видеть его вовсе. Разве есть разница, мучаться от безысходность одному или с любимым? По ощущениям, одинаково, но видеть Тэхёна — одна из важнейших вещей в жизни Чимина. То, как он мягко улыбается, заливисто смеётся и готов поддерживать любую его глупость — это бесценно. Не просто так он его лучший друг, с которым хочется делить всё на свете: от тапочек и до звёздного неба над головой. С которым хоть в лёд и в пламя, лишь бы вместе, рука об руку. Чимин даже не заметил, как так вышло, что его чувства стали чем-то большим. Маленькие неловкости, восхищение блеском карих глаз и такая преданность, что за него умереть и горы свернуть. Одно слово — и Чимин отдаст душу и сердце, что угодно только для него. Только для Тэхёна. Все мысли и весь мир сошёлся для него вокруг одного единственного Тэхёна. Он полюбил его искренне и безрассудно, как любят лишь один раз, в первый раз в жизни. Первая любовь — она хотя и наивная, но самая настоящая. Так, как в первый раз, больше не любят за всю жизнь. Для него она станет не только первой, но и последней, он в этом абсолютно уверен. Потому что Чимин любит искренне и нежно, как греет летнее солнце утром, как ветер шевелит листья, как распускаются цветы. Но никто не любит его так, как нужно, по-настоящему, от всей души и всего сердца. Не любит так, чтобы ослабить невыносимую боль надвигающегося ничего. Ничего, которое ждёт его уже очень давно, оттягивая злосчастный день всё дальше и дальше. Величайшим счастьем и ужаснейшим наказанием является то, что именно любовь даёт ему силы жить дальше. Чимин хотел закончить это и просто исчезнуть, словно его никогда не было. Рассыпаться песком и оставить тонкий запах цветов и пару лютиков, которые с каждым днём вырастают вдоль вен, напоминая о скоротечности времени. Ещё вчера он беззаботно смеялся, обнимая Тэхёна во время игры салочки, а сегодня он боится показать свои руки в порезах и шрамах от его любимых цветов. От этой безысходности хочется задохнутся, но единственное, что мешает дышать это жёлтые лепестки в лёгких. Иногда ему кажется, что он и не живой вовсе. Но очередная вспышка боли и жжения всегда спешит напомнить: он ещё жив. Обезболивающие он пьёт почти также часто, как вырастают цветы. Без таблеток его ломает и выкручивает, словно та самая минута настала. Чимин разочарован в себе. Он чётко понимает, что времени совсем мало, что оно уходит, как солнце за горизонт и тогда наступит ночь. Но даже во мраке ночи он будет видеть одну-единственную звезду, что сияет для него ярче, чем другие. Тэхён, любимый Тэхён. Не смотря ни на что Чимину всё также сильно хочется жить. Хочется чувствовать, видеть и слышать. Хочется слышать смех, видеть улыбку и волнистые волосы, чувствовать тёплые руки. Призрак надежды, когда-то живой, но однажды исчезнувший, всё ещё с ним. Тэхён не любит, но быть может полюбит? Может Чимину хватит времени, чтобы быть любимым? Пустые, но такие сладкие надежды. Порой бесконечный рой мыслей затихает, оставляя его в абсолютной тишине. И тогда ему кажется, что он готов. Правда, он не знает к чему. Ко встрече с ничем? К расставанию с любовью всей его жизни? К тому, чтобы отпустить сожаления и просто исчезнуть? Чимин не знает. Но хотел бы узнать, как и многие другие вещи, о которых думал в последнее время. Теперь, когда он думает о конце, в голову приходят мысли о том, стоит ли говорит Тэхёну. Одна часть него бьётся в той самой надежде, желая узнать, взаимны ли чувства. Другая часть любит настолько сильно, что лучше кануть в бездну, лишь бы Тэхёну не было больно. Но вариант так и не находится.

✶×✶

Чимин приходит в себя в каком-то белом помещении, ощущая холод. Слышит размеренный писк, вроде знакомый, но как-то отдалённо. Первое, что он чувствует — отсутствие боли. Одновременно он испытывает испуг и облегчение. Неужели так и ощущается ничего? Надежда падает с глухим звуком подушки. И это действительно странно. Ещё через пару секунд Чимин понимает — его руку крепко сжимают и согревают. И тепло кажется знакомым до боли в груди и слёз на глазах. Потому что понимает — это рука Тэхёна. Хочется схватиться, чтобы удостовериться, что это не сон, что всё по-настоящему. Он шевелит рукой, но такое маленькое движение сделать удаётся с трудом, сил почти нет. Тёмная макушка взъерошенных волос поднимается и Чимин видит не типично бледные, без яркого блеска, глаза Тэхёна. Сердце сжимается от боли, потому что видеть его такого — невыносимо. Они молча смотрят друг на друга с полминуты, но Чимину кажется, что это взгляд длится бесконечно. Тэхён нервно облизывает губы и спрашивает своим мягким, бархатный голосом: «Как ты себя чувствуешь?». А Чимин сейчас чувствует только любовь. И в этот момент так сильно хочется ответить искренне, что в груди неприятно колет. Позже он узнаёт, что попал в больницу. С сердечным приступом. И ему поставили диагноз четвёртой, из пяти, стадий ханахаки. Тэхён знает. А в голове у Чимина непривычно пусто. Ощущение схоже с тем, что и от взгляда Намджуна. Неужели это и есть спокойствие? Ему кажется, что он никогда не испытывал подобного. А ещё у него обнаруживается зависимость от таблеток, что он принимал около трех месяцев, дабы заглушить боль. И что самое странное, врачи помогать не собираются. Он мельком слышит, что без них может умереть раньше времени от болевого шока. И тогда мысли снова накрывают как цунами, и он вспоминает, что помимо этой волшебной идиллии, приступ у него случился из-за цветов. Они повсюду: вдоль каждой вены и сосуды, на кончиках пальцев и искусанных губах. Его тело покрылось второй кожей из золотистых лютиков. И сколько бы он не срывал, с каждым разом вырастало всё больше и больше. Нет, он не умрёт в больнице. Это Чимин решил для себя сразу же. Побег ради смерти? Идея не то чтобы глупая, скорее абсурдная. Всё, на что он решается — это подняться на крышу. Что делать дальше, решит на месте, если сможет дойти. Тело совершенно не слушается, перед глазами полупрозрачная дымка. Чимин чувствует каждой клеточкой тела — эти цветы везде. Он закашливается, падая на колени, и смотрит на горсть лепестков в крови. Он уже давно не испытывает страха, лишь горечь и сожаления. Теперь он жалеет, что не сделал это раньше. Открывая дверь на крышу, ему в лицо дует удивительно тёплый ветер, в сравнении с холодом палаты. На мгновение появляется ощущение свободы от тяжести, что так долго лежит на душе. Как же ему хочется вдохнуть полной грудью без давящего кашля и боли. Он медленно подходит к краю крыши и видит большой шумный город. Чимин не будет по нему скучать, это точно. Мыслями он вновь возвращается к Тэхёну, чувствует его руку на своей. Да, он жалеет, что так поздно набрался смелости. Но нисколько не жалеет, что повстречал и влюбился в Тэхёна, что проводил с ним дни и ночи. Что смог испытать любовь, которую он так ненавидит. Ненависть рождает любовь, или наоборот, Чимин не знает. Но хотел бы узнать. Может и узнал, но не понял, но теперь это не важно. Стоя на краю крыши, когда от пропасти, которой он так сильно боялся его отделяет лишь ограждение, он понимает. Всё было не зря. Ему всего восемнадцать, он полюбил на всю жизнь, хотя так и не испытал счастья. Но всё это больше не важно. Он перелезает через ограждение и замирает на секунду, потому что за ним стоит запыхавшийся Тэхён. Чимин знает, что не следует оборачиваться, но всё же хочет взглянуть на любимого в последний раз. На глазах Тэхёна слёзы и вид такой отчаянный, словно он тоже собрался прыгать. «Прошу, не надо» ломаным голосом молит он, и Чимин плачет, тоже. Он просто хотел жить, настолько сильно, что был готов умереть. Всё уже решено, Чимин не остановится, он просто не может. Отворачивается и в последний раз смотрит на город. «Я люблю тебя» слышит за спиной, когда отпускает металл. Теперь в его жизни было всё: и любовь и мгновение счастья.