Варус - сердцеед! Часть 4. «Нежный» Ноксус!

             Комната Талона дю Кото представляла собой сверх строгость. Нигде ничего не валялось. Всё лежало на своих местах: книги в шкафу, свитки в специальных ячейках на стене, письменные принадлежности по своим коробкам и на нижних полках стеллажей. Дрова возле горящего камина, на нём — ничего, а перед ним: столик и кресло.       Тёмные тона комнаты так подходили её мрачному обладателю, как и Ноксусу в целом. Тёмно-серые, серые, местами бордовые и чёрные. Ковёр кровавым пятном «растёкся» под кроватью, занимая почти весь пол спальной зоны. Да и само шёлковое постельное бельё: алое, с более светлыми полосками. Кое чей подарок. И этот кое-кто иногда бесил до дрожи в теле. Особенно его ухмылка из которой он пытается сделать звериный оскал. Или просто демонстрирует свои вампирские клыки. Долбанный кровосос…       Задумавшись о Владимире Талон отложил перо — попытки написать письмо с треском провалились. А этих писем надо с десяток написать, чтобы удовлетворить потребности каждого ублюдка и каждой суки. Хоть иди и жалуйся Свейну. Но если ему пожаловаться, то… Помочь-то он поможет, да вот потом своей задницей придётся отрабатывать эту помощь. А с того момента как даркин Варус слинял, Джерико лютует и ярится больше обычного.       Владимир…       О чём не думай, как не пытайся, а мысли снова и снова возвращались к этому изящному длинноволосому блондину аристократу. Членосос! Если не сказать — хуесос.       Своеобразные отношения у Талона с Владимиром начались спонтанно, резко неожиданно. Для обоих. Сначала выпили, а потом трахались всю ночь напролёт, недоумевая, как они до такого докатились. К тому же впервые вкусивший хуй жопой Владимир пришёл от этого в восторг — если именно он не был крайне настойчив, угрозы Талона закончились бы их исполнением. Но Владимир зря, что ли вампир, если не воспользуется своими умениями?       На самом деле Владимир маг. Но его любовь к загадочно-мистичному прировняла его персону к вампирам. К тому же кровь сосал он часто. Как и хуй Талона. Это продлевало его жизнь не давая состариться. По крайней мере, кровь продлевала, а хуй Талона он обожал как никакой другой. И с кем бы они ни спали, всегда возвращались друг к другу, находя то самое успокоение, кое нужно всем. Будь ты деревенский мальчишка или сам Свейн. Талон покачал головой, и устало потёр глаза пальцами. Он очень надеялся, что Варус вернётся и Свейн хоть немножечко расслабится и отвалит от всех остальных, гоняя их до седьмого пота нисколько не заботясь как, что и кто будет делать.       Уверенно поднявшись с места, Талон обошёл стол, замерев возле шкафа с одеждой, открывая его. Тяжелый плащ с плеч лёг на стальную подставку. На полку рядом Талон скинул перчатки, на полку ниже пояс со штанов. Постепенно обнажаясь всё больше, он заставлял кровь в венах Владимира вскипать.       Присутствие любовника Талон почувствовал почти сразу, как тот заявился, спрятавшись кровавым маревом под высоким потолком у люстры. Такой голодный взгляд сложно не почувствовать. Но в чём его голод? Это хороший вопрос. Талон мог дать ему всё. И кровь. И свой хер. И беседы по душам. И побыть его партнёром на задании.       Владимир облизнулся от вида оголившихся ягодиц Талона. От его мускулистой спины и рук. Сильных быстрых ног и огромного хуя! Владимир еле сдержал рвущийся наружу истеричный смех. Впиться в его шею клыками! Почувствовать вкус крови на языке и восторгаться! Восторгаться вкусом крови! Вкусом его тела! Вкусом плоти! Не выдержав Владимир кровавой дымкой стёк на пол, формируясь в того самого блондина аристократа за спиной Талона, хватая его за накачанные груди и выдыхая в самое ухо.       — Сюрприз!       — Ты действительно думаешь, что я тебя не почуял? — скептически осведомился Талон, не торопясь отталкивать игривого любовника, давая ему помять свои груди.       — Где я опять ошибся? — Владимир сморщил маленький аккуратный носик.       — Если хочешь подкрасться именно ко мне, хотя бы не смотри так, будто сожрать хочешь.       — А я и хочу тебя сожрать! — Владимир смешливо фыркнул и провёл языком от мочки уха Талона, до его плеча. — Совсем дерьмом бы тебя сожрал! — томно простонал он, опуская руки к паху, суетливо хватаясь за вялый член любовника. — Как же не терпится ощутить его в себе! — тихо прохныкал Владимир. — Ты же не откажешь мне, правда? — его тон сменился на умоляющий.       — Смотря о чём попросишь, — усмехнулся Талон, не сопротивляясь и наклоняя голову немного в бок, открывая клыкам Владимира шею, куда тот незамедлительно впился, застонав от крепкой, точно вино, крови пылкого любовника. Любовника, который насыщал его как никто!