its all a game

Бэкхён и ЧанЁль. Бекхён молчал, размышляя о, казалось бы, таком просто вопросе. Несколько раз Король начинал отвечать на этот вопрос, но мог пересказать только слухи, которые ходили по городу, поэтому тут же замолкал. ЧанЁль выгнул бровь и посмотрел на Бекхёна, который сейчас с интересом рассматривал свои длинные пальчики. - Эй, ты не обязан отвечать на этот вопрос, если не хочешь. Я знаю, что известная семья Бён не может открыть все свои секреты. Эта фраза смутила Короля, так как он не упоминал при ЧанЁле своей фамилии. Будто прочитав его мысли, ЧанЁль сказал: - Компания твоей семьи разорила мою семью, у которой был свой маленький бизнес. С того момента на наших семейных ужинах фамилия Бён употреблялось наряду с ругательствами, - рэппер улыбнулся, вспомнив, как его папа, запихивая в рот рис, клялся, что однажды он выкупит компанию "Byun Enterprises" и заставит всю семью Бён печь для него булочки. Бекхён чувствовал себя немного виноватым, так как каждый раз, когда его семья выкупала другую компанию, они сразу же увольняли прежних владельцев, чтобы сотрудники не жаловались на новое начальство. Это означало, что с того момента, как родители Бекхёна выкупили семейный бизнес Паков, родители рэппера в тот же момент потеряли свою работу. - Оу, мне жаль... - донеслось до чуть оттопыренных ушей репера. Этот улыбающийся идиот не стал отрицать и говорить, что это не Бекхён уволил его родителей и что их семья сейчас была счастлива и жила припеваючи, так что всё хорошо. - Ммм... Хён? - Бекхён попробовал это слово на вкус, он наслаждался тем, что может называть "хёном" одного из самых желанных людей на этой планете. К счастью для Бекхёна, ЧанЁль не стал перебивать его и говорить, что ему не нравится, как это слово звучит из уст младшего, - куда мы едем? - Конечно же, в моё любимое место. Когда они добрались до нужного места. Медленно выйдя из машины, Бекхён посмотрел на незнакомую вывеску, написанную на иностранном языке. Хотя надпись была на английском, Бекхён уже слышал это название и имел представление, что находилось внутри него. - Хён... Почему мы приехали в Sky High? - А почему бы и нет? - этот улыбающийся идиот рассмеялся над своей собственной бессмысленной шуткой, прежде чем схватить Бекхёна за запястье и затащить его в здание. Бекхён противился и старался вырваться из стальной хватки ЧанЁля, возражая, что это развлекательное учреждение предназначено для детей до 12 лет. Повернувшись к парню и таинственно сверкнув глазами, ЧанЁль чуть ли не прокричал в ответ, - вот почему мы здесь! Когда они вошли в здание. Бекхён понял, что имел в виду ЧанЁль, заходя в это здание. Никто не поверит, что восемнадцатилетний рэппер может вести себя, как маленький ребёнок. Бекхён наблюдал, как он прыгает с батута на батут, не заботясь о том, что повторяет одно и то же движение. Певец же, наоборот, был не очень впечатлён этим развлекательным центром для детей, на его губах застыла фальшивая улыбка, пока он наблюдал за ребяческими выходками старшего. - Бекхён! Прекрати быть таким ворчуном и поиграй со мной! - Бекхён лишь закатил глаза и направился в секцию для родителей, где папочки и мамочки могли наблюдать за своим неугомонным чадом, - йаа! Бекхён-ши! Ты же молодой парень, а не какой-нибудь там аджосси или старый папа! Поднимай свою ленивую задницу и иди сюда! Каким-то образом рэппер смог перебраться из противоположной стороны комнаты и сейчас скакал прямо перед Бекхёном, умудряясь в то же время говорить. - Бэкииии, ну пожалуйста? Мало кто знал, что этот низкоголосый рэппер мог делать очень милое эгьё, которое даже превосходило пуинь~пунь Тао. Бекхён, который пребывал в шоке от увиденного эгьё, точно не помнил, что случилось дальше, но через 30 минут он уже вспотел из-за того, что так много прыгал. - Вот видишь! Я же говорил тебе! - прокричал ЧанЁль, прыгая по всей комнате и заразительно смеясь, из-за чего Бекхён тоже разразился неудержимым смехом. Но играя в эти детские игры, Бекхён понял кое-что важное. Он искренне, по-настоящему улыбался. Это не была та его улыбка, которая возникала в школе и означала: "Я собираюсь трахаться!", нет, это была по-настоящему счастливая улыбка, которая до этого момента появлялась только в компании Королей. Взглянув на истерично смеющегося рэппера, Бекхён улыбнулся, решив выпустить наружу того маленького ребёнка, который жил внутри него, и хотя бы раз в жизни по-настоящему повеселиться. После того, как они закончили. Бекхён шёл за ЧанЁлем, хотя, точнее будет сказать, что ЧанЁль тащил его за собой через весь парк. Фонари были выключены, и только луна освещала узенькую тропинку, по которой шли эти двое. Не заметив, что старший остановился, Бекхён врезался прямо в широкую спину этой башни, чуть ли не сломав нос. - Почему ты остановился? - Посмотри. Выглянув из-за плеча ЧанЁля, Бекхён был потрясён. Сеульские небоскрёбы плясали в небе, покрывшимся рябью из-за мерцающих огней. Молодая пара уселась под довольно большой плакучей ивой, наслаждаясь редкой тишиной, которая окутала ночной город. Даже несмотря на то, что Бекхён прожил в Сеуле всю свою жизнь, он никогда не видел этот город с такого ракурса. - Это просто прекрасно, ты так не думаешь? - Бекхён повернул голову, чтобы увидеть счастливую улыбку на лице ЧанЁля, который пристально глядел на небо. - Когда мне было восемь, я и мой лучший друг Кёнсу приходили сюда каждую ночь и смотрели на огни ночного Сеула и звёзды. Он говорил мне, что огни - это его мама и папа, которые присматривают за ним с Небес. Однажды, когда мы снова пришли сюда, здесь был ещё один парень, который был чуть старше нас. Его звали Лэй; он рассказал нам, что эти огни - его родители, которые передают ему привет из Китая. Когда мы сблизились, он представил нам своего друга Джунмёна, который, как оказалось, был самым старшим из нас. Ему было тринадцать тогда, и он был слишком крут, чтобы играть с нами. Он только и делал, что сидел и жаловался, как какой-нибудь аджосси. Пять лет спустя Джунмён подобрал ещё одного парня, он был на два года младше меня, примерно одного возраста с Тао. И сейчас, когда прошло ещё пять лет, у меня, наконец, появилась новая семья... Прости, что взял и свалил на тебя всю свою историю и все свои проблемы... Бекхён ничего не ответил, он лишь улыбнулся, заверяя старшего, что всё хорошо. Время шло, а эта парочка продолжала сидеть в молчании. Но сейчас это было не неловкое молчание, нет. Скорее эта тишина была для них уютной. Время шло, становилось всё темнее и холоднее, Бекхён уже замёрз и жалел, что не взял с собой куртку. Он не знал, когда его зубы стали так громко стучать друг о друга, выдавая то, что он замёрз. Но это прекратилось, когда рука рэппера притянула его к себе, из-за чего по телу Бекхёна тут же разлилось спасительное тепло. Немного покраснев, Король устроился между ног ЧанЁля и положил голову на грудь старшего. Реппер каким-то образом умудрился обвить своими руками талию певца. ЧанЁль чуть наклонился и быстро чмокнул младшего в щёчку. Рэппер расслабился, по его телу разливалось тепло, он чувствовал спокойствие и умиротворение, и ЧанЁль знал, что Бекхён чувствует то же самое. Чуть раньше, Лэй. - Эй? Кто-нибудь есть дома? – «мамочка» вошёл в жилище, весь потный из-за того, что недавно танцевал. Проскользнув в гостиную, Лэй заметил большой бугор на диване и сразу догадался, что это Лухан. Подкравшись к завёрнутому в одеяло телу, Лэй, широко улыбаясь, вдохнул пьянящий запах своего любимого макнэ. - Йаа... гэгэ... от тебя воняет... - Исин чуть ухмыльнулся, позволяя грязным мыслям занять свою голову. - Я тоже могу сделать тебя потным, - Лухан тут же вскочил на ноги и осуждающе ткнул указательным пальцем в сторону ухмыляющегося танцора. - Йаа! Ты - извращенец! Айщ, и этот человек приходится мне матерью?! - проведя чуть трясущейся рукой по волосам, младший плюхнулся на стоящее неподалёку кресло. Атмосфера стала немного напряжённой, когда макнэ снова заговорил, - Исин-гэ? Можно задать тебе вопрос? Лэй тут же выпрямился, так как Лухан никогда не называл его Исином просто так, а только если у него был серьёзный разговор к мамочке. Лицо певца немного покраснело, когда он задавал волнующий его вопрос. - Получается, что ты и папа сейчас знакомы в течение 16 лет, да? - помедлив, Лэй кивнул, он не понимал, куда ведёт младший, - и вы двое знаете Тао, Ёлли и Кёнсу уже десять лет, да? - и снова Лэй, чуть помедлив, кивнул. Он был озадачен и растерян, с чего бы младшему задавать такие вопросы? - а меня вы знаете только пять лет... - голос Лухана замолк, парень немного ссутулился, - Исин-гэ? Папа должен любить тебя больше, чем меня... - ЛУХАН! - сейчас макнэ был растерян, так как старший подскочил к Лухану и навис над ним с таким видом, будто хочет переехать его на танке, - да Сухо-хён любит тебя больше всех! Лухан чуть повернул голову, и с его губ сорвалось слово "лжец". Лэй не знал, что на него нашло, но так получилось, что в итоге Лухан сидел и удивлённо потирал красную от удара щёку. - Как ты можешь говорить такое?! Сухо усыновил тебя, когда ему только исполнилось 18! Ты неблагодарный мальчишка! Когда его назвали неблагодарным мальчишкой, Лухана охватила ярость. Из-за накопившегося стресса парень потерял самообладание. - А ТЫ ДУМАЕШЬ, ПОЧЕМУ Я ЗАДАВАЛ ВСЕ ЭТИ ВОПРОСЫ?! ОН ЗНАЕТ МЕНЯ НА ПЯТЬ ЛЕТ МЕНЬШЕ, ЧЕМ ВАС, ОН НИКОГДА НЕ СПРАШИВАЛ, КАК У МЕНЯ ДЕЛА, А КОГДА Я САЖУСЬ РЯДОМ С НИМ, ОН СРАЗУ ЖЕ УХОДИТ! Я ЗНАЮ, ЧТО НЕ ВПИСЫВАЮСЬ В ВАШУ КОМПАНИЮ, НО, НЕУЖЕЛИ Я НЕДОСТАТОЧНО ХОРОШ, ЧТОБЫ БЫТЬ ТВОИМ БРАТОМ?! - с этими словами Лухан убежал прочь, оставив мамочку обдумывать всю эту ситуацию. Ворвавшись в свою собственную ванную комнату, Лухан не мог выкинуть этот ужасный ненавистный голос из головы, который буквально разрывал его изнутри. - Ты недостаточно хорош. Ты просто отвратителен. Ты никчёмный. Жаль, что я не могу избавиться от тебя. Ты ничего не значишь для меня. Ты просто урод. Никто никогда не будет заботиться о тебе. Всем плевать на тебя, в том числе и мне. Солёные капли стекали по щекам мальчика, когда он снова и снова вспоминал эти ужасные слова. Схватившись за край раковины, парень зарыдал ещё сильнее, он не мог контролировать свои эмоции, сейчас мальчик был просто растёкшейся в своих слезах лужей. Сейчас он думал только о самых ужасных словах, которые ему когда-либо говорили. - Я ненавижу тебя. Твоя мать, моя любимая жена, пострадала из-за тебя, слышишь, ты, кусок дерьма. Жаль, что я не могу тебя придушить своими собственными руками. Позже, когда Кёнсу пришёл домой. Певец чуть приоткрыл входную дверь и взглянул в образовавшуюся щёлочку, проверяя, есть ли кто-либо из его друзей дома. Подумав, что никого нет, Кёнсу побежал, хотя, точнее будет сказать захромал, к лестнице так быстро, как только мог. Однако, прежде чем он смог начать подниматься по лестнице, чья-то рука преградила ему путь. - Хён... Что с тобой случилось? - Дио медленно повернулся только чтобы встретиться с обеспокоенными взглядами своего макнэ, папы и мамы. - Просто упал с лестницы. Я такой неуклюжий, - его окровавленные губы изогнулись в фальшивой улыбке, но всё же он не смог уверить своих домочадцев, что с ним всё в порядке. - Кёнсу, ты же знаешь, что мы не поверим... Ты только посмотри на себя! - Сухо обвёл рукой силуэт побитого подростка. Но Кёнсу не хотелось смотреть на себя. Он не хотел видеть все эти синяки, засохшую кровь на лице. Он не хотел смотреть на кровоподтёки, которые сейчас красовались на его припухших щеках, на отпечатки ладоней, которые обвивали его шею. Он не хотел признавать тот факт, что его тело сейчас украшали всевозможные синяки, порезы и шишки. - Пап, я клянусь, я печатал сообщение на телефоне и случайно запнулся. Всё не так плохо как кажется! Сухо попытался вытянуть из младшего правду, но тот продолжал повторять, что просто упал с лестницы, и ничего страшного не случилось. Тогда Лэй нежно взял младшего на руки и аккуратно положил на диван, прежде чем пойти за аптечкой. Лухан осторожно помог парню с оленьими глазами снять рваную запятнанную кровью футболку. Когда одежда была снята, а тело парня обнажено, Лухан почувствовал слабость в ногах. Всё тело певца было одним сплошным синяком, а там, где кожа приобретала более-менее нормальный цвет, были порезы и запёкшаяся кровь. Его живот скрутило и тошное чувство узнаваемости посетило Лухана, когда он увидел этот ужасный, но такой знакомый узор. - ...хан! ЛУХАН! - вернувшись в реальность, Лухан тут же был прогнан с места Лэем. Отступив ближе к Сухо, Лухан и его названный папа с болью в сердце наблюдали, как Лэй промывал многочисленные раны на теле Кёнсу. - Папа? Ты так же чувствовал себя, когда я пришёл домой в тот день? Не отрывая взгляда от постанывающего от боли певца, Сухо заговорил: - Нет, - немного удивлённый ответом, Лухан бросил на старшего взгляд, полный боли. Он до сих пор не так важен для него, как Кёнсу. Зная, о чём подумал Лухан, догадываясь, что макнэ переживает о том, что они знают друг друга всего ничего, Сухо положил руку мальчику на плечо и снова заговорил, - я переживал за тебя ещё больше, - эти слова заставили Лухана ещё сильнее удивиться. - Но... почему? - Ты мой сын. Когда ты вернулся, твои кости были сломаны. Что я ещё должен был чувствовать, по-твоему, Лухан? А когда я спросил у тебя, что случилось, ты просто отмахнулся, будто всё было в порядке, - Сухо повернулся, чтобы посмотреть прямо в глаза китайцу, - может, ты мне и приходишься сыном на бумаге, и мы можем обращаться друг к другу, как отец и ребёнок, но я слишком молод, чтобы быть твоим отцом. Для меня ты - маленький братик, мой лучший друг, ЛуЛу. Я люблю тебя. И никогда не сомневайся в этом. Лухан улыбнулся, когда услышал своё старое прозвище, которое ему дали пять лет назад. Воспоминание. Низенький китаец неуверенно подошёл к парню, который, как ему сказали, должен был стать его новым папой. Наклонившись к парню, чтобы получше рассмотреть его, Сухо спросил, мог ли китаец говорить по-корейски. Сухо догадался, что ответ был отрицательным, так как ответил за мальчика переводчик. И тогда Сухо постарался использовать язык жестов. Приветливо помахав рукой, будущий папа радостно улыбнулся, когда младший махнул ему в ответ. Указав на себя, Сухо медленно произнёс своё реальное имя - Джунмён. Парень не смог удержаться и рассмеялся над попытками Лухана произнести сложное корейское имя. Потрепав младшего по волосам, Сухо снова указал на себя и медленно произнёс: - Сухо. Лухан смутился ещё больше, чуть съёжившись и прижав ближе к себе свою коробку с любимыми вещами. Когда Сухо повернулся к нему спиной, чтобы поговорить с переводчиком и социальными работниками, Лухан начал пытаться произнести имя старшего. Тем не менее, каждый раз когда имя опекуна слетало с губ Лухана, оно скорее было похоже на СуСу, чем на Сухо. Услышав тщетные попытки младшего произнести имя, Сухо обернулся и ещё раз указал на себя: - СуСу? Лухан рассмеялся, когда услышал, что придуманное им прозвище произнесли, и с воодушевлением закивал головой. А Сухо тем временем продолжил, указав на Лухана: - ЛуЛу. Лухан снова улыбнулся, подняв свою миниатюрную ручку, чтобы указать на Сухо: - СуСу, - парень повернул ладошку так, что сейчас большой палец указывал на него самого, - ЛуЛу! Конец воспоминания.