Один.

что? Посидеть на дорожку несколько секунд в полной тишине. Чемоданы уже давно упакованы, а машина с водителем ждет у подъезда. Никто не может объяснить, зачем это, но все считают, может случиться что-то плохое, если не присядешь перед дорогой. Мы сидели пять секунд. Сидели 30 секунд. Уже минуту. Молчим и не смотрим друг-другу в глаза. Тишина съедает, а слова оседают отвратительным тяжким грузом где-то в горле. Хочется закурить сигарету, даже если и не куришь. Даже если не пробовал. Расслабиться может, может поможет. Тут так тихо. Мы сидим вместе, он смотрит в стену, а я на пол. Может мне и страшно, мне не хотелось чтобы он уезжал. После такого долгого времени опять расставаться. Да, я же Романов. Я то потерплю, а он? Думать об этом не хочется. - Тебе обязательно уезжать? - с дрожью в голосе, но сказал. Кажется, это была вторая минута нашего молчания. - Обязательно. - он посмотрел мне в глаза с нотой грусти. Миша точно не был рад этому. Его забирали в командировку в другую страну почти на пол года. Его статус, политические возможности, всё важно. А я, как "девушка" солдата, должен ухаживать за двумя настырными котами и не дать себе пропасть. С такой работой справлюсь. Лишь бы от скуки не помереть. - Ты же будешь писать? - - Буду, каждый день и звонить, и писать, и фотографии отправлять. - он встал с банкетки в прихожей и уже собирался одевать шапку. - Тогда, буду ждать твоего первого сообщения. Не повстречайся там с какой-нибудь красоткой, иначе, я лично приеду за тобой. - нахальная улыбка, это всё что оставалось мне, без принципа так делать, без мыслей о том что это глупо, я сделал, про себя уже смеюсь. - Пока, Сашенька. - в добрый путь ему. - И тебе, пока, Миша. - легкий поцелуй в губы кажется должен был стать моим утешением. И кажется, стал. Он ушел, вышел в парадную и уже садился в такси, пустовато дома стало. Я видел как машина отьезжала. Теперь грустно, кажется, все стадии отрицания, я прошел, настал черед принятия. И принимал я это еще пять минут спустя. Был уже вечер, а начался дождь, по окнами били капли, на улице люди суетились. Кто под зонтиком бежит, кто уже понял свою участь и даже не стал его открывать, а кто-то это дети в резиновых сапожках настырно прыгают по грязным лужам. Город светился ночными огнями и вместе с ним хотелось спать. Вестей от Миши нет, возможно он забыл и не написал что приехал в аэропорт, хотя я просил его об этом. Может у него разрядился телефон, ведь от многочисленных звонков он даже мог взорваться, как и Миша. Но они не взорвались и уже хорошо. С этой шутки я посмеялся и пошел подложить корма в миски котам. Они мило мурлыкали подходя ко мне, обтирались своим туловищем, грели присутствием. Кто же знал, что оказывается животные как коты или собаки хорошо действуют на ментальное состояние. Так скажем, поддерживают. Уже ночь, пора спать, а Миша наверное, в самолете сидит спит, либо за ноутбуком работает. Кто его знает, в один момент он и всю ночь проспит, а в другой работать будет. И это почти чередуется каждым днем. Я уже спал глубоким сном когда это случилось. Он не писал мне никаких сообщений, ничего не отправлял. Это было молчание, которое таинственно и медленно убивало меня, тревожно и мерзко. Страшно и больно. По новостям на телевизоре крутились новости, это было ближе к вечеру. Я тогда пил чай. С долей грусти и горечи ведущие поведали о крушении одного самолета что летел из Москвы. Это был какой-то знакомый мне рейс. Будто я видел его на каком-то билете. "Когда самолёт пролетал в районе Новокузнецка, Кудринский в нарушение устава позволил сначала дочери, а затем сыну сесть в кресло командира авиалайнера; это обстоятельство было проигнорировано вторым пилотом и основным командиром (он в этот момент находился в пассажирском салоне)" "Прежде чем позволить детям занять командирское кресло, Кудринский включил автопилот." "Однако в конце концов Эльдар приложил к штурвалу усилие в течение 30 секунд, что привело к частичному отключению автопилота, который перестал подавать команды на элероны, что, в свою очередь, вызвало неуправляемый крен самолёта вправо (до этого данная особенность автопилота Airbus A310 была неизвестна экипажу). В 00:55 сработала световая сигнализация отключения режима, однако экипаж этого не заметил, так как конструктивной особенностью Airbus A310 является отсутствие звуковой сигнализации отключения автопилота (хотя на записи речевого самописца звук сигнала отключения автопилота слышен на протяжении последних 2 минут перед падением самолёта)." "В 00:56 крен достиг уже 90° и лайнер начал терять высоту." "В 00:57:59 (17:57:59 UTC), пролетая над сопкой на крайне малой высоте, рейс SU593 зацепился за верхушки деревьев и врезался в лес неподалёку от посёлка Малый Майзас примерно в 20 километрах юго-восточнее Междуреченска. Лайнер полностью разрушился и частично сгорел от наземного пожара, все 63 пассажира и 12 членов экипажа погибли." Погибли. Это слово убило меня. Я вспомнил где видел название этого рейса. На билете Миши. Я вспомнил и казалось что я умер сам. За него. Весь мир рухнул, кружка с чаем разбита. А я, кажется опять остался один. Но не надолго. Я не справился с этим горем. После полноценных похорон, всех соболезнований авиакомпании близким погибших, просто не справился.