Глава 5. Это настолько больно?
17 августа 2024 г., 20:00
У нее что-то заклинило внутри, а он просто идиот. Влюбленные все такие. «Футурама (Futurama)»
— Наверное, нет смысла спрашивать, что ты тут делаешь? — девушка сидела на диванчике на крыльце, подогнув под себя ноги, а на коленях лежала новая купленная в Форксе книжка. Какой-то психологический детектив, который Дэлия только начала читать. И не важно, что вокруг царила глубокая ночь, напоминающая о себе стрекотом сверчков и шелестом ночных лесных жителей. — Если скажу, что проходил мимо, поверишь? — ступени крыльца заскрипели под ногами ночного гостя, что, собственно, совершенно не волновало Хантера. Конечно, он не просто прогуливался мимо дома неожиданно обретенной пары. Он целенаправленно шел сюда, будто бы чувствуя, что его присутствие здесь было необходимо. — Интересная? — Вполне, — Кордэлия открыла первую страницу, дальше которой не смогла уйти из-за постоянных мыслей. — Алисии Беренсон было тридцать три, когда она убила своего мужа, — зачитала девушка в то время, как Хантер уселся рядом с ней на диван и закинул руку на его спинку. — Мне уже стоит бояться? — сам того не замечая, парень стал перебирать между пальцами длинные светлые волосы Дэлии. — Мне пока двадцать пять, а что будет в тридцать три это надо еще посмотреть, — девушка отложила книгу в сторону, после чего оглянулась на Хантера. Теперь она могла рассмотреть его без чувства каши в голове из-за мгновенного запечатления. В момент, когда их глаза встретились в лесном домике, весь ее мир одновременно рухнул и собрался воедино, отчего здраво мыслить было практически невозможно. — Как это вообще произошло? — девушка хмурилась, при этом неотрывно следя за тем, как на лице парня появлялась саркастическая ухмылка. Он был красив, что Дэлия ну уж точно не могла отрицать. Но, по сравнению с остальными квилетами, он явно не часто встречался с парикмахерами, предпочитая длинные волосы коротким. — Квилетская магия? — Хантер смешно поджал губы. — Судьба? Черт его знает. Но нам определенно нужно узнать друг друга, — парень легко признавался себе в том, что хотел знать о Кордэлии все, что только было возможно. — И для начала мне интересно, почему ты сидишь на улице посреди ночи вместо того, чтобы спать. — Бессонница, — коротко отозвалась волчица и пожала плечами так, будто это было ее обыденностью. Хотя, впрочем, так оно и было вот уже на протяжении года. Бессонница напоминала о себе впервые за последние несколько дней. Она вырывала из сна и не позволяла вновь уснуть, сколько бы Кордэлия не лежала в кровати, окруженная тишиной и полумраком комнаты. — Тебе не нужно было приходить, это не так страшно. — Раз уж мы уже тут, устраивайся поудобнее. Давай, давай, — деловитый тон волка заставил Дэлию совершенно невинно засмеяться, но она все же вытянула ноги, при этом прислоняясь к подлокотнику спиной. — Так-то лучше, — Хантер положил ноги девушки себе на колени, после чего стал разминать ей стопы. — Мы зададим друг другу несколько вопросов. — Что-то типа, какой твой любимый цвет? — разговор становился особенно расслабленным и непринужденным, словно они были знакомы уже много месяцев или даже лет. — Или какой твой знак зодиака? — Да, — смех Хантера был легким и свободным, несмотря на то, что парень заметно хотел спать. Он то и дело уже начинал зевать. — И, отвечая на твои вопросы, мне нравится черный, и я водолей, — столь банальные вопросы вызывали у волка смех. — Что насчет тебя? — Синий, — только сейчас Хантер заметил, что его импринт была одета в широченные домашние брюки глубокого синего цвета и майку почти точно такого же цвета. Выглядело мило. — И я козерог, что бы это не значило, — на самом деле, девушка особо не верила во всю эту звездную мишуру, а вопрос совершенно всплыл в ее голове, будто это было заложено в изначальных «настройках» каждой девушки. — Так ты, значит, Хантер? — Дэлия наклонила голову в бок и прищурилась. Хотелось найти хоть какой-нибудь изъян. Но вместо этого ее взгляд натыкался на ухмылку, которая становилась только шире, и смеющиеся карие глаза. — Что ж, Хантер, есть девушка? — Надеюсь, что есть, — его смех ласкал слух, а руки, что так мастерски разминали пальчики ног, имели некий явно усыпляющий эффект. Кордэлия уже чувствовала, как веки становились тяжелее. — Что ты на это скажешь? — Скажу, что подумаю, — этой хищной издевательской улыбке могли бы позавидовать акулы, но отчего-то парень был в восторге, как и его волк. Вероятнее всего, окажись его пара более спокойной и миролюбивой, ему было бы с ней чертовски скучно. — Тебе стоит кое-что знать про меня, — волчица ловко перевернулась, снова сев на подогнутые под себя ноги. — Ты на самом деле парень? Ауч, как у тебя только рука поднялась ударить своего импринта? Ты бессердечна, Кордэлия! — конечно, он шутил и издевался, но это было настолько легко и уютно, что Хантер просто не мог себе в этом отказать. — Так что такого страшного я о тебе должен узнать? — Подойди поближе, — девушка сохраняла интригу ровно до тех пор, пока не оказалась у самого уха мужчины. — У меня ужасная аллергия на орехи.***
Пол шёл в сторону нового места жительства семейства Дир. Его всё не могла отпустить та ситуация, которая произошла в доме Сэма. Слегка загнанный и весьма опечаленный взгляд нареченной словно бельмо в глазу, мешало ему жить, спать и просто существовать. Волк то и дело недовольно топтался на месте, призывая хоть к каким-то действиям. Именно поэтому в пять часов утра Лэйхот шёл в гости. Ну, как в гости… Просто шёл. Парень пару раз останавливался, один раз даже развернулся, чтобы вернуться обратно. Но желание увидеть нареченную снова, убедиться, что она в порядке, пересиливало. И квилета совершенно не волновало, что время слегка не подходящее для встреч и разговоров. Пол не представлял, чтобы кто-то мог бы причинить ей боль, а в особенности старшая сестра. Однако для успокоения себя, своего внутреннего зверя и голоса в голове, именуемого совестью, это необходимо было сделать. И вот оборотень уже около десяти минут шёл. Ему хотелось потянуть время ещё, так как время было максимально ранним и жительницы дома могли воспринять такое вторжение нетактичным, даже грубым. Лэйхот бы не удивился, если бы его нареченная, в который раз, вцепилась бы ему в ухо — заслужил. Оборотень успел заметить, что обычно меланхоличная Линней, рядом с ним становилась грубой, можно даже сказать агрессивной. Она пыталась защитить свои личные границы, хоть иногда и варварскими способами. Вот только это были хоть какие-то эмоции, причиной которых стал именно её нареченный. Может, это знак? «Да, что я её сильно бешу», — сокрушенно подумал мужчина, вдыхая свежий воздух. И тут он замер. Безумно знакомый запах врезался в его рецепторы, сообщая о «госте». Ускорив шаг, Пол оказался в опасной близости. Чужой волк находился рядом, буквально в паре метров от него, сидел на длинной деревянной скамье и прижимал к своей груди старшую из волчиц. Кордэлия же, совершенно не стесняясь, прижималась к Хантеру. Своеобразная грелка ей определенно нравилась. Словно почувствовав приближение сородича, Холт приоткрыл глаза. Его рука непроизвольно накрыла тонкие плечи Дэлии, как будто в защитном жесте. От этой картины полного единения и умиротворения на душе третьего в стаи заскребли кошки, а если быть точнее, то волк. Ему-то ещё долго придется ждать такого потепления со стороны своей нареченной. А будет ли это потепление вообще? — Не помешал? — хрипло спросил Пол, делая ещё один шаг в сторону крыльца. Ему не хотелось слишком сильно повышать голос, будить старшую волчицу было чревато. — Помешал, — тем же тоном произнес бета. — Тебе это ещё воздастся, приятель. — Уже, — хмыкнул Лэйхот, зачесывая итак короткие волосы. От легкой влажности, что витала в воздухе, концы закруглились. Тем самым создавая образ невинного и весьма приличного молодого человека. Жаль только, что образ весьма обманчив. — Я запечатлён на её психованной сестре. Их тихое перешёптывание прервал заспанный и крайне недовольный голос Кордэлии. — Я всё слышу, — проговорила девушка, не открывая глаз. — И только я имею право называть свою сестру психованной. Подняв голову, она посмотрела сначала на гостя, а после уже перевела его на Хантера. Как она умудрилась заснуть этой ночью было только богам известно, ведь, одолеваемая бессонницей, она никогда не засыпала обратно. Дэлию так и подмывало спросить, что Хантер такого сделал, что она спала как гребанный младенец. Это была какая-то черная магия, не иначе. — А что ты тут делаешь? — неожиданно спросил Пол, прерывая зрительный контакт парочки. Он определенно мешал их уединению, но и уходить никуда не планировал. Уж точно не сейчас. Хантер удивленно посмотрел на друга, как будто пытаясь понять он это шутил или был абсолютно серьезно. Что ему ещё делать у дома своей пары, кроме как не проводить время с ней же? Однако полностью потерянный взгляд Лэйхота говорил о том, что ему было искренне интересно, даже если он и догадался. Нужно же поддерживать диалог, чтобы ещё хоть минут на 10 задержаться тут. — Сплю, не видно? — вопросом на вопрос ответил юноша, слегка приподнимая брови. А после посмотрел на Кордэлию и еле заметно ей подмигнул. — Ладно, мне нужен кофе. А иначе мой мозг перестанет нормально функционировать. — А мне чай, — кивнула головой волчица, поднимаясь с нагретого места. Её взгляд мельком прошелся по кромке леса, как будто изучая и анализируя территорию. Не хотелось бы, чтобы кто-то ещё заглянул к ним в гости, перед этим не предупредив. Довольно стандартное поведение для оборотня, который чтил свои территории. В каком-то смысле это было знакомо и Хантеру, который как бета, частенько проверял, не появились ли какие гости в их лесу. Мужчина был приятно удивлен тому, что Дэлия была чем-то на него похожа. — Пойдемте. Ты тоже, Пол, — она посмотрела на опешившего волка и еле хмыкнула. — Я не хочу лицезреть твою неподвижную фигуру возле дома, как в самых заправских фильмах о преследованиях. Пол седьмого утра, на кухне семейства Дир сидели три оборотня, один из которых — это новоприбывшая волчица. Вот она была единственной, кто чувствовал себя полностью комфортной в этой весьма нестандартной обстановке. Хантер иногда поглядывал на своего товарища, пытаясь прочесть в его глазах хоть какой-то ответ. В прошлый раз, когда и произошло его собственное запечатление, он так и не услышал нормального рассказа о произошедшем. Пол же поглядывал на лестницу и прислушивался к каждому шороху на втором этаже. Ему до безумия хотелось увидеть Линней, поговорить с ней. Если это было бы возможно, то без всяких шуток и грубых словечек. Им всё же стоило разобраться с недо-запечатлением. — Она скоро спустится, — сказала Кордэлия, делая небольшой глоток из кружки. — Внутри этого маленького дьяволенка есть свои часы. Ровно в семь она уже спустится на завтрак. Старшая не планировала раскрывать весь распорядок дня Ли. А если быть точнее, то она не хотела давать Полу повод поймать её сестру, например, на пробежке в лесу или же за чтением на веранде или в саду. Всё-таки Дэлия понимала, что какие-то проблемы младшая должна научиться решать сама. И наличие волчьей пары — это одна из главных проблем, на данный момент. Ну, её непринятие. Лэйхот кивнул и мельком взглянул на часы, до семи оставались считанные минуты. И все это время, пока стрелка часов двигалась, приближая его к встрече, он продумывал в голове диалог. Парень проектировал разные вариации развития событий, от самого лояльного до самого хардкорного. И на каждый выпад Ли, который только мог прийти к нему в голову, Пол пытался найти ответ. Однако зная Линней всего два дня, квилет мог с уверенностью сказать, что её поведение сложно предугадать. Эта девушка была загадкой для него. Ровно в семь на втором этаже послышались неторопливые шаги, а волчица, сидящая за столом, самодовольно усмехнулась. Она знала свою сестру лучше всех в этом мире. Иногда даже лучше неё самой. Лэйхот тут же повернул голову в сторону лестнице. Его чуткий слух уловил лёгкую поступь шагов нареченной, а после рваный вдох. Кажется, Линней их заметила. Вот только взгляда парень не отвел, машинально оборотень провел вспотевшими ладонями по шортам. Ведёт себя как школьник. Дир-младшая, наконец-то оказавшись на первом этаже, удивленно смотрела на «сказочную» картину. Трое оборотней, а именно её сестра, тот незнакомец, в которого она успела ранее врезаться и Пол-мать-его-Лэйхот. Они спокойно попивали чай, сидя на их кухне. Но это ещё не все. В руках у Пола была её любимая кружка. Её. — Скажи, что я сейчас сплю, — переведя взгляд на Кордэлию, взмолилась волчица. — Мне снится кошмар, в котором двое квилетов сидят за нашим обеденном столом и пьют чай, чёрт. — Вообще-то я пью кофе, — усмехнулся Хантер, отсалютовав новоприбывшей девушке своей кружкой с надписью «самая красивая принцесса». Кажется, эту чашку Линней подарили еще в младшей школе. Парню крайне «взлохмаченная» реакция юной волчицы показалась весьма забавной. Сразу стало понятно, что класть палец в рот этой хищнице не стоило. Она откусила бы его и даже бы не подавилась. — Это и мой дом тоже, следовательно, я могу приглашать кого захочу, — сказала Дэлия, вставая со стула и подходя к чайнику. Лёгким движением руки, и вода снова нагревается. — Сейчас я приготовлю чай и для тебя, садись, маленький койот. Пол внимательно изучил заспанную и слегка помятую нареченную. Кажется, он смог разглядеть каждый миллиметр её кожи, впитать в себя этот дурманящий запах земли после дождя, который исходил от девушки. Она пахла для него свободой, такой лёгкой и ненавязчивой. Теперь это было его любимое чувство… любимая девушка. Удивительно, как за такой короткий срок времени кто-то превратился из обычного незнакомца, нового члена стаи в самого близкого, самого дорогого человека во всем мире. Наверное, для обычного человека это звучало бы дико, слишком неестественно. — Он забрал мою любимую кружку, — сонно пробормотала девушка, делая уверенный шаг вперед. Ей потребовалось всего несколько секунд, чтобы опуститься рядом с Лэйхотом. Однако особо вглядываться в него она не стала. Ей, в отличие от волка, разглядывать особо было нечего. Да и не интересно как-то. — Ох Один, дай мне сил, — с этим словами старшая из сестер забрала чай у Пола и поставила его перед Линней. — Он к нему ещё не притрагивался, пей. А тебе я сделаю новый, не переживай. Кто сказал, что он переживал вообще? Даже если бы Линней захотела бы стукнуть его сейчас или же пожевать его ухо, как вчера на поляне, Лэйхот был бы не против. Квилет позволил бы ей все это, лишь бы побыть рядом немного, оказаться в её личном пространстве, ощутить эту невыносимую вибрацию их связи. — Не уверен, что он будет переживать. Почеши она его за ушком, так хвост тут же бы завилял, — в голос засмеялся Хантер, мельком взглянув на третьего в стае. В его голове начинала складываться полноценная картина происходящего. — Подбери слюни, Полли. — Полли? — тут же встрепенулась Ли, усмехаясь. У неё появился рычаг давления на квилета, с помощью которого она бы с лёгкостью могла поставить его на место. Всё же новые знакомства это не плохо. Этот непонятный длинноволосый волк ей уже нравился. — Я задушу тебя, Хантер, — рыкнул Лэйхот. — Осторожно, в этом доме запрещено рычать, — кивая на старшую из сестер, пробормотала Линней. — Она у нас личный Фенрир и отрывает конечности всем, кто позволяет себе что-то такое. Поверь, уж я-то знаю. — Переживаешь за меня? — тут же улыбнулся оборотень. А сердце непроизвольно забилось в несколько раз быстрей, что не укрылось от Хантера. Впрочем, не только у него, маленький койот тоже стал нервничать, запуская свой моторчик. — Что ты, — отмахнулась волчица, пряча свой нос в кружке. Им нужно было успокоиться, срочно. — Просто надеялась, что эта возможность останется за мной. Лэйхот усмехнулся, догадавшись, что здесь не так все просто. И тут то он всё понял. Кордэлия была права — эта маленькая, и по возрасту, и по габаритам, волчица боялась. Наверное, такое резкое запечатление вызвало в ней настоящий страх за своё собственное эмоциональное состояние и за его жизнь. Опыт у их семьи не самый радужный. «Надо подойти с другой стороны», — подумал квилет, строя в голове уже новый план по завоевыванию девичьего сердечка. — Если не прекратите огрызаться, я выставлю вас на улицу. Будете завтракать там, — у Дэлии уже начинала болеть голова от постоянных перебранок между Линней и Полом. И это ведь они ещё даже не вместе. Девушке было страшно представить, что же происходило бы сейчас, случись у них взаимное запечатление. — Я ж говорила, — младшая отпила чай, при этом довольно улыбаясь. — Сейчас ты выведешь меня из себя, маленький койот, и я действительно кому-нибудь что-нибудь оторву, — Кордэлия мило улыбнулась после сказанных слов и плюхнулась на стул рядом с Хантером. — Кстати, — неожиданно вспомнила Дир-младшая, отодвигая от себя кружку. Теперь её взгляд цвета ясного неба был направлен на новое, совершенно незнакомое лицо. — Кто он и что тут забыл? — Это Хантер. И он, вроде как, будет теперь часто появляться в нашем доме, — на этот раз Кордэлия смотрела исключительно на сестру, чтобы понять и увидеть то, насколько быстро стали бы меняться ее собственные эмоции. — С чего вдруг, — Линней явно была недовольна данным раскладом, ведь это был их семейный домик, где не было место кому-то лишнему, вроде этих самых квилетов. — С того же, отчего Пол припёрся к тебе в такую рань. — Ты серьезно? — Линней перевела взгляд с сестры на парня и обратно. Казалось, что девушка очутилась в каком-то комедийном ток-шоу, и сейчас откуда-нибудь выпрыгнет человек с камерой и скажет что-то типа: «Вас разыграли!» — Судьба бывает коварна, — на мгновение голос старшей сестры стал более безразличным и холодным, будто реакция Ли разочаровала ее и причинила почти физическую боль. — И ты позволила этому случиться?! — хоть голос и приобрел яркую эмоциональную окраску, внешне девушка и бровью не повела. Отчасти ей было все равно на этого высоко юношу, на сидящего рядом с ней Пола и на чувства сестры к этой стаи квилетов. Звучало ли это грубо? Определенно. Однако Дир-младшая не могла ничего с собой поделать, она старалась запирать эмоции. И делать этого девушка не умела. Её, словно человека с биполярным расстройством, кидало из стороны в сторону. То волчица наполнялась злостью, готовая разорвать всех вокруг, то совершенно не интересовалась происходящим — полное безразличие. — В отличие от тебя, да. Ли внимательно посмотрела на сестру. Эти разговоры начинали уже её нервировать. Почему она постоянно напоминала ей? Почему все старались вразумить её? Кто-то вообще спросил у неё, что она думает? Как себя чувствует? Нет. Каждый так и норовил защитить Пола, встать на его сторону и помочь ему. Однако сейчас всё же не о них. Её сестра и этот Хантер… Неожиданно. Весьма. — Вы классно смотритесь вместе, — кивнула головой Линней, еле заметно приподнимая уголки губ. На её душе стало тепло, когда Холт со всей нежностью взглянул на Кордэлию. Вот кто теперь будет защищать её и поддерживать. У неё появился свой человек и единственное, что оставалось младшей сестренке — порадоваться. — Как там говорят? Совет, да любовь? — лёгкая заминка, после которой Дир-младшая продолжила уже чуточку веселее. — Если обидишь её, Хантер, я тебя покусаю и обязательно что-нибудь оторву. Помни об этом.***
Вечером, когда парни, наконец-то покинули их дом, сестры остались наедине. Дэлия задержалась на кухне, решая какие-то рабочие моменты, а Линней поднялась на второй этаж. Её голова была забита тысячей мыслей, а сердце разрывалось от тоски по прежней жизни, когда все было просто и легко. Не приходилось бороться, по факту, с самой собой, со своей волчицей и её желаниями. Иногда она бывала слишком агрессивной, слишком резкой и неуправляемой. Со временем их «совместного проживания» Дир-младшая начала перенимать некоторое поведение. Не всегда положительное. Взяв в руки книгу, Ли хотела уже приступить к чтению, когда в дверь настойчиво постучали. Не дожидаясь ответа в проеме, появилась голова Кордэлии. Она невинно улыбалась и, кажется, была в приподнятом настроении. — Помешала? — спросила девушка, прикрывая за собой дверь. — Ты так быстро убежала к себе. — Да, не захотела больше находиться внизу, — кивнула Линней, откладывая в сторону свое чтиво. Что-то ей подсказывало, что разговор будет долгим и весьма сложным. — Я надеюсь, что ты проветрила там. А то все пропахло тестостероном тех двоих. — Хватит, — резче, чем планировала, сказала волчица. — Пожалуйста, милая, перестань. Тебе не кажется, что ты уже переходишь все границы? Нахмурившись, младшая Дир отсела ближе к изголовью кровати. Ей не нравился этот диалог, она уже знала о чем они будут говорить, а точнее о ком. «И какого вообще чёрта?!» — про себя подумала молодая особа, а сестре лишь отрицательно покачала головой. Почему она должна задумываться о каких-то границах? С её то пока всё в порядке. А Дэлия просто чувствовала это негодование. Она видела злость в глазах младшей, отчасти пыталась понять её, но не получалось. Каждый раз, когда она пыталась понять Линней после трансформации, девушка будто бы врезалась в колючую стену, не позволяющую заглянуть на другую сторону. — Ты же знаешь, что я безумно тебя люблю? — Кордэлия осторожно примостилась в изножье кровати, при этом обняв одну из забавных подушек сестры. Кажется, это было что-то типа кактуса, но ярко-оранжевого цвета. — И точно также сильно хочу, чтобы ты была счастлива. — Мне уже не нравится, как ты начинаешь этот разговор, — привычный защитный сарказм уже был наготове, что на этот раз ни разу не волновало Дэлию. В этот разговор она выскажет все, что планировала. — Кстати, я не ожидала, что Хантер так запросто уйдет. Хотя… вы прощались полчаса! Что вы так долго там делали? Или мне лучше не знать? Целовались, наверное, да? — раз уж закатывание глаз Дир-младшей не помогло отделаться от серьезного разговора, то она начнет другую стратегию. А именно «Лучшая защита — это нападение». — Во-первых, мы просто разговаривали о том, что я завтра буду по уши в работе, во-вторых, нет, мы не целовались и, в-третьих, подсматривать дурной тон, маленький койот, — старшая сестра щелкнула Линней по носу и улыбнулась. — А я-то думала, он останется у нас на ночь, и вы… — девушка пожала плечами, показывая свое полное безразличие. При этом во взгляде явно читалось лёгкое любопытство, подпитанное книгами с высоким рейтингом, которые так любила читать младшая волчица. — Мы всего лишь запечатлённые, а не подростки-извращенцы! — смех Кордэлии наполнил комнату. — И не уходи от темы. Мы сейчас говорим не обо мне, а о тебе. — Ладно, начинай свою нравоучительную лекцию, — Линней откинулась на подушки со звуком полного разочарования в этой жизни. — Скажи снова, что я неправильно поступаю. — Я этого не скажу, — Дэлия заметно нервничала пока подбирала нужные слова. Говорить с сестрой было довольно сложно, когда в голове толком не было четкого плана. — Помнишь, в средней школе ты влюбилась в своего одноклассника? — эта история до сих пор для Линней была красной тряпкой, которая вызывала некую тоску по детской наивной любви. — Что ты чувствовала, когда он отверг твои чувства? — О, нет, Коко, ты не сделаешь этого, — параллель, которую проводила сестра, совершенно не нравилась Ли. Однако во взгляде Кордэлии она видела знакомую холодную решимость. — Я не ходила в школу после этого неделю, которую почти всю проплакала… и я чувствовала себя просто ужасно, — девушка опустила взгляд на свои руки. Внутри всё разрывалось, а желание заплакать пересиливало столь сильную девушку. Вот только со смерти матери Линней не пролила не слезинки и так и должно было продолжаться. Она лишь тяжело вздохнула, сжимая пальцы рук в кулаки. — Пол сейчас ощущает тоже самое, только с поправкой на запечатление, которое усиливает чувство одиночества. Кэл, закрой на мгновение глаза и представь ту свою боль, усиленную многократно, — это не была просьба, а лишь попытка показать и сравнить ту детскую боль с действительно серьезной проблемой. — Почему я должна ставить его чувства на первое место? — спросила Ли, хмуро смотря на сестру. — Я видела, что творило запечатление с волками и мне оно не нравится. Быть привязанной к одному человеку всю оставшуюся жизнь? Любить его так сильно, что это даже причиняет боль, — Дир-младшая покачала головой, как будто отгоняя от себя какую-то назойливую муху. — Игнорирование мой выбор. — Если бы Хантер по какой-то причине стал меня избегать после запечатления, я бы сошла с ума, — честно призналась старшая из сестер, при этом не отрываясь заглядывая в голубые глаза Ли. — Перестань быть неприступной скалой без чувств, позволь Полу быть рядом с собой, позволь ему защитить тебя. И позволь себе быть счастливой. Ты этого заслуживаешь, маленький койот. Мы все заслуживаем.
