Игра в жизнь

Ловкое движение длинных пальцев Сугуру, сразу же загребают главного на шахматном поле — Короля. Белоснежная структура в руках, сразу же начала темнеть, как будто сосуд заполняющий всю боль и ненависть, накопившуюся за длительное время. Поставив теперь уже темного Короля рядом с собой, как наблюдателя, ему нужно сделать ход. Обезумевший взгляд крадется по каждой пешке, выбирая жертву. Какой бы ход не сделал темноволосый, все равно выиграет он. Ведь теперь он будет руководить чужими судьбами — будет делать, то что должен: ломать кости обидчиков; разрушать репутации, наработанные годами, а после втаптывать на самое дно — истерично смеясь и забавляясь, насколько бывает жизнь непредсказуемой. Взяв в свободную руку пешку, он сделал ход. «Теперь то мы и поиграем в жизнь.» — холодно сказал Сугуру, нагло ухмыляясь жалкой пешке на шахматном поле.

***

—Такеру, как ты думаешь... — Мира любит заинтриговать друга, полуулыбка расплылась на аккуратном личике брюнетки, золотистое освещение посреди темной комнаты делал ее более мрачной и загадочной, — Шунтаро уже рассказал новичку? Данма, не реагирующий на обычную манеру общения напарницы, хитро улыбнулся. Пелена перед глазами длиноволосого, никак не сходила, а лишь еще больше нарастала. —Нет. Он скоро сам все поймет. — лукавые очи, смотрели куда-то в пустоту. Снова сделав затяжку, эйфория полностью забрала власть над мужчиной. Кано же молча наблюдала за действиями Шляпника, и улыбнулась спокойному суждению напарника. —Он будет похлеще нас. — Задумчиво заключила девушка, думая над этой мыслью. Она не догадывалась, а знала, что так будет. Исход всегда лишь один. Кидая карту дамы червей, она ухмыляется, ожидая ход шатена. — Пока он ни о чем не догадывается. —Я понаблюдал бы за этим еще. Кидая карту Джокера: меняя ход, Данма давит улыбку победителя, на что Мира надула губы, чем кажется еще смешнее и забавнее. Неожиданно в проходе раздвижных дверей, появился Чишия, в своем фирменном сером капюшоне, безразлично зыркая на двух играющих людей. —Снова играете. — констатируя факт, Шунтаро выходя из мрака, поближе подошел к игрокам, сев к ним на кожаный диван. —Давай с нами! — предложил Такеру. Блондин осматривает уже неадекватного Данма, видимо слишком понравился ему данный наркотик. Он хитро ухмыляется этой мысли, и соглашается сыграть в партию, зная что выиграет. Уже как пять с лишним минут, они играют, ловко переминая карты и с доблестью осматривая их. И вот козырная карта оказывается в умелых руках Шунтаро, но маска безразличия никуда не уходит. Он пока не спешит выиграть, ведь буквально хочет побесить заядлых игроков. Как же ему нравится смотреть на яростную реакцию Такеру, когда что-то идет не по его правилам, и за грустными глазами Миры из-за поражения. Сейчас когда, Данма стал чувствовать свою победу, Чишия решил воспользоваться шансом. Резко кидая последнюю карту — Джокера, Шунтаро лукаво осматривает пораженных соперников. Такеру, который чувствовал сладкий вкус победы, сделал протяжный вздох. А Мира наигранно опустила голову на стол. —С тобой вообще нельзя играть! — девушка разочарованно протароторила, отпивая алкогольный напиток. Блондин же усмехнулся с этого, забавляясь такой невинности. —Раз ты победил, то ты выбираешь. —Хм.. —Чишия ненадолго задумался, — Сугуру Ичиро. Данма улыбнулся во все зубы, переводя взгляд на телевизор посреди комнатки, где внезапно переключилась картинка: мужчина лет пятьдесяти, распивал пиво в баре, попутно грубил неизвестным мужчинам. В грязной майке, спортивных штанах и шлепках, темноволосый после очередного ответа высокого мужчины, в пьяном угаре полез в драку. —Интересный выбор, Чишия. — весело высказалась Мира, зловеще облизываясь и осматривая монитор, где дрались пьяные люди. Такеру же ухмыльнулся, предвкушая веселую игру. А Шунтаро равнодушным взглядом осматривал пьяницу, коротко улыбнувшись. _______________________________________________ Серые тучи, полностью накрывают луну, блеклые фонари еле-еле освещают главную улицу. Сугуру, очнувшись от очередного кошмара, мучающий ночами, пытался отдышаться. Холодный пот стекал со лба, рядом лежащие сигареты и зажигалка манили и требовали, чтобы Нираги использовал их по назначению. Нервно взяв в руку ментоловую сигарету, он щелкнул зажигалкой и медленно втянул никотин. Буря стала успокаиваться, а разум очищаться. —Приснится же такое. — Заключил брюнет, выдыхая дым. Его взгляд переключился на не выключенный монитор ноутбука, где красовалось непонятное видео. Любопытство взяло вверх, подсаживаясь поближе, темноволосый поморщился от яркого света. Дав глазам привыкнуть к освещению, исходящего от техники, Сугуру принялся читать. —«Несчастный случай произошедший в баре “Идзакая“, раненый мужчина лет пятьдесяти в районе черепной коробки, скончался так и не доехавший до реанимации.» — прочитав текст рядом с видео, Нираги молча переваривал информацию. Рука сама потянулась включить видеозапись. Теперь, когда Сугуру понял в чем дело, в глазах внезапно потемнело. Переосилив бурлящие чувства горечи, Нираги захлопнул ноутбук. Видеозапись остановлена на том моменте, когда Ичиро упал без сознания. —Вот же сука! — яростно крикнув в пустоту, брюнет тяжко вздохнул, накрывая голову поверх холодными руками. На улице начало заметно светлеть, вот уже и рассвет... Резкий звонок, который уже намеревался ждать Сугуру, раздался гулким звоном. Взяв трубку, брюнет отозвался. —Да? — Вы — Сугуру Нираги? — монотонный голос девушки, доносящийся на том конце провода, заставлял Нираги нервничать еще больше. —Угу. — безразличная маска Сугуру, стала трескаться, оставляя только стеклянные глаза, сфокусированные в одну точку. —Приносим наши соболезнования, ваш отец скончался в драке, мы не смогли его спасти. — девушка, изобразившая скорбь в своем голосе, сразу же отключилась, оставляя Нираги наедине с собой. Нагнетающая тишина, которую ранее так любил Сугуру, стала самой ненавистной вещью в его никчемной жизни. Хоть он и не испытывал симпатию к своему отцу при жизни, но все же, странное чувство овладело брюнетом. —Пропади все пропадом! — в истерике сбросив все вещи на пол, лежавшие на столе. Ярость переполняла парня. Он не понимал, что с ним происходит, ведь его мечта в детстве: чтобы отец умер и они с мамой могли жить нормальной жизнью. Так почему же он чувствует некую тоску? Или это неожиданность так повлияла на Нираги. Раньше Сугуру любил одиночество, ему нравилось оставаться с самим собой. Но сейчас эта любовь со временем угасает, когда он начинал взрослеть, то стал замечать за собой это. Одиночество — стало сводить его с ума, навязчивые мысли убийцы только нагнетали. Его внутренний монстр начинает со временем усиливать свою власть, а контроль над собой стал ослабевать. «Ты же этого хотел, Нираги?» — сладостный тон, едко произнес последнее слово, сейчас с ним разговаривал тот кем он называет Монстром.

А я лишь хотел быть таким как все — нормальным.