Влезть в сон

Скара бредёт за этими двоими. Люмин и Кадзуха о чём-то приятно болтают. Скукотень. Они за последнее время столько монстров покрамсали, что найти что-то стоящее сложно. Сундуки обнищали. Скара отвлекается на какого-то хорька. Тот тащит что-то блестящее. Возможно, это и глупо, но ему становится явно не менее необходима эта вещица, чем зверьку. Ловкость рук и никакого мошенничества. Хорек оказывается пойман. (И даже не убит!!!) Блестяшка оказывается красивым кольцом. Такие обычно на большом пальце носят. Скара пытается его напялить, но оно всё время спадает. Он долго думает что делать с украшением. Красивое. Внимательно рассматривает. — Скарамучча!! — неожиданный крик вырывает из дум. Он оглядывается. Ни Люмин, ни этого балбеса рядом не оказывается. Крик женский. Скара мгновенно срывается с места. Сдался же ему этот хорёк? Зачем он только оставил этих двух одних. Люмин то ещё может что-то и сделает, а этот! Скара пытается игнорировать отдышку. Он точно слышит откуда идёт шум. Спрыгивает со склона. — Осторожней, — обеспокоенно окрикивает его Люмин. Прям перед столкновением с землёй, Скара использует Глаз Бога. Тормозит падение. Мгновенно атакует хиличурла за спиной Люмин. Хоть она вроде бы не особо нуждается в помощи, почему то Скара решает прикрывать её. Кадзуха на удивление легко справляется сам. Скара ощущает небольшой укол ревности. Раз уж так хорошо сражается, пусть и справляется один. Подбрасывает палку из костра прямо в щит митачурла. Хорошенько раздувает огонь. Люмин добивает монстра своим смерчем. Скара просто отпрыгивает от монстра, а она ударяет другого хиличурла своим мечом. Вот так и победа. Скара оборачивается к ней. Люмин кажется испуганной. Странно. Она срывается с места. Скара, ничего не понимая, разворачивается. Хиличурл-стрелок уже выпустил стрелу в Кадзуху. Тот даже не заметил. Слишком увлёкся битвой со стайкой пиро слаймов. В правду балбес. Скара следует примеру Люмин. Рванул с места. За это короткое мгновение он узнал много нового о себе. В первую очередь, что этот балбес ему дорог. Во вторую, что Скара оказывается готов получить стрелу вместо него. В третью, что Кадзуха умеет делать довольно смешную рожу, будь они в другой ситуации. Это оказывается больнее, чем ожидалось. Но бывали случаи и похуже. (И не так то давно) Скара инстинктивно припадает на одно колено. Тянется к плечу. Уже собирается хорошенько так вернуть должок хиличурлу, как тот падает с дерева. Люмин оказалась первее. Спрыгивает с дерева. — Хэй, ты как? — она обеспокоенно прикасается к плечу Скары. Тот закатывает глаза. Люмин уже собирается что-то сказать, как тут он вырывает стрелу из своего плеча. Пару капель крови падает на землю. — Ты что совсем дебил? — неожиданно громко для себя орёт Кадзуха. Стрела в крови пугает его? Он что совсем ребёнок? Он же столько смертей повидал, странный конечно. Земля окрашивается тёмным пятнами. Кадзуха подходит слишком близко. Скара удивляется. Даже делает шаг назад. Он никогда не видел, чтобы этот спокойный балбес злился. Кадзуха прижимает руки к ране. Зажимает её. — Нужно остановить кровь, — Кадзуха смотрит на Люмин. Та кивает. Быстро находит какой-то кусок ткани. — Чего вы оба? — возмущение Скаре не помогает. Руки у Кадзухи ледяные. Кошмар какой-то. Скару практически окружили. Кадзуха зажал рану, пока Люмин чем-то обрабатывала ткань. Она прикладывает этот кусок к нему. Щипит. Если бы не чувство достоинства, то Скара застонал. А так он просто впивается в предплечье Кадзухи. Тот, спасибо ему, игнорирует это. — Не надо рисковать собой, — Кадзуха забавно морщит нос. — тем более ради меня. Он понимает, что ответа не получит. Скара отводит взгляд. Вообще манера игнорировать друг дружку бесит их обоих, но Кадзуху особенно. Скар это делает специально. Специально пытается вывести его из себя. От такого поведения сворачиваются все внутренности. — Я же бесил тебя, — простанывает Кадзуха. — вот зачем? — Такая драма, — фыркает в ответ Скара. Кадзуха вглядывается в лицо Скары. Бледноват. Собственно, как всегда. Ничего удивительного. Обычный взгляд сверху вниз. Но сердце отчего-то колошматит. Он не может понять почему. Пальцы всё в крови. Скара безразличный ублюдок. Так и хочется ему это сказать. Кадзуха впервые ощущает себя таким злым. И растерянным. Испуг перетекает в злобу и обратно. — Кадзуха, с ним ничего не будет, — Люмин такая спокойная. — Я ему как-то раз гораздо сильнее наваляла, он только выглядит как хрупкая принцесса. Она замечает эмоции Кадзухи, прямо как тот любое изменение в погоде. Он растерянно смотрит на неё. Потом словно расслабляется. Он ощущает накатившую печаль. — Кто тут хрупкая принцесса? — разворачивается Скара и со всем возмущением оглядывает её. Люмин только смеётся. Их непринуждённая беседа раздражает. А если бы стрела попала не в плечо? С чего они вообще такие весёлые? Разве это правда нормально так смеяться? Кадзуха пытается снова изобразить спокойствие, но Скара смахивает руки Кадзухи с плеча. — Здесь вообще нет ничего смешного, — Кадзуха срывается на крик. Скара от удивления дёргается. Смотрит на него глазами блюдцами. — Если уж я был рассеянным, то я и должен был получить эту стрелу, — кажется вот-вот и он заплачет. Вообще Скара поймал себя на мысли, что всё сейчас кажется в Кадзуха забавным. Возможно, потому что немного испуган. Серьёзный взгляд. Сдвинутые брови. Обеспокоенный взгляд. И руки в крови. Хочется её стереть. Но Скара только безразлично хмыкает. — Ты запачкался. — Это всё что тебя волнует? — обречённо спрашивает Кадзуха. Люмин мотет головой. Ей, возможно, некомфортно, а может она боится, что эти двое подерутся. Скара то умеет выводить людей из себя. Она кладёт ладонь на плечо к Кадзухе. — Он правда в порядке, — спокойно говорит она. Скара поражается Люмин. Зачем говорить столь очевидные вещи? Это даже обижает. Он прикусывает губу. — Стоп, он серьёзно ставит под вопрос мою силу? — Скара наклоняется вперёд. — Серьёзно? Я вообще-то не такой слабак, чтоб развалиться от одного выстрела. — Знаю я, — отворачиваясь, бубнит в ответ Кадзуха. — И я не хрупкая принцесса, — слишком серьёзно для этой фразы, говорит Скара. — Мгм. Люмин обеспокоенно смотрит, то на одного, то на другого. Скара уверен, что она уже явно тридцать раз прокляла идею объединить их двоих в отряд. А он говорил, что не особо ладит с другими. И плевать насколько он старается. — Давай тебя отведу к Ци Ци, — Люмин протягивает руку Скаре, чтоб тот поднялся. Он игнорирует её. Поднимается сам. — Это ж просто царапина, — фыркает он. Скара отряхивает колени одежду от пыли. — Ты пойдёшь, — Кадзуха прожигает взглядом Скару. В ответ он лишь получает ироничный взгляд. Не произносит, но во взгляде читается: «А как ты меня заставишь?». Кадзуха и в правду ничего с ним не может сделать. Он морщась отводит глаза в сторону. — Нахида бы тебя за такое поведение не похвалила, — манипуляция Люмин быстро действует на Скару. Грязная-прегрязная манипуляция. Он кидает обиженный взгляд на неё. Та лишь улыбается. — Так что? — Ладно, — бубнит он. Кадзуха растеряно наблюдает за ними. Он уже пару месяцев пытается поладить с этим Скарой. Как же у Люмин получилось? Что в ней такого особенного? Нет, в ней много всего особенного, но ведь и у Кадзухи получилось поладить со всеми на корабле. Почему Скара другой? Он снова сжимает плечо Скаре. Больно. Он не смог подавить болезненное мычание. — Зачем? — простанывает он. — У тебя снова кровь пошла, — обеспокоенно отвечает Кадзуха. — ты так крови много потеряешь. — Ну и? — Я беспокоюсь, — наконец-то говорит он. Скара улыбается этому ответу. Он это и хотел услышать. Как только не извращался. Брови Кадзухи быстро поднимаются. — Что ты? — Кадзуха слишком удивлён. — Ничего, — вновь хмурится Скара. — пойдёмте скорее к вашей Ци Ци. *** Кадзуха чуть ли не на показ общается только с Люмин. Скару раздражает это. И то, как Кадзуха пугается его. То как молчит на любые вопросы. А тем более то, как не отходит при любой битве. Всех монстров перехватывает. Он вообще-то жизнью рисковал ради этого балбеса. А он что? Бесить поменьше даже не может. Скара пилит его взглядом. Идёт немного позади. Волосами него красивые. И милый он, когда лицо расслабленно. И когда улыбается. Кадзуха медленно отводит взгляд от Люмин. Пересекается с Скарой. Резко отворачивается. — Ведешь себя, как придурок! — выкрикивает ему Скара. Кадзуха отвечает молчанием. — Скар, — Люмин качает головой. — хватит его доставать. — Я? — тот аж давится воздухом. — Его? — Да. Скар возмущённо складывает руки на груди. Он ощущает укол вины. Значит так? Сколько ему ещё это терпеть? Ко всему так скучно! — Люююююююмин, — протягивает он. Она мычит что-то в ответ. Разворачивается. Начинает идти спиной вперёд. Наклоняет голову. Её юбка идёт красивыми волнами на ветерке. — Я вернусь в Сумеру, — выдаёт Скара. Кадзуха останавливается. Сердце разбивается о грудную клетку. Страх, беспокойство заполняют его, в то время как, мимолётное ощущение недавнего спокойствия пропадает. — Что? — брови Кадзухи уплыли куда-то на лоб. Он не может понять, почему так страшно. Чего он потеряет? Собственно ничего. Вообще, Кадзухе и самому стоило бы вернуться на корабль. Но он оттягивал этот момент до последнего. А Скар! Кадзуха обкусывает губу. Он ничего не понимает. Подозрительно осматривает Скара. Нет. Он не может. Он не посмеет вот так просто взять и уйти. Скара иронично улыбается. Кадзуха все-таки заговорил. Как же смотрит то! А губки то стиснул! Вздумал с ним в молчанку играть. — В Сумеру вернусь, — он пожимает плечами. — Нахиду проведаю. Кадзуха лишь внимательно смотрит. Вглядывается. Сглатывает. Скара мысленно считает. Он не должен молчать и сейчас! Чем дольше длится молчание, тем сильнее он раздражается. Люмин видимо тоже думала, что Кадзуха что-то да скажет. Но тот лишь отворачивается от них. Идет. Ускоряется. — Я вернусь, — все-таки выдаёт Скара. — просто посоветоваться надо. — А, — будто что-то поняла отвечает Люмин. — Б, — фыркает в ответ Скара. — Скоро дождь пойдёт, — неожиданно выдаёт Кадзуха, посмотрев на небо. — давайте вернёмся. Дождь так и не пошёл. Следующим утром Кадзуха находит около своей подушки кольцо. Морщится. Слишком хорошо он узнал привычки Скары. Постоянно ненужное подкладывает ему. Кольцо оказывается большим. Он обыскивает все тумбочки в поисках хоть какой-нибудь нитки. Ничего. Приходится раскошелиться на цепочку. За то кольцо рядом. Кадзуха снова откладывает возвращение на корабль. Может Скар вернётся скоро. Не будет так одиноко. *** Скар сидит на траве. Тёплое солнышко ему нравится здесь гораздо больше, чем там в этой гавани. А ещё упираться ногами в траву, безумно приятно. Надо будет притащить сюда Кадзуху. Ему понравится. И он Нахида тоже понравится. Вообще всё было бы великолепно. — Что случилось? — Нахида поглаживает Скару по макушке. Она единственная, кому он позволяет это делать. На самом деле, если бы он попытался, то Скара позволил бы и ему. Но нет. Он вряд ли до такого даже додумается. А хочется. Это неприятное чувство усиливается. Внизу живота крутит. На бабочек не похоже, а на половую тряпку, которую выжимают вполне. — Помоги, — он изображает полное мучение на лице. — пожалуйста. Зелёные глаза внимательно его изучают. Маленькие пальцы перебирают волосы на лбу. Скар ощущает несвойственное ему спокойствие. Так всегда рядом с Нахидой. — Как? — спокойно отвечает она. — Ты скажешь, что так нельзя, — протягивает Скара. — а я не могу по другому. Это единственное до чего я додумался. Он вытягивает руку. Сжимает её в кулак. Он не совсем понимает, что значит этот жест. Он просто словно сжал солнце в кулак. И всё, весь мир во тьме. Если бы только не этот Кадзуха. — Что нужно то, — Нахида смеётся. — ты ещё даже не спросил, а уже всё. Расстраиваешься. Он утыкается взглядом в траву. Ковыряет её. — Пожалуйста, — бубнит он. Она тяжело вдыхает. Пересаживается. Прислоняется спиной к нему. — Залезть к кому-то в сон дело не тяжёлое, — вздыхает она. — но это первый и последний раз. Если ничего не узнаешь, то второго раза не будет. Скаре не удаётся сдержать удивление. Он бы дёрнулся, если бы не ощущал, что на него практически легли. Он сжал свои рукава. Он узнаёт. Ведь во сне можно узнать все? Да? Спросить просто. Он так хочет узнать, почему в последнее время Кадзуха был холоднее. Узнать, что он чувствует. — Правда можно? — скрыть радость в голосе не получается. — Ага, — голос Находятся становится более серьёзным. — но, во-первых, не давай понять ему, что он спит, а, во-вторых, старайся не прикасаться. — Почему? Ответа он не получает. Нахида встаёт. Обходит Скара. Встаёт перед ним. — Как его зовут? — неожиданно спрашивает она. — Кадзуха. Будто это что-то изменилось, она кивает. — Спокойной ночи, — слегка прикасается к его лбу. Мир на секунду заполняется всеми запахами мира. Становится так спокойно. Светло-зелёный становится практически белым, а потом словно чаща. Он засыпает. Давно он не спал так глубоко. *** Здесь бушует море. Это пляж. На секунду он пугается. Вдруг это не тот сон. Но в дали замечает этого балбеса. К нему ведут следы на песке. Где-то в дали кричат чайки. Кадзуха сидит на коленях. Скара размеренным шагом приближается к нему. Картинка неясная. То слишком светло, то темно. На реальный мир не похоже, собственно и не должно. То гром и дождь, то спокойная гавань. Ощущение словно за минуту проходят месяцы. Кадзуха обнимает что-то. Скара подходит к нему со спины. Странно, что его ещё не заметили. Наклоняется. В следующие мгновение хочется только ругаться. Пугающие зрелище. На песке лежит мёртвый он. Скара смотрит на мёртвого себя же. Весь в крови. А Кадзуха пытается стереть кровь, но её только больше. Он вновь и вновь трет по щекам. Его руки не пачкаются. Он плачет. Громко всхлипывает. Трясется. Это рвёт сердце. Слишком больно. Кажется, что он чувствует не свои эмоции. Чужие. Или нет. Не чужие, Кадзухи. Боль, ужас и разочарование в себе. Он продолжает растирать щеки трупа. Крови меньше не становится. А глаза у мёртвого тела такие стеклянные. — Эй, — единственное, что получается сказать. Кадзуха разворачивается. Смотрит на Скару. Его глаза все в слезах. Хочется прикоснуться. Утереть их. Кадзуха начинает мотать головой. Туда-сюда. — Ты… Кадзуха улыбается. Скара ощущает, как что-то внутри ослабляется. Напряжение спадает. — Ты жив? — звучит жалко. Кадзуха прекрасен, когда улыбается. У него безумно милое лицо. И глаза красивые. Хочется прикоснуться. Желание нарастает. Он уже готов проснуться, лишь бы иметь возможность вернуться. К нему. Плевать на то, что он подумает. Скар хочет обнять его. — Ага, — отвечает Скара, слишком спокойно. — Точно? — Кадзуха утыкается взглядом в мёртвое тело. — Цел и невредим, — Скара немного наклоняется к нему. — во загоны то у тебя. — Правда? — ещё раз спрашивает он. Это начинает раздражать. — Точно-точно, — бурчит Скар. — разве ты не видишь. Кадзуха начинает плакать. Рыдать прямо таки. В голос. По-детски. — Я думал, — сквозь слезы и всхлипы Скар еле его понимает. — я уже… я боюсь потерять тебя. Не уходи. Останься со мной. Глаза красные. Скара нависает над ним. Странное ощущение. Но он держится, как бы не хотелось прикоснуться к нему. Он неожиданно отпинывает своё тело. Раздражает. Мертвецы бесят. Оно становится песком. — Что? — Кадзуха кажется растерянным. Он начинает пристально смотреть на Скару. — Что-что? А? — Это сон, — изрекает Кадзуха. Скар понимает, какую ошибку совершил. Первое же правило и нарушено. — Что? — вот тут уже пугается Скара. — Нет, ты что. Кадзуха улыбается. Стирает слезы. — Это сон, — смеётся он. — Нет, нет, нет, — бубнит Скара. Резко Кадзуха прикасается к нему. Обхватывает запястья. У Кадзухи ледяные руки. Мурашки пробегают по всему телу. Запястья Скара сжали. Крепко. Не вырваться. — Это сон, — повторяя это, Кадзуха целует Скару. *** Скара прижимает руку к губам. — Как спалось? — спрашивает Нахида.