Starry Skies and Gardenias

Изабелла лежала в кровати без сна, размышляя. У неё было так много вопросов. Могут ли фестралы видеть друг друга? Возможно, могут. Они живут в стаях, поэтому они должны были замечать друг друга. И можно ли их было увидеть на изображениях? На изображениях их тоже могут видеть только те, кто видел смерть? А что насчёт их шерсти? Если бы у них отрезали шерсть, мог ли обычный человек увидеть её или она останется невидимой? Кстати, о шерсти, Олливандер никогда не упоминал, что шесть фестралов используется для сердцевины палочки. Как и с шерстью единорога, шерсть фестралов нельзя использовать? Какими могут быть её свойства? Изабелла всё ещё не добралась до раздела о сердцевинах. Она всё ещё изучала древесину для палочек. Интересно, когда она начнёт изучать сердцевины... Изабелла прекрасно провела пару недель, изучая предметы второго курса, и всё шло хорошо. Даже Блэк не раздражал её так сильно на зельеварение, единственном уроке, который её волновал. Слизнорт был особенно снисходителен с ней и не задавал вопросов, не спрашивал её мнения о каких-нибудь зельях. Блэку выпала эта честь, с которой он очень хорошо справлялся. Но Изабелла успела усвоить, что, когда кажется, что всё идет слишком гладко, обязательно произойдет что-то ужасное. И именно это и произошло. И кто же оказался причиной её мучений? Профессор Слизнорт. В конце одного из уроков он объявил, что хочет объединить студентов в пары. По его словам, слизеринцам и гриффиндорцам пора перестать враждовать друг с другом, чем вызвал мгновенный скандал, и ему пришлось прибегнуть к другому способу. Профессор поместил бумажки с их именами в котёл и вытаскивал по два имени студентов, которые будут работать в паре. Студенты, казалось, с надеждой следили за действиями профессора, ведь тогда есть шанс, что двое студентов с одного факультета могут оказаться в паре, но, в конце концов, всё это было делом случая. Как оказалось, многие из первых озвученных пар всегда получались из гриффиндорца и слизеринца, и Изабелле пришла мысль, что Слизнорт приложил к этому руку. Изабелла не горела желанием участвовать во всем этом. Вспоминая её старую маггловскую школу, никто не хотел быть её партнёром, да и она не хотела быть с кем-то в паре. Даже учителя думали, что ей лучше работать одной, и они были правы. Изабелла справлялась лучше, когда делала всё сама. Гриффиндорка скрестила пальцы, надеясь, что её имя каким-нибудь невероятным способом останется единственным и она сможет работать одна. Регулус внимательно слушал, ожидая, когда озвучат его имя. Слизнорт снова опустил руку в котёл и достал два кусочка пергамента. Слизеринец заметил закономерность. Слизнорт, хоть и сказал, что все пары образовывались по чистой случайности, выбирал гриффиндорца и слизеринца. Регулус был полностью уверен, что и ему достанется кто-то с Гриффиндора. Взгляд Регулуса скользнул к девочке, сидящей рядом с ним. Она склонилась над пергаментом, лениво выводя буквы. Кто угодно, кроме неё. — Регулус, — Слизнорт прочитал его имя на первом куске пергамента. — Ты будешь с... А! Замечательно! Ты с Изабеллой! Рот Регулуса в ужасе расширился. Из всех восьми гриффиндорцев в кабинете он оказался в паре с единственной, с кем не хотел работать??! Что это за магия такая?! — Нет, — тихими, не верящим голосом произнёс Регулус. Изабелла даже не обиделась на это. Потому что думала так же. Нет.   Ни за что. Единственный человек, с кем она искренне не хотела быть в паре, — это Блэк. И именно он ей и достался?! Это невозможно! Она отчаянно молилась, но всё равно ничего не вышло? О, пожалуйста! Слизнорт полностью проигнорировал их умоляющие взгляды. Они оба не хотели работать друг с другом, но Слизнорт был непреклонен.   Изабелла посмотрела на Блэка, который смотрел на неё, но тут же отвернулись с лёгким презрением на лицах. Изабелла совсем не хотела работать с Блэкам и на то было несколько причин. Во-первых, он презирал её. Во-вторых, он чрезвычайно конкурентный, до такой степени, что это вызывает серьезное беспокойство. В-третьих, он тщеславный. В-четвертых, он был умным засранцем, и она точно знала, что он не позволит ей жить спокойно, если она допустит хоть одну ошибку. Когда звон колокола раздался в конце класса, Изабелла сложила вещи в сумку и повесила её на плечо.   — А теперь, — начал говорить Слизнорт, палочкой указывая на дверь класса, и та открылась. — Я хочу, чтобы каждый сотрудничал друг с другом, отбросьте все предрассудки. Хорошего дня, — Изабелла вскочила на ноги и убежала. — Она даже терпеть тебя не может? — рассмеялся Маркус, хлопнув Регулуса по плечу. — Я тоже рядом с ней находиться не выдерживаю, — прошипел Регулус, удостоверившись, что Слизнорт не слышит его. — Дай мне хоть одну причину, что я должен с ней работать? — Оценки? — пожал плечами Маркус. Регулус простонал. — Просто подожди. Завтра в классе ты поймёшь, что это катастрофа, тогда у Слизнорта не останется другого выбора, кроме как вернуть класс в прежнее состояние. — Что ты собираешься делать? — спросил Маркус, приподняв бровь. — Ты же не будешь портить своё же зелье? — Конечно, нет, — раздражённо ответил он. — Мне не нужно ничего делать.  

***

— Привет, Хагрид, — поздоровалась Изабелла, входя в хижину. Хагрид достал две кружки, одну поменьше для Изабеллы, и разлил по ним чай, на сто поставил огромное каменное печенье. Изабелла попробовала только одно и была уверена, что несколько её зубов треснули. Ради своего же здоровья, девочка решила не брать добавки. — Как прошёл твой день, ась? — спросил Хагрид. — Вполне сносно, —пожала плечами Изабелла, вздыхая. — Я подумала... может ты расскажешь побольше о гиппогрифах? Ничто не могло поднять ей настроение, как хорошая книга. Изабелла пропустила ужин и осталась в библиотеке, читая о волшебных существах, и решила, что Хагрид сможет рассказать ей больше.   В это же время Изабелла мысленно пыталась подготовиться к завтрашнему уроку Зельеварения. Оно точно обернётся катастрофой.  

***

Ага... Точно так, как она и ожидала. Слизнорт объявил, что они будут готовить Огнезащитное зелье и Изабелле подумалось, что самым безопасным выходом будет просто сбежать с урока в тот же самый миг. Приготовление зелья началось настолько мирно, насколько это могло быть. Затем, как гигантский реактивный самолет, набирающий обороты, вспыхнули споры и вскоре переросли в настоящий бедлам. — Послушай меня! — Что, по-твоему, ты делаешь?! — Возьми свой собственный нож! — Не трогай его своими грязными руками! Помой их сначала! — Что?! Нет! Прекрати! — Этого будет достаточно. — Да что ты вообще знаешь? — Можешь ли ты просто заткнуться ненадолго? — Твой голос такой раздражающий. Единственные, кто в классе не разговаривали, это Регулус и Джефферсон. Казалось, Джефферсон знала, что так оно и будет. Было довольно очевидно. Регулус не собиралась произнести хотя бы слово, и Джефферсон тоже не выглядела так, словно хотела говорить с ним. И это было хорошо. Изабелла, не отрывая взгляда, следила за всем, что делал Блэк. Она продолжала следить за ингредиентами, которые он клал, сколько раз он регулировал огонь, как он мешал зелье. В тайне от неё Регулус делал тоже самое. Они оба понимали, что споры не являлись главной проблемой. Люди отказывались сотрудничать и из-за этого предпочитали варить зелье самостоятельно, что, в свою очередь, означало, что велика вероятность неправильного расчёта ингредиентов из-за чего испортится зелье. Поэтому Регулус и Изабелла продолжали следить за тем, что делает другой. Никто не хотел говорить, так что вместо этого им пришлось наблюдать. Таким образом, они справлялись хорошо. Из-за чего Регулус был невероятно горд. Если зелье получит хотя бы "Удовлетворительно", то это будет его заслугой. Странно, Изабелла чувствовала тоже самое. "Удовлетворительно" не было её обычной оценкой. В основном, она справлялась лучше, когда варила зелье одна. Но если их зелье будет сносным, то тому и быть, ведь она неотрывно следила за Блэком, пока тот выполнял задание. БУМ Изабелла подскочила. Она тут же развернулась, тяжело дыша, её сердце билось об рёбра. Ей не нравились внезапные, громкие звуки. Пока Изабелла успокаивалась, пришло осознание, что котёл взорвался... Очевидно. Непонятная красная слизь стекала со стола в углу кабинете. Изабелла подумала, что слизь двигалась по своей воле. Слизнорт старался минимизировать повреждения, но у него не слишком хорошо получалось, когда другой котёл начал выпускать всполохи искр в воздух. Регулус прикрылся своим учебником зельеварения, чтобы защитить себя, когда увидел, что искры летят прямо в него. Искры врезались в учебник, который тут же загорелся, из-за чего слизеринец вскрикнул и уронил книгу. — Ох, — пискнула Изабелла и в следующую секунду Регулус почувствовал, как что-то схватило его за мантию и дернуло вниз под стол. Следующий сноп искр попал в их котёл и наполовину законченное зелье бурно отреагировало. Изабелла тихо вскрикнула и повернулась к двери, пытаясь оттащить Блэка от греха подальше. Что ж, он, казалось, слишком напуган, чтобы двигаться. — Давай, шевелись, — огрызнулась Изабелла. — Если ты не хочешь быть поджаренным, конечно. Блэк двинулся к ней ближе, держа их руки над головами, чтобы прикрыть обоих от огненного дождя, разлетающегося по всему кабинету. Они добрались до двери и открыли её, вываливаясь наружу. Звук открывающейся двери привлёк внимание остальных учеников и вскоре все начали в панике двигаться, стараясь как можно быстрее выбраться в коридор. Как только все оказались снаружи, дверь захлопнулась. Изабелле подумалось, что кабинет превратился в камин. Хорошо ещё, что она успела забрать свою сумку... возможно, единственная, кто до этого додумался. За исключением Слизнорта, конечно. Он умудрился спасти свой портфель. Слизнорт был в ярости.   — Такого не происходило за все годы моего преподавательства! — Полностью разрушена! — Катастрофа! — Наказание всем вам! Затем он отправил всех в Больничное крыло. У многих были небольшие ожоги и фурункулы по всему телу, и мадам Помфри сходила с ума от беспокойства. Шестнадцать студентов толпой вошли в Больничное крыло после полудня. Изабелла оставалась дольше всех. Она опалила кончики пальцев, а её мантия подгорела. Гриффиндорка просто сбросила свою мантию и ждала на краю кровати, ожидая, когда мадам Помфри осмотрит других и потом она сможет что-нибудь сделать со своими обожжёнными пальцами. Новости молниеносно разлетелись по Хогвартсу. Гриффиндорцы посчитали это забавным. Второй курс почти возвели до героев. Странно, но даже Макгонагалл не сильно их ругала. Она только сказала, что они должны быть сплочёнными и покинула общую комнату. Джеймс и Сириус брали интервью у всех второкурсников, веселясь и восхваляя их. Прошёл только месяц с начала учебного года, а кабинет Зельеварения уже разрушен. Этой ночью Изабелла держалась подальше от гриффиндорской гостиной, и это была единственная причина, по которой она узнала, почему профессор Макгонагалл не сильно была зла на них.   — Ну, Гораций, что я Вам говорила? — с намеком на самодовольство спросила Макгонагалл. Очевидно, Макгонагалл и Слизнорт поспорили. Слизнорт сказал, что сможет заставить Гриффиндор и Слизерин работать в гармонии... Что увенчалось неудачей, из-за чего и проиграл спор. Изабелла не знала, должна ли она обидеться, или ей следует просто посмеяться над их спором. Этот эксперимент был обречён на провал. Слизеринцы слишком зациклены на себе, а гриффиндорцы думали, что они лучшие. Просто ничего хорошего из этого не вышло бы. Это была взрывоопасная комбинация. Изабелла бродила по замку. Правило "Оставаться в кроватях после девяти" она нарушала слишком часто. Как и в случае с "запретным лесом". Не придавая этому слишком большого значения, она тихо шла дальше и старалась оставаться незамеченной. Филч и его кошка могли быть где-то поблизости, поэтому Изабелла пыталась не попасться им на глаза. Учителя не шибко волновались из-за студентов, обычно их ловил Филч и тащил к деканам факультетов. А потом Изабелле пришлось следить за Пивзом. Призраки были непостоянны. Они не ябедничали, но Толстый Монах и Почти Безголовый Ник советовали им вернуться в общие комнаты. Серой Даме и Кровавому Барону было плевать. Изабелла попала в великолепный замок. Она впервые посетила совятню. Тысячи сов стояли на жердочках, заухали и взъерошили перья, увидев её внизу своими блестящими глазами. Гриффиндорка оставалась бы здесь дольше, если бы не отвратительный запах. На полу валялись кости мелких животных и совиный помёт, и она решила, что будет лучше продолжить свое путешествие в замке. Спустя добрых пятнадцати минут бессмысленного гуляния, Изабелла оказалась стоящей напротив гобелена Варнавы Вздрюченного, который пытался научить троллей танцевать. Она не знала, что это было, но долго смотрела в конец коридора, словно ожидая, что что-то произойдёт.   Ну, очевидно, ничего не произошло. В этом коридоре что-то было такое, что заставило её чувствовать себя странно. Возможно, это из-за гобелена? А может, дело было в гладкой пустой стене напротив гобелена? Спустя какое-то время Изабелла встала и решила вернуться в общую комнату Гриффиндора.  

***

На следующий день Слизнорт, очевидно, решил, что они будут работать самостоятельно и все были довольны таким раскладом. Изабелла продолжала заставлять себя сидеть рядом с Блэком и его друзьями. Ей не нравилось это, но всё лучше, чем работать с Блэком. Изабелле казалось это забавным, которая знала, что Слизнорт всё еще был недовольным из-за проигрыша в споре с Макгонагалл. В этот раз Огнезащитное зелье не сожгло кабинет и всё прошло довольно хорошо. Да, всё шло прекрасно, пока не наступил последний день сентября.   Слизнорт снова поставил их в пары, но на этот раз только на один урок. Возможно, вот почему люди были немного более сговорчивыми. Они думали, что после сегодняшнего дня им не придётся больше об этом беспокоиться. Изабелла могла бы выброситься из окна. Каким-то образом она всё еще была связана с Блэком. Они начали работать над зельями, и Изабелла не сводила глаз, следя за тем, что делает Блэк. Но, на одну несчастную секунду, пока она доставала скарабея, пропустила следующее действие Блэка. Теперь она должно узнать, а это очень действовало на нервы. Изабелла действительно не хотела разговаривать. Но она должна. Или её зелье впервые взорвётся. Все продолжали хорошо справляться и ей пришлось смириться. — Блэк... что ты только что сделал? — Изабелла прочистила горло, прежде чем спросить. Блэк вскинул голову, чтобы взглянуть на неё. — Что? — он нахмурился. — Я всё сделал правильно. Я знаю это. Так что просто продолжай делать то, что ты делаешь? — прорычал Регулус и отвернулся к зелью. Изабелла нахмурилась. Что? Она задала достаточно простой вопрос, но не получила ответа. И почему он вообще злится на неё? — Блэк, я была бы тебе очень признательна, если бы ты сказал, что ты только что сделал, — теперь Изабелла была раздражена. Блэк взглянул на неё с презрением. — Слушай сюда, Джефферсон. Просто вернись на своё место и продолжай рисовать каракули в пергаменте, как ты всегда и делаешь, ладно? Я сделаю всю работу сам. И да, не беспокойся, я буду достаточно любезным, и ты тоже сможешь считать зелье и своей заслугой. Изабелла посмотрела на мальчика и усмехнулась. Это было крайне оскорбительно. Гриффиндорка выпрямилась во весь рост. — И почему я должна делать это? — высокомерно спросила Изабелла. — Просто, — беспечно ответил Блэк. — У меня действительно есть талант. А у тебя нет. Просто запоминай инструкции, как ты и любишь делать. Изабелла нахмурилась ещё сильнее. — Ты знаешь, я не могу работать с кем-то таким же самодовольным и заносчивым, как ты, — выплюнула она. — Я задала тебе простой вопрос, чтобы я могла удостовериться, прежде чем добавлять жуков. Просто удивительно, как ты не можешь понять такой простой вопрос. — Ну, а почему ты не можешь понять, что я не хочу, чтобы ты тут болталась? — зашипел Блэк в ответ. — Это раздражает. Пожалуйста, заткнись. — Отлично! — выплюнула Изабелла. С неё хватит. Она больше не собирается терпеть Блэка. Всё, что она сделала, это задала простой вопрос. — Тогда ты можешь сделать это сам, — резко сказала Изабелла и схватила измельченного в порошок жука, выкидывая. — Что ты делаешь? — воскликнул Блэк и потянулся, чтобы выхватить коробку из её рук. — Ты сказал, что сможешь приготовить сам, — отрезала Изабелла, забирая коробку у Блэка. Он выхватил её снова и прижал к себе. — Самое меньшее, что ты можешь сделать за то, что подставила меня с оценками, — это позволить мне использовать твои ингредиенты, — Регулус поднёс круглую коробку к бурлящему зелью. — Я очень надеюсь, ты знаешь, что делать, — мрачно произнесла Изабелла. Она не знала, на каком этапе они находятся, и что сделал Блэк. Блэк закатил глаза и усмехнулся, перевернув коробку. Порошок высыпался в зелье, и оно сразу изменило цвет на фиолетовый и прекратило бурлить. — Что за чёрт? — пробормотал Блэк в ужасе. — О, замечательно, — с сарказмом выдавила Изабелла. Зелье должно было изменить цвет на зеленый и потом они должны были дать ему покипеть, пока бы не перекрасилось в светло-зеленый. — Действительно, что за чёрт, — выплюнула она. — Я спрашивала тебя так много раз, Блэк. Что сделал ты? Каким был последний пункт приготовления? Блэк молча посмотрел на неё. — Ты не можешь спросить, как нормальный человек? — зевнул он. — Ты могла просто спросить о последнем пункте! — Я так и сделала! — крикнула Изабелла в ответ. — Я спросила тебя о том, что ты сделал. И единственное, что ты сделал, — это вёл себя, как напыщенный болван. Блэк раздражённо вскинул руки. Он в отчаянии схватился за волосы и что-то пробормотал себе под нос. — Просто держись подальше, — прошипел он Изабелле. — ТЫ уже и так всё испортила. — Это случилось не из-за меня, ты виноват, — воскликнула Изабелла. — И это лучше тебе держаться подальше. Дай мне всё исправить. — О, пожалуйста, — Блэк растягивал слова. — Я не подпущу тебя к своему зелью, даже если это будет последнее, что я сделаю. — Это наше зелье. И ты уже провалился, не делай всё ещё хуже. — Послушай сюда, Джефферсон, — зарычал Блэк. У меня талант в зельеварение. Я знаю этот предмет лучше тебя, так что просто отвали. Изабелла громко фыркнула и скрестила руки, глядя на Блэка. — Извини? Талант? У тебя? Прости, мне слишком сложно в это поверить. Единственный настоящий твой талант — это быть грубым придурком со всеми. — Заткнись и дай мне приготовить зелье, — выплюнул Блэк. — Ты сделаешь всё только хуже, — Изабелла выхватила ложку из рук Блэка и держала её вне досягаемости, что было не так уж сложно, учитывая, что Изабелла была выше Блэка. — Верни её! — Нет. Смотри, что ты наделал! Я просто пытаюсь исправить твой беспорядок. — О, у тебя ничего не получится, даже если попытаешься! Если я потеряю свои оценки, клянусь... — Ты не единственный, кто волнуется о своих оценках! И с меня хватит твоих махинаций. Так что следуй своему совету. Заткнись и держись подальше. Изабелла не была из тех, кто терял свое самообладание. Она всегда сохраняла спокойствие и умела справляться с трудными ситуациями, понимать различия и находить точки соприкосновения. Но с Блэком это было просто невозможно! — Я не могу находиться рядом с тобой, — сказала Изабелла. — Мне тоже не нравится находиться с тобой! — Я бы и с десятифутовой метлой к тебе не подошла, — сердито произнесла Изабелла. — Ты невыносима, — отрезал Блэк. — А ты? — скривилась Изабелла. — Ты самодовольный мерзавец. — А ты высокомерная! — А ты напыщенный придурок! — Невыносимая дура! — Надменный идиот! — Тщеславный болван! — Самодовольное ничтожество! — Ты наглая! — усмехнулся Блэк — А ты бесцеремонный, — ответила Изабелла. — Ты — неуклюжая идиотка! — выплюнул Блэк. — А ты глупый, неумелый недотёпа! — вспыхнула Изабелла. — О, пожалуйста. Ты — причина, почему всё превратилось в полный беспорядок! — Прояви благоразумие и возьми на себя ответственность, — высокомерно ответила Изабелла. — Ты должен убрать свой беспорядок. Чего никто из них не заметил, так это то, что весь класс смотрел на них с интересом. Блэк никогда ни о чём не беспокоился, кроме того, как произвести впечатление на учителей, и был невероятно мил с ними. Так что это было что-то новенькое. Джефферсон, напротив, никогда не разговаривала в классе, и видеть её злой было совершенно новой картиной. Даже Слизнорт разрывался между тем, чтобы прекратить оскорбления или позволить им продолжать, чтобы увидеть, чем всё закончится. — Дура! — Тупица! — Болван! — Простофиля! — Олух! — Идиотка! — Кретин! — Чокнутая! — Дуболом! — Безмозглая! — Птичий мозг! — Достаточно! — воскликнул Слизнорт. — Пожалуйста, успокойтесь, вы оба. Изабелла посмотрела на Блэка, который смотрел ей в ответ. — Предполагалось, что здесь будет мирное взаимодействие, — серьёзно сказал им Слизнорт. Он наклонился, чтобы посмотреть в их котёл и почти сразу же отпрянул. Оно даже пахло отвратительно. — Вы ведь понимаете, что я не могу оценить ваше зелье, не так ли? — Профессор, уверяю вас, я зелье не портил, сэр, — сказал Регулус. — О, ну конечно, — сказала Изабелла с сарказмом, сочащимся из её голоса. — Он ничего не портил. Блэк нахмурился и заговорил со Слизнортом. — Профессор, я тщательно следовал инструкции, пока Джефферсон не помешала мне. — О, да, именно, — сардонически произнесла Изабелла. — Именно, — подтвердил Блэк с неприятной улыбкой. — Сарказм не твой родной язык, не так ли, Блэк? — Изабелла насмехалась. Блэк открыл рот, чтобы ответить, но Слизнорт остановил его. — Я предлагаю вам обоим немедленно это прекратить! Не заставляйте меня назначать вам наказание. И всё же! — громко сказал он, когда Блэк подал знак, что хочет вмешаться. — Ваше зелье даже не близко к сносному. Изабелла внутренне застонала. Конечно, оно не было хорошим. Оно ужасно. Да, это было крайне жалко и в этом была вина Джефферсон. Регулус оставался в ужасном настроении весь день. Он продолжал сверлить взглядом всех и вся. Он ещё никогда не получал отвратительных оценок. А тут появляется Джефферсон и сводит на нет все его усилия! Он тщательно взвешивал иглы дикобраза, когда ей пришлось его отвлечь. Разве она не могла заткнуться хотя бы на секунду?! Изабелла никогда не чувствовала себя такой раздражённой.   Её никогда не волновал Блэк. Она просто думала, что он тщеславный, помешанный на конкуренции идиот. Но, как оказалось, он был ещё хуже. Изабелла собиралась отомстить ему, даже если это будет последняя вещь, которую она сделает. Она собиралась превзойти этого кретина во всём. Научить его смирению. У неё нет таланта? Что ж, она покажет ему. Она заставит его съесть свои же слова. И она знала, с чего начнет.