Розовый гель с блестками

Приперло их не по-детски. Ал готов был сделать это вообще насухую, но Дэйн выудил из недр косметички флакончик геля для губ. Розового. С блестками. Хватило на полдесятка долгих заходов, сон сморил вымотанных марафоном кадетов только под утро. Звонок будильника прозвучал как выстрел в упор. Ал резко сбросил себя с койки и почти на автопилоте догреб до душевой кабины. Через пару минут оттуда донесся полный ярости, ужаса и отчаяния вопль: - Е..ный гель, Дэйн, чтоб тебя, нам полная п..да! Дэйна подбросило, как пружиной - он ворвался в санблок с бластером наперевес, ожидая чего угодно, вплоть до наполовину сожранного инопланетным паразитом трупа... Но Ал был, на первый взгляд, цел и невредим. Но с остервенением тер свой "окаянный отросток" средством для чистки помещения, вокруг по полу были разбросаны флаконы менее едких моющих средств. Он даже на дуло бластера не отреагировал. - Да что стряслось? - почти взвизгнул офигевающий Дэйн. Ал поднял на него дикие глаза: - Медосмотр. Через час. Нас вышвырнут из академии и засунут ассенизаторами на самый дальний астероид. Нет, на два разных... Твой е..учий гель... лучше б насухо тр..хались! - Да что? - Дэйн спросонья соображал явно слабо. Ал смерил его взглядом, каким никогда не смотрел раньше... - Блестки, Дэйн. Мы их втерли в кожу так, что альдебаранские тату на костях отдыхают. Они не отчищаются! Ал разжал кулак, и взляду Дэйна предстала лучшая, по его мнению, часть Алового тела, в данный момент выглядящая плачевно, но в то же время комично. Член был растерт до красноты, и покрыт теми самыми клятыми блестками. В горле Дэйна шевельнулся колючий ком. - Ал... а моя..?! Тот ответил, голосом похожим на смех и плач одновременно: - Ага. Твоя жеппа тоже. Да. До медосмотра у нас полчаса Дэйн молча вышел и больше Ал его не видел. Даже когда обьявили всеобщую эвакуацию, вместо так и не состоявшегося медосмотра. В спаскапусле перепуганный медик вколол Алу двойную дозу мощнейшего психокорректора, после того как тот в течении трех часов не мог перестать хохотать, рыдая и захлебываясь слезами. С того самого момента, как узнал, что причиной эвакуации стал "розовый гель, жрущий любую протоплазму", непонятным образом вырвавшийся из 15й лаборатории. Ал прекрасно знал, в лаборатории с каким номером ассистировал профессору Стаут его бывший, судя по всему, любовник