Первое общее воспоминание

      Это произошло достаточно давно, год сейчас и не вспомнить. Сначала они виделись в электричках. Это была осень, сентябрь, а может даже начало октября. Уже любимый поезд на 7:13 встречал их на разных станциях. Они виделись лишь когда бегали от контролеров, которые появлялись все чаще и чаще, не давая усидеть на холодных скамейках поезда. Сакура запомнила его вечную зеленую куртку, которую Сасори потом не снимал до поздней весны, а он заприметил её короткие розовые волосы, которые часто торчали в разные стороны – в такую рань хочется подольше поспать, а не 20 минут красоваться перед зеркалом, пытаясь уложить непослушные пряди. Через пару тройку регулярных встреч в тамбуре, Сакура все же стала вставать раньше, укладывая волосы и пудрясь, а при встрече громко смеяться с подругами над тупыми шутками, чтобы он наверняка услышал. Они все ездили и ездили, выходили на одной станции, через 100 километров от дома, но расходились по разные стороны – учились в разных институтах. Когда-то он даже почувствовал какую-то симпатию к девушке, которая одна из кучи своих подружек бегала от контролеров, хотя остальные же мирно покупали билет. Сасори не раз думал о ней, даже мог перекинуться парой предложений с друзьями о её короткой юбке или длинных ресницах, но так и не подходил. Он боялся, но и она была не самой смелой.       Их свела мимолетная встреча в ноябре. Снег тогда неожиданно выпал в середине дня и Сакура, закутавшись в свою тоненькую черную ветровку, стояла на станции. Переминаясь с ноги на ногу и редко делая затяжки полуистлевшей сигареты, девушка смотрела куда-то в даль. Она думала о направлении поездов и ленивых людях. Краем глаза она заметила движение справа, Сасори лениво спускался по лестнице, размахивая своим портфелем направо и налево, от чего вызывал смех где-то далеко в горле. В тот день Харуно задержалась после пар, надо было закрыть свои первые долги, чтобы потом не мучиться в конце семестра. Это был последний поезд, поэтому она не ожидала никого увидеть и даже купила билет, обычно в вагоне спит парочка людей, да и только, там не набегаешься. Сасори тоже был удивлен ей, задержался по той же причине. Он бы остался у своей нервной тетушки в городе, но очень хотел увидеть её снова утром. После долгих раздумий и медленного шага, он переборол себя решился к ней подойти, но вместо знакомства вышло что-то невразумительное.       — Что ты здесь забыла? — даже не заикаясь резко выдал он и сам за себя испугался. Что за чушь? Ну зачем? Но было уже поздно о чем-то размышлять.       Сакура пару раз мигнула глазами, обернулась назад, чтобы удостовериться, что больше никого нет и неожиданно рассмеялась. Это было первое их общее воспоминание. В тот миг Харуно даже забыла, что только пару минут мерзла от резкого холода и никак не могла дождаться поезда. Она лишь громко смеялась, жмурясь от летящего в глаза дыма и не могла сказать ни слова. Мальчик же застыл в ступоре. Можно же было просто сказать: «Привет!», «Я тебя видел в электричках, ты помнишь меня?» ну или на крайний случай «Почему ты так поздно возвращаешься?», хотя и это было бы не культурно и очень тупо. Он просто выдал нелепый вопрос, потому что не знал, как ещё заговорить и теперь слушал её заливистый смех.       — Блин, какой ты… — только и успела сказать Сакура, но тут же вновь засмеялась, потому что его лицо совсем перекосилось. — Извини, извини... Я уже думала, ты никогда не подойдешь ко мне.       Где-то недалеко от страха переглянулись кассирши на станции, очень долгая тишина и вдруг неожиданный смех. Сасори вообще вышел из себя.       — А с чего ты взяла, что я хочу подходить? — он даже приоткрыл рот от шока и покрылся красными пятнами, то ли от смущения, то ли от злости.       — По тебе же все и так видно. — улыбнулась она, пытаясь потушить сигарету об стоящую рядом урну.       Поезд подъехал и девушка шагнула в вагон, утягивая его с собой. Они сели на лавку и стали странно разглядывать друг друга. В тот вечер они много болтали. Ни о чем, ну или обо всем на свете. Она узнала, что у Сасори большая семья, которая не поддерживает его учебу на художественном отделении, а он узнал, что Сакура милая первокурсница обычного теха, которая стремится к созданию своей семьи и только.       — Ты вообще почему решился подойти ко мне? — неловка спросила девушка, после того, как милый контролер проверил у них билеты и нелепой походкой двинулся дальше.       — Ну… — он сначала замялся, но потом увидел её заинтересованный взгляд. — Я давно уже видел тебя, но все время боялся подойти. И вообще это очень глупо и даже страшно в каком-то плане.       — Это очень даже мило. — Сакура протянула к нему свои руки и легонько схватила за щеки. — Ты вообще очень милый. Я тоже давно тебя увидела и боялась подойти... — она переместила свои руки к его волосам и погладила.       Сасори совсем смутился. Они знакомы каких-то 20 минут, а она уже тискает его и пытается испортить его прическу. Девушка вдруг испуганно отдернула руки и растерянно посмотрела.       — Прости, я так давно хотела потрогать твои милые щечки и гладкие волосы… — Сакура опустила взгляд.       — Хах, а ты смешная. — он широко улыбнулся.       Тогда-то они все и поняли. Не в тамбурах, в которых половину холодной осени виделись ежедневно. Не на платформе, когда впервые открыто разглядывали друг друга, не зная, что сказать друг другу. Не в вагоне, когда прощались перед выходом, неловко обнимаясь после первого разговора. Не в дальнейших прогулках по паркам, лесам и даже горам. Не в кинотеатрах, летних кафешках и аквапарках. Не после знакомства с родителями. Даже не в электричках, в которых потом каждый день сидели рядом, смущенно улыбаясь. Ни при знакомстве с друзьями друг друга, ни при покупке билета, ни при морозе, ни при знойной жаре. Не после первого подаренного букета. Не после скуренной на двоих последней сигарете. Не после первой выпитой на двоих бутылки вина и нескольких съеденных кусочков дорогущего сыра. Не на свадьбе дальних друзей, которые были друзьями их друзей, не на свадьбе своих друзей, не на своей свадьбе. А именно тогда, когда Сакура мучала его щеки и расправляла волосы. Они поняли, что жарко и непринужденно любят друг друга.