Мне приснился Танец Драконов

Рейнира видит небо чёрным от дыма. Рейнира видит, как море захлёбывается огнём. И земля белая от пепла, и люди - искорёженные свидетели Танца Драконов - страшные и неподвижные. Рейнира видит себя юную в лесу, у костра. Она видит огромное тело кабана, в которое с криком и слезами всаживает нож. Рейнира помнит свой страх, свой ужас и свою беспомощность. Её руки в крови, в крови её лицо. Кровь кабана горькая на вкус, слабая, едва тёплая. Рейнира сглатывает её и лихорадочно трогает валирийское ожерелье на шее. Внутри всё горит, и старая кожа сходит с неё струпьями, осыпается хрупкой шелухой, чтобы дать волю настоящей Рейнире, матери восьми драконов и супруге дракона, королеве Семи Королевств, завоёванных драконами. Она делает жадный вздох и подставляет пламени дракона белое, в кровавых разводах лицо, чтобы увидеть в небесах последний танец драконов. Караксес смыкает зубы на глотке Вхагар и намертво впивается в неё когтями. Неповоротливая, огромная Вхагар ревёт, пока её всадник, отчаянно путаясь в цепях, пытается отстегнуться. Потому что на него идёт Деймон, и Эймонду страшно как никогда. - Нет! Нет! НЕТ! - кричит он в лицо своей смерти, а в ответ слышит небрежное: «Да». Деймон всаживает Тёмную Сестру в его единственный глаз. Рейнира замирает в священном трепете, ибо её супруг отомстил за её сына, взяв с убийцы единственно достойную плату. Он оглядывается, и видит её, свою жену. Сердце Рейниры истекает кровью. Драконы разрывают друг друга и падают, и море забирает её Деймона, и Рейнира знает, что именно такая смерть - не от огня - не позволила супругу последовать за ней в прошлое. Она просыпается с глазами, полными слёз, в кровати, полной запаха гари. Рейнира сцепляет зубы, чтобы не вырвался горестный вой, и прячет лицо в подушку, равнодушная к угрозе пожара. Она не боится сгореть. Боится лишь сгореть в одиночестве. Огонь так и не появляется. Утром, сбрасывая с плеч ночную рубашку, Рейнира не обращает внимания на обугленные пятна в районе лифа, что дугой повторяют любимый подарок от дяди - валирийское ожерелье. Запах гари оседает на волосах и шлейфом преследует её весь день. ... Рея Ройс не понимает своего мужа. Они женаты - сколько - пятнадцать лет? Сколь долгие, столь и унизительные годы. Рея ненавидит Деймона Таргариена. У неё есть на то право. Он разрушил её, сжёг, подобно драконам, от которых исходит его род. Не все в это верят, но Рея - Рея не сомневается: в королевской семье драконья кровь, драконья суть. Тщеславная, жадная и абсолютно разрушительная. В Деймоне Таргариене особенно. Рея знала его до свадьбы. В то время ещё юноша, он уже притягивал к себе взор. Высокий, худощавый, атлетично сложённый, эти его по-таргариеновски белые, словно пепел, волосы, немыслимо сиреневые глаза - сказочная внешность. Но даже она меркла по сравнению с его личностью. Лихой и дерзкий, вспыльчивый и обаятельный, с малых лет всадник Кровавого Змея и грозный воин, что в шестнадцать честно заслужил рыцарские шпоры и Чёрную Сестру из рук короля Джейхейриса I. Перед ним благоговели многие, многие дамы. И Рея тоже. Когда пошли первые намёки на их помолвку, её бедное сердце сладко, сладко заныло. Она - наследница Рунного Камня, с принцем Деймоном в супругах никто бы не посмел даже взглянуть на неё косо. Глупая, глупая Рея Ройс. Вместо главного защитника Деймон стал ей главным недоброжелателем. Она часто задавалась вопросом, что же в ней не так? Чем не угодила? Кабы не гордость, Рея преследовала бы супруга, пока он не ответил бы. Их первую брачную ночь он провёл в кабаке. Вторую тоже. И третью. Рея не осмелилась требовать он него консумации, благо, и без неё хватало желающих надавить на принца. И получить достойный ядовитый ответ. Возможно, Рея ничего не спрашивала с Деймона не из гордости, а из страха быть окончательно им растоптанной. Пока она молчала, он её не замечал. Это не могло длиться вечно. Они жили под одной крышей, но с тем же успехом их могло разделять Студёное море. Мужчины в её семье хмурили брови, а женщины утешали и советовали бесчисленные хитрости: красивые платья, искусный макияж, душистые масла. «Всё наладится, - говорили они, - принц Деймон обязательно полюбит тебя. Надо только постараться». Рея верила и делала, как говорили. Она наряжалась, как безмозглая кукла, тратила часы на уход за длинными волосами и униженно ждала, когда муж бросит на неё хоть мимолётный взгляд. Деймон предпочитал любоваться шлюхами. И трахать предпочитал тоже их. Рея горела. И однажды просто не выдержала. Деймон вернулся под утро, воняя кислым вином и дешёвыми духами. Он завалился в спальню, где Рея прождала его всю ночь в отчаянной решимости добиться консумации. Но, видя, как его всего перекосило при взгляде на неё, она сорвалась. Её крики, должно быть, слышал весь замок. Она бросала обвинения Деймону в лицо, приправляя их всем ядом, каким полнилось её сердце с момента свадьбы. Она вопрошала, что же его так не устраивает в ней, ведь она даже волосы отпустила, как можно длиннее, в угоду ему, и все эти платья, и все эти масла, уроки, причёски, покорность... Её муж... рассмеялся. Рассмеялся низко, зло. - Когда дракона женят на овце, как думаешь, что его может не устроить? Хах. Лучше бы она и дальше не задавала вопросов. Оскорбленная и втоптанная в грязь Рея бросилась на Деймона с кулаками. В своей обиде она казалась себе такой грозной, такой праведно сильной. А он отшвырнул её, брезгливо избегая даже заслуженной пощёчины. Рея сидела на коленях у его ног, красная от стыда, в тонкой ночной рубашке с красивой золотой вышивкой, с размазанными по лицу слезами - задыхающаяся, жалкая и отвергнутая. Это ранило сильнее, чем падение на каменный пол. - Нет, ты не овца. Ты бешеная сука. Бешеная бронзовая сука. Деймон сжёг её, подобно своим крылатым тварям-родичам - быстро и безжалостно, одним плевком. Иногда Рее казалось, что только доспехи и сдерживают воедино то, что от неё осталось. Она так ни разу и не услышала от него ни единого доброго слова. Когда Деймон покинул Рунный Камень, Рея вздохнула свободнее. Воздух в замке перестал обжигать ей лёгкие, долг больше не давил на плечи, стыд не сковывал горло. Она отпраздновала его отъезд, выбросив платья, обрезав волосы и лично разнеся проклятую спальню молодожёнов. Деймон Таргариен подарил Рее время, не отравленное Деймоном Таргариеном. Рея нашла себя в охоте, подальше от людей. Она не завела любовника. Её тошнило от одной мысли, что к ней прикоснутся мужские руки. Она не думала о руках дракона. Ей хватило и его пламени. Когда он возвращается, Рея сбегает. Она не в силах снова его ждать - теперь уже наследника Железного Трона, что является под руку с племянницей и её фрейлиной; с двумя сотнями Золотых Плащей за спиной, прогремевших по столице и за её пределами - своей личной армией. С той же весёлой и злой усмешкой на губах, что бьёт наотмашь, не хуже безжалостных слов. Рея ищет в его возвращении подвох. Ищет тайный смысл в его сопровождении. Рея думает, что он специально приволок Алисенту Хайтауэр. Девчонка до желчи на языке напоминает саму Рею - длинноволосую и хрупкую, завёрнутую в красивое платье, как в доспехи. Деймон держит её близко. Правда смотрит только на племянницу, видит только Рейниру. Он внимателен к ней. Заботлив. Подле неё он мягче и спокойнее. «Так вот какой он с семьёй», - удивляется Рея, и мысль оседает безвкусным пеплом на губах. Рейнира Таргариен... хороша. Юна, как была сама Рея, но уже умна и жестока; мила с теми, кто ей по нраву, и пугающе легко пускает кровь неугодным. Рея нравится Рейнире, и это странно, ведь Рейнира и Деймон похожи. Внешне. Внутренне. До тошноты и дурного предчувствия. Драконы. Жестокие, разрушительные, влекущие и абсолютно недосягаемые. Огонь не схватить. За попытку неизменно поплатишься. Рея уже поплатилась. Она сыта по горло Таргариенами. Она продолжает общаться с Рейнирой. С оглядкой на неё она пробует не грубить Деймону и с удивлением обнаруживает, что и он её не трогает. Они обсуждают рост цен на заморские товары вместе с заинтересованными лордами Долины, и Деймон вскользь напоминает Граффтону, когда тот «в шутку» называет принца лордом Рунного Камня, что у замка уже есть полноправная хозяйка. Деймон улыбается Рее - насмешливо и губительно очаровательно. ... Этим днём Рейнира мрачна. Этим днём она надрывно, отчужденно молчалива. Слуги отводят глаза и низко кланяются при её приближении, Алисента дважды пробует завести разговор, но что-то в том, как Рейнира смотрит на неё, как чуть кривит губы в улыбке - в улыбке же? - вызывает в леди Хайтауэр беспокойство, словно перед ней не подруга, а оскаленная пасть Сиракс. Это последний день охоты. Вечером они вернутся в замок. Ещё через три дня покинут Рунный Камень. У Алисенты плохое предчувствие. Она планировала пообщаться с принцем Деймоном, пока Рейнира охотится в компании леди Реи, но остаётся в шатре с прочими дамами. Ей не по себе от оскала улыбки Рейниры и, когда она ловит взглядом спину принца Деймона, от чувства страха тревоги отнимаются ноги. Алисента не боится Рейниру. Но это нормально - боятся драконов. Это нормально - помнить. Куда бы Рейнира ни шла, смрад палёной плоти, гнилостной крови и морской соли тянется за ней горьким напоминанием о потери. Её дети. Её Деймон. Невыносимо. Детей не вернуть. Мужа, с которым она разделила первый поцелуй, счастье материнства, горе утраты, месть и войну - того её мужчины тоже больше нет. Есть её дядя и любовник, который не знает её тоски, которого, если она правильно помнит, обычно и вовсе не бывает рядом месяцами. Для него всё иначе. Всё иначе для неё. Сегодня Рейнире больно смотреть на Деймона. Она сбегает из лагеря, затылком ощущая его тяжёлый, вопрошающий взгляд. Лошадь несёт её меж деревьев быстро, очень быстро. Опасно. Животное под ней не дракон - оно может споткнуться, испугаться змеи, пронестись под слишком низкой веткой, что выбьет Рейниру из седла. Рейнира может умереть и больше не открыть глаза - она это знает. Она этого не хочет (почти). Просто ночью она увидела, как умер её муж. Её жестокий, бесстрашный и бесконечно верный муж. Просто сегодня принц Деймон для неё немногим лучше призрака. Это ощущение пройдёт, дурные мысли выветрятся, но сегодня он увидит это в ней, почувствует и не примет; его это разозлит. Его это ранит. И поэтому Рейнира бежит. Только сегодня. Хотя бы до вечера она должна остаться в одиночестве. - Принцесса! Принцесса Рейнира! Услыхав голос Коля, Рейнира, вопреки желанию, придерживает лошадь. Она помнит, как там, в той жизни, он спас её, успев перехватить поводья лошади у самого обрыва. Это другой лес и это, вообще-то, прямой его долг, но Рейнира не желает допускать и шанса оказаться ему обязанной. - Уходи, - требует она, едва гвардеец появляется в поле её зрения. - Только вместе с вами, - говорит он мягко и осторожно, участливо - так, словно понимает, как тяжело у неё на сердце. Рейнира морщит нос и думает о кинжале у себя на поясе. Она знает, что Коль не уйдёт, пока Деймон не отзовёт его, знает, что, оставаясь с ним наедине, не рискует жизнью. Жизнью здесь рискует лишь Коль. Кристон тоже это чувствует. Глядя в лиловые глаза юной принцессы, блестящие, словно драгоценные камни, и столь же холодные, он, опытный воин, остро ощущает тень угрозы. Не будь лорда Толлета и его пришпиленной к столу ладони, Кристон решил бы, что чем-то сильно не угодил своей госпоже. Теперь он знает: неугодные принцессе обычно истекают кровью. Он не навязывается. Молча следует чуть позади и бродит взглядом по округе, готовый ко всему. К появлению принца Деймона Кристон не готов. Его лошадь преграждает им путь, и Кристон ожидает, что принцесса, как обычно, повеселеет при виде дяди, но этого не происходит. Кажется, её настроение становится лишь смурнее. - Оставь нас, - бросает принц Деймон Колю, не сводя внимательного взгляда с племянницы. Кристон медлит. Он поворачивается к принцессе за согласием (или отказом), но Рейнира смотрит лишь на дядю. Кристон оставляет их одних, гадая, почему это кажется ему столь неправильным. ... Письмо застаёт Рею поздним утром, когда большинство охотников уже отправились в лес. Сама она задержалась из-за нерасторопности слуг, потерявших её любимые перчатки. Перчатки, в конце концов, находят, но надеть их Рея не успевает - её настигает помощник мейстера Ломиса, несущийся так, словно за ним гонится сам Неведомый. - Леди Рея! Леди Рея! Письмо от Верховного Септона! - мальчишеский голос звенит громко и истерично важно, привлекая всеобщее и совершенно ненужное внимание. Рея морщится, в который раз недоумевая, зачем Ломис принял это пустоголовое недоразумение под свою опеку. Словив взгляд Реи, мальчишка, наконец, умолкает и протягивает свиток, раздуваясь от лихорадочной важности. Рея подумывает отвесить ему подзатыльник, но первые же строки письма заставляют её обо всём забыть.

... по настоятельным просьбам принца Деймона Таргариена и леди Реи Ройс...

... в отсутствие консумации брака...

... дарую...

Ах. Развод. Рея ловит себя на том, как яростно мнёт в пальцах злополучные перчатки. Этот день должен стать праздником в Рунном Камне. Рея растягивает губы в улыбке - кривой и ядовитой. Она так долго ждала этого письма: весь первый год с их свадьбы, а потом второй и третий. И все последующие, даже если в глубине души понимала, что разводу не бывать - слишком выгоден он для всех заинтересованных сторон (исключая, конечно, самих супругов). И вот. Развод. С момента, как Рея получила это письмо, Деймон Таргариен освобождается от всех брачных обязательств перед ней. С этого момента Деймон Таргариен - ненавистный Деймон Таргариен - больше ей не принадлежит. Ах. Рея немеет всем своим существом. С абсурдной ледяной отстранённостью она удивляется, отчего долгожданная свобода принесла с собой одно лишь замешательство. Откровенно говоря, Рее хочется и рыдать, и смеяться, подобно умалишённой. Она, наконец-то, свободна от королевского дракона! Он забудет о ней, едва покинет Рунный Камень. Словно ничего и не было. - Миледи? - острожно зовёт гонец, что принёс плохие - плохие? - вести. - Леди Рея? - Пошёл вон. Рея отбрасывает прочь перчатки и сминает в руке письмо. Что ж, свобода так свобода. Интересно, Деймон улыбнётся ей, когда она даст ему то, чего он так жаждет? - Всё в порядке? Герольд подходит к ней сзади, и Рея успевает справиться с выражением лица. К кузену она оборачивается уже с довольной, хоть и слегка саркастичной улыбкой. Рея не уверена, что голос не подведёт её и потому молча передаёт свиток. - О. - Именно. Герольд поднимает от письма весёлый взгляд. Рея продолжает ухмыляться. - Что ж. Мои поздравления. Поздравления. Рея будет ещё не раз принимать их, да. Меньшее, что она может сделать, это выглядеть довольной. - Поздновато принц Деймон решил наладить отношения. Рея вскидывает бровь: - Думаешь, он не знал? - Если не знал, - пожимает плечами Герольд, - то надеялся. Его статус изменился, а вот желание развестись - нет. Полагаю, он хочет расстаться на хорошей ноте. Рея замечает, что помощник мейстера всё ещё стоит на месте и беззастенчиво греет уши. Рея хватает его за одно и от души треплет, срывая внезапную злость единственным доступным ей способом. - Смеешь подслушивать?! - Ай! Нет, госпожа! Простите! Я не хотел! - Наглый крысёныш, - шипит Рея, только сильнее выворачивая мальчишеское ухо. - Давно пора образумить Ломиса, чтобы он избавился от такого бесполезного куска дерьма, как ты! - Эй, Рея... - Смилуйтесь, госпожа! Смилуйтесь! - Рея! Рея отпускает многострадальное ухо, буквально отшвыривая от себя рыдающего мальчишку. Она не знает его имени и знать не хочет. Единственное, что она хочет сейчас, это... - Не могу ждать, - весёлым тоном бросает Рея кузену, и даёт знак слугам, чтобы подвели её лошадь. - Стоит обрадовать принца, как считаешь? Герольд открывает рот, чтобы что-то сказать, но Рея уже взлетает в седло. - Стой! - отмирает Герольд. - Где ты его искать собираешься? Я не видел, чтобы он присоединялся к остальным охотникам. - Я сама охотник, - фыркает Рея и пришпоривает Чёрного раньше, чем кузен находится с ответом. Её ведёт чутьё, не иначе. А также непревзойдённое знание местности и пара подсказок от встречных. Деймона нет с компанией лорда Темплтона, а значит, его нет на юге. Его также не встречали Графтоны и Шетты на западной тропе. Остаётся только восточная - самая извилистая, ведущая к бедному, каменистому участку леса. Туда забредают только по незнанию, что исключено за неделю охоты здесь. Рея пускает коня лёгким шагом, давая себе возможность успокоиться и привести в порядок мысли. Как никогда она хочет увидеть Рейниру. Юная принцесса, несмотря на свой возраст, оказалась мудра и по-взрослому прагматична. На их прогулках она не щебетала о платьях или кавалерах, не жаловалась на наставницу, не плакала по матери. Нет, Рейнира Таргариен рассуждала об экономическом положении Рунного Камня, об угрозах со стороны Кормильца Крабов - не для Рунного Камня или Долины, как таковых, но для тех, кого Деймон уже успел перетянуть на свою сторону. Рейнира прекрасно разбирается в родственных связях лордов Долины, легко проходит все ловушки Реи и даже загоняет в угол её саму. Рея не думает - не хочет думать - что при этом улыбка Рейниры больше всего напоминает оскал дракона. Она резка, когда надо, и, когда надо, мила. Умная, циничная - принцесса в своём Красном Замке словно прошла через всё Пекло и вернулась обратно. Забавно, Рея слышала, что Отраду Королевства холят и лелеют, и ни в чём не отказывают. Рея гадает, какой будет реакция Рейниры на их с Деймоном развод. Милая принцесса так старалась сгладить между супругами углы, навести мосты - а что теперь? Вслух Рейнира наверняка порадуется за Рею. Рея надеется, что они останутся добрыми друзьями, когда... Она натягивает поводья, и Чёрный послушно останавливается. Впереди, справа от тропы, мирно пасётся пара лошадей. На одной, Рея уверена, ездит Рейнира, кто хозяин второй - она не знает. Предчувствие щекочет затылок, смутно подталкивая продолжить путь, но Рея слишком взвинчена, чтобы обратить на это внимание. Она спешивается и сходит с тропы, оставляя Чёрного мирно щипать траву. Она находит их уже через две дюжины шагов, когда, влекомая голосами, обходит поросший плющом обломок скалы в два человеческих роста. - ... в чём ты меня обвиняешь? - Это не вопрос чьей-то вины, дядя. Подумать только, какой-то час назад Рея надрала уши мальчишке за то, что подслушивал, а теперь сама зачем-то затаилась в густой зелени плюща. Она наблюдает, как Деймон хватает свою племянницу за плечи, подтягивает к себе - такую маленькую и хрупкую - и рычит прямо в побледневшее лицо: - Так не отводи глаза! Рейнира вскидывает взгляд - уже злой и упрямый. Рея вспоминает себя в её возрасте: как не смела рта при супруге лишний раз раскрыть, как отшатывалась от его гнева, словно от огня. Теперь отшатывается Деймон - от взгляда Рейниры. Он отпускает её, отходит на шаг. На лице его странная смесь растерянности и уязвлённой гордости. Невероятно. - Ты сравниваешь меня с ним, - цедит он, обвиняя. Рейнира молчит. И смотрит, как Деймон и требовал. В её сиреневых глазах нет ни сочувствия, ни вины - один лишь беспощадный жар злости. Вызова. - Пекло, - он снова подходит, словно не может выносить даже такое малое расстояние между ними. Обхватывает лицо Рейниры ладонями, прижимается лбом к её лбу. - Что ещё ты от меня хочешь? Я отказался от шлюх, вежлив с Бронзовой Сукой, раз она так тебе нравится, я выиграю для тебя Ступени и сделаю своей королевой. Я твой не через три года, не через пятнадцать. Сейчас. Так чего ещё жаждет твоё жестокое сердце, любовь моя? Рее хочется кричать. Искала Деймона? Хотела увидеть Рейниру? Мечтала о разводе? Какая ирония: сегодня исполнились все её желания, и каждое словно отвесило ей хорошую оплеуху. Деймон смотрит на свою племянницу так, как когда-то отчаянно жаждала Рея: алчно, самозабвенно, влюблённо. На свою племянницу. Рею мутит. Она зажимает себе рот в отвращении, неловко отступает назад. Под подошвой сапога неожиданно громко шоркают мелкие камни. Рея замирает и тут же укрывается в зелени плюща, когда оба Таргариена вскидывают головы на звук. Она выжидает. Прислушивается. Тихо. Следующий шаг она делает уже собранно, крадётся спиной назад, готовая в любой момент сорваться на бег. Не то чтобы Рея действительно думает, будто её убьют, но инстинкты, что не раз выручали на охоте, кричат об опасности. Второй шаг. Третий. Четвёртый. Рея забывает, что Деймон любит охоту не меньше неё. - Как кстати, - роняет он за её плечом, и это последнее, что Рея слышит. Последнее, что она видит, это Рейнира Таргариен и её безумная, полная жарким восторгом, улыбка. Умирая, леди Рея Ройс, глава Дома Ройсов и леди Рунного Камня, успевает подумать, что в этом вся суть любви драконов. Она ломает, сжигает и губит. Если ты не дракон.