Бесконечно нелюбимые

Андрюша начал стонать, совершенно не сдерживаясь, посмотрел на отца и обомлел. Мускулатура рук и груди чётко вырисовывалась в тусклом свете из-за удерживающей его хватки. Грудь немного блестела от пота. Живот ходил ходуном, чётко обозначая вдалбливание члена в Андрюшино "лоно". По паху парня разлилась приятная истома, его член напрягся, и из него начала сочиться смазка. Андрей попытался взяться рукой за член, но Павел Олегович перехватил его руки и, заведя их ему за голову, навис над ним. - Э, нет, парень. Тебе нельзя, пока я не разрешу, - сказал он сыну на ухо и прикусил мочку. Андрюша вновь застонал во весь голос. Движения отца стали мощнее, он вбивал в сына свой член подобно отбойнику. Жданов младший слышал, как при каждом выдохе из него начал вырываться хриплый рык. Отец утробно зарычал и, схватив Андрея за плечи, насадил на свой член. Грубо, властно, стремясь проникнуть глубже. Сын почувствовал, как внутри запульсировал отцовский член и тепло разлилось по его паху, доставляя удовольствие. Отец кончал в него, заливая внутренности своим семенем. С тихим хлюпом отцовский член выскользнул из ануса Андрюши. - Ты принял только первую порцию спермы, сынок, - сказал Павел Олегович.