...
17 июня 2023 г., 23:32
Сюэ Ян вспомнил все вторым
На тот момент ему было одиннадцать лет. Мальчик жил в квартире вместе с матерью и младшей сестрой. Он ненавидел косые взгляды. Особенно его бесили косые взгляды в сторону младшей сестры. Он берег девочку, как самое дорогое на свете сокровище. Любое издевательство, смех или ненависть в её сторону сопровождались последующей дракой. Всегда. Исключений не было. Даже разница в возрасте никогда не мешала Сюэ Яну дать по шее обидчикам. Он, конечно, мог себя сдержать и не делать ничего, кроме мелких пакостей. Но если вдруг сестра приходила домой со слезами на глазах, испачканной одеждой и с парой царапин, то шансы на выживание у определённых людей значительно падали. Самое страшное случалось, если девочка возвращалась с синяками.
Это было только один раз, когда она только пошла в первый класс. Сюэ Ян был уже в третьем. Однажды сестра вернулась домой хмурая, с опущенной головой. Она даже не стала обнимать брата, как делала обычно, а сразу убежала в свою комнату. Почему? Ответ нашёлся спустя пару минут. Долго сидеть в комнате она не могла чисто по собственной природе и желанию поесть. Девочка аккуратно выбралась на кухню. К сожалению, её нашли очень быстро. Сюэ Ян только и ждал, чтобы поймать сестру и расспросить её, а ещё получить свои обнимашки. Но его планам не было суждено сбыться, едва только мальчик увидел на щеке у девочки опухший синяк.
На следующий день, тот, кто оставил его был увезён скорой помощью. Сюэ Ян был доволен результатом, хотя сестра и злилась. Когда она злится, то выглядит очень мило.
А после он видел кошмар. Точнее, череду кошмаров, которые продолжались в течение нескольких дней. В первый раз он видел кровь. Много крови, кусков плоти, органов. А ещё были крики. Крики, которыми восхищался тот, кто убивал, а самого сновидца трясло от страха. Он даже не заметил, как проснулся и больше не смог уснуть. Там явно был он. Он и всё же… Другой. Более взрослый и в странной одежде. Он бы сам такую не надел никогда в жизни. Наверное.
С последующими ночами всё стало проясняться. А в последнюю Сюэ Ян перестал бояться своих кошмаров и проспал всю ночь. Просыпаться не хотелось. Как теперь он посмотрит в ее глаза и улыбнется? Как сможет смотреть на ребёнка, чьим палачом стал сам? Он попытался. У него это вроде даже получилось. Сюэ Ян улыбался своей сестре. Смеялся вместе с ней и был счастлив, что она ничего не вспомнила.
Ещё в детские годы девочка была милым и послушным ребёнком. Случаи, когда она повышала голос, были единожды, а в драке девочка не оказывалась. Здесь было две причины: собственное нежелание и гиперопека от старшего брата. Сюэ Ян был на несколько лет старше А-Цин, но это не мешало ему почти каждую перемену приходить к сестре и спрашивать о её самочувствии. Со стороны это выглядело смешно, что не скажет ни один человек — старший брат очень уязвим перед насмешками, может и ударить. Но с первых рядов зрительного зала картина представлялась печальной.
Сюэ Ян слишком много жертвовал ради благополучия младшей сестры. Он остро реагировал на усмешки, смех, улыбки, движения и вообще всё, что только могло вызвать подозрения. Из-за этого Сюэ Цин часто называла его параноиком, на что мальчик лишь согласно, как болванчик, кивал головой и продолжал лезть на рожон. По этой причине он появлялся у директора по несколько раз в году и знал где и что лежит у этого старика.
Частые драки являлись причиной, по которой у Сюэ Яна не было друзей в школе. Никто не понимал стремления ребёнка защитить свою младшую сестру и считали за сумасшедшего. И, как бы ни старался сам мальчик, иногда его боль становилась видна. Никто не обращал на неё внимания, а А-Цин в это время напевала детскую колыбельную — странно, но под неё Сюэ Ян быстро успокаивался.
Но, каким бы странным и непонятным ни был мальчик, он был её старшим братом «А-Яном». Но…
Но в один момент всё изменилось. Очень резко.
Утро началось как обычно. Мама приготовила на завтрак блинчики с какао и положила немного конфет. Дети их очень любили. Обычно А-Цин просыпалась раньше брата и сегодняшний день не стал исключением. Девочка ждала А-Яна на кухне, старательно жуя уже третий блин. Она мотала ногами под столом и наблюдала за жизнью на улице. Понедельник. Всё куда-то спешат, всем что-то надо, кто-то опаздывает. За окном звонко, как колокольчики, весело распевают птицы. Жаворонок сёл на ветку дерева к другому, и они уже вместе наблюдают людьми. В зале госпожа Сюэ включила телевизор и, скорее всего, сев на диван, ищет прогноз погоды или новости.
Тут на кухню медленно зашёл брат. А-Цин лучезарно улыбнулась и, отвлекаясь от созерцания окна и вида из него, быстро повернулась в его сторону. Вид Сюэ Яна, представший перед девочкой, очень её озадачил. Мальчик был на удивление спокойный, тихий и задумчивый. Глаза, цветом походившие на горящий уголь, не сверкали огоньком огромного веселья, схожего с небольшим безумием. Лицо выражало крайнюю степень задумчивости и печали. Осанка, походка, поведение — все, что так хорошо помнила А-Цин — изменились всего за одну ночь. Почему же?
Мальчик поднял взгляд на наблюдающую за прохожими и машинами сестру. Из-за своей потерянности и, видимо плохого настроения, Ян не заметил того, что девочка успела заметить все изменения у старшего. Он едва смог натянуть на свои губы улыбку прежде, чем Цин повернулась к нему лицом. Прекрасные глаза красиво выделялись на лице обрамленном россыпью волос. Красиво, сказали бы вы, если бы не знали их прошлого. Как думаете, что представил Сюэ, только взглянув в эти чистые, наполненные радостью глаза? Конечно же то, что однажды отрезал язык, лишил зрения и жизни ту девушку. Он вспомнил, как падало её тело на землю, не в силах больше держаться ровно, будто живая. Неподдельный страх и боль тогда не принесли удовлетворение, что было странно. Он ведь любил издеваться над людьми перед тем, как убить их же. Но в этот раз с ним была только горечь и затменная ненависть к себе. А еще желание воскресить Даочжана. Подумать только! Сюэ Яну была дорога эта слепышка достаточно, чтобы чувствовать боль. А он с ней еще и ругался постоянно.
Что же будет, когда он встретит Даочжана?..
А-Цин широко улыбнулась.
— Брат, идем есть!
— Да, да… конечно. Иду, — Сюэ закивал и сел напротив девочки.
— Рассказывай, что тебе приснилось! — А-Цин была глубоко уверенной в том что во всем виноваты кошмары и плохие сны! Она собиралась это доказать — Что-то плохое?
— С чего ты взяла, сестра? — Ян максимально правдоподобно улыбнулся.
— У тебя мешки под глазами, — девочка подала плечами — Значит ты либо не спал ночью, либо тебе снилось что-то плохое. У тебя наэлектризованные волосы, а значит ты много ворочался. Если ворочался — значит спал! Потому что из шерстяного — только одеяло. А ты ненавидишь сидеть под ним, если не спишь. Итог: плохой сон! — торжественно заявила А-Цин и ударила ложкой по столу.
— Дети, пожалуйста, потише! — донеслась мамина просьба из комнаты.
— Хорошо, мам! — кивнули дети.
— Ты довольно наблюдательна и рассудительна, — постарался хмыкнуть Сюэ Ян. Это много раз помогало ей выжить — он знает. Но даже хитрость и проворность молодой девушки не помогли ей спастись от гнева больного на голову психопата.
— Наверное, в прошлой жизни была глупенькой и наивной, из-за чего и погибла. А в новой моя душа решила стать умнее, чтобы не провалиться так же, как и в прошлой жизни? — А-Цин мило хлопнула глазами.
— Наверное, — не стал спорить с не мальчик и съел один кусок от блина — Очень вкусно…
— Согласна! Мамины блюда — лучшие!
Когда Сюэ Ян вновь ушёл вглубь себя, чтобы проматериться в свою сторону как следует, а ещё найти способ решения одной проблемы, он не заметил странного взгляда А-Цин, переполненного грусти и сочувствия.
Вспоминать тяжело, она знает. Это больно, когда понимаешь, что ничего нельзя изменить, как бы не хотелось.
Все же у А-Цин была одна особенность — наблюдательность. Она не могла не заметить малейших изменений. Это помогало обманывать и выживать на улицах.
В конце-концов, её актёрское способности не знали границ.
Она умела лгать лучше многих.
Поэтому ещё никто не поймал её на обмане. Даже в этой жизни.
♣︎♧♣︎♧♣︎
Сяо Синчень и Сун Лань. Мы о них не забыли. Два мальчика. Идеальные копии себя прошлых, только волосы короткие, да одежда нашего времени, пусть и только в определённых цветах: белый и чёрный. Они решили не менять своего прошлого стиля с того момента, как память к ним вернулась. Они ходили в одну школу, в один класс, сидели за одной партой с первого класса и, определенно, были лучшими друзьями на всю жизнь. У них прекрасные отношения друг между другом, полные семьи и любимые родственники. Что может быть лучше? Только факт того, что он еще и наследники родительских дел. Не слишком ли много, спросите вы, а я вам отвечу — нет, не слишком, они заслужили. Эти двое уже настрадались. У них была счастливая жизнь в новом месте и времени, но они с рождения здесь находятся, для них нет ничего странного. Если бы только к ним не вернулись воспоминания из их первой жизни. Говорят, душа запоминает только её, но долго не может воспроизвести её в теле. Лишь во время последней жизни и последнего перерождения память возвращается в разум. Но у всех это разное время. Может быть с рождения, так и перед смертью. Ограничений нет. В тот день семья Хуан¹ решила устроить праздничный вечер в знак рождения их дочери — Хуан Сяомин², которая в будущем унаследует половину корпорации Хуан. Многим известным семьям было отправлено приглашение. Семьи Сун и Сяо тоже получили своё. На торжество было обязательно являться со своими детьми — через пару лет им уже нужно будет взаимодействовать друг с другом для работы, а это отличный повод тренировки. Нужно ли говорить, что никому из «детей» не были интересны взрослые проблемы? Уже на середине праздника малышей разогнали, более старших отправили в комнату отдыха, а те, кому больше пятнадцати, остались на банкете. Сяо Синчень и Сун Лань попали под второе определение и вместе с другими ребятами пошли в гостиную. В комнате отдыха стояло множество небольших диванов, кресел, растений в горшках и несколько стульев. Дети разбрелись по разным местам и отказывались общаться. Все были слишком высокомерны на людях и привыкли, что говорить не нужно. Большинство даже не понимали, что им делать. Они бы уткнулись в телефоны, но их забрали ещё в самом начале праздника, поэтому делать было нечего. А банкет не закончиться ещё часов пять. Первым, спустя почти час всеобщего молчания, не выдержал Ван Хэ Хуа³. Он, набравшись смелости, ударил рукой по креслу, на котором сидел, и спросил, воскликнув: — А кто знает легенду о тёмном заклинателе и убийце?! — Никогда не слышал, — отрицательно метнул головой другой мальчик, лет тринадцати на вид. Остальные лишь подтвердили его слова. Не пристало в элитном обществе читать какие-то там легенды. Это семья Ван ещё совсем недавно стала богатой, оттого и пока не поняла всех правил. — А хотите расскажу? Дети задумчиво посмотрели на него, но согласились. Все равно делать нечего, А послушать то, что действительно может быть интересным — довольно заканчивая перспектива. Даже Сун Лань согласительно пожал плечами — он отвечал за дисциплину. — Тогда слушайте: говорят… За долгие годы эта легенда потеряла множество деталей и получила новых. Раньше в неё действительно верили, но из-за добавления все новых знаний, легенда потеряла свою красоту и превратилась в сказку. Все еще существуют версии, приближённые к оригиналу. Одни из них и расскажет Ван Хэ Хуа. «Раньше, тысячи лет назад, когда еще не было машин, автоматов, ружьев, стульев и многих других предметов, нормальных для нашего времени, в одной деревне родился мальчик. Говорят, он провёл своё детство на улице, что сделало его жестоким и ненавидящим все живое.» Кто-то выключил почти весь свет, оставив гореть лишь одну слабую лампу. «Маленькое чудовище — так его прозвали жители — однажды решил убить человека, который от доброты душевной помог ему. Он подумал, что слишком банально будет издеваться над одним человеком. Крики доносились из-за ворот, но на улицу никто так и не смог выбраться. Весь клан был уничтожен, а с ним и тот добрый человек. Сейчас неизвестно, что такое могло не угодить маленькому монстру, но факт остаётся фактом — за любое мнение, движение или интонацию, не сходящиеся с его собственными, этот человек убьет и не пожалеет. Этот монстр вырос и стал сильным. Он решил отличиться от других людей-заклинателей, поэтому встал на путь иной. Тогда его называли тёмным. Да, он был действительно хорош в нём, научился многому и считался одним из сильнейших последователей пути тёмного. Но он никак не мог догнать Старейшину И Лин — о нём существует своя легенда. Вроде бы, монстр не особо над этим беспокоился. Он продолжал чинить хаос абсолютно везде, где бы только не оказался. Пока однажды не повстречался с мужчиной-заклинателем. Между ними произошла перепалка, и они стали врагами. Долгие годы длилось между ними противостояние. Пока однажды этот монстр не ранил друга заклинателя. Точно не известно, но вроде это был глаз или оба глаза. Тот друг ослеп. А это было чудовищно опасно для заклинателя, орудующего мечом! Монстр сбежал, А заклинатель решил помочь своему другу. Он вырвал свои глаза и отдал их ему. После покинул своего друга и решил научиться сражаться и без зрения. Больше их пути не пересекались. Заклинатель провёл несколько лет в странствиях. Там он и повстречался с юной и незрячей девушкой, что была красива и мила. Она решила остаться с этим заклинателем, ведь у неё не было ни родителей, ни дома. Вместе они продолжили свой путь, перемещаясь из города в город, но вскоре остановились в одном из них и поселились в старом домишке. Они захотели помогать жителям этого города справиться с нечистью, обитавшей у них. Именно там они и встретили свою смерть. Монстр вернулся. Он был ранен, уставший и больной. Заклинатель и девушка приняли его, вылечили, укрыли от непогоды, дали еду и место, где можно спать. И как же отплатил он? Эти люди были убиты сразу после того, как чудовище смог нормально передвигаться. Он убил их, а они еще и помогли ему! Чудовище! После он расправился и с другом того заклинателя, сделал его ходячим мертвецом и заставив подчиняться своей воле. Кара настигла его. Спустя ещё немного времени явился прекрасный герой, убивший монстра и освободивший души этих людей от вечного плена и страданий в образе признаков и мертвеца. Но, говорят, дух монстра ещё вернется. Он следит за каждым. Он видит каждого. Он знает их имена, фамилии и историю жизни. Даже после смерти он разыскивает кого-то и мечтает отомстить своему убийце. Любой, похожий на них загадочным образом умирал. И, надеюсь, среди вас нет таковых. Он действительно безжалостен к врагам.» Голос Ван Хэ Хуа был спокоен, но одновременно завораживающий. Он успел говорить красиво, так, чтобы все его слушали. Некоторые дети уже спали, кто-то глядел удивленными глазами на рассказчика, а кто-то обдумывал эту историю. В сердце Сяо Синченя закрылись смутные и не добрые подозрения. — А все в действительности было именно так? — спросил он, посмотрев на Ван Хэ Хуа обеспокоено. — Кто знает, — пожал плечами тот — Может быть так, а может по-другому. Эта история передаётся из уст в уста уже который век, поэтому детали могли затеряться. Ещё в начале своего пути были известны все имена и все подробности этой легенды. Вроде, это было в городе, в котором производили товары для похорон. Но это было в действительности. Правда, со временем имена забылись, подробности исчезли, а люди перестали верить в реальность это истории. Сейчас век науки, а значит магии у нас не место. — Понятно… — Да чего ты, А-Чень? — хлопнул его по плечу Сун Лань — Не беспокойся, неправда все это! Но сомнения не оставили Сяо Синченя. Они лишь воплотились в реальность. Когда они все семьёй ехали домой, мальчика прошиб озноб. Резко нагрянули все воспоминания, а голова ужасно заболела. Он, не в силах сдержать боли, закричал, хватаясь за голову. Прошлое… Страшное, тёмное, наполненное как хорошими моментами, так и не очень. Склизкое и отвратное чувство страха. — Дорогой, что с тобой?! — Сяо Цзицан⁴ обернулась и, увидев сложившегося пополам мальчика, воскликнула — Господин Чжан', езжайте в больницу, немедленно!♣︎♧♣︎♧♣︎
Сяо Синчень очнулся в больнице. Его состояние было стабильным, врачи сказали, что недавний срыв мог быть вызван расшатанными нервами или плохим режимом сна. В целом, все его состояние говорила об этом. Последствиями получения воспоминаний были усталость, растерянность, слабость в теле, боль в голове. Однако, это не было поводом для беспокойства, и мальчик быстро оправился. Скоро его выпишут из больницы. Сун Лань обнаружился в нескольких палатах от самого Синченя. Он однажды зашел к своему другу и, обняв ещё плохо держащегося на ногах Сяо, начал выпрашивать у него прощения, за совершенные в прошлом действия. За абсолютно все. Ему было чертовски жалко своего лучшего друга, который отдал ему глаза, спас во время битвы, а потом ушёл, не сказав ни слова. — Прости меня, пожалуйста… Я, я больше не позволю никому навредить тебе. Особенно кому-то, кто похож на этого ублюдка. Я обещаю. В этот раз не оставлю тебя одного, Сяо Синчень… — он уткнулся носом в плечо этого добродушного человека, которого принимает, как за брата. Обязательно за неразумного младшего брата. — Хах, А-Лан, конечно. Не беспокойся обо мне, — Сяо Синчень слабо улыбнулся — Лучше скажи, все ли ты помнишь? — Конечно. — Прекрасно. Тогда, я думаю, нам стоит немножко поговорить. Все же, между нами остались некоторые недопонимания. — Естественно, — Сун Лань закатил глаза — Давай, расскажи мне, зачем ты отдал свои глаза? Я бы справился и без них. Если бы ты этого не сделал, то… то остался бы жив! Этот ублюдок не смог бы ничего сделать! Он бы сдох! Сяо Синчень вновь лишь грустно улыбнулся, отводя взгляд в сторону. Да, это «ублюдок» — как назвал Сюэ Яна его друг — был не самым лучшим человеком, но все же… Перед глазами пронеслись картинки тех дней, когда он еще мог видеть. А потом стали воспроизводиться звуки и голоса знакомых людей. Это заставило его почувствовать некую тоску и радость на сердце. Все же, он не жалеет, что тогда вылечил этого парня.♣︎♧♣︎♧♣︎
С того дня прошло несколько лет. Они уже закончили школу, поступили и обучаются. Сюэ Ян на третьем курсе, а Сюэ Цин на втором. Год воспоминаний выдался очень тяжёлым для мальчикам поэтому он не добился особых успехов в учебе, постоянно ощущая себя подавленным. Он проклинал и ругал сам себя за собственные поступки прошлой жизни, ненавидя себя с каждым днём всё больше. Не помогала и А-Цин, которая пыталась поддержать брата, хоть, по его личному мнению, не понимала, что случилось, лишь усугубляя процесс принятия. Но заслуженно. В один момент мальчик не выдержал и сорвался. Самоубийство — довольно распространенный способ избавления от проблем. Если бы только сестра не успела его остановить, Сюэ Ян не знает, что можно до бы случится дальше. Она вырвала у него из рук нож и посмотрела сурово, как на пойманного на побеге пленника, но не сказала ни слова. Девочка отошла от брата, поднялась на стул, достала из висящего белого шкафчике аптечку, потом снова подошла к Сюэ Яну, присела рядом с ним и начала обрабатывать раны на руке. После этого она посмотрела на шею мальчика и поджала губы. Хорошо, что порез был небольшим, ведь он не решался сделать завершающий взмах оружием. Наконец, когда с обработкой и перевязкой было закончено, А-Цин посмотрела на Сюэ Яна и спросила. — А-Ян, зачем? -… — Действительно, что я могла ожидать от тебя, — девочка вздохнула — Не делай так больше. Мальчик медленно поднял взгляд от пола, но в нём не появилось ни капли осознанности. Сюэ Цин уже выходила из кухни, когда обернулась и, улыбнувшись, сказала: — Тебе ещё перед Даочжаном извиняться. … — Ч… Что.?.. — Хотя, я думаю, он тебя в любом случае простит. Даочжан всегда был слишком добр к окружающим. — Откуда ты… Как?! — Думаешь, ты один такой особенный? А еще ты не умеешь врать. И очень плохой актёр. Даже я в десять лет была лучше. Ничтожество, — фыркнула А-Цин, сложив руки на груди и презрительно посмотрев на брата. — Т-ты… К-ког-гда? — А? Ай, да я родилась сразу с памятью, — махнула рукой девочка, показывая всю незначительность чего факта. — И т-ты не ненавидишь меня? — почти перестал заикаться мальчик. — Недолюбливаю… Недолюбливала, но ты доказал что можешь измениться, а во всем твоем характере виноваты ублюдки, заставившие тебя ненавидеть этот мир. Наверное, — поправила она сама себя. — Правда? — губы Яна задолжали, а сам он неверяще уставился на тонкую фигуру А-Цин. — Я помню все с рождения, — она фыркнула — Как ты думаешь, могла бы я тебя убить за это время? С учётом того, что ты доверял мне больше, чем кому-либо еще? Думаю, усадить тебе нож в горло было бы небезопасно, а вот кинуться под машину, а потом изобразить несчастный случай — довольно удобно. Но я ведь этого не сделала, так? А значит я все же тебя люблю и ты мне дорог. Да и к тому же… Она не договорила. Сюэ Ян резко сорвался с места и, превозмогая боль, обнял А-Цин, прижимая её к себе так крепко, как только мог. — С-спасибо… Т-ты лучшая! — слезы против воли потекли из его глаз. — Я знаю, — она попыталась выглядеть более веселой и безработной, но на объятия ответила, зажмурив глаза и прижавшись носом к плечу Сюэ Яна — Все будет хорошо… Дальше все стало лучше, пусть на мальчике все еще висел огромный груз вины и ненависти к себе. Вдвоём они смогли установить равновесие у психического состояния Сюэ Яна. Пусть шаткое, но равновесие. Закончить год нормально у него так и не получилось, поэтому его оставили на второй. Особых душевных терзаний он, конечно, не испытывал по этому поводу. С учётом прошлой жизни, получить образование было верхом прекрасного. А дальше несколько лет обучения, сдача экзаменов, получение результатов, выдача аттестатов, выбор колледжа. Сюэ Ян закончил школу раньше Цин, что дало ему возможность поиздеваться над младшей Сюэ, когда та сдавала экзамены на поступление в следующем году. Университет они решили выбрать один, но с разными направлениями по специальности. Все шло хорошо. Обычная жизнь студента: зачëты, сессии, пары, ночи в зубрежке перед сдачей, доклады, рефераты и множество других мешающих здоровому сну и хорошему настроению вещей. На улице зима. Середина декабря. В их спины неумолимо дышала сессия, пугая своим существованием. Но если А-Цин и пыталась хоть что-то выучить, то Сюэ Ян забил на учёбы, проводя все свободное время году угодно, но не за книгой. Как считал парень, не выгнали после первого и второго курса, значит, пересдать на третьем сможет. Этим утром их пары начинались в одно время, поэтому они, предварительно обругав наступившие холода, пошли вместе. А по дороге решили заскочить в кафешку за парой стаканов кофе — недавно они получили стипендию и мать прислала деньги. Они вошли в небольшое здание со стеклянными передними стенами и сели за один из столов. А-Цин пошла к баристу заказывать им по чашечке. Кофе был приготовлен довольно быстро, поэтому девушка понесла стаканы с ароматным напитком за их с братом стол. — Спасибо, — кивнул Чэнмэй, когда она поставила перед ним его чашку. — Угу. Утренняя тишина. Кто же в семь часов в понедельник погреться куда-то? Так еще и зимой? Видимо, помимо их двоих, есть такая парочка. Дверь кафе с лёгким звоном колокольчиков открылась и внутрь зашли два человека в пальто. Сюэ Ян и Цин лишь мельком скользнули взглядом по посетителям, но те были слишком плотно укутаны в одежду, из-за чего становилось непонятно, кто это вообще такой. — Господин Чэнь, можете, пожалуйста нам две чашки кофе: американо и капучино… И еще, пожалуйста, тарелку с яблочным пирогом. Дальше Ян и Цин решили не обращать внимания на новых посетителей. — Ты?! Над головами раздался громкий возглас одного из прибывших людей. Подняв на него взгляд, брат с сестрой остолбенели. Нахмуренные густые брови, тонкие губы, слегка потрепанная средней длины волос прическа, прямая осанка и холодный взгляд. Даже в этом времени Сун Лань легко узнавался среди остальных. Рядом с ним стоял парень лет двадцати трёх-четырёх в бело-сером костюме с перекинутым через плечо пальто. В его глазах застыл немой вопрос и удивление. Спокойный и доброжелательный — первое, что появляется у тебя в голове при взгляде на него. Сяо Синчень. Сюэ Ян моргнул, потом еще раз. Попытался третий, но не успел.♣︎♧♣︎♧♣︎
— Такая миленькая! — Синчень ущипнул А-Цин за щеку и улыбнулся. Он ведь раньше никогда не видел её, а сейчас смотрит на это личико с большими глазами и не может удержаться от того, что бы не потискать её. — Даочжан, не надо, — буркнула девушка, немного морщась от лёгкой боли. — Синчень, прекращай у… — А ты вообще молчи и продолжай держать лёд! — Сяо моментально повернулся в сторону Сун Ланя и строго посмотрел на него. Сейчас они находились в доме Сяо Синченя. Из кафе их выгнали, когда Сюэ Ян и Сун Лань начали драку, в ходе которой они оказались на полу, уронив часть столов и стульев. А-Цин и Даочжан едва смогли разнять их вместе с заведующим, вытащив прямо на мороз. Девушка извинилась за это происшествие, а потом забрала верхнюю одежду двух придурков, которые немного успокоились на морозе без тёплых куртки и пальто. Синчень отвез всех троих к себе домой, где он и Цин оказали медицинскую помощь Яну и Сун Ланю. Собственно, ничего серьёзного не было, кроме множества синяков, разбитого носа и нескольких кровоточащих ран. Цзычень прикладывал лёд к огромному фингалу, занявшему половину щеки, а Чэнмэй занимал тряпкой все еще болящий нос. — Что бы этого больше не повторилось, понятно? — спросил, как приказал, Сяо. — Да, Даочжан/А-Чень — кивнули зачинщики происшествия. — Вот и прекрасно. А-Цин, можешь посмотреть за ними? — Конечно, Даочжан! — И, Сюэ Ян, потом надо будет поговорить. — Да, Даочжан, — понурив голову, пробормотал Ян. И они действительно поговорили. Не было криков и ссор, Сюэ Ян зря себя накручивал все это время. Сяо Синчень — лучший человек на свете, уже успевший простить парня. А после того, как узнал всю историю, еще и понял, что же послужило началом такому… неоднозначному характеру. Все стало лучше. Видеться вчетвером они стали довольно не часто. Сяо Синчень и Сун Лань уже пару лет работают в компаниях своих родителей, а Сюэ Ян и Сюэ Цин учатся. Но они пытались, и к концу обучения двух из четырех уже переселились в дом, купленный отцом Сун Ланя на его восемнадцатилетие. Их отношения начали налаживаться, и вот уже они — одна семья, в которой Сюэ Ян пристает к Сяо Синченю, что очень злит Цзыченя. Но тому пришлось смириться. Даже с началом любовных отношений между ими двумя. Он решил, чтобы не обращать внимания на одну «проблему», заняться воспитанием А-Цин, как сильного человека. Но та могла запросто перегнать своего учителя во многих сферах. Училась она не быстро, но очень прилежно. Спустя какое-то время А-Цин нашла где-то трость для слепых. И сделала то, о чем мечтала давно — побила им брата. Ему было больно и обидно. Сяо Синчень еще долго успокаивал своего любимого, целуя того по больным местам. Девушка была наказана и поставлена в угол. А, если вспоминать, что ей двадцать с лишним, то это было унизительно и очень непривычно и неловко. И её понимал Сун Лань, которого тоже как-то поставили в угол за плохое отношение к Сюэ Яну. Очень неудобно, знаете ли. И все было хорошо. Они этого заслужили. Они уже достаточно настрадались и теперь могли насладиться чем-то хорошим. Их ждет прекрасное будущее. ___________________________ 1. Хуан — распространённая китайская фамилия. Переводится, как «золото или жёлтый цвет» 2. Сяомин — женское имя «рассвет». Хуан Сяомин «золотой рассвет» 3. Ван Хэ Хуа — Ван «пруд», Хэ Хуа «лотосы». Вместе, его имя означает «лотосовый пруд» 4. Сяо Цзицан — Xiao Jiéjiǎn: Сяо «рассвет», Цзицан «бережливая». Выдуманная мною мать Сяо Синченя. 5. Чжан — китайская клановая фамилия «открывать». Личный водитель семья Сяо. 6. Чэнь — фамилия, переводиться, как «успех» или «проявляться»
Примечания:
Спасибо за прочтение этого фф. Конец не очень.
