Долг, честь и чувства

Глава 1

Что мне делать?

      Долг, честь и чувства.       Что есть долг? Что есть честь и чувства?       Долг чести? Чувство долга? Или может быть - это честь чувства долга? Или чувство долга и чести?       С детства меня учили значению этих трёх слов, объясняя, что когда-то я сама найду в них правильный смысл. Смысл, который будет меня напутствовать всю оставшуюся жизнь. Но много ли впереди этой оставшейся жизни? Сколько мне ещё осталось?       Девушка юного возраста сидела в просторном помещении перед столом главнокомандующего. Её взгляд был пустой, а разум возвращался к отрывкам воспоминаний, которые казались не более, чем дурной сон.На её теле было много бинтов, но самый заметный находился повязанным вокруг головы, отчасти прикрытый длинными распущенными волосами. Их цвет был неоднозначный. Они были тёмно-каштанового цвета, но без сомнений из них выделялись слегка осветлённые пряди. Так было с самого рождения. Многие говорили, что светлые волоски просто выгорели, но они с ней были всегда. Возможно, гены сыграли злую шутку, хотя, это больше выглядит как невероятная изюминка.       - Камилла? - прервал мысли девушки главнокомандующий - Расскажи, что ты помнишь - это был не вопрос, но и не приказ.       Дядя знал, что сейчас обнажает острым ножом больную рану, но просто так оставить это он тоже не мог. Ему нужны были подробности.       В помещении повисло молчание и все ждали ответа. Рядом со мной сидела капитан Ханджи, а поодаль расположился капитан Майк, к которому меня назначили в команду. Возле главнокомандующего стоял капитан Леви, устремивший свой взор в окно. Он стоял к нам спиной. Никто не проронил ни слова после вопроса. Я чувствовала это ожидание. Оно больно било по вискам. Здесь сейчас собралась та небольшая часть людей, которых я полюбила как свою вторую семью ещё с самого раннего возраста.              Помню, что часто, ещё совсем малышкой, отвлекала Майка от тренировок и просила со мной погулять. Мужчина каждый раз колеблется, но видя перед собой маленькие умоляющие глазки с надутыми губками, сразу же соглашается. Часто он катал меня на спине, водил за руку по полю и рассказывал о различных природных особенностях, основании земель и многих растениях. Рассказывал, как природа играет различными ароматами и учил их распознавать.       Вместе с ним мы собирали травы, как лечебные, так и просто красивые. После относили их Ханджи, которая с любопытством и восторгом рассматривала их. Она знала каждое растение, скажу больше, в её лаборатории их было полно. Но каждый раз, видя меня с разными небольшими букетиками, принесенными специально для неё, она расцветала как лотос, что рос на поле, в котором мы когда-то побывали с Майком. Он рос там один единственный. Невероятно красивый, но кажется, среди ненужной травы и сорняков он тосковал. Я никогда не могла осмелиться сорвать его, просто часто ходила и любовалась. Для меня было потрясением и большим открытием, откуда он там и почему до сих пор не погиб.       Время шло, оно беспощадно ко всем живым существам, в том числе и к цветку. Проходя мимо, мы решили снова заглянуть в это место с Майком, чтобы полюбоваться красотой лотоса. Он потерял цвет, казалось, утратил вкус к жизни. Маленький стебелёк, словно в оковах врага, был переплетён с сорняками, что так и норовились уничтожить его. Не выдержав, я аккуратно вырвала его из земли вместе с корнем, а позже пересадила в небольшой горшочек.       Я ухаживала за ним каждый день. Опрыскивала, подстригала листики, старалась располагать его ближе к солнцу, перекладывая горшок каждые два часа от одного окна к другому. Он восстанавливался, вернул свою природную красоту и всё благодаря заботе. Не выдержав, в один прекрасный день я принесла его Ханджи и со словами о том, что она прекрасна так же, как и этот цветок.       - Где мой отец? Почему его здесь нет? - я всё понимала, но упорно проигнорировав вопрос дяди, решила не медлить - Его здесь нет. Он тоже мёртв?       - Да - коротко ответил Эрвин. Второй порез острым лезвием по свежей ране.       Я понимала это, но упорно игнорировала факты. Его не было неделю, пока я лежала на койке и меня пытались привести в чувства. Я помню его взгляд полный отчаяния, это мои последние воспоминания о нём перед тем, как закрыв глаза, моё тело провалилось в состояние изнеможения.       Я хотела бы, чтобы это стерлось из моей памяти.       - Не медли, кадет, - раздался голос капитана Леви, но он так и не развернулся, даже не удосужился посмотреть мне в глаза - У нас много работы, нам нужно составлять отчёты о погибших и сейчас важно, чтобы ты рассказала всё, что смогла запомнить.       - Не дави на неё - теперь уже в разговор вступила Ханджи. Отчаянная девушка, она знает какого это, ей тоже больно. Они были с моей матерью в одном отряде и всегда придерживались хороших отношений.       На стену напали. Это был неожиданный удар для всех, в том числе и для нас - новобранцев, которые только выбрали свой путь. По стопам родителей и дяди, мой выбор остановился на разведке. Никто не хотел для меня такого будущего, все старались отгородить мою дальнейшую судьбу от этого, но понимали, что это неизбежно. Ребята, что служили в этой части - всегда восхищали. У меня была цель стать такой же отважной, принести этому миру пользу, рисковать и не бояться.       - Когда стену сломали, мы уже готовились к предстоящей вылазке, - начала я свой рассказ, смотря куда-то перед собой. Эмоций не было. Я лишь сосредоточенно пыталась восстановить ход событий в воспоминаниях.       Я начинаю вспоминать даже мелкие детали событий, сейчас они стоят комом в горле. Я помню, как имеющаяся часть солдат разведывательного корпуса пыталась помочь полиции подготовить снаряжения для защиты города. Я помню этот страх в глазах солдат. И помню, что моё осознание во всей этой суете привело к тому, что моих родителей нет рядом. Сердце нервно забилось, было ужасное предчувствие, которое не давало нормально пропустить кислород в лёгкие. Я отложила всё и помчалась из здания прочь, лишь в надежде, что смогу найти их целыми и невредимыми. Наша группа составляла всего тринадцать человек. Мы ждали прибытия остальных разведчиков, а до этого пока в тихое и спокойное время небольшим составом отправились в стены Розы, чтобы подготовить все составляющие для остальных. Лошадей, повозки и проверить на исправность все УПМ, предварительно наполнив баллоны газом. Это было особое указание Эрвина Смита. Он как в воду глядел.       - Маму схватил титан, - я прикусила губу, зная, что дядя меньше всего хотел услышать именно эту информацию, но его взгляд был сконцентрирован на мне, только предательское нервное движение скулы дало понять о его настоящих эмоциях - Я пыталась её спасти.       Я снова замолчала. В горле встал ком и мне было тяжело продолжать рассказ. Меньше всего мне сейчас хотелось расплакаться, но и больше всего я нуждалась в этом. Я пролежала в больнице достаточное количество времени и, по всей видимости, от шока не проронила ни слезинки. Все внимательно слушали и не перебивали меня, хотя между каждыми предложениями проходило очень долгое молчание, поэтому сложно говорить, что меня мог кто-то перебить. Скорее, все просто разом набрались терпения.        - Я не успела. Титан был девиантом и настолько близко к маме, что в ту же секунду быстрым движением он сжал её в зубах. Раскусил и сразу проглотил… - я остановилась, сделав глубокий нервный выдох. Эрвин продолжал сидеть неподвижно, всматриваясь в мои глаза, из которых предательски выскользнула слеза, не выдержавшая этой боли. Я сразу же подняла лицо к потолку, так и не осмелившись вытереть мокрую дорожку, которую этим глупым жестом обратно не вберёшь в покрасневшие глаза.       - Тебя спал Леви. Он нашёл тебя без сознания, - после слов Эрвина я продолжала смотреть в потолок, отчаянно пытаясь не проронить ещё пару слёз, ведь знала, к чему он начал это - Титаны обходили тебя стороной, пока ты без сознания лежала на крыше дома. Что было перед этим?       Я вернулась в воспоминания обратно.       Помню свой истошный крик, я никогда не кричала так, как кричала в момент гибели своей матери. В ушах стоял гул, горло болело до такой степени, что казалось, будто все связки порваны разом. Тело стояло на месте в оцепенение после моего приземления на колени. Я схватилась руками за голову, сжав больно волосы и продолжая кричать в крышу какого-то жилого здания. Мои глаза в бешенном ритме не моргая, с каждым разом раскрывались только шире. Слёз не было. Была лишь агония.       Мама была потрясающей женщиной. Мама была настоящим солдатом на службе, но дома превращалась в заботливую и любимую жену.       «Мама была...»       Наш дом находился в самом центре города. Его размеры достаточно внушительны, по сравнению с близ находящимися жилыми домами. Родители хотели большую семью, но служба нарушила их планы. После рождения одного ребёнка, они не остановились и продолжили дальше жертвовать собой из года в год в разведывательном корпусе. Для них было целью всей жизни служить, не зря они познакомились. Казалось, будто сама судьба свела их в одной команде, позже став уже капитанами по отдельности и добившись хорошего успеха. Мы хоть и находились в самом центре скопления людей, но в родных стенах всегда были тишина, уют и покой. Я бы всё отдала, чтобы хоть на пару минут вернуться в один из таких дней.       Мама приготовила рагу, пока мы с папой задорно практиковали рукопашные техники боя на заднем дворе. Даже в выходной, казалось бы, забывая о службе, он в притворном тоне решил проверить мои боевые навыки. Началось всё, конечно же, как обычно с серьёзных действий, но закончилось тем, что я уже каталась на его шее и скидывала листья дерева ему на голову, что щекотали левую часть короткой щетины.       Наконец, из истеричного крика мои эмоции переросли в адский гнев, не медля, я разрубила того титана на мелкие кусочки, даже не заботясь о том, что могу подвергнуть себя опасности. Я разрезала ему живот неоднократно уже иступившимися лезвиями, наивно полагая, что её тело можно вытащить и она жива. В этот момент гнев и отчаяние затуманили разум, я наивно полагала, что спасу её. Эти мыли вызывали лишь желание мести и крови, но для чего? Маму этим уже не вернёшь, но тогда я этого не понимала.       Это была моя самая большая ошибка.       Оступившись на крышу здания, я стояла как вкопанная, пытаясь переварить всё, что так беспощадно вертелось в голове. Из состояния оцепенения меня вывел крик. Крик маленького ребёнка. Я не сразу заметила мальчика, которого схватил титан. Он смотрел на меня умоляюще, ища во мне надежду, а я отчаянно искала в нём искупление, ринувшись в сторону, чтобы спасти хотя бы его.       Оставалось совсем чуть-чуть, мне оставалось всего двадцать метров до него, я пролетала все преграды между домов, иногда используя на поверхности свои ноги, которые бежали с той скоростью, которую, кажется, ещё никогда прежде не развивали. Оставалось совсем немного и...       Я почувствовала невесомость.       Моё тело утонуло, оно горело жаром. Меня схватил титан. Он был около тринадцати метров и рядом с ним стояли ещё двое таких же. Неужели, именно со мной произошло такое невезение?       - Отец пытался меня спасти и убил титана, что схватил меня. Я упала и больше ничего не помню.       На самом деле я не смогла рассказать остатки воспоминаний, поэтому закончила предложение именно так.       Я помню, как тяжело приземлилась и помню, как мой разум постепенно покидал меня. Я помню, как отец отчаянно бился с титанами и искал глазами мою мать. Он погиб, даже не подозревая, что она тоже умерла.       - Что мне делать?       Мой вопрос звучал отчаянно и был адресован единственному человеку - дяде. Я действительно не знала что делать дальше. Родителей больше нет, а это значит, что единственный, кто у меня остался - это наш главнокомандующий, брат моей матери.       - Ты продолжишь служить так же, как и служила прежде. Но теперь я хочу, чтобы ты находилась в безопасном крыле, поэтому перемещаю тебя в комнату твоего отца.       Это значило лишь одно - я буду находиться на одном этаже со всеми капитанами разведывательного корпуса. Меня не сильно обрадовала эта идея, но тем не менее, я буду находиться в родных стенах, где меня никто лишний раз не потревожит. Я никогда не любила одиночество, но сейчас эта обстановка мне подходила как никогда иначе. По крайней мере, лишний раз не буду выдавливать из себя улыбку или слушать утешающие речи.       - И ещё, - начал Эрвин, после чего, опустив на него свои красные глаза, я устремила свой взор в его - Я буду с тобой. Всегда.       Этого хватило, чтобы не сдерживаемый поток слёз покатился по розовым щекам. Он всегда был рядом, всегда старался внести свою лепту в моё воспитание и давал то, чего всегда неосознанно лишали меня родители - свободу.       В мою жизнь он внёс многое и каждое моё увлечение радовало его пуще прежнего. Когда я училась играть на фортепиано, то пыталась, сама не набравшись достаточно знаний, научить мужчину распознавать ноты. Он никогда не мог их запомнить, хотя, казалось бы, один из умнейших людей, которых удаётся невероятным образом повстречать в этом мире. Он всегда видел во мне талант, говорил, что такие как я принесут этому миру что-то незабываемое и особенное. Часто теребил волосы, улыбался и лишний раз тянулся обнять. Он был как второй отец.       Я продолжала так же смотреть на него, а слёзы лились сами по себе. Было ожидаемо, что он никогда не бросит свою дорогую и любимую племянницу, но какого же это чувствовать наяву. Непередаваемые эмоции, чувства и благодарность за любовь и ответственность, которую сейчас он берёт на себя.       - Спасибо - через ком горле проговорила я, после чего на спех начала вытирать слёзы, захлебываясь в них. Этот поток эмоций невозможно было остановить.       В ответ я почувствовала крепкую руку на своё плече. Это была Ханджи. Из хмурого взгляда, резко её лицо озарила тёплая улыбка.       Эрвин же в свою очередь обхватил своей большой ладонью мою и погладил большим пальцем кисть, пока я отчаянно продолжала второй рукой вытирать слёзы.       - Ты хоть знаешь кто будет твоим соседом? - с хитрой улыбкой проговорила Ханджи, на что лишь я неуверенно покосилась на неё - Леви.       «Твою мать!»

***

      Ночь была бессонной, как обычно проснувшись вся в поту и с громкими криками, я приняла сидячее положение. После лёгкого сквозняка, который гулял по комнате, я тут же ощутила табун мурашек, что покрыли всё тело. Я не могла пошевелиться, вспоминая события прошедшего сна.       «Снова картина повторяется. Раз за разом я вижу, как их убивают…»       Каждую грёбаную ночь на протяжении полутора лет мне снится одно и то же. Иммунитет не выработал своё существование к ярким эмоциям после кошмаров, поэтому спать выходит тяжело.       Постоянная вялость, видимые синяки под глазами и плохой настрой сопровождают меня уже которое количество дней, даже не сосчитать. Благо, удаётся иногда найти немного времени, хотя бы минут тридцать, чтобы между тренировками вздремнуть. Иногда приходится пропускать обед, чтобы лишние минуты отдохнуть на площадке, пока мои товарищи дружно покидают её. Благодаря этому у меня получается сохранять себя в тонусе и отдаваться службе лучше, чем до этого. В то время все мои показатели сильно хромали. Неудачные выполнения заданий и тренировок, отчитывание от капитанов, прогулы заданий и тренировок, снова отчитывание. И так каждый раз, будто мы двигались по кругу.       Я услышала стук в дверь, понимая, кто за ней может стоять. Аккуратно, не торопясь, скидываю с себя одеяло. Уже предчувствуя предстоящую сцену, медленно открываю её. Передо мной предстал мужчина, но сегодня он выглядел более хмурым, нежели обычно. Аккуратные, не растрёпанные волосы говорили лишь о том, что он ещё даже не ложился в постель. Скорее всего, из-за своей же бессонницы не смыкал глаз. Чёрные брюки и расстегнутая рубашка открывали взор на его белоснежную кожу. Я увидела пару мышц, которые были напряжены. Они чертовски завораживали, но не останавливая на них свой взгляд, а лишь пробежавшись глазами снизу вверх, останавливаюсь на тёмных глазах, что сейчас готовы были просверлить дыру во мне.       - Долго это будет продолжаться, мелкая?       - Кажется, вы и не засыпали, капитан Леви, - решив сыграть на своей внимательности, слегка бросила небольшое подобие улыбки - Тоже не спится?       - Да, а твои крики только мешают - он не был груб, но, скорее всего, мои вскрики ему порядком надоели. Периодически он приходил и стучался ко мне, либо отчитывал утром. Хотя, на моей памяти, я ни разу не будила его этим, лишь просто раздражала, как он сам говорил.       - Извиняюсь, но ничего не могу с этим поделать, - на его шее дёрнулась маленькая венка, после чего взгляд стал ещё более строгим.       - Может быть мне устроить тебе утреннюю тренировку в пятикратном размере, чтобы ночью ты и звука не издала? А? - он встал чуть ближе и потянулся к моему лицу своим, пытаясь разглядеть в нём ужас, которого я старалась не выдать.       - А может мы просто выпьем чаю? - решив разрядить обстановку, я заметно занервничала, предложив то, что первым пришло в голову - У меня как раз пополнилась коллекция, я приобрела чай с травами. Говорят, они успокаивают.       Боже, заткнись, Камилла, что ты творишь? Совсем себя не бережёшь?       Он с начала и не понял, затупил на месте, осознавая, что только что ему предложила младшая по званию девушка. Отстранившись, вдоволь налюбовавшись в её глаза, ища чего-то на подобие шутки, он коротко кивнул головой, поняв всю серьёзность предложения.       Удивлению не было предела, но слабое место капитана - это действительно чай и оно настолько слабое, что он согласился на эту авантюру. Промелькнувшие мысли в голове даже мне дали небольшую осечку, после чего я заметно помедлила, перемещая руки за спину, нервно теребя ими футболку.       - Тогда нужно найти чашки и горячую воду. Спущусь в столовую - на этих словах я пыталась выйти из комнаты, но одним движением руки он меня остановил.       - Аккуратнее, а иначе придётся придумывать для тебя наказание, - после этих слов капитан ослабил хватку - Зайдёшь ко мне в комнату, я долго ждать тебя не буду.       Он окончательно отпустил мою руку и я медленно, но верно, направилась по коридорам на нижний этаж, предварительно схватив подготовленный пакет с чаем.       Кружки найти труда не составило, но вот на несколько минут задержаться пришлось. Хорошо, что сейчас только час ночи, как я смогла заметить при пробуждении. Чайник ещё тёплый, совсем не остывший. Дав ему погреться на огне минуты три, я быстро разлила горячую воду по чашкам, что уже были заполнены заваркой. Под влиянием кипятка, листья начали раскрывать свою природную красоту, утягивая в блаженный аромат. На секунду даже почувствовалось, что он дурманит голову, как алкоголь, который я никогда не пробовала. Но это всего лишь наваждение прекрасного аромата и заметной усталости, хоть спать и вовсе не хотелось.       Минуя преграды в виде лестницы, чужих комнат и нескольких скрипучих мест, которые своим звуком и моим весом могли кого-нибудь да разбудить, я подошла к двери капитана, на секунду задумавшись.       А нормально ли это? Я имею ввиду, что это нарушает все правила и границы дозволенного, выстроенное главнокомандующими трёх подразделений. Можно ли идти к капитану без зазрения совести?       Он единственный, с кем толковый общий язык я так и не смогла выстроить. Кажется, мы всегда друг к другу относились довольно скептично. Для меня он был интересным, но в то же время немного отталкивающим. А я для него … не знаю, наверное, просто племянница Смита, которая постоянно норовится что-нибудь натворить. Хотя, такое было раньше, ещё года два назад, сейчас же всё изменилось. Изменилась и я сама. Через год моё совершеннолетие, а кажется, будто оно давно прошло. Единственное, что заставляет меня цепляться за существование - это мои товарищи. Рядом с ними я чувствую себя по другому, живой, что-ли.       Набравшись решимости и тихонько пнув ножкой по двери капитана два раза, спустя пару секунд она открылась. Мужчина впустил меня в помещение, закрывая за мной дверь.       Я протянула кружку ему в руки, он в своей манере перехватил её за верную часть и прислушался к запаху.       - Неплохо, - он сделал маленький глоток, который вроде как не обжог его - И довольно сносно на вкус. Молодец, кадет.       После такой неординарной похвалы, я почувствовала успокоение и на моём лице показалась улыбка. Я окунула взгляд в свою чашку тоже отпивая глоток вкусного чая, держа её двумя руками.       - Присядь на кровать, стоя пить чай не очень удобно - подал голос капитан Леви, присев на стул, стоящий напротив аккуратно застеленной кровати.       Я, немного помедлив, всё же присела на край. Только сейчас, подняв взгляд с плавающих листьев в чашке заметила, что комната по настоящему выглядит очень завораживающе. В ней не было ничего лишнего. Большая кровать, заправленная чистым бельём, две свечи, что сейчас горели поодаль от меня, темного цвета шкаф, такого же цвета занавеска, которая закрыла за собой достаточно массивное окно. Стул с небольшим столом, за которыми расположился мужчина были немного светлее, в отличии от остальной мебели. Комната была выполнена в тёмных тонах, что могло не радовать, но кажется, обилие тёмных цветов должно омрачать уютную обстановку.       В воздухе повисла угнетающая тишина. Казалось бы, кто-то должен её прервать, но о чём нам говорить с ним?       - Ну рассказывай, что заставляет тебя подскакивать по ночам? - от неожиданного вопроса, вывившего меня из раздумий, я дёрнулась, устремив свой взгляд на него, но тут же отвела.       - Смерть, - я помедлила - Мне снится смерть родителей.       Он молчал. Я чувствовала его взгляд на себе. Не выдержав, я тоже посмотрела на него. У него были необыкновенные угольного цвета глаза, такой забвенный взгляд, под прицелом которого долго ни один нормальный человек не продержится. Но я держалась, не чувствовала никакого дискомфорта и продолжала всматриваться дальше. Казалось, будто именно в этом взгляде я чувствую какое-то спасение. Но спасение на что? Чем этот омут может мне помочь, кроме как накрыть с головой? Даже в эту секунду я забыла смысл нашего разговора, погружаясь в эту пелену. Может, это просто нехватка сна так действует на меня?       - Ц, - цокнул, отведя взгляд в сторону без раздражения, а затем снова переводит на меня - Не позавидуешь.       Кажется, вот только сейчас я чувствовала понимание от него. Кажется, будто он понял, что мучает меня всё время. Он не знал, но скорее всего догадывался.       Я помню свой самый первый день как кадета в стенах разведывательного корпуса. Я тогда выбежала из кабинета дяди, выскользнув из под прицела взгляда его, да и капитана Майка, что уж тут таить. Я учинила драку с двумя парнями из отряда, после чего, Майк завидев обстановку, сразу же направил меня к Эрвину. Родителей тогда не было, они были на каком-то важном задании, поэтому отчитывать пришлось главнокомандующему. Он долго выяснял причину моих необдуманных действий, а я противилась рассказывать, ссылаясь, что они просто дураки. Так и было. После моего буйного поведения их отправили в мед. пункт.       Я бежала по коридору, но не ожидая кого-то ещё на этом этаже, влетела в толпу, повалив под себя самого устрашающего парня человечества. Да, именно. Из всех людей на свете мне суждено было врезаться в капитана Леви. Нависнув над ним, единственное, что я могла сказать после оцепеневшего ужаса, лишь многочисленные слова извинений, которые он выслушивал, но кажется, даже не вникал в их смысл, лёжа подо мной. Его члены команды недоумевающе смотрели на меня, а после некоторые прыснули сдержанным смехом, что не ускользнуло от Аккермана, и, он, в положении лёжа, одарил их самым грозным взглядом, что только мог храниться в арсенале.       Не видела раньше этих ребят, скорее всего - это новый состав команды.       Почувствовав, как меня отрывают от мужчины за куртку поднимая вверх, я пыталась за него уцепиться свободной рукой. Глупо было с моей стороны так делать, но он привстал на локтях и огрел меня хмурым взглядом.       Майк закинул меня на плечо. Я брыкалась и пыталась освободиться, не нанося ему никаких ударов, на что тот лишь бросил капитану Леви слова извинений, пока он поднимался с пола и брезгливо оттряхивал свою одежду от какой-то грязи.       - Согласна, - продолжила диалог, не хотя ощущать дальше угнетающую тишину - А вы почему плохо спите?       - Бессонница - коротко ответил мужчина, после чего я не решилась дальше задавать вопросы. Звучало слишком отстранённо.       Послышался стук в дверь. Я перевела удивленный взгляд на капитана, по которому было понятно, что он не ждал гостей.       - Сиди тихо на месте - сказав, он подошёл к двери, приоткрыв её.       Мне повезло, что никуда и прятаться не пришлось. Кровать стояла в левой части комнаты, пока сама дверь находила посередине.       Капитан влез в отрывшийся проём, чтобы точно каким-то случайным образом пришедший гость не смог меня разглядеть.       - А, очкастая, это ты. Что припёрлась в такой час? - Аккерман держался хорошо. В его голосе звучали нотки раздражения и не понятно, наигранной относительно данной ситуации или просто он действительно был ей не рад.       - Леви, нужно поговорить. Я могу войти? - мужчина даже и шагу не дал ей ступить, на порыв приоткрыть дверь шире. Я словно кошка, тихо, без лишнего шума, передвинулась ближе к подушкам, чтобы Ханджи не смогла заметить мою фигуру. Меня перекосило.       - Нет.       - Что? Почему? - удивилась Зое - Ты что-то от меня прячешь? Или кого-то? - на последнем предложении я услышала явные нотки хитрости - С каких пор у тебя от меня секреты?       - В комнату не впущу. Выйдем в коридор - на этом дверь в комнату закрылась за капитаном Леви, а я осталась ждать, приняв сидячее положение.       Минуты ожидания длились вечно. Я всё боялась, что женщина решит войти в комнату, не осведомив об этом капитана. Время идёт, разговор слышен, но не разборчиво, всё так же не заканчиваясь. Наконец я услышала неспешные шаги, отдаляющиеся от комнаты. Они что, куда-то ушли? Что за чертовщина?       Прислушавшись, я правда смогла убедиться, что разговоров за дверью больше не было слышно. Они куда-то ушли.       И что мне теперь делать?       Поразмыслив, я понимала, что моя комната находится совсем близко, точнее, она соседняя. Можно было бы быстро прошмыгнуть и зайти в неё.       Но вдруг кто-то заметит? Вдруг Ханджи опять вернётся сюда с капитаном Леви? Сколько неизвестного! И что мне делать?       Я прикрыла ладонями глаза и с раздражением плюхнулась на бок. Приземление было точно на подушку. Она была такая мягкая, манящая и дарила спокойствие. На ней остался запах мужчины, от чего чувствовалась защищенность. Явно из-за переполняющих чувств, я совсем забыла о главном - об инстинкте самосохранения, продолжая лежать и наслаждаться этой атмосферой.

***

      Проснулась я от резкого толчка, точнее, меня кто-то дёрнул за плечо. Сонное состояние не давало мне понять, в какой нелепой ситуации я сейчас нахожусь.       В комнату проникал свет. Даже через закрытые глаза я могла прочувствовать ослепляющие лучи, от чего ещё меньше хотелось раскрывать веки.       «О Боже»       Единственное, что я успела подумать, прежде чем подскочить. Мне кажется, я даже подскочила раньше, чем подумала об этом. Хах, какая закономерность.       - Капитан, простите меня, пожалуйста. Я не знаю как такое могло произойти, - передо мной нависала фигура мужчины, на лице было абсолютное спокойствие - Вам стоило меня разбудить, ошибку тогда можно было бы избежать - я крутила в голове любой исход, который мог бы произойти, но каждый всё равно меня не устраивал. Стыд и позор.       - Во-первых, ты уже совершила ошибку уснув у меня на кровати, малявка, - его взгляд не менялся и был устремлён на меня - Во-вторых, ты хотя бы выспалась и не кричала.       - А вы где спали? - меня тут же осенило, что мы могли находиться в одной кровати. Уши предательски, как и лицо, начали краснеть.       - Не выдумывай! Я лёг на полу - он указал на небольшое обустроенное спальное место рядом со мной. Тут же я почувствовала облегчение и выдохнула.       - Простите ещё раз, я пойду - пулей поднявшись с кровати, я быстрыми шагами направилась к двери.       - Эй, кадет, - окликнул, отчего остановившись, я медленно повернулась к капитану - Сегодня тебе придётся отработать мою доброту, - я осталась стоять в ступоре. Это было неожиданно, хотя, не удивительно - Что смотришь? Думала, на благотворительность попала?       Не решив ничего ответить, а лишь кивнув головой в знак согласия, я направилась по направлению из комнаты.