Он в её сердце

      Сейчас Незуко смотрит в его безразличные, пепельно-серые глаза и утопает в их омуте. Вспоминает то, чего уже не вернуть. Он рассказывает очередной способ решения квадратных уравнений, плавно размахивая руками. Выводит какие-то цифры на доске, иногда неприятно поскрипывая. Так он пытается привлечь её внимание, она знает. Но нет, Незуко в очередной раз не понимает. Она лишь вслушивается в каждую нотку его хрипловатого голоса и медленно сходит с ума от переполняющих чувств…       Незуко никогда не встречала кого-то настолько вспыльчивого и безразличного. У неё даже иногда возникает чувство, будто он и не человек вовсе. Незуко кажется, сколько бы она ни бежала, сколько бы она ни старалась превзойти, она никогда не сможет дотянуться до него. Он самая яркая планета, самый запретный камень, находящийся в таинственной и необъятной пещере. Знал бы он, сколько девушек выплакали слёз по нему, сколько девушек страдало. Но он никогда не задумывается о чувствах других, он такой прямолинейный и равнодушный. Чертовски эгоистичный.       На нём белая шёлковая рубашка, которая лишь дополняет его, добавляет мужественности и сексуальности, она обтягивает каждый сантиметр его тела, подчёркивая все достоинства его спортивной фигуры. Чёрные классические брюки, белые взъерошенные волосы. Незуко уверена, что у всего живого во Вселенной есть своя сияющая звезда. И она бы приняла его за её собственную, единственную и неповторимую, но он сволочь, однозначно. Незуко до сих пор не понимает, зачем он так поступал? То притягивал к себе, то отталкивал. Сначала любил, потом ненавидел.       «Какого чёрта, Шинадзугава-сан?»       Незуко помнит каждую мелочь. Помнит, как он страстно впился в её губы пленяющим поцелуем, как аккуратно усадил на свой учительский стол. Но он никогда не говорил о том, что любит её. Так же, как и Незуко. Он был её первой любовью, и говорят, что она самая запоминающаяся, самая чистая и светлая. И даже после всей боли, она всё равно скажет, что это так. Он лучшее, что было в её жизни за все эти годы.       Но даже после всего этого Незуко продолжает любить его, продолжает боготворить и считать самым прекрасным созданием на Земле. Её сердце давно принадлежит ему. Он безжалостно забрал его, присвоил себе, а затем вдребезги разбил. Разбил на самые мельчайшие осколки, которые уже не склеить ничем. Он каждый день всё больше и больше убивал своим безразличием, день изо дня заставлял её страдать и лить слёзы, самые наичистейшие и искренние слёзы, которые он когда-либо видел. Даже эти осколки, которые продолжали на последнем издыхании жить, вовсе потеряли своё свойство загораться и верить во что-то искреннее. Теперь внутри лишь пустота.       Затем, он осторожно, запустив левую руку в карман штанов, смотрит на Незуко, пытаясь найти что-то. В один миг ей даже показалось, что класс опустел и остались только они вдвоём, никого более. Выстрелил прямо в сердце, уничтожил всё живое, чего же он ещё хочет? Единственное, что она смогла — непроизвольно усмехнуться в ответ. Нет, у неё дрожат не только руки, Незуко дрожит вся, она не может писать его чёртов конспект, она не может решать уравнения. Она может лишь только плакать ночами, как последняя дурочка, может писать ему стихи, может жить иллюзиями, где они вместе и всё! Она сама себе противна.       Он улыбался так самодовольно и чарующе, что просто невозможно было оторвать глаз. Она даже помнит, как он вломился к ней домой с букетом подсолнухов, ведь она сказала, что не любит обычные цветы. Тогда он показал ей единственной, этот задорный смех, который просто мог ослепить любого. Он открыл ей свою новую сторону, неизведанную ни одним путешественником. Она раскопала клад, который в итоге потеряла. Наверное, обрела то, что ей не по силам.       Июль сгорел так же быстро, как и его чувства. Незуко бы хотела сказать, что завтра всё станет лучше, но она прошла через столько «завтра» и ничего не изменилось. Ей всё так же больно, она так же просыпактся по ночам и зовёт его. Кричит его имя, как в первый раз на той мягкой роскошной постели. Чувствует прикосновение его рук на её волосах, чувствует его присутствие, даже когда его рядом нет.       В тот вечер за окном была зима, морозное утро. Воздух покрыл румянцем её щёки, а иней длинные ресницы. Незуко стояла в пальто, в надежде поговорить с ним ещё хотя бы чуть-чуть, попытаться вернуть то самое прошлое, которое не отпускало её. Прямо как в рассказе «Бегущая по волнам» — Александра Грина. Её звало то самое несбывшееся.       «Уместны ли в той игре, какую я вела сама с собой, — банальная осторожность? бесцельное самолюбие? даже — сомнение? Не отказалась ли я от входа в уже раскрытую дверь только потому, что слишком хорошо помнила большие и маленькие лжи прошлого?» — эти строчки так и наворачивались в её память каждый раз. Пока Незуко размышляла об этом, не заметила, как появился он. Такой любимый, такой родной, но одновременно и чужой.       Незуко казалось, что однажды он будет ломиться к ней в двери, попытается досказать что-то важное. Что это была шутка, отнюдь не смешной розыгрыш, который он подстроил. Незуко наивно верила и в это. Но ей даже дома было находиться тяжело. Её душили воспоминания, он как смерть, забирающая у неё последние силы к существованию. Будто его забавляла вся эта ситуация. А всё же, Незуко может его очень долго ждать, долго-долго и верно-верно. И ночами может не спать, год, и два и всю жизнь, наверное.       Незуко помнит, как он кричал ей вслед что-то невнятное, но она бежала. Бежала так, как не бегала ещё никогда. Она не хотела ничего чувствовать, она хотела возненавидеть тебя, хотела убить все свои чувства к нему. Незуко даже сейчас дословно помнит всё, что он сказал:       — Незуко, прости, но нам нужно расстаться. Давай только без глупых драм и истерик? Так будет лучше для нас обоих, понимаешь?       С тех пор, ему частенько на уроках звонит девушка, пишет сообщения. Его девушка. Милая брюнетка ждёт его возле ворот школы. Каждый раз Незуко задавала себе вопрос: «Чем я хуже?». Но ответа она не находила никогда. От одной мысли, что эта девушка может касаться его, слушать слова, которые он говорил ей и видеть улыбку — Незуко просто переставала дышать. Она существовала, нет, не жила, а именно существовала.       Только вот Незуко всё никак не отпустит прошлое, не освободится от этих цепей. Просто она не хочет жить во Вселенной, где он не рядом. Может быть она удалит его из контактов, удалит все общие фотографии и выбросит к чёртовой матери все его подарки в мусорку, но она никогда не удалит его из своего сердца. Просто не сможет. И даже сейчас, уходя из этого дурацкого кабинета, который лишь навевает воспоминания о накопившейся боли, страданиях и той бушующей страсти, она злится и одновременно слышит за спиной:       — Незуко, задержись, — его голос такой взволнованный, немного неуверенный.       Неужели, он хочет причинить ей ещё больше боли? Она вновь станет его добычей, его жертвой, которую так легко и одновременно сложно получить.