—Верните черепаху правды!

«К-Какого хуя.» — пронеслось в голове у Морти, наблюдающего за половым актом между собой и собственным напарником, чего он, конечно, не помнил. Единственное, что его сейчас тревожило — как остановить мозговыносяшку? А также и её содержание. Мозги просто перестали работать, а парень продолжал дальше наблюдать, как он же из прошлого отдается родному деду. Лучше бы не лез. Если так подумать, последние пару ночей ему снились подобные сны, да и сам парень не раз ублажал свою дырку пальцами, думая о Рике. По виду тарелки и количеству бутылок в ней можно сказать, что это было относительно недавно. Но неизвестно, когда точно. Почему Рик стёр память об этом только Смиту? Что насчет себя? Пока парень рассуждал, он пытался не задумыватся даже о том, что происходит перед ним. Просто отвести взгляд и смотреть в окно. Не сложно ведь, верно? Но не для 14-ти летнего спермотоксикозного подростка, который течёт со своего деда. У шатена уже конкретно встал. Услышав ещё больше своих собственных стонов и выстанываний имени ученого, Морти просто хотел провалиться под землю. Это всё неправильно. Этого не должно было произойти. Не должно. Просто пиздец. Ну нахуй, хотелось расплакаться от всей этой ситуации. А ещё больше от того, что у юноши в прибавок не вовремя приподнялся. Обвив шею Санчеза руками и положив подбородок последнему на плечо, парень продолжал прыгать и тарелка начала наполняться стонами всё громче и громче. Старший только сильнее возбуждал сладкими фразочками, хорни голосом и всякими прозвищами типа «хороший мальчик». Наконец, ученый кончает прямо в парня, отчего тот прогибается, протяжно простанывая. Ещё пара поцелуев, и.. Парень просыпается в подвале, том же самом в кресле, на том же самом месте. Прямо перед ним, сердито скрестив руки на груди, стоял Рик. — Ну, Морти, насмотрелся? Долбаеба кусок. — произнёс Санчез, подметив непослушание и заметив до ужаса красное лицо младшего. Тот был в немом шоке, раскрыв глаза он пялился на ученого, который тоже не в восторге от того, что Смит увидел воспоминание, что в этой мозговыносяшке. — Малой, порядок? — Д-дай мне подумать, п-пожалуйста. — перебил Морти, поднимаясь с кресла. — по-почему ты стер память только мне? Какого хуя вообще? Мы же н-напарники и ты мой, ну, дед. И-и почему ты не вытащил просто эту склянку? Или не снял шлем?. — По порядку, ладно? Во-первых, Морти, ни один человек в здравом уме не будет стирать воспоминания самому себе. Я поэтому и стер, потому что я твой ебучий дед, Морти! Как бы ты мне в глаза смотрел, блять, если бы я этого не сделал, а, Морти?! — выпалил Рик. Потерев переносицу, последний наклонился ближе к Смиту и прошептал. — Все должны учится на своих ошибках, и ты именно это и сделал, схватив первую попавшуюся мозговыносяшку. Слушался бы меня, может, и не нашел бы её. — Ты всё равно т-трахнул меня на блядском переднем сиденье!. — возмутился Смит младший. Щеки и кончики ушей всё ещё были залиты красной краской, а моменты из той мозговыносяшки снова и снова прокручивались в голове, заставляя багроветь с каждым разом всё сильнее и сильнее. Одна только ехидная улыбка Санчеза напрягала больше всего. — Ч-чего? — Морти, тебе не понравилось что-ли? — сказал мужчина и опустил взгляд на стояк, так и молящий выйти на свободу. Смит раскраснелся, а Рик лишь выпалил легкий смешок, смущая юношу ещё сильнее. Старший наклонился ближе, прямо к лицу парня. — Камон, Морти, разве ты не хочешь ещё разок, м? Я что, по твоему, не слышу как ты дрочишь и стонешь моё имя по ночам? О нет, и я вовсе не вижу, что у тебя хуй поднимается буквально каждый раз, как я тебя коснусь, да, Морти? И вообще, пальцы твои слишком тонкие для такого, лучше бы взял что-то другое, типо фломастера там, ну или мой член.. — последние слова ученый сказал тише, но Морти всё равно слышал их. —Д-да ты специально чтоли? Ид-иди ты нахер, Рик! — хмуро выкрикнул парень перед тем, как его потянули вперёд за руку. Парень стал достаточно ближе к Санчезу, последний затянул парня в поцелуй, на что шатен не очень спокойно ответил, мыча и пытаясь оттолкнуть гения, но вскоре юноша прекратил, поняв, что это бесполезно. Рик отстранившись, перешёл к шее, оставляя на ней поцелуи и укусы. Морти прикусил губу, наблюдая за действиями Рика, при этом тяжело дыша. Ученый снял с парня футболку и продолжил кусать уже плечи, иногда целуя и оставляя засосы на теле, от чего Морти протяжно простанывал имя старшего. Последний поднял юношу, держа за бедра. Санчез положил шатена на стол, при этом свалив пару склянок и те с треском упали на пол, но обоим было наплевать. Всё о чем думал ученый — разложить своего внука прямо на этом ебаном столике и трахать его так долго, что на утро пиздюк и встать бы не смог. Ученый быстро снял оставшуюся одежду с Морти и выкинул её куда-то за спину. Вот, обнаженный парень лежит прямо перед ним, весь в его власти и распоряжении, такой беззащитный и беспомощный. Морти, не желая ждать, начал входить в себя безымянным пальцем, двигаясь всё глубже и глубже. Голубоволосый вытащил из кармана смазку и капнул себе на пальцы. Рик ввел два длинных пальца в парня, найдя простату и пару раз провёдя по ней. Морти от подобных махинаций ученого просто сходил с ума, колени Смита свелись вместе. Когда он стал разводить пальцами в стороны, Смит пылал от жара. Парень уже был готов, и Рик вынул из него пальцы. Санчез расстегнул ширинку и спустил штаны и боксеры, освобождая вставший половой орган. Наблюдая помутневшим от возбуждения взглядом, Морти жадно ловил каждую деталь того, что видел. Рик вошёл в Морти так, дабы не сделать больно парню. С уст шатена вырвался стон. Младшему было и больно, и приятно. — Блять.. Мо-молодец, детка, потерпи ещё чутка — проговорил ученый, начав двигаться. Первый толчок был болезненным и приятным одновременно для обоих. Но вскоре мышцы привыкли раздались звуки шлепков и стонов. Рику было просто в кайф оказаться снова в этом горячем, тугом проходе, ощутить, как Морти сжимает его, засасывая в себя, прямо как тогда, в тарелке. Смит обхватил свой член рукой, двигая вверх-вниз, придавая ритма. Вскоре, бедра парня начали дрожать, этим указывая на то, что шатен уже скоро кончит. Рик ускорился и стал двигаться резче. Морти излился себе в руку, протяжно простанывая, а ученый в него. — Обещай мне, что не будешь снова стирать это из м-моей памяти, Рик. — тяжело дыша произнес Морти. — Обещаю. — целуя парня в лоб ответил Санчез.

***