ЗАЩИТНИК МИРОВ

Новый день несет за собой новые проблемы.

Ответы на заданные вопросы ты можешь не получить.

Но если ты внимательней заглянешь в глаза стоящего

рядом человека и сможешь увидеть сердцем, а не

разумом, тогда...

ПРОРОЧЕСТВО ГЛАСИЛО: «Со времён древних богов существовал культ серебристых ланей и белокрылых пегасов, что защищали мифический город от перебежчиков темной магии. Светлая Сторона магических существ одаривала волшебников и колдунов чарами способными удержать врага. Величайший, того времени, староста древних не причиняя боль, мог остановить восстание чародеев темной стороны. Время шло. Появлялись новые заклинание, страшнее, которых не сыскать. Светлая сторона магов стала терять мифических существ. Всё больше и больше тёмная магия преобладала над светлой магией. Казалась, что нет надежды. Но произошло чудо. Древний из древнейших магов призвал на этот свет первого защитника, в обличии человека, но душой мифического духа. Его сияние было на столько ярким, что резало в глазах. Стоило подойти ближе к свету и каждая нить, соткана из черной паутины, исчезала. Когда защитник справился с заданием, древнейший отозвал его. Последующие века защитник возвращался только единожды. Но в тот раз тёмная сторона чуть не забрала всю его энергию. Та частичка, что осталась, лишилась оболочки человека. Прежде чем угаснуть во временном пространстве, древнейший услышал: -Следующее моё поколение не будет подчиняться твоим прихотям. Когда наступит по истинно могущественное зло, тогда возродиться мой сын. ЗАЩИТНИК НЕБА И ЗЕМЛИ. ЭРНОС». Так началось пророчество, древнейшей магии... заложенное еще со времен древнейших богов. Он нашёл пророчество. Он прочитал его. Он понял его значение. Поэтому он пошёл один. Он должен был быть один там, куда вела белая магия. Туда, куда вёл долг защитника неба и земли. *** Человек может перенести много ран на теле, но ему очень трудно сохранить Равновесие в своей душе. Прошлое, от которого ты так хочешь убежать всё равно рано или поздно тебя найдет. Время, как горный источник, меняет свое направление. Оно может быть легким, как перышко, и может быть, трудным, как сама жизнь. Выбор времени определяет рок. Судьба человека находится в тайнах времени. Время начала свой путь с нуля, но пришел человек, и он разделил минуты. Он заменил секунды в минуты, минуты на часы, часы на бесконечность. В воздухе витали заклинание пространства. В пространстве, где не было смысла, где существовала только тьма... Рон устало протер ладонью лицо и оглянулся назад. Он точно слышал шорох за своей спиной. Но, кроме, пустой темноты, что витала в коридоре Хогвартса, ничего не было. Долговязый парень задумчиво свел брови на переносице. Последнее время ему часто стало, чудится голоса, зовущие его. И вот сегодня он отчетливо услышал: Время изменить нельзя. Оно неподвластна никому. Только однажды маг мог взять верх над временем, когда сам стал им. Каждый раз после произношения магических заклинаний замок словно застывал. Казалось, что живыми оставались только свечи, танцующие на стенах темных коридоров. Но сегодня всё изменилось... Над замком повисла безмолвная тишина. Лунный свет, исполнив свое предназначение, медленно исчез, растворился в паутине снов. Небеса вернулись в законное время. Серебристые лучи лунной дорожки, волнистой дугой, осветили темноту, отдавая пустоте последнюю дань поклонение. Свечи, колыхнув в танце последний раз, потухли. Музыка умолкла, осталась одна мелодия тишины. Небесные облака, словно по волшебству, будто над ними поработал художник, меняли цвета. Украшая собой, небесное покрывало, они создавали музыку равновесия между двумя мирами. «Его палочка была направлена в глубь коридора. И всё же, когда темнота сгустилась на столько, чтобы он мог различить силуэт, он заколебался... - Ты не поднимешь палочку, ведь то, что живет внутри тебя никогда не пустит свою энергию на отца! Не думал я, что именно это тело ты выберешь. Пришлось потрудиться, чтобы отыскать тебя, сын мой. Я нашел иной способ сразиться с Тёмным Хранителем. Но для этого тебе придется избавиться от оболочки, в которой мы сейчас! Нем - он заставил себя давать минимум сияния, иначе та часть, что оберегаем оболочку парня разрушиться и он войдет в пространство темной магии. Он мне необходим также, как и я ему. Мы с ним единое целое, отец. - Он слаб. Его тело не такое мощное, как у Мальчика, Который Выжил. Почему ты не выбрал Гарри Поттера? - Он ведет свою войну. К тому же его душа... - Наше время исчерпывается. Я настаиваю на своем. Твое слово. - Нет, отец. Мы с ним едины, только это имеет значение...» Бесконечное время заявило о себе, когда все часы в Хогвартсе зазвенели, ударяя 12 раз подряд. Музыка, соткана из шума ветра и прибоя навеяли сон над замком. В этой тишине дышал один, который спешил узнать исход битвы. Стая летучих мышей очертили полосу небесного края, позволяя ему увидеть часть своего прошлого и часть своего будущего. То, что он увидел, он забыл. Время памяти стерла ведение, чтобы он вспомнил о них, когда придет время битвы. Беспощадные минуты жизни летят быстро. Не успеешь оглянуться, а три месяца промелькнули, растворились в пространстве вечности, как дым. Сумерки уходили в прошлое. Лунные отблески провозгласили свой уход, первыми секундами восхода. Белый туман покрывалом ложился на верхушки деревьев, омывая их утренней росой. Солнечный лучик, играя, проник в отверстие ставок окна, за которым сладко спали девушки. Он пробежал по полу, зацепив по дороге оставленную одежду и обувь, обогнул острые углы ножек кроватей, поднялся по одеялу, наконец, добравших до спящих. Первая отреагировала на теплый лучик Джинни. Она, еще не открывая глаза, зевнула, потянулась. Затем смахивая с лица приливший локон рыжеватых волос, подняла ресницы. Отдохнувшие за ночь серые глаза мягко обежали стены комнаты, а потом опустились на стоявшую рядом кровать. Гермиона приехала поздно ночью, они не успели поговорить, рассказать, что произошло за три месяца, что они не виделись. Три месяца... Для Джинни они явились райскими птицами, что залетели в сердце девушки. Ее мечты, ее любовь так долго сдерживаемая, покрыта тайнами от парня, открылась. Ее возлюбленный сказал: <<да>>. Ее возлюбленный... Так хотелось поделиться радостью, счастьем, которое переполняло ее душу. Единственной и лучшей подругой была только Гермиона. Джинни и не надеялась, что когда-нибудь вольется в их троицу друзей: Гарри, Рон и Гермиона. Едины во всем. Их дружба крепла с каждым годом. Так оно и было, так оно будет всегда. Неразлучная троица. Если честно, Джинни не много завидовала Гермионе. Ведь с ее героем сердца Гермиона всегда рядом, общается с ним часто, чем она. Что же, если признаваться самой себе, то в сердце жила не только зависть, но и ревность. Мучимая ревность, так было горько наблюдать за тем, как ее возлюбленный отдаляется от нее. Была замешана иная девушка, Чжоу. Два года Джинни наблюдала за тем, как ее возлюбленный смотрит только на Чжоу, тайно пытается ухаживать за ней. Больно, тогда, Джинни плакала ночи напролет. Если бы Гермиона не дала умный совет, то вряд ли, сейчас Джинни плясала от счастья. И теперь Джинни хотела отблагодарить подругу. Сделать так, чтобы она нашла счастья и своего возлюбленного. Тут Джинни замаслилась, ведь она, да не только она, а вся семья, заметили, как Рон смотрит на девушку. Да, и Гермиона, тоже взглянет на него. Собравшись вместе, они выдумали план их соединение. Пока он еще не начинал действовать, ведь три месяца... Три месяца... Так они прошли! То есть, почти прошли, каких-то два дня и... - Джинни, о чем задумалась? - отвлекли её от мыслей голос подруги. Джинни только сейчас заметила, что стоит возле зеркала с расчёской в руках и неотрывно глядит в зеркало. А Гермиона одетая в джинсы и футболку, кое-как собраны пышные волосы в «хвост». - Никак не могу достучаться до тебя! - Да так не о чём. Пойдем вниз. Мальчики, наверное, уже спустились. Вот для них будет сюрприз! Ведь Рон говорил, что будет встречать тебя на вокзале - по дороге вниз говорила Джинни. Гермионе тоже не терпелось увидеть друзей. Она так по ним скучала! Поэтому спешила за Джинни. Но их ожидание не оправдались. За столом в кухне сидели все, кроме Рона и Гарри. Делая вид, что им безразлично их отсутствия, девушки присоединились за стол. Завтрак происходил в полном молчании, так завелось в семье Уизли. Прошли секунды, минуты, наконец послышались шаги. - Доброе утро - потягиваясь поздоровался Гарри со всеми. Его взгляд задержался на Джинни, потом на Гермионе. Были все, кроме Рона. Он надеялся, что он появится хотя бы на завтрак. Что же придумать? Как прикрыть друга? Да и лгать не хотелось. Но, как сказать родителям, что их сын не ночевал дома? Он ждал вопроса, но вопрос не последовал потому, что в эту минуту в дом вошел Рон. За три месяца все меняется, но никто и помыслить не мог, что это касается Рона. Рональда Билиуса Уизли, который своей смешной удачи радовал всю семью. Его любили все, он, можно сказать, ходил в любимчиках, хотя и сам не подозревал об этом. Первые дни каникул никто не замечал, что Рон стал исчезать с дома на всю ночь. Он всё делал так мастерски, что о его уходах узнали только после месяца прошедших каникул. Но день за днем семья Уизли стала замечать серьезное лицо Рона. Куда делась его улыбка? Почему в таких родных глазах цвета неба заселилась печаль? Куда исчезли смешные, порой нелепо детские обиды? Теперь перед семьей стояла абсолютно новая копия Рона. За три месяца он вырос ещё на два дюйма, волосы коротко постриженные, на лице непроницаемое выражение. Раньше он был более-менее разговорчив, а сейчас из него не вытянешь и слова. Говорили только глаза. Джинни надеялась, что едва её брат увидит Гермиону так к нему вернется способность улыбаться. Все эти три месяца она думала, что Рон страдает из-за расставания с девушкой. Что такое три месяца для влюбленного? Ад, безжалостный холод, нестираемые мучение. Вопросы, вопросы, вопросы. Ответы, на которых может дать только любимый человек. Но здесь её надежды пошли прахом. Рон даже не взглянул на Гермиону. Он прошел мимо, будто её не существовало. Гарри он тоже проигнорировал. Казалось, он о чем-то размышлял и мысли, что приходили в голову, ему не нравились, путали. Ох, если б Джинни знала, как она была недалека от истины! Раньше ему снились кошмары, связанные с каким-то пророчеством. Сейчас они прекратились, но на место них пришли сны реальные до такой степени, что парень иногда терялся, когда утро начиналось, как во сне. Последние месяцы его тревожили сны о неизбежном начале конца. Конце сна, он всегда просыпался со сдавленным криком боли. Слёзы текли по щекам, оставляя горький след в душе. После них он хотел убежать как можно дальше, не видеть никого. Поэтому он уходил ночью, едва весь дом засыпал. Он не хотел, чтобы близкие видели его состояния. Он не хотел их волновать. Пусть они считают, что его ничего не беспокоит, кроме предстоящих экзаменов в Хогвартсе. Каждый сон приносил страдание и боль. Сегодня, кроме пустых картинок он услышал голоса. Голоса, что преследовали не только во сне. Делая вид, что завтракает, Рон все больше и больше погружался в воспоминание сна, что привиделся сегодня. … «Он шел медленно. Чем дальше отходил, тем не ясно становились, слышны голоса. Голос был слабым, шипящим и влажным. Если бы подводные тени имели голос, он звучал бы именно так. Он предчувствовал начала конца его спокойной жизни. Такое и раньше случалось, его интуиция никогда не подводила. Он ожидал. Тропинка завела его в горячий грот песка, созданный из высоких скал. Солнце парила над головой, заставляла закрывать глаза от палящих лучей. Маленькая тень, что выделялась со скалы, манила к себе. Стоило ему переступить грань тени, его сразу заволокло черной мглой. Временной поток закружил его. Из его уст готово было сорваться проклятье, когда чернота развеялась, и его встретили карие глаза девушки. Она, приветливо улыбаясь, пригласила идти за ней. Ее мелодичный голос успокаивал, мягкость молчание завораживал... Он родился в огне, не ведая, кто или что он. Он существовал, и этого пока было достаточно. Знание о себе и своей цели придет со временем, как он догадывался, пусть не сразу. Ибо сперва достаточно было просто существовать. И уцелеть. Не сгинуть. Он осязал огонь, окружавший его, жуткие алые отсветы проникали сквозь сомкнутые, казалось, в самую глубину его души. И все-таки он не боялся. Скорее, он ощущал Веки пламя, как новорожденный чувствует свои пеленки, покоясь в их мягких объятиях и будучи твердо уверен, что эти объятия не причинят ему вреда Он открыл глаза. Жара совсем не иссушила их, хотя огромные деревья вокруг почернели и увяли от дыхания пламени, их могучие стволы смогли только распалить ярость лесного пожара. Гибли травы, сама земля обуглилась и осыпалась, обнажая дымящиеся корни они корчились, вырываясь из замученных болью земли. Он видел огненную стену, что вырывалась с его рук. Он любовался своим творением, в его душе кипела яростная радость, что вся власть двух миров теперь его. Его. Теперь он царь земли и неба. Ха-ха-ха. ОН. Его сила на столько велика, что смогла победить даже Темного Хранителя.... - Остановись! Прошу тебя, остановись! Не надо! Не надо!!! НЕТ! Кто пытается ему противостоять? Неужели еще не все поняли, кто стоит перед ними? Неужели его сила не доказательство того, что он может? - Остановись! Прошу тебя, остановись! Не надо! Не надо!!! НЕТ! Я молю тебя, защитник, остановись! - Защитник? Он давно мёртв. Я сам его убил - Вернись ко мне, защитник! Ты мне так нужен! - О, да это та девчонка! Именно ей я благодарен за такую возможность ощутить себя свободным. Что она там просит? Вернуть? Кого? - Король двух миров задумался, огонь немного приутих в его руках, но продолжал сжигать всё живое, что осталось в лесу. Они с надеждой и верой смотрели на парня, который так много значил для них всех. Лучший друг, брат, возлюбленный. За ним они пошли тогда, готовы идти сейчас. Они его не могли бросить. Они не хотели уходить без него. Никогда. Они едины. Так было и будет всегда. Так оно есть - Боюсь ты его потеряла, волшебница! К сожалению, он не хочет возвращаться как можно искренней попытался сказать король. Правда должна выглядеть ложью, какой бы горькой она ни была. Девушка не вздрогнула, она продолжала смотреть на него. Но его глаза не выражали ничего, абсолютно пусты. Девушка боялась осознать свой проигрыш. Только не так. Пожалуйста, не зная кого молила девушка, мысленно обращаясь к невидимым силам. Пожалуйста, верните мне его. Он мне нужен. Прошу тебя, вернись ко мне - с глаз потекли слезы, но она их не замечала. Все внимание было обращено на парня, которого любила больше жизни. Любила? Так вот что за чувство жило в ее сердце! Любовь. Лучше поздно, чем никогда. - Мне надоело, и я устал - равнодушно глядя на слезы произнес парень, названный королем двух миров - Выбирайте, или вы присоединитесь ко мне, или.... Вы сами видите, что происходит с предателями окружал их со всех сторон... криво усмехнулся он, указывая на пепел, что серой дымкой Он жадно ловил крики, что исходили из горла двух миров. Он наслаждался их болью, страданиями. Он пил воздух большими глотками, пьянея от собственного величия. Вскоре возле него осталась одна девушка, что неподвижно стояла и невидящим взглядом смотрела на смерть близких друзей и семьи. Он оставил ее напоследок. Он с интересом наблюдал за её реакцией. Почему она перестала плакать? Почему она не просит вернуть защитника? Ведь он ей так нужен. Защитник, которого он ненавидел и которого хотел уничтожить. Защитник, что не сдавался, пытался вырваться на волю. И зачем он согласился защищать таких немощных людишек? Этого король двух миров не мог понять. - Перед твоей смертью, волшебница, объясни мне одну вещь. Мне говорили, что ты умная. Он так любил восхвалять тебя. Какой глупец, думал, что так сможет привернуть твоё внимание. Я не понимаю, почему вы пошли за ним? Ведь никто не верил, что частично, но он справится со своим заданием. Ох, бедняга, он так страдал, когда ты высмеяла его план. Благодаря тебе я нашел трещину в защитнике и смог побороть его твоим же методом. - Так он не преда... - слово не успело соскочить с губ, когда девушка поняла свою ошибку. Но было поздно, он услышал. Он взревел от ярости. Такие родные глаза превратились в сплошной огонь. Она поняла, что испортила все. - Прошу тебя, прости. Я не хотела. Я действительно не хотела сказать, что ты... - Предатель? Как ты могла такое подумать? Ты же знаешь меня не один год! Король двух миров и душа парня взбунтовались. Голоса перервались. Девушка услышала печальные и обвинительные нотки в голосе парня. Не может быть… - Король двух миров вновь ощутил в себе силу защитника. Они боролись, и король чувствовал, что проигрывает. - НЕТ! Этому не бывать! Он не вернется! НЕТ! Я не позволю! Его сила на столько возросла из-за ярости, что он перестал контролировать её... Он открыл глаза. - Что же ты наделал Король двух миров? Что я наделал? Тут он кое-что вспомнил. Его глаза обвели осыпанный пеплом землю и увидели девушку, еле дышавшую и с нежностью глядя на него. - О нет! Нет, нет, нет, нет... - Всё-таки ты вернулся ко мне – её рука провела по всклоченным волосам парня, ощутила мягкость, теплоту исходивших губ, что касались к ее ладони. - Мы все верили в тебя. Я знала, что ты победишь. - Тише, не разговаривай, молчи, береги силы - умолял парень, целуя её руки, опускаясь ещё ниже к родному лицу. Всматриваясь в карие глаза, он читал в них прощание. У него запершило в горле, дыхание не хватало. Он не мог её потерять, только не так и не сейчас. - Всё хорошо, всё хорошо. Знаешь, я так боялась тебя потерять, что поняла одну вещь, главнее которой нет на всем белом свете. Она важнее любой магии - замолчала девушка, и ему показалось, что грудь не поднимается и глаза её закрылись. - Нет, не покидай, не покидай меня. Нет! Прошу тебя, открой глаза, открой! - задыхаясь от бессильной боли, кричал парень, прижимая к себе родное тело девушки. - Попался - прозвучал смешок девушки. - Ну, куда я от тебя денусь. Ведь не рассказала о главной вещи. Такое чудо могло произойти только со мной. Узнать о настоящих чувствах в конце пути. - О чем ты? - наверное она бредит. - Когда я просила вернуть защитника, я вдруг отчетлива поняла, что на самом деле я просила вернуть не защитника, а тебя. Мне нужен только ты. Единственный, кто существовал в моем сердце, был ты, ... Рон.... Я люблю тебя... - Hem! Нет, нет, НЕТ!!! НЕ УМЕРАЙ! Не ПОКИДАЙ МЕНЯ, не надо! - навзрыд плакал парень, целуя ее лицо, прижимаясь к губам, пытаясь таким образом дать ей воздух. - Я люблю тебя, слышишь? Я люблю тебя. О, прошу тебя, нет! - качая на своих руках ослабшее тело, взывал по имени любимую. Нет, нет, нет, НЕТ! НЕТ!! НЕ-Е-Е-ЕТ!!! - кричала его душа. - Я люблю тебя, люблю тебя, люблю тебя - твердило раненое сердце. Г-Е-Р-М-И-О-Н-А!!! отразилось эхо по всему сожжённому лесу...» - Гермиона - еле слышно прошептал про себя Рон, не замечая, что слезы текут по щекам и он сжимает вилку в руках. Что? - её сердце откликнулось, тем временем её глаза были обращены на миссис Уизли, которая передавала блюдо. Рон перевёл взгляд на лицо девушки, смотрел долго, будто запоминая все её черты. Джинни наблюдала за выражением лица брата, она видела в его глазах боль. Боль? Почему? Что с тобой происходит, Рон? Чем нам тебе помочь? Гермиона. Мои сны были пусты, пока не явилась ты. Может потому, что я мечтаю услышать ответное признание, ты приснилась в конце этого сна? Возможно. Ведь о ней я думаю день напролет. К тому же три месяца промелькнули в один миг. Три месяца. Неужели это правда, и я буду с ней в одной комнате и днем и ночью? О, нет! Нет, нет, нет, только не это! И все же, что означал тот сон? Она...? Нет, этого не произойдёт. Я не позволю уйти. Я готов защищать тех, кто мне дорог. Гермиона находится под мой защитой с дня нашего знакомства. И так будет всегда. И так оно есть, и оно не изменится никогда. Джинни заметила, какое сосредоточенное лицо стало у Рона. Видно мысли, которые тревожили его, достигли своей цели. Он вдруг поднялся со стола, молча вышел с кухни. - Рон! - звала его миссис Уизли, но он не отзывался. Потом все услышали, как хлопнула входная дверь. - Что происходит с моим сыном? - вопрос повис в воздухе, ведь - никто не знал ответа. Гермиона встревожено выглядывала с окна в темный проулок, где должен пройти Рон. Он отсутствовал дома целый день. И Гермиона очень волновалась за друга. Где же ты можешь быть, Рон? И тут её осенило. В прошлом году Рон показывал ей одно место, где он отдыхал душой. Рон любил туда ходить, когда у него плохо на душе. Не сказав никому и слова, она поспешила к нему. Семья Уизли наблюдала, хоть и из разных углов дома, как Гермиона бежит в сторону густого леса, что словно кольцом окружал их жилище. Они знали, что девушки он не откажет, не прогонит ее. Только не Гермиону Грейнджер. Миссис Уизли долго привыкала к тому, что ее младший сын вырос, и, что он первый раз познал в сердце любовь. Ах, как давно была её молодость! Но она до сих пор помнит первые шаги Артура, когда он признался ей в любви. Миссис Уизли надеялась, что все ее сыновья и дочь найдут свою вторую половинку, как она нашла Артура. Словно прочитав мысли жены, Артур, приобнял ее и поцеловал в щеку. Гермиона торопливо прошла мимо высокого пышно одетого дерева, что склонилось над зеленой, не много влажной, после утренней росы, травой. Её ветви словно убаюкивая ласкали травинки, будто твердили, что все страшное уже позади. Зайдя в круг лесной поляны Гермиона, вдруг сообразила, что не помнит куда идти дальше. Или она прошла то место, или она заблудилась. Девушка определилась на первом предположении. Она вернулась на тропинку, с которой сошла, и отправилась назад. Дерево, словно парень, делавший предложение своей возлюбленной, привернул её внимание. Перед глазами в мыслях всплыло определение, что дал ему Рон: «прекрасная дева распустила свои косы, чтобы возлюбленный смог найти ее». Не много смущенный он сообщил, что такое сравнение запомнил еще с детства, когда мама читала на ночь сказки. Но девушка не засмеялась в ответ, просто на лице возникла понимающая улыбка. Она обошла широкий ствол дерева и чуть не наткнулась на парня, что выглядывал с укрытия. - Рон... - Гермиона... Они долго смотрели друг на друга, молча вчитываясь в зеркало души. Гермиона слегка покраснела, но потом сбросив с себя оцепенение промолвила: - Ты напугал меня, Рон. Исчезаешь на весь день, никому не слова. Твоя семья очень волнуется. - Прости. Мне нужно было побыть одному - отстраняясь от девушки сказал парень. На какие-то доли секунды его усталое лицо осветилось нежностью, но вновь обрела всю серьезность. Гермиона прислонившись возле него о ствол дерева, провела по волосам прохладной рукой. Её сердце стало постепенно выравнивать биение. Он рядом. С ним ничего не случилось. Но все равно дышать свободно не получалось. Что-то было не так. Она косо взглянула на парня, что обрывал листочки с ветвей. Его задумчивое лицо, хмурилось, появлялись складки над переносицей. Что-то его беспокоило. Они не разговаривали, они понимали друг друга без слов. И всё же Гермиона так до конца не могла понять, почему, когда он уходил с дома она видела на его щеках следы от слёз? Или же это было её воображением, или просто игрой света, или... - Рон, тебя что-то тревожит, я же вижу не много помолчав, ожидая его подтверждение, но не дождавшись, продолжала - Ты же знаешь, что мне можешь рассказать все. - Не всё, Гермиона. Есть не которые вещи, которым девчонкам лучше не знать - возразил Рон, присаживаясь на траву и беря в рот тростинку. Сейчас он говорил так серьезно, что девушка не на шутку забеспокоилась о душевном состоянии друга. Что же с ним произошло за три месяца пока они не виделись? Три месяца. Почему-то для Гермионы три месяца показались очень-очень-очень долгими и скучными. Ей так хотелось вырваться из оков городской жизни и отправиться в лесную прохладу, где находился дом семьи Уизли. Когда поняла течение своих мыслей, она из упрямства стала саму себя убеждать, что ей очень интересно, что ей не скучно, что она не нуждается в близости друга. Но больше всего она убеждала себя в том, что не соскучилась по рыжеволосому парню по имени Рональд Уизли. Как она ошибалась! Её сердце чуть не выпрыгнуло от счастья, когда глаза увидели входящего парня. Но радостная улыбка слетела с губ, радостное приветствие застряло в горле, когда Рон прошел мимо и не заметил её. Как ей было больно. Неужели он не рад мне? Ведь, чтобы его увидеть я приехала раньше. Что я говорю?! Не его, не его, а его семью. Запутавшись в своих мыслях, она промолчала. И вот сейчас, она пыталась всеми силами показать, что не обиделась на слова друга. Тем временем Рон, не зная о мыслях девушки, не мог отделаться от ощущения, что сон, привидевшийся ему сегодня ночью, правда. Явь, которая произойдет не сегодня, возможно, завтра. - Знаешь, я никогда раньше не замечал, что мой дом окружает такая щемящая сердцу красота. Я бы жил здесь, никуда не выезжая. Он так сказал, будто собирается уехать и не вернуться?! Что же такое. произошло за три месяца? Что? Она видела такое сосредоточенное лицо Рона только однажды, в купе, когда он защищал ее от неизвестной темноты, что поглотила все кругом... - Но если суждено будет уехать, то последние минуты я захотел провести именно с тобой. Семью вижу чаще, чем тебя - пояснил парень, заметив удивленный взгляд Гермионы. Чуть не выболтался! Нужно быть поосторожней в словах. - Но уезжать пока не собираюсь, пожалуй, разве что, в Хогвартс. Извини, что не поприветствовал тебя утром. Неожиданный сюрприз - осилил выдавить улыбку, но она получилась такой печальной, что он решил её спрятать. - Ладно, пошли. Ужасно хочу есть - пожаловался парень, поглаживая живот, который заурчал. Перед Гермионой предстал старый Рон Уизли. Наконец-то она смогла вдохнуть свободно. И всё же грусть осталась... Каждой клеточкой своего тела она ощущала близость сидящего рядом парня. Они находились в одном купе, как длилось все эти 4 года подряд. Но сегодня помимо них, к ним присоединились вся семья Уизли. Предстоял еще один год учебы в Хогвартсе. Ей не хватало воздуха, хотя духоты такой не было. И все капризы с дыханием и эмоциональной чувствительности начались после слов Джинни, что как бы между прочим заявила, переглянувшись с братьями: - Мы же забыли сообщить прекрасную новость родителям. Ну, вы разве забыли? Да, бросьте, неужели только я помню, что Рон скоро приведет домой невесту... - Что ты мелешь, Джинни - встрепенулся Рон, переставая живать конфету. – Какую еще невесту? - Гермиона сложила газету пополам и отложила в сторону. - Ведь три месяца прошли... - Ну и чт... - Рон и Гермиона поняли, о чем идет речь, когда Джинни и братья-близнецы красноречиво оглянулись на них. Они оба покраснели. Гермиона первая пришла в себя. Она возмущенно вздернула носик и сказала, твердо глядя на них, защищая не только себя, но и парня. - Что может произойти между двумя лучшими друзьями, в течение двух месяцев? - Ага, будет время наговориться вдоволь - поддакнул Рон, незримо оказывая поддержку. Гермиона благодарно улыбнулась одними газами, и парень засиял, ярче солнца. - Что же, если вы так говорите... - перемигнулись друзья, быстро меняя тему беседы. Потекли минуты в веселом оживлении, оглашая пустые коридоры поезда смехом. двое лучших друзей смело смотрели в глаза остальным, но сами скрывали истинные чувства, что налегли на сердце, словно камень. Две недели под одной крышей... *** Эти двое, появившись словно б ниоткуда, пару секунд простояли в нескольких шагах друг против друга на узкой, освещенной луной тропе. Стояли не шевелясь, наставив один в грудь другого волшебные палочки, а затем, когда каждый понял, кто перед ним, убрали палочки под мантии и торопливо двинулись в одном направлении. - Есть новости? - спросил тот, что был выше ростом. Лучшие, Хогвартса найти защитника. ответил молодой человек, которого было отправлено в замок Вдоль тропы шли слева низкие кусты дикой ежевики, а справа высокая ухоженная живая изгородь. Длинные мантии мужчины и молодого человека колыхались, заплетаясь вокруг лодыжек. Они повернули направо, на широкую подъездную дорожку, в которую упиралась тропа. Живая изгородь, повернувшая вместе с ними, вскоре оборвалась у высоких кованных ворот, преградивших им путь. Однако они не замедлили шага: оба молча подняли в подобии приветствия левые руки и прошли сквозь темный, словно обратившийся перед ними в дымку тумана металл. Теперь звуки их шагов заглушались тянувшимися по обеим сторонам дорожки густыми тисами. В конце прямой дорожки вырос из темноты большой, красивый загородный дом с мерцавшими в ромбовидных окнах первого этажа светом. Где-то в темном парке журчал за тисовой изгородью фонтан. Гравий похрустывал под ногами соратников, торопливо шагавших к парадным дверям, которые при их приближении распахнулись будто сами собой Почти весь каменный пол просторного, тускло освещенного и прекрасно убранного вестибюля покрывал толстый ковер. Они пересекли его, провожаемые взглядами бледных людей, изображенных на висевших по стенах портретах. Они остановились возле тяжелой деревяной двери ведущую в следующую комнату, затем высокий мужчина повернул бронзовую ручку. Первое место занимал, пышно изукрашенный стол, вся прочая мебель была бесцеремонно сдвинута к стенам. В камине полыхал огонь, освещая своим колыханием узоры на потолке, что рисовали причудливые фигуры. Они были не единственными, кто пришел на встречу со своим повелителем. Молодой человек без боязни прошел до широкого стола, нахально присел на стул, не попросив разрешение у того, кому прислуживал. Его надменные глаза провели по всем лицам, что прикрывавшиеся черными капюшонами выглядывали с отверстия. Потом его взгляд остановился на повелителе. На лице не вздрогнул ни один мускул. Он был уверен в своих новостях, поэтому он решился криво улыбнуться ему, не отвесив поклон, как обычно делали все, кто находился здесь. В главе стола сидел невысокого роста мужчина, широкая мантия не скрывала его худобы, а черный цвет портил его вид, еще больше отделяя бледность от обычного цвета лица. Некогда красивые с прозрачной серой оболочкой глаза со временем сузились, превратились в злые, хищные глаза. Сейчас они не выражали ничего, чем пару секунд назад, когда он, направляя палочку в потолок произносил слова заклинания, что без труда распахнули двери загородного дома. Стояла гробовая тишина и никто из присутствующих не посмел ее нарушить. Все молчали и зорко следили за господином. - Я слышал у тебя есть новости - ледяным прикосновением своего голоса, прошептал Темный Хранитель, обращаясь к молодому человеку. - Да, сэр - он не собирался, даже при давлении, называть его правителем или господином, лордом и т.д. Он согласился при условии о своем награждении, которое он, смело глядя на Тёмного Хранителя, требовал от него. Это был очень смелый поступок с его стороны. В любую секунду, пока он говорил свои условия, его могли убить. - Говори - свистящим шепотом приказал Темный Хранитель. - Я сделаю лучше, сэр, принесу тело защитника. Это будет моим личным подарком, на ваше день рождение, что приближается с каждой секундой. - Почему же не принес сегодня? - полюбопытствовал высокий мужчина с позволением господина. - Принёс бы, но помешала татуировка на плече, которая не вовремя начала жечь. Конечно, мог и не приходить на встречу, но потом подумал, что кто-то обидится и не расслышав моего объяснения, убьет - скривив губы наподобие улыбки молодой человек смотрел прямо в глаза правителя. - Ха-ха-ха - злорадно рассмеялся Тёмный Хранитель. - Мне он определенно нравится. У него столько же яда, как было у меня в его возрасте. Хорошо, щенок, жду своего подарка. Но помни, что терпение у меня на исходе... - Вам и не продеться долго ждать, сэр - вскакивая со стула, он уже оказался возле выхода, когда обернулся, добавил: - Если вы захотите за мной проследить, сэр, то не советую. Не догоните - его весёлый смех звучал ещё долго, летая по глухим коридорам дома. - Какой же он ещё ребенок. Не знает с кем связала его судьба - покачал головой Темный Хранитель, поглаживая голову питона, что расположилась на его плечах. - Проследи за ним, Нагайна. - Тсс-тсс - в темноте блеснули и погасли желтые глаза огромного питона.