kingdom of welcome addiction

      Пирс мёртв.       Странно.       Солдат смотрит на маленький экран телевизора, висящего за спиной разговорчивого бармена, и чувствует, как набатом в голове бьётся одно слово —       неправильно       Так быть не должно, но ведущая новостей с осуждающим лицом что-то говорит, а фотография Пирса в его любимом сером костюме кажется какой-то жалкой издёвкой, за которую следует вздёрнуть женщину в её собственной гостиной.       Но Пирс мёртв — некому отдать приказ, а Солдат не имеет права принимать решения самостоятельно, особенно решения о ликвидации.       Но Баки Барнс всегда всё решал сам, не так ли?       Он так запутался — а в кадре появляется седой мужчина с умным видом и начинает говорить, и у Солдата не получается разобрать ни слова, бессмысленные движения губ, пародия на человеческую речь, а все вокруг веселятся, чокаются кружками, смеются и вскрикивают, и за шумом не слышно звуков динамика.       Но какая разница, по выражению их лиц Солдат понимает, что ничего хорошего не говорят, только осуждают — идиоты, они не имеют ни малейшего понятия о том, кем был Пирс и что сделал, кто они такие, чтобы обсуждать его, неужели считают, что пары статей из интернета достаточно?       Солдат крошит стакан с нетронутым пивом в руке.       Свернуть обоим шеи и поджечь студию проклятого канала, взявшего на себя слишком много — никто не смеет идти против Гидры, против светлого будущего и развития человечества, против владельца.       твоя работа — дар всей планете       ты изменил этот век, и я хочу, чтобы ты сделал это ещё один раз       Прежде никто ему такого не говорил — но Пирс другой, был другим с самого начала, с первой встречи, когда вместо тычков и грубости встретил дезориентированного после разморозки Солдата спокойной властностью и тёплой ладонью в волосах. Потому работать с ним, подчиняться ему было просто, так же просто, как спускать курок — и Солдат исполнял приказы безукоризненно, возвращаясь на базу, вставая перед Пирсом на колени в ожидании одобрительного взгляда и короткого       хорошая работа       Но теперь никто ему этого не скажет, теперь никто не установит жёсткие правила его эксплуатации, теперь никто не будет ему ничего объяснять, теперь никто не будет вести длинные монологи, теперь он один — потому что Пирс мёртв, а мёртвые не говорят, не смотрят и не защищают.       Солдат остался один, без владельца, без Пирса, без того, кто обращался с ним как с вещью, но своей вещью, драгоценной и уникальной, нужной и незаменимой, и у него тепло в груди при мысли о принадлежности.       Принадлежать Пирсу приятнее, чем принадлежать Гидре, и когда однажды Солдат, разморенный многочисленными лекарствами, признался, то наказания не последовало — Пирс рассмеялся, единственный раз за всё время, и потрепал его по голове.       Тогда, пожалуй, он и понял, что такое счастье.       Но руки Пирса холодные и жёсткие, а рот навсегда застыл в гримасе равнодушия — ему плевать на Солдата, его глаза никогда его не увидят.       Злость копошится под кожей, гудит роем вместе с гулом левой руки, и он не знает, что делать, в Гидре хаос, новая голова никак не отрастёт, потому что старая была слишком хороша, и Солдат не хочет подчиняться новой голове — Солдат хочет подчиняться только Пирсу.       Глупые мысли — Пирс мёртв, его не вернуть, нужно двигаться дальше, только вот куда, если ладонь, направляющая каждый вдох, закаменела и больше не двинется?       но если ты не сыграешь свою роль — я не смогу сыграть свою, и гидра уже не сможет подарить миру свободу       Они были целым, он был дополнением, продолжением, исполнителем, и куда он пойдёт, когда Пирс его нигде не ждёт?       У него ничего нет, у него был только Пирс, дающий всё необходимое, но кто позаботится о нём теперь? Его разорвут на части куда бы ни пошёл, препарируют, перепрошьют и посадят на поводок, но Солдат не хочет, будущее получается совсем не таким, каким его рисовал Пирс, и он знает, что это его вина — если бы он выполнил приказ о ликвидации вовремя, то ничего этого бы не случилось, Пирс был бы жив, а человечество освободилось бы в колыбели щупалец Гидры.       Но он провалил миссию — и всё полетело к чертям, и цивилизация летит в пропасть, и уже некому её остановить.       Свет будущего погас — впереди одна лишь темнота.       Солдат устал от темноты.       Но Пирс мёртв, исправить ошибку некому — одна ошибка влечёт за собой другие, и они множатся, разрастаясь, и однажды похоронят под собой Гидру целиком.       Потому что Солдат не смог выполнить приказ.       Всё это — его вина.       Пирс мёртв, но он ощущает его суровый ледяной взгляд, и хочется съёжится и рухнуть на колени, умоляя о прощении, принося клятвы верности и обещая всё исправить — но Пирс мёртв, он не услышит ни слова, и сколько бы Солдат ни отбивал колени, Пирс не увидит, не простит и не скажет, как всё починить.       Смерть невозможно отмотать назад, и часть него желает найти Капитана Америка Стива и свернуть ему шею — или утащить куда-нибудь в подвал и пытать, пока собственная боль не утихнет. И это было бы просто, ведь Капитан Америка Стив сам жаждет встречи, сам пойдёт, стоит лишь слегка притвориться, а лаборатория Гидры, способная удержать Солдата, удержит и его.       Но Баки Барнс, в отличие от Солдата, умеет принимать решения, и потому он встаёт, бросает мятую купюру на стойку и уходит под тихий перезвон колокольчика.