Не прячь от меня свои глаза

      Контрастный свет за Соён перекрывал ее лицо. Коридор был единственной комнатой, в которой ещё горел нормальный свет, а не цветная подсветка или что-то типа того.       — Ну, проходите вперед, там несколько людей за вами должны еще пакеты из магазины принести, не стойте не проходе.       Звучало как будто им не рады, но по правде говоря, на вечеринке две бутылки «Гаража» более ценны, чем кто-либо — таковы правила.       Основной движ происходил в гостиной — люди сидели на креслах, диванах, а кто-то даже морозил пятые точки на полу. Каждый находил чем заняться — кто-то выпивал, кто-то дискутировал, кто-то гадал на очередной интерес. Среди знакомых тут было только несколько лиц, да и некоторые из них были отвлечены чем-то более важным, чем общением с Ёнджуном и Каем. Вечеринка только начиналась и планировалась заканчиваться только к утру, не смотря на слова о завтрашней учёбе.

***

      На полу лежала коробка из-под пиццы, все лежали на абсолютно случайных местах. Бодрствовали только несколько человек. Все они сидели по своим группам или парам, болтая о личном в нетрезвом состоянии. Ён выпил значительно больше Хюки, потому что не был таким «неженкой». Его разум был слишком затуманен, и только самые глубокие струны души выговаривались в разговоре с потерянной нитью повествования. Кай, на удивление, все еще был способен здраво судить.       Только начинался рассвет, никто не планировал просыпаться и лишь два оставшихся «в живых» парня не спали — они собирались пойти домой через час-два и уйти в царство Морфея уже там.       —Я пойду на балкон… выкурю — сказал Чхве с небольшими паузами, пока его опьяненный мозг пытался собрать мысли в слова и пустить в конвейер. — Ты тоже иди, нечего тебе здесь одному оставаться.       Все, кто хоть раз был на вечеринках или хотя-бы на «вписках» знают, что балкон — место для самых откровенных разговоров за дымящейся сигаретой. Оба юноши неспешно поднялись и пошли к балкону, что выходил на противоположный двор. Небо было серым. Казалось, что ничего спокойнее этого балкона в мире нет и быть не может.       Ёнджун сделал первую затяжку своих любимых сигарет, которые и так свербели в носу Кая, пока он был в ветровке. Ён смотрел вдаль, раздумывая о чём-то своём, таком важном и таком упущенном.       — Ну… как тебе?       — Ты о чём?       — О вечеринке, ты же у нас не поклонник таких мероприятий — с усмешкой сказал Джун. Его русые волосы сбивал ветер.       — Да как-то нормально. У меня достаточно стереотипное мнение о вечеринках — я сразу представляю что-то из разряда секса, наркотиков и рок-н-ролла, как в серии «Эйфории» или «Ривердэйла».       — Сегодня реально было спокойно. Тебе не хватило всего этого самого?       — Честно говоря, там это выглядело интереснее и веселее.       Ённи посмотрел на Кая и прищурился, что было ему не свойственно — он и так был в очках. Взгляд был пронзительный и показался Хюнину даже напряженным. Он нахмурил бровь, не понимая куда была обращена та эмоция. Джун отвел взгляд и продолжил разговор.       — Иногда тут и такое происходит, что Саша Грей нервно курит в сторонке — сказал Чхве и улыбнулся — типа, было такое, что пацан взял девушку за плечо — он демонстрировал все действия на Кае — и потащил ее к себе резко-резко, мы вообще офигели. Сексом тут тоже иногда занимались, всяким.       Ёнджун снова начал пялиться на Кая, слегка нахмурившись, словно обдумывая что-то. Каю не нравилось такое внимание.       — Ты как слепой котёнок — продолжил разговор Ён — тебе пока не покажешь — ты не поймёшь.       Он с неким мужественным уважением похлопал младшего по плечу, слегка нагнулся. Их разница в росте около двенадцати сантиметров. Парень начал оголять плечо Хюнина, разглядывая его кожу. Хюнин смотрел с недоумением.       — Ты сегодня недостаточно повеселился — сказал старший и оборвал фразу поцелуем. Это не тот «страстный, нежный поцелуй», он был обрывистым и непонятным, коротким и не складным. Парень начал медленно засовывать руки под футболку и щупать худое тело Хю.       — Ты уверен? — спросил Кай.       — Уверен.       Одним движением Ёнджун снимает футболку с его соседа. Его тонкие руки, плоский живот с виднеющимися рёбрами предстали перед Джуном. Сам сосед замечает небольшое очертание члена в красных шортах. Он и не думал, что такому популярному парню могут нравится парни.       Пальцем левой руки Чхве гладит сосок Хюки. Он постоянно меняет взгляд с тела на глаза младшего. Он резко отрывается и срывает с себя футболку — под ней оказалось тоже худое тело — у парня были накачены только руки и пресс, что неудивительно для волейболиста. Кай смотрел на каждую вену, выпирающую из его кожи. Как маленький щенок, он готов был сделать все ради соседа.       — Пообещай мне, что это не закончится плохо.       — Не закончится. Перестань прятать глаза от меня. Я хочу чувствовать контакт с тобой не только телом, пингвинёнок.       Ён пронзительно смотрит в глаза. Эти глаза отличались от обычных азиатских, в конце концов, парень является метисом. Взгляд Хю был полностью щенячьим. Его хотелось обнять и прижать к себе, слушать его тихие вздохи на ухо.       Рука поползла под штаны, те самые мешковатые джинсы легко поддавались, а член Хюки просто выпадал из них. Он уже не мог терпеть это возбуждение. Его хуй уже полностью покрыт естественным лубрикантом и ладони старшего скользили по нему, заставляя парня закатывать глаза. Он уже был готов кончить от всей ситуации, но Джун резко остановился.       — Не так быстро.       Ёнджун снимает с себя те самые шорты. Его стоячий половой орган невозможно было не оценить — Каю приходили самые грязные мысли на ум, что можно сделать с ним.       — Ты готов?       — Просто…давай… — парень задыхался от желания.       Ён повернулся полубоком. Он взял случайную простынь и накинул на дверь балкона — так их точно никто не заметит. Хуй начал медленно и осторожно входить в рот и импульсивно поебывать Хюнина в щеку. Хюка смотрел всё это время на Ёнджуна — ему хотелось проглотить его как воздух, смолоть в порошок и вынюхать. Он хотел его.       Член сидящего Кая время от времени соприкасался с внутренней частью бедра стоящего Ённи, от чего тот нервно вздрагивал, чувствуя нежность его кожи. Чхве кончил Каю прямо в рот, от чего тот закатил глаза, впервые оторвав их от соседа. Сосед нагнулся и поцеловал Хюку с языком, смешивая все жидкости в одну, но не хватало спермы Хюнина.       Ён снова начал водить рукой по члену младшего, изредка касаясь его щекой или губами.       — Я не хочу сосать. Это испортит моё мужское эго.       — Делай что хочешь, блять, делай что хочешь, прошу! — слова вырывались из Хюки так, что их могли услышать.       Ёнджун целовал все части члена, от головки до мошонки, облизывал уздечку и не переставал трогать руками. Младший возбудился так, что сам направил руку в сторону плеч Ёна. Он притянул его к себе костлявыми руками и поцеловал, кусая губы и выталкивая языки друг друга. Он был готов на всё, лишь бы снова чувствовать эту эйфорию.       Как только губы оторвались, Ёнджун снова посмотрел в глаза Кая, но другим взгядом — влюбленным, легким, родным. Своей мускулистой рукой он сблизил два члена в ней и начал надрачивать оба. Он схватил другой рукой запястье Хюки и начал гладить ей своё тело, пресс, грудь и пах. Его гладкая кожа была для младшенького как бархат.       Пульсирующие движения руки заставили Кая обильно кончить, даже попав себе на плечи. Джун собрал пальцем сёмя и засунул его в рот Хюнина, слегка придерживая его челюсть большим и средним пальцем. Их губы соединились в поцелуе. Не было ничего лучше этого поцеля. Быть не могло.       — Ты потрясающий, я хочу тебя, я не могу от тебя — Ён быстро выдавал всё, что только мог. В последний раз проведя носом по шее Хюнина, он взял свои трусы и внутренней стороной протёр всё, что мешало бы им надеть одежду.       — Без них пойду, всё равно не увидят.       Произошла недолгая пауза.       -Я не знаю, что это было. Но… я кажется люблю тебя… — младший как потерянный щенок впивался в Ёнджуна.       — Ты хочешь или любишь меня?       — Я хочу любить тебя. Хочу.