Кровать на двоих

      Новая ночь. Раджи вновь приходит и уже по-домашнему ложится первее тёмноволосого. Карие глаза смотрят на парня, выдавая скрытую улыбку. Старший вновь раздевается, демонстрируя подкаченное тело и татуировки. Серьги снимают, волосы поправляют и ложатся впритык к гитаристу. От быстроты этих действий, удивляясь, что нет прелюдий, Томас смущается, но уже тянется в объятия. Его вновь начинают дразнить, почти касаясь губами, водят носом по щекам, губам, векам, скулам, водят по подбородку и задевают кадык. Пока длинноволосый находится в полусонном состоянии, его резко целуют в губы, выбивая из колеи. Мозг не сразу понимает, но тело инстинктивно отвечает. Солист отстраняется, наблюдая за ахуевавшим Раджи, затем смотрит в окно на луну, её свет пробивается через занавески одинокой полосой. Парня вновь целуют в губы, на этот раз без напора, мягко и нежно, но гитарист требовательно отвечает, желая большего, кусает чужую нижнюю губу, стараясь перевести поцелуй в развратные посасушки. От старшего отстраняются и садятся на него сверху, полусонный разум жаждет этого. На бока Томаса ложатся руки, поглаживая талию, освобождая того от боксеров. Гитарист помогает, снимая с себя футболку, ручками нащупывает стояк старшего и вытаскивает его из ткани, начиная тереться жопой о ствол, тихо выдыхать. Парня наклоняют к себе, запуская пальцы в длинные, слегка запутанные, волосы, осторожно сплетая пальцы на затылке и притягивая к себе, одаривая поцелуями нежными, слабыми, отрываясь часто. Раджи слабо подавался вперёд, всё же контроль оставлял певцу. Вновь нащупав член, принялся осторожно садиться, используя предэякулят в качестве смазки. — Осторожен будь, — доносится шёпот снизу. — Постараюсь, — выпрямляется, разрывая руки Дамиано, заворожённо смотрящего на Томаса. Руки кладут на грудь старшему, опираются и двигаются вверх, затем вниз, постепенно набирая темп.