Она пахла рассветом

*** Громкий сигнал, который каждое утро раздавался из громкоговорителей, которые стояли на каждом шагу в лагере сообщал нам о том, что уже восемь утра и нам пора вставать на плановую зарядку, ее никак нельзя было пропустить. Все должны были явится. Почти как в армии. Сказать, что почти никто этому не радовался, особенно после вечерней дискотеки, это значит промолчать. Я, приложив помаксимому сил разлепила глаза и поняла, что сплю совершенно не у себя в комнате. Плакаты Фабрики и Рефлекс смотрели на меня с белых стен. Приподнимаясь на руках, я ощутила своим телом, что рядом со мной лежит прекрасная обладательница каштановых локонов, я улыбнулась и зарываясь в них глубоко вдохнула. Она пахла всегда по-особенному, как парное молоко, как запах утренней росы, когда никого еще нет на улице, а природа только просыпается. В такие редкие тихие летние дни где-то далеко в поле, где можешь уединится и насладится восходом. Она пахла как солнце, она пахла рассветом. - Доброе утро - промурлыкала она сквозь улыбку. - Доброе, а где твои соседки? – я обратила внимание, что мы в комнате одни. - Я живу только с двумя, они разбежались по своим парням. Но думаю, что скоро вернуться. – она взглянула на свои часы. - Это намек, что мне нужно сваливать? – я целовала ее ключицы, исследуя левой ладошкой ее бедра. Мы были совершенно голые. Вся одежда валялась кое как брошенная на полу. Я вспоминала вспышками вчерашний вечер. Как мы жадно раздевали друг друга, когда вернулись с речки в корпус. Есеня что-то промычала сквозь непрерывные поцелуи, что можно остаться у нее, ведь никто не придет. Поскольку в старших отрядах не так четко смотрят за отбоем, особенно в день открытия, то мы воспользовались этой блажью и просто неистово наслаждались друг другом ночь напролет. - Это намек, что я хочу еще раз. – она обхватила мою лицо руками и втянула меня в глубокий и страстный поцелуй, который заглушал все. Кроме нее больше ничего не существовало, существовал только этот момент. Ее тело трепетало, извивалось. Ее ягодицы были упругими, сочными и желанными. Ее груди были налиты жизнью и маняще гипнотическими. Мне хотелось касаться каждого сантиметра ее тела. Ее волосы придавали ей шарма и такой неотъемлемой ведьмовской красоты. Она напоминала мне булгаковскую Маргариту. Она была моим искушением, моим грехом, который я совершала бы раз за разом. Я бы позволяла стирать себе память, чтобы регулярно переживать то, что я переживала с ней в ту ночь. Мои руки не слушались меня, но отчетливо следовали приказам моей интуиции. Я слышала ее тело, я хотела ее так, как не хотела никого. Юркнув под одеяло, я провела языком по ее гладкому животику, ощутила, как она сжала руками простыни. Нежно касаясь своими губами ее кожи, я скользнула языком между ее ног и услышала, как с ее губ сорвался громкий стон. Я прекратила свои касания, ее разгоряченной точки и продолжила целовать внутреннюю сторону ее бедер. Ее стоны были приглушенными, сдавленными, она сжимала одеяло зубами. - Пожалуйста вернись, целуй меня там. – она была невинной и развратной одновременно. Я опять коснулась ее клитора языком, который возбужденно набух и прорывался сквозь влажные складки половых губ. Есеня стонала и хаотично двигалась, я сжимала ее бедра и ласкала ее языком, мне хотелось свести ее с ума, чтобы она больше никогда ни с кем не могла такого чувствовать. Я хотела отчаянно стать ее наркотиком, но сама подсела на нее. Неожиданно она выгнулась и с громким стоном кончила, опускаясь без сил на кровать. Лежащие на тумбочке книги рухнули громким хлопком на пол, отправленные туда хаотично двигающимися доселе руками Дашковой. *** Пробираясь по коридору как вор в грязной майке, которая была замазана речной тиной, джинсах, которые казалось пережили боевое крещение и с мокрыми трусами в руках, я походила на неудачливого ловеласа-любовника, который сбегает от любовницы, муж которой вернулся неожиданно из командировки. - Какие люди. – я услышала приторный голос Светы. – ты что с десантниками пила что ли? Выглядишь как бомж последний. - И тебе доброе утро. – я повернулась к девушке. На ней была вчерашняя одежда, значит она тоже еще не была в комнате, а скорее всего, как и я пробирается туда, пока не поймали. – я смотрю ты тоже не привыкла спать у себя в постели, хоть бы майку правильно надела. Или времени не было? - Громова, не бузи давай. Пошли быстрее, пока Аркадьич не спалил. – она подпихнула меня в сторону комнат. Позади на лестнице раздались шаги нашего вожатого. Мы ворвались в нашу комнату как после пожара. Синхронно и слажено захлопнули дверь и ринулись к шкафу стаскивая одежду со скоростью света. - О я смотрю жаркая ночка. – улыбнулась Света, когда я натянула свежие трусы. – я и не знала, что ты Громова - такая пошлячка. - Я смотрю у тебя не менее жаркая, раз ты даже не удосужилась лифчик надеть. – я лишь улыбнулась. Она была сукой, но не лицемеркой. Она всегда говорила, что думает. Не всем это нравилось, но в жизни всегда так. Если всем нравится, то своей жизни не остается. - Ты же понимаешь, что мы теперь повязаны? - я вопросительно взглянула на нее. – ты молчишь про меня, я про тебя. - Без проблем. Надеюсь ты умеешь хранить язык за зубами – она улыбнулась. - Язык не всегда, - я пошло улыбнулась, - а вот тайны да. Она язвительно посмотрела на меня, показав мне фак, но промолчала. Мне даже показалось, что она впервые посмотрела на меня с интересом. *** Жизнь в лагере потекла своим чередом: всевозможные конкурсы, дискотеки по вечерам, купание на реке днем, пикники, соревнования – все что могло бы отвлечь нормальных тинейджеров от секса, наркотиков и рок-н-рола. Но увы не отвлекало. Мы не афишировали наши отношения, или это были еще тогда не совсем отношения. Мы обе пока этого не понимали. Мы старались не спалиться, потому что нам казалось, что не все будут этому рады, а мы были еще морально не готовы к той волне призрения и непонимания, которая могла бы вылиться на нас со стороны сверстников или вожатых. Была и еще одна причина, по которой нам нравилось скрываться. Это было будоражаще и необыденно. Мы чувствовали себя какими-то шпионами или преступниками, что еще больше нас раззадоривало и возбуждало. Сама аура запретности и новизны этого в наших жизнях, подталкивала нас на абсурдные и безбашенные поступки. Каких только нервов нам стоило заниматься сексом в лесу недалеко от территории лагеря, сбегая туда во время сонного часа, сбегать и прятаться в старом разваленном корпусе или вечером, когда темнело, искать приключения у реки. Мы были как зависимые наркоманы, которые выработали свой язык жестов и понимали где, когда и как они встретятся, чтобы каждый мог получить свою дозу, без которой было так тяжело и мучительно проживать те часы, которые мы проводили порознь. Но увы, все тайное когда-нибудь становится явным. Эта мудрость стара как мир, другой вопрос, что мы прекрасно это знали, и это был всего лишь вопрос времени. Так и случилось, в тот вечер. Оставалось еще тринадцать дней до конца смены, дискотека была назначена на шесть часов вечера, старшие же отряды могли остаться даже до двенадцати, что не могло не радовать. Хотя все итак прекрасно понимали, что если старшие захотят продолжить, то они найдут возможность. Но администрация надеялась, что до полуночи мы все выбьемся из сил и сами тихо и мирно уснем. Заблуждаться - в праве каждый. Со Светой наши отношения тоже изменились, она больше не изливалась язвительностью и обидами в мою сторону, но колкости еще не совсем испарились из нашего общения. Поскольку Света воспринимала меня нормально, то и Вероника начала на меня по-другому смотреть. Иногда мне даже казалось, что она на меня уж слишком часто смотрела, я никак не понимала, что конкретно она от меня хотела и почему часто смущалась в моей компании. - Эй ДиКаприо, ты на дискотеку что не собираешься? – Света как обычно красилась, сидя в одном лифчике и трусиках у себя на кровати. – Ало, Громова, я к тебе обращаюсь. - Ну ты б сказала, что ко мне, а то ДиКаприо, я вообще на него не похожа. – я вспомнила про этот сопливый фильм «Титаник», от которого тащилась добрая половина обладательниц женского пола. Как хорошо, что я не входила в их число. - Да ладно, у вас внешность пипец как похожа. – Света сорвалась с кровати и вытащив из сумки плакат «Титаника», как я потом увидела, плюхнулась ко мне на кровать. – вот смотри, ну вылитый ДиКаприо. - Да блин, ну ладно, может есть что-то не знаю. – я заметила боковым зрением, как Вероника неоднозначно растерялась и даже разозлилась, от того, что Света так свободно в нижнем белье находится в моей близи. Тогда я не понимала, чем это обусловлено и думала, что Ника просто злиться, что Света стала уделять мне чуть больше внимания, чем раньше и уже была ко мне не так агрессивна. Мне было то ровным счётом насрать тогда, что они обо мне думали и думали ли вообще. Так сложилось, что Света просто решила, что я не такой уж и плохой человек, ей понравилось, что я не прогнулась под ее неугомонный нрав и вступала с ней в баталии, могла ее послать и ее шутки или язвительные уколки меня совсем не задевали, а лишь смешили. Она признала во мне равную, что в последствии сыграло ведущим фактором в нашей с ней дружбе. Мы были обе не подарки, но могли выносить одна одну без вреда друг другу. В этот момент, пока мы обе лежали на кровати и рассматривали плакат сопливой мелодрамы, дверь нашей комнаты открылась. - Девчонки, у вас есть тушь…? – Есения замерла, вцепившись в дверную ручку. Она смотрела на нас со Светой. – Моя закончилась Девушка со всей дури хлопнула дверью и побежала прочь от нашей комнаты. Только тогда я заметила, что лежу со Светой, хоть мы и не обнимались, даже физического контакта у нас не было, но мы лежали на одной кровати, а на ней лишь было ее сексуальное черное кружевное нижнее белье. - Чего это с ней? – недоумевающе спросила Света. - Блядь. – подорвалась я с кровати и скользнув в не зашнурованные кеды, побежала вслед за Дашковой. Я бежала по коридору и не понимала, куда она успела испариться за эту минуту. В комнате ее не было, и я ничего лучше не придумала как поискать в туалете. Распахнув дверь, я наткнулась на непонимающих пацанов, потом вышла и увидела, что это туалет парней, я по ошибке зашла не в ту дверь. Пробежав еще пару метров и входя в женский туалет, я услышала, как кто-то колотил ногами по мусорке, стоящей под раковиной. Синие старые мусорки воронки. Никогда не забуду, они пережили столько гнева от нерадивых подростков и их гормональных перепадов. - Есень, ты чего блин? – я подбежала к ней, она выставила руку вперед, тем самым показывая, чтоб я не подходила - Вали к своей Тучной, она ждет тебя на твоей кровати. – она почти срывалась на плач, но не плакала. - Ты дура, что ли, какая нафиг Тучная? - я сама начинала злиться. Моя вспыльчивость не всегда играла мне на руку. – она мне просто плакат показывала. - Ну конечно, это сейчас норма блин с голой задницей по чужим кроватям прыгать. – она схватилась двумя руками за края раковины. – не пизди мне Громова. Я вижу, как она на тебя смотрит. - Ты что ревнуешь? - Даже не думала. – она надулась как маленький ребенок, у которого забрали конфету. - Да угомонись ты блин, это реально не то что ты подумала. – я старалась сохранять внутреннее спокойствие, потому что понимала, что взрываться сейчас не вариант, ведь Есеня итак на пределе, если еще и я заведусь, то тут точно рванет. – Послушай меня, я тебе серьёзно говорю, это было случайное стечение обстоятельств или ты думала, что мы там при Веронике трахались блин? - Да ты бесишь меня. – девушка резко толкнул меня в плечо рукой. Глаза Дашковой расширились при одном упоминании, что мы могли там трахаться со Светой. – ты эгоистичная, неугомонная кабелина. - Да? Такой ты меня видишь? – я со всей дури ударила в зеркало, висевшее над раковиной, чтобы не дай бог не ударить девушку, стоящую, напротив. – Нахера же ты связалась с такой конченой? Глаза девушки растерянно бегали от зеркала, осыпавшегося в раковину осколками, к моему кулаку, из которого сочилась кровь, пока что еще не так интенсивно. - Ты не нормальная, у тебя кровь. – она попыталась схватить меня за руку, я выхватила свой кулак и собиралась уходить, но она резко схватила меня за здоровую руку и притянула к себе. Мы замерли в паре сантиметров от губ друг друга. - Ты меня бесишь. – выговорила я ей в губы. - Ты бесишь меня больше. – она сглотнула и чуть приоткрыла губы. Все последующее было как в замедленной, но в то же время быстрой перемотке. Она обняла меня за шею и став на носочки сократила расстояние между нашими губами. Прикосновение ее губ как магнит, как гипноз, она была моим успокоительным, снотворным, экстази, все что могло на меня влиять, она была всем. Я прижала ее к себе сильнее, кровь стекала по моим костяшкам и запястью, мы жарко целовались, тая в объятиях друг друга. - Я вымажу тебя сейчас, – на выдохе произнесла я. - Тебе сильно больно? – ее зрачки были уже мутными от возбуждения. - Нет. – теперь уже сглотнула я. Хотя я и правда не замечала пока боли. - Тогда, я хочу тебя сейчас. – она разомкнула объятия и запрыгнув на подоконник притянула меня к себе. – докажи мне, что ты к ней ничего не чувствуешь! Она прикусила нижнюю губу и положив руки мне на плечи раздвинула передо мной ноги, дав возможность подойти к ней еще ближе. Моя левая рука скользнула к ней под юбку и провела рукой по намокшим трусикам. Мы были однозначно больные на голову, мы ссорились и трахались, чтобы помириться, а потом ссорились, чтобы потрахаться и в конечном итоге помириться. Эта закономерность тоже наполняла наши встречи. Мы притирались друг к другу, мы испытывали друг друга на прочность. Она откинулась и уперлась затылком в холодное стекло окна, ее нежная и длинная шея открылась навстречу моим поцелуям. Я же, не теряясь, начала массировать ее клитор, который уже утопал в волнах ее смазки, стекающей по моим пальцам. - Быстрее, пожалуйста, - она стонала, держась одной рукой за меня, а второй за подоконник, - быстрее, я почти. – последние слова утонули в ее захлебывающемся стоне. Я почувствовала, как ее расслабленное тело упало ко мне в объятия. Ее носик уткнулся мне в плечо, и мы засмеялись. - Ты сама ненормальная, знаешь это? - проговорила я. - Мы обе ненормальные. Дверь в туалет распахнулась и туда влетела Света и Вероника. - Да я говорю она тут точно. – после сказанных Светой слов, девочки замерли в проходе увидев, как Есеня обнимала меня, ее задранную юбку, мои красные и припухшие от поцелуев губы. Все молчали и смотрели друг на друга, я так и осталась стоять и обнимать Есеню, Вероника покраснела как вареный рак, Света просто недоумевающе, но с улыбкой смотрела на нас, я же не понимала, что я должна была делать. А Есеня засмеялась как сумасшедшая и уткнулась опять в мое плечо. Она истерически смеялась, но так заразительно, что я не сдержалась сама. Света не смогла сдержаться и засмеялась с нами, Вероника же растерянно выбежала из туалета. - Вы ебнутые, - проронила Света и с той же улыбкой вышла из туалета. Я прижала Есеню к себе и, проведя языком по ее улыбающимся губам, поцеловала. - Твою руку нужно обработать и перевязать. – она смотрела на меня с заботой, что приятно мазнуло по душе. - Да, только теперь мне придется как-то обходится левой. – она поняла, что я намекаю на секс и улыбнулась - Ничего, я переживу, - она мне подмигнула. – левой мне тоже очень понравилось. *** Из сладкой неги сна меня опять вырвал громкий сигнал громкоговорителя. Мы были тут уже четырнадцать дней, а я все так же не могла привыкнуть к этой бесчеловечной методике, которая попахивала пережитками коллективизма. Я часто вспоминала Оруэлла и думала, к чему бы мы пришли, если бы коммунизм победил? Открыв глаза, я поняла, что лежу в своей кровати, но было уж как-то тесновато, Есеня обнимая меня, почти впечатавшись в меня своим телом. Я начинала вспоминать вчерашний вечер, затем заметила, что ударила руку и волна безумной боли, которая исходила от моей правой руки, накрыла мои мозги. - Да пиздец, как обычно. – прошипела я, подумав о том, что я вначале делаю, а потом жалею. Это же теперь около месяца мучатся с этими дурацкими порезами. - О, проснулись трахадромщики. – услышала я от Светы, которая вошла в комнату. Она выглядела свежо и радостно, чего нельзя было сказать про нас. – Вы бы поторопились, скоро вожатский обход. – она подмигнула и двинулась к шкафу выбирать наряд на сегодня. - Завидуй молча, - пробубнила Есеня, не открывая глаз и уткнулась своим носиком мне в ключицу. - Да я же не против, вы бы хоть других пожалели, а то бедная Маша сегодня даже ночевать не пришла, а Вероника до сих пор делает вид, что спит. – Света заржала, а Ника зашевелилась в кровати. - Я спала вообще-то, пока вы не начали орать тут. – она подскочила, избегая смотреть в нашу строну и вышла из комнаты. - Саш, я не встану сегодня отнеси меня в душ, пожалуйста. – Есеня начала предательски скользить губами по моим ключицам, что отдавалось интенсивными разрядами тока по всему моему телу. - Есень, блин, мы не одни. – я боковым зрением покосилась на Свету. - О ты правда заметила? – Света выглянула из-за шкафа. – вчера это вам вообще не мешало. Серьезно. Вы как слоны ввалились сюда и трахались тут, как кролики до четырех утра. Я уже начала переживать за девственность Ники, мне показалось, что она только от ваших стонов ее лишится. - Да бля, не гони. – я натянула трусы и вылезла из-под одеяла, оставляя Есеню еще немного нежится в постели. – А как мы вообще пришли вчера сюда? Память предательски подводила меня. - Ну как же, Кирилл, Ростик? Знакомые имена? – Света все дальше продолжала издеваться надо мной. - Блядь, точно. – я стукнула себя по лбу, что принесло мне еще больше головной боли. Мое намерение не пить вчера рассыпалось, как только я увидела этих двух лодырей. 12 часов назад Все ребята уже были изрядно навеселе, дискотека только набирала обороты для старших отрядов. Все малыши ушли к себе в корпус и нежились в теплых постельках. А вальпургиева ночь набирала темп. Марина и Есеня распотрошив аптечку в вожатской кое как перевязали мне руку, и мы отправились на поляну, откуда громкими басами сочилась музыка. - О лесбушки идут, - Света подмигнула мне и Есени. - А ты я смотрю никак не успокоишься? – Есеня пнула ее в плечо, - хочешь присоединиться? - Нет уж спасибо, увольте. – она продолжала танцевать, чуть пьяные движения выдавали то, что она уже отпила из тетрапака счастья. - Я лучше поищу себе сегодня руки посильнее, и не только руки. Вероника просто танцевала рядом и не смотрела в нашу сторону. Все эти подколки были не обидными. Они звучали в манере Светы. Ее манере, она просто не могла иначе. Я была удивлена, что она не начала проповедовать свои гетеросексуальные взгляды и пристыжать Есеню. Как я позже узнала, Свете было ровным счетом поебать, она не любила слабых людей, они казались ей просто никчемными, если у тебя есть харизма, то ты достоин ее внимания и ей было не принципиально кого ты трахаешь или кто трахает тебя. Мы танцевали так отчаянно и открыто. Конечно же некоторые бросали неоднозначные взгляды в нашу сторону, особенно когда Есеня чуть касалась моих щек и губ своими губами. Когда мы танцевали, обнявшись под «Батарейку», многие парни просто хмыкали и проходили мимо. Как мне казалось, это был прекрасный вечер. Который мы могли бы романтично закончить где-то в кровати. Мы его и там и закончили, но позже. Как только закончился медляк, я увидела в толпе два очень знакомых мне силуэта. - Бля малая ну наконец-то. – подбежал ко мне Кирилл и, схватив меня на руки, закружил. Ростик просто вальяжно подошел к нам и пожав мне руку улыбнулся: - Ну что, показывай, кому тут скучно. - Ребят, вы как тут вообще? – я была реально удивлена. – Как вы вошли? - Пиздец, Русый, вот так вот она нам рада. – Кирилл наигранно обиделся. - Да я рада. – я растерянно смотрела то на Ростика, то на Кирилла. - Кхм. – раздалось за моей спиной. Я заметила, что Ника, Света, Есеня и откуда-то взявшаяся Маша смотрят на нашу встречу, недоумевая, и ждут объяснений. - О, девчонки. - Кирилл, как павлин раскинул свою харизму. - Давайте знакомится. – он почему-то протянул руку именно Маше. – Ваш покорный слуга - Кирилл. - Маша, - девушка засмущалась, и будь чуть светлее, мы бы четко увидели, как она покраснела. - Ладно, заканчивай смущать всех. – я пихнула его в плечо. – Девчонки, это мои лучшие друзья Кирилл и Ростик, а это девочки. - Света, - Тучная протянула руку Ростику, он от неожиданности даже закашлялся. - Ростик, очень приятно. – расплылся в улыбке он. - Слушай, а где твоя Дашкова? – Кирилл мило поглядывал на Машу и орал мне в ухо. – Наверное заебала тебя в край? - Кх. – я кашлянула и обняла Есеню. – Познакомьтесь, это моя девушка Есеня, а этот дурак мой лучший друг Кирилл. Есеня лишь усмехнулась, когда увидела, как глаза Кирилла поползли на лоб. - М-м-м, сорян, моя информация устарела. – он танцующими движениями отправился к Маше. Окинув взглядом танцпол, я увидела, что Света танцует уже с Ростиком, а обозленный кавалер Светы пригласил Веронику. - Значит, я тебя заебала? – Есеня шептала мне на ухо, с чуть наигранной обидой. - Есень, ну кого ты слушаешь, это же пацаны. – я чуть прикрыла глаза, когда почувствовала, как ее рука легла на ширинку моих джинс. - Я думаю, я должна непременно выполнить это, чтобы поддержать, так сказать, легенду. – она чуть сильнее надавила на мою промежность, и я поняла, что все, нужно срочно удаляться из толпы. Я схватила Есеню за руку и подбежав к Ростику вытребовала у него ключи от машины. Я была просто уверена, что они сто процентов на машине приехали. Не поперлись же они в такую даль и так поздно на электричке. Пробравшись через лес и проскочив через дырку в заборе мы юркнули в белую волгу на заднее сиденье. - Я … мне начинает казаться, что ты немного озабоченная. – заикаясь, я полусидя устроилась на заднем сиденье, давая Есене занять место сверху. - Тебе не кажется, – она расстегнула мои джинсы и скользнула рукой под резинку моих трусов, сорвав с моих губ стон удовольствия. - Я не знаю, как это делать, но я попробую. – прошептала она мне в ухо, ее неумелость и неопытность, только подогревали меня. Мне казалось, что, не смотря, что я отдавалась ей, я все равно оставалась главной. Мне было так мучительно сладко от ее неопытных прикосновений. Стекла в машине запотели. Я держалась одной рукой за подголовник заднего сиденья упираясь в стекло задней двери, а левой впивалась в каштановые локоны. С околдовывающей жадностью я наслаждалась каждым прикосновением, я знала, что ее трусики уже тоже насквозь мокрые, что она вот-вот сдастся и как только я кончу, я усажу ее сверху и она будет обязана меня слушаться. В этом был свой некий магнетизм, когда ты доминируешь над кем-то, или ублажаешь кого-то, то непременно намокаешь, непременно заводишься и неистово желаешь получить разрядку этого человека, ты ждешь ее больше чем свой собственный оргазм. Я кончила, с силой сжав подголовник сиденья и свои зубы. Есеня как будто прочитав мои мысли уселась сама ко мне на колени и задвигалась на моих бедрах. Она завела мои руки за голову, не давая мне к ней прикоснутся. Она как будто владела мной, я чувствовала себя обезоруженной. Ее жаркая промежность терлась о мое голое бедро, джинсы так и были стянуты, лишь путаясь в ногах. Я чувствовала своей кожей как под ее трусиками все хлюпает и как ее дыхание с каждым движением учащается. Это длилось вечность, но такую приятную. Мне не хотелось, чтобы это заканчивалось. Громко закричав она кончила и расслабленно осела на мои колени. К машине подошли еще несколько человеческих фигур. В темноте было не разобрать, кто это был конкретно. Я быстро подпрыгнула и попыталась в скрюченном состоянии натянуть свои джинсы. - Господи, вы реально как кролики, - рядом открылась дверь и показалось улыбчивое лицо Светы. Кирилл и Маша уселись вперед, а Ростик протиснувшись со своими широкими плечами усадил Свету себе на коленки. Есене пришлось сесть ко мне на колени, чтобы Вероника тоже поместилась посредине. - Короче, сорри, что мы вас прервали, но нас запалили и нам пришлось свалить с дискача. – просипел Кирилл, закуривая в открытую форточку спереди. - Блин, а давайте выпьем. – это была самая идиотская идея, которая посетила нас в тот вечер. Ростик вытянул из багажника пару бутылок нашей самогонки. Девочки присвистнули нашему неудачно закончившемуся бизнесу. Напились все. Даже тихоня Маша, которая до этого вела себя всегда сдержано и спокойно, уже через пару кругов, когда бутылка переходила к ней, мило хихикала и жарко посматривала на Кирилла. Идиотские игры на желания, как бы там сейчас не называли «правду или действие», тогда это была просто игра на слабо. А кто поцелует того, кто голый пробежит по лесу, слава Богу этот фант достался не мне. В общем, мы веселились как малолетние алкоголики. Все наши демоны наелись и напились в ту ночь сполна. Утро. На кровати Светы зашевелилось одеяла. - Блядь. – я отпрыгнула как ошпаренная. – Ростик? - Доброе утро, - он лыбился как уже не девственник. – Есть что попить? Сушит капец. Я взглянула на Свету, потом на Ростика. - Ну а что? Я что не люди? – Света улыбнулась мне и напялила обтягивающую футболку и короткие джинсовые шорты. - Вопрос, если ты тут, где Кирилл и Маша? – я посмотрела на их двоих. - Они остались в машине. – сообщила безразлично и зло, заходя в комнату Ника. - Блин, надо Машу разбудить, если она не явится сейчас на зарядку, ей капец будет. - Буди Есеню, я схожу к машине. – Ростик встал с кровати и одеяло, не успевшее задержаться на его оголенном торсе, упало на пол. - Нихера себе. – выпалила заходящая к нам в комнату Марина. Картина был просто пиздец. Голый Ростик возле Светиной кровати, я в одних трусах, прикрывающаяся моим одеялом Есеня, которая сразу же подскочила, когда услышала голос Марины. Растерянная Света и злорадствующая Вероника. На последнюю как-то никто не обратил внимание, это потом я, прокручивая эту ситуацию, поняла, что заложила то нас именно она. За что мы потом до конца смены дежурили в столовой и нас проверяли перед каждым отбоем. - Доброе утро, - растерянно пробубнил Ростик и резко подхватив подушку с кровати прикрыл своего не маленького друга. Все молча стояли и переглядывались, как тогда в туалете, когда сестры застукали нас с Есеней. Ситуацию разрядила Света. В этот раз засмеялась она, я подхватила, Есеня соответственно тоже. Ростик, который был знаком с Мариной тоже засмеялся. Они не были друзьями, но когда Ростик зависал у меня в общаге, то Марина пару раз разделяла нашу компанию. - Марин, ты тока не кричи. – он начал собирать свои шмотки с пола. - У вас двадцать минут, потом Аркадьич пойдет проверять комнаты. – со смехом закрыла она дверь. Есеня бухнулась в кровать, Ростик быстро натягивал свою одежду. - Скажи Маше, чтоб она скорее шла в корпус. – кинула я Ростику, когда он по-тихому сваливал с нашей комнаты. Мы так вчера напились, что бесстрашно пришли все к нам, и что самое интересное, что никто нас даже не заметил. - Саш, мне так болит голова. – Есеня никак не могла встать с кровати. - Стонать меньше надо, - прорычала Вероника и, хлопнув дверью, ушла. - Чего это с ней? – Есеня вопросительно посмотрела на Свету. - Хер знает. – она пожала плечами. – недотрах. Накинув шорты и майку, я подхватила Есеню, обмотанную в мое одеяло, и понесла ее в ванну. - Только не холодную воду. – она стучала кулаками мне по спине. - Не кричи, сча сбегутся все. – я поставила ее под душ и включила теплую воду. – давай у тебя есть десять минут. - У нас. – она схватила меня за майку и втянула под воду, страстно целуя.