Часть первая и единственная
25 марта 2023 г., 23:43
— Что вы делаете, когда вам скучно? — спросил он, облокотившись на перила и отведя руку с сигаретой в сторону.
— Разговариваю или смотрю кино, — ответила она, весело улыбаясь.
— Кино? — переспросил мужчина. — Не книги? Солидные люди читают книги...
— У меня период увлечения кинематографом, — просто ответила она и совсем не смутилась.
— А сейчас вы разговариваете со мной, — зачем-то сказал мужчина и, прищурившись, посмотрел на вечереющее небо.
— Только пока вы задаете интересные вопросы.
— И какое же кино вы смотрите? — спросил он через несколько минут, когда небо стало еще темнее.
На широкой веранде не было стула, потому женщина, в своем платье с юбкой-клёш, аккуратно присела прямо на пол, по которому весь день ходили люди, и прислонилась плечом к перилам.
— Это как с мужчинами, — ответила она, рассматривая закат. — Кино не должно быть младше меня.
Мужчина усмехнулся:
— Считаете, что сейчас снимают плохие фильмы?
— Считаю, что не успела посмотреть все хорошие.
Пространство вокруг стало еще темнее, и недалеко от веранды зажглись фонари. Их рассеянный свет озарил улицу и почти дотянулся до веранды, почти рассеяв тьму.
— И вам совсем не жалко платье? — тихо спросил мужчина, рассматривая каменный, нагретый за день солнцем, пол. — Хорошее платье и такой обычный пол. Вы могли бы найти где-нибудь стул…
— Мне было бы жалко самые красивые минуты этого вечера, — сказала она, задумчиво взглянув на мужчину. — Которые бы убегали, пока я искала стул. А платье всегда можно постирать.
Помолчала еще немного и заметила:
— Если вы всерьез задаете такие вопросы, значит вы видели слишком мало хорошего кино.
Мужчина затянулся в последний раз, посмотрел на первые звезды и наконец спросил:
— Почему вы так решили?
Она опять улыбнулась и пожала плечами.
— В плохом кино люди сидят на стульях под правильным ракурсом, задают одни и те же вопросы, и, под подходящую случаю музыку, додумываются до одних и тех же ответов. В хорошем — убегают от камеры или смотрят прямо в нее, задают самые разные вопросы и не всегда успевают найти ответ или даже закончить сцену до титров.
— Что же они тогда успевают за весь хронометраж? — не выдержал мужчина, и, прекратив рассматривать небо, взглянул на сидящую на полу женщину.
— Жить, — просто сказала она. И повторила. — Они успевают жить. А я смотрю на них, чтобы помнить, каково это — быть свободной.
— У меня совсем закончились вопросы, — признался мужчина, и его лицо было уже почти неразличимо во тьме. — Но я не хочу, чтобы вы уходили.
Женщина улыбнулась снова, и он едва смог это разглядеть.
— У вас очень красивое платье, — повторил он. — И я был бы рад посмотреть ваш любимый фильм.
И замер, ожидая ответа.
