Офисный злодей

Совместную готовку Сон решает оставить на завтра. Оба ощутимо устали после рабочей недели и сильных неожиданных эмоций. Бин просит Хао заказать что-то из доставки на его выбор. Старший еще не сталкивался с корейским общепитом для него это очередной квест, с которым справиться не так просто. Зато Чжан запоминает несколько новых способов приготовления курочки, чуть не добавляет в корзину ящик подозрительного алкоголя, а за крупную сумму заказа получает клубнику в шоколаде и пожелание отличного вечера. Хао ужасно неловко, он не знает, как попросить Бина самому принять заказ. Это будет странно и подозрительно. Но и честно признаться в промахе неловко. Главное, чтобы курочка, напитки и снеки оказались вкусными. Не самая романтичная еда для первого свидания, но сегодня всего лишь репетиция. Тем более такая внезапная. Даже для самого Ханбина. Когда доставка прибывает, а курьер оставляет многочисленные пакеты у двери, Сон заинтересованно смотрит то на них, то на старшего. Хао выглядит слишком грустным, вопросы подождут. — Думаю, нам придется угостить Метью курочкой. Хен очень запасливый. — Просто… ничего не говори. — Все в порядке. Зато ты познакомился с рекламой в приложении доставки. Но клубника в шоколаде… Как они вообще дошли до такого подарка. А, точно, — Бин обращает внимание на самый тяжелый пакет. Шампанское. — Я не знал, что они могут доставлять спиртное. — Я оставил данные своих водительских прав. — В следующий раз закажем вместе. Лучше я все покажу, — Ханбин похлопывает опечаленного старшего по плечу. — Не грусти, Хао-хен. Ничего не может испортить этот вечер. Тем более еда, мы найдем ей применение. Но спиртное лучше оставить. Здесь нужная ясная голова. Влюбленность и так затуманивает ее. Ханбин вообще не понимает, как удерживает себя от прикосновений к Чжан Хао. Он так и не взял старшего за руку в парке, но крепко и неожиданно обнял. Сон Ханбин, половина от пятидесяти, все еще смущается из-за мыслей об объятьях. Это все Хао. С ним хочется постепенно и медленно. Осторожно. Узнавать и складывать по кусочкам образ. Привязывать к себе. — Планета вызывает Сон Ханбина. Ты в порядке? — Мне нужно обнять. Позволишь? В ответ Чжан Хао удивленно кивает, после чего снова оказывается в кольце крепких рук. — А ты довольно тактильный. — Только сегодня открыл эту черту в себе. Вероятно, нашел подходящего человека. — Мне кажется, я начинаю «зазнаваться». Не знаю, как это на корейском… — Хао-хену нужны уроки языка? — Ты прав, это неловко. Я должен пройти курсы. — Или я мог бы заняться твоим обучением. — Я не могу отнимать еще больше твоего времени. — Мы просто будем вести диалог с использованием редких слов. — Даже представить трудно, как такое будет звучать. Но я готов попробовать, — хмыкает Чжан, все равно подумывая о курсах делового корейского. В университете у него высший балл по языку, но, оказавшись в среде носителей, получил возможность сразу выявить все пробелы. Урчание живота неловко прерывает разговор и объятья Хао готов провалиться под землю. Всю романтику убил своим голодом. — Ох, хен, прости. Отличный из меня хозяин, все еще не накормил тебя. — Нет, это мне жаль. Оба торопливо обмениваются улыбками и все же устраивают себе ужин под «Гарри Поттера». Они сходятся на том, что первые два фильма — самые интересные, а курочка вполне неплохая. Напитки к ней тоже приятны, шампанское спрятано до лучших времен. Острота еды греет тело изнутри после прохладного вечера. А чужое плечо, крепко прижатое к собственному, устраняет оставшиеся следы дискомфорта и неловкости. Так уютно. Ханбин кидает незаметные взгляды на увлеченного фильмом старшего. Просто приятно смотреть, ужинать вместе, общаться. И давно ли Сону стало хватать таких мелочей. Вероятно, с Чжан Хао все становится чем-то важным, будь то прогулка по набережной или посиделки у телевизора. — Ты снова смотришь не туда, куда нужно. — Хен очень привлекательный. — Тебя ведь невозможно смутить? — До знакомства с тобой я так думал. — Сон Ханбин-щи, вы превысили лимит образа бойфренда за этот день, — строго произносит Хао. Бин смеется. — Прости. Ничего не могу с собой поделать. Это же ты. — Это перекладывание ответственности! — диванная подушка встречается с лицом хохочущего младшего. — Я беззащитен! Лежачих не бьют! — Так это не я. Подушка негодует. И твоя мебель тоже, — закусывает губы Хао, чтобы сдержать смех, когда Бин затылком ударяется о кофейный столик рядом с диваном. — Помочь тебе подняться? — Я разбит. Морально и физически, — Сон протягивает руку и в мгновение опрокидывает старшего на себя. Оба искренне смеются. А затем медленно осознают. Улыбки пропадают с лиц, заменяясь интересом и ожиданием. Невозможно не ощутить волны влечения, распространяющие свое влияние на все тело. Ханбин очень хочет притянуть Хао ближе, обнять сильнее, зарыться лицом в шею и оставить на бледной коже пару легких поцелуев. Но Волан-де-Морту совсем не до романтики. Он уже готовится убить Гарри чужими руками, из-за чего Чжан Хао и Бин вздрагивают. Старший неловко поднимается, Сон вслед за ним. — А было так удобно, — еле слышное бормотание, но Чжан все равно краснеет и переводит дух. Не только Ханбину было трудно. Хао же не бесчувственная машина.