Фруктовик

      Изуку рассыпался. Каждую грёбаную минуту, когда поток его мыслей уходил в привычные расчёты или анализ, его тело превращалось в песок. С этим нужно было сделать что-то до тех пор, когда мама не отправит его в школу. Пока Мидория успешно притворялся больным, но продолжаться вечно это не может. Деку давно уже должен был рассказать маме о своей пробудившейся причуде, но медлил. Во время демонстрации причуды он обязательно запаникует, рассыплется у мамы на глазах, не сможет собраться с мыслями и в итоге станет песком полностью. Почему-то, сомнений в том, что такое могло произойти, не было. До тех пор, пока подросток не перестанет становиться кучкой песка без своей на то воли, мама не узнает об этом. Для её же блага.       На страницах форумов для родителей детей с причудами такого типа писали, что со временем концентрация доведётся до автоматизма, но понятие «со временем» слишком не точное и растяжимое, чтобы просто положиться и плыть по течению.       Своё свободное время Мидория тратил на просмотры видео боёв героев с причудой «полного элемента» — именно так Изуку для себя окрестил все причуды, похожие по принципу на его собственную — и сделал рекордное для себя количество разборов: от слабых сторон, наподобие дерева для человека-молнии или простые тучи для светящегося человека (да, герой Рокуго не совсем подходил под описание, но было что-то общее), до преимуществ типа сопротивление к большинству физических ударов и иммунитету к атакам собственного элемента.       Итогом недельных трудов стали чуть улучшившийся контроль и список вещей, на которые стояло обратить внимание. Теперь конечности Деку не рассыпались по своей воле, исключая время сна и волн непроизвольного потока мыслей, но контролировать этот распад Изуку всё ещё не мог. Одним из важных пунктов в списке была вода, точнее реакция его причуды на неё. Моясь, школьник ни разу не рассыпался, сколько бы раз Мидория не забывал про концентрацию и отдавался размышлениям, из этого не хитрого наблюдения законно последовал факт, что вода была слабостью для силы фрукта, следовательно, против противников с водным направлением у него не было преимущества. Этот неприятный факт был ужасным минусом, ведь по статистике более тридцати процентов людей на Земле обладали как-либо связанными с водой причудами. Ровно пятнадцать героев в Японии были «водяными» и неопределённое количество злодеев шастали по стокам, каналам, рекам и морю с намерением увеличить свою силу.       Чтобы хоть как-то компенсировать свой недостаток, Изуку принял решение начать тренировки не только своей силы, но и тела. Вдоль и поперёк изучив «Хроники проклятой эры», Мидория пришёл к выводу, что логия являлась наиболее сильной — кроме, конечно, мистического типа фруктов — и давала наибольшие возможности, но обладатели логии зачастую находили свой конец из-за глупой самоуверенности, вызванной неуязвимостью. Уподобляться этими ошибками Деку не планировал, зато планировал подыскать себе тренера, который согласился тренировать официально беспричудного мальчишку.       Свою необходимость в тренере подросток понял, просматривая различные мастер классы для начинающих. Всё это было направлено на общую базу, но не имело дальнейшего развития. Изуку не был Кач-чаном, чтобы интуитивно понимать свою силу и область применения, чтобы чувствовать бой. Деку был слишком теоретиком, привыкший анализировать чужие причуды, но, столкнувшись со собственной новоприобретённой силой, зашёл в тупик. Нет, идеи были, но когда каждую секунду есть шанс распасться на песчинки, которые ветер сдует, назад не соберёшь, а такое уже было пару раз — с тех пор Деку настороженно относился к открытым окнам -, все основы для приёмов и тактики боя казались глупыми и бесполезными.       Своим начальным методом тренировок контроля Изуку выбрал выход на улицу. Как бы странно это не звучало, но метод был действенен. Смысл тренировки был в постоянном шуме улицы и частых громких звуках, которые мешали концентрации. Было бы не очень смешно, если бы из-за резкого звука сорвалась концентрация и кучка песка предстала перед злодеями. Конечно, приходилось уходит на другой конец города, чтобы его не узнал кто из соседей, всё же было бы подозрительно, если бы спустя десять лет беспричудный ребёнок осыпался песком.       Эти прогулки стали глотком свежего воздуха, открыв родной город с новых сторон. С детства наблюдательный, подросток изучал жизнь вокруг, а не только битвы героев и злодеев. Деку не был наивен в бытовых вещах, но то, сколько преступлений оказывалось незамеченными героями, вызывало горечь. Казалось, что популярные герои обращали внимание только на ярких злодеев, чьи действия вызывали больший ажиотаж, а вот обычные драки или мелкое воровство скидывалось на стажёров и помощников, как будто это не имело значения. Ещё более унизительным Мидория считал свою неспособность оказать хоть какую-то помощь, как минимум потому, что до сих пор при громких звуках конечности посыпались на асфальт песком.       Каждое утро, просыпаясь в восемь, когда мамы уже не было, Деку уходил на пробежку, завтракал в кафе на карманные деньги, часов до одиннадцати просто шатался по городу в поисках неизвестного, а потом тренировался со своей силой на пляже Дагоба: здесь был и песок, рядом с которым, как с недоумением заметил подросток, ему было комфортно, и вода, которая мгновенно останавливала все неудачные эксперименты — а как Изуку перепугался в первый раз, когда, паникуя, опустил в воду руку, а она так и осталась обрубком, потом он, конечно, вернул конечности первоначальный вид, но нервы, черти такие, уже не вернулись. Ещё одним плюсом был мусор, среди которого можно было найти вещи разной тяжести вместо штанг; начав с ржавых покрышек, через неделю подросток перешёл на вёдра, которые наполнял гайками и гвоздями. Тренировки длились около полутора часов, домой Мидория плёлся словно мертвец. Сытный обед из трёх порций супа и мясной подливы с рисом — мальчик всё ещё находил сотни объяснений резко скакнувшему аппетиту. Чтобы мышцы отдохнули, Деку садился за свои записи, включая звук сыплющегося песка, который, как оказалось, неплохо поддерживал концентрацию. Белые страницы блокнота чернели новыми строками и зарисовками. Своим мыслям подросток выделял три часа и около пяти часов вечера вновь покидал дом, устремляясь к окраинам города. Жизнь там, где свет в окнах не затухал даже после полуночи, где шумный рёв моторов байков разрезал тонкую шелуху тишины каждую минуту, где компашки подростков сидели на детских площадках после комендантского часа не таясь, где в каждом переулке на утро могли найти новый труп, где сигнализации кричали звонче и чаще стука сердца, здесь жизнь была другой, настоящей, не скрытой иллюзией порядка и безопасности. Преступность и свобода здесь танцевали на грани, но на это уже давно закрывали глаза, плюнув на мёртвую для общества зону.       Именно в этом проклятом месте, которое подросток возненавидел за беззаконие и полюбил за честность, Изуку встретил своего первого друга — союзника, как с очаровательной ухмылкой поправляла его Нобоко, тасуя игральные карты.       Нобоко Шиоширо — одногодка Мидории, к своим скромным годам зарабатывающая на обмане наивных людей несколько тысяч иен за день. Деку сам чуть не попался на эту ловушку и только чудо, а точнее способность Нобоко, спасла его кошелёк. Девчонка с таинственно блестящими лунным серебром глазами и залихватской улыбкой бледных, тонких губ подскочила к Изуку посреди улицы и, не давая и секунды на раздумья, утащила его за руку в тень навеса какого-то кафе, не умолкая про гадание на будущее для такого милого мальчика.       — Извините, но не это не нужно, — жалкие попытки Деку выпутаться из ловких рук игнорировались с воодушевлённым упорством глухого, слепого и неконтролируемого Бакуго. Подросток даже не заметил, как девочка завела его в прохладный пустой переулок, слишком занятый контролем разбушевавшейся способности, которая так и норовила устроить песчаный вихрь вокруг.       — Минуточку внимания, Зелёнка, — окликнула девочка Мидорию, щёлкнув пальцами перед его носом пару раз. — Это касается «Фруктов».       Всего одно предложение вернуло Изуку в реальный мир, всего одно слово заставило его тело начать осыпаться песчинками на асфальт под хищной ухмылкой девчонки.       — Откуда ты знаешь про «Дьявольский фрукт»? — после недели тренировок Изуку хватило меньше минуты, чтобы вновь стать целым, хотя шея время от времени сползала с тихим шелестом песка. — Хотя постой, — парень не дал незнакомке даже рта раскрыть, пускаясь в дебри анализа. — Ты сказала только про «фрукт», не называя полного названия: либо ты его не знаешь, либо решила ограничься частью. Судя по твоей реакции на полное название, верно первое предположение. Несколько раз, гуляя по этому району, я слышал про девочку-гадалку, которая, только прикоснувшись к руке, узнаёт твоё прошлое, полагаю, это ты? Логично предположить, что гадание — это твоя причуда и я тоже сначала так подумал, но потом мне удалась узнать кое-какие факты: доказательства, которые ты используешь, чтобы твои «жертвы» поверили, что предсказания будут правдивыми. Идеально считанное прошлое клиента без конкретики наподобие имён, личных чувств и ощущений, как будто ты видела всё своими глазами, но не слышала. Придя к такому выводу, я полез в интернет, где узнал, что и так редкие причуды связанные с виденьем прошлого или будущего очень некорректные по своей сути. Получается, что… Ай! — тихий смех девочки, которая с явным наслаждением щёлкнула Мидорию по лбу, что и привело его в чувство и заставило покраснеть, ударился о каменные стены переулка.       — У тебя рука отвалилась, — пожав плечами заметила гадалка. — А теперь передохни — сейчас говорить буду я. Должна признать, я немного поражена цепочкой твоих рассуждений. Уж не знаю, что заставило тебя искать ответы, ведь идея была правильной, а вот реализация подкачала. Прошу заметить самую жирную ошибку — вера интернету. Ты правда думаешь, что всё написанное там — правда? Да и некоторые твои доводы, должна признать, притянуты за уши до невозможности, — девочка поучительно размахивала указательным пальцем, прикрывая глаза.       — Касание кожа к коже — активация твоей силы. Ты не узнаёшь будущее, только прошлое, что и используешь для доказательства. Все твои клиенты находились на распутье выбора или в затруднительном положении и это делало их идеальной жертвой, я прав? — на этот раз монолог прерывает Изуку, подгоняемый непонятным чувством, которое до этого момента таилось в потайном уголке сердца. Девочка же ошарашенно хлопала лунными глазами, полных удивления и восхищения, пока не засмеялась так громко и ярко, что по бедным щекам покатились дорожки слёз.       Наконец отсмеявшись, гадалка промокнула лицо платочком, ловко извлечённым из рукава кремовой накидки и, спрятав ткань обратно, жестом фокусника достала игральные карты, странным взглядом смотря на Деку.       — Ты ведь сделал эти выводы только что, — наскоро перетасовав колоду, девочка развернула их веером и протянула зеленоволосому, немо предлагая сделать выбор. Мидория внимательно осмотрел тёмные рубашки карт, погнутые и протёртые в некоторых местах, и прикрыл глаза. Песок привычно шуршал в голове, словно змея, и едва слышный шёпот бежал вслед на этой змеёй «рискни». Чуть улыбнувшись, Изуку вытянул самую первую карту веера и развернул её лицом к девчонке, на чьём лице появилась шаловливая улыбка. Десятка треф, словившая на себе луч солнца, задорно блеснула. Соседняя с выбранной картой — туз треф. Любопытная комбинация. — Поздравляю, ведь все твои догадки в итоге верны, — с мягким хлопком карты вновь сложились стопкой и исчезли в кармане накидки. — Моё имя Нобоко Шиоширо и я тоже съела «Дьявольский фрукт».