Кисточка и осветляющая пудра

Чифую прикрыл глаза от приятных ощущений. Мацуно всегда красил волосы сам. Не то, чтобы он не хотел сходить в салон, вовсе нет. Ему даже не было бы стыдно. Наоборот – он, вероятно, ещё неделю после процедуры ходил бы и пафосно поправлял ровно постриженную челку и блестящие пшеничные волосы. Эх, мечты-мечты. На самом же деле у старшеклассника просто-напросто не было денег на поход к мастеру. А поменять имидж очень хотелось. Решение – зубная щётка и домашнее осветление. Когда он красился в первый раз, не знал, сколько надо держать, да и пропорцию намешал на глаз. Как итог – подчистую сжег волосы. Многие осыпались и ему пришлось всё полностью состричь. Баджи ещё долго над ним издевался – до тех пор, пока немного отросшие волосы не перестали напоминать ёжик и колоться, щекоча кончики пальцев. Не желая допускать больше таких ошибок, он обратился ко второму другу – Казуторе. Ханемия подергал его за пряди, покивал с умным видом, поглаживая подбородок на манер древних мыслителей, и потащил его в ближайший гипермаркет. Что следует сказать в начале, так это то, что они потерялись. Планировка здания была очень неудобная, а расставление товаров и вовсе – лотерея. Почему-то вместо того, чтобы расставить, как в остальных гипермаркетах: продукты, одежду, бытовые предметы и всё остальное – вместе, они раскидали это, сложили и вывернули наизнанку. Именно поэтому они нашли краску для волос и осветлитель на обратном стеллаже с крупами. Старший бродил несколько минут глазами по полкам, а потом взял две баночки в руки. Их он сравнил, тщательно вычитывая этикетки на обратной стороне. Задумчиво вздохнув, он мазнул взглядом по полкам и вдруг резко присел. Он хотел взять баночку, но обе руки были заняты. Тогда он вытянул руки над головой и поставил их на места, чуть не уронив одну из них себе на голову. Хорошо, что Мацуно успел поймать. На ноги Ханемия поднялся довольный, как сытый кот, победоносно сжимая в руках яркую упаковку. Чифую сразу понял, почему – ценник, где была зачёркнута предыдущая стоимость, а снизу была подписана только её половина, говорил сам за себя. На вопрос о качестве краски Казутора важно покивал и убедил – всё будет нормально. Нормально… Ну, в этот раз волосы не обвалились. Уже хорошо. Вот только они стали до ужаса пушистыми. И виться начали. И Чифую хочет убить старшего, который оказывается перепутал марки из-за схожих упаковок. Мацуно ничего не оставалось, как выдохнуть, сгорбиться и убрать руку, сжатую в кулак, в карман широких штанов, чтобы Тора, который всё это время прятался за спиной почти валящегося со смеха Баджи, смог наконец-то выглянуть из своего убежища. Спустя ещё несколько провальных попыток он наконец-то находит нужную краску и осветлитель. Осветлитель достаточно сильный, и, когда начинается реакция, он вспоминает весь матерный словарный запас. Он всегда пользовался массажной расческой и расчёсывал волосы так, что потом кожа была вся в мелких царапинах. В обычные дни его это не волновало, но, когда приходило время доставать специальную кисточку и фольгу… Искренне хотелось повеситься. С практикой у него каждый раз получалось всё лучше и лучше. Уже не было «пятен» и границы были не такие явные. Кончики почти не секлись, да и сами волосы больше не рвались и не выпадали пучками, как в первый раз. А потом он познакомился с Такемичи. Младший брат их главы как-то раз пришёл на собрание, чтобы принести обед рассеянному старшему. Это был первый раз на памяти Мацуно, когда грозный Непобедимый Майки вместо того, чтобы лениво, почти по-кошачьи, идти к человеку, чуть ли не с разбегу на него запрыгнул. Он повис на шее паренька и принялся потираться носом о щёку пришедшего, тихо мурлыча его имя. Тот же приобнял талию старшего и принялся поглаживать его по голове. Он был совершенно обычным на вид. Иссиня-черные вьющиеся волосы, немного нескладная, по-подростковому угловатая тощая фигура с выпирающими суставами и голубые глаза. Яркие небесно-голубые глаза. Кристально чистые, как замерзшее озеро. Хорошо, глаза его были просто невероятными. Но в остальном – самый обычный парнишка. Тогда Чифую не понял, что такого было в этом брюнете. Тогда. А сейчас… Сейчас Чифую самый счастливый на свете человек. Отношения их начались весьма странным образом. В тот день Мацуно пошёл в книжный магазин. У него было одно маленькое развлечение, о котором он очень стыдился рассказать друзьям – ему нравилась манга. Не какие-то крутые сёнаны или детективы. Не эпические сражения или ужасы. Нет. Ему нравилось седзе. Тот самый жанр, который, казалось бы, никак не может понравиться парню, который обожает драться и гонять днями на пролёт на байке. Но нет. Он был просто без ума от него. Каждый раз с затаенным дыханием всматривался в развороты с признанием на заднем дворе школы в день святого Валентина, краснел, когда главные герои ходили на свидания. А уж когда целовались, и вовсе – визжал, как школьница, в подушку от радости. Вот и в этот раз он выбрался из дома за продолжением нового бестселлера – истории о любви парня из книжного клуба и капитана женской команды по волейболу. Он ждал этот том целый месяц, и вот – тот наконец-то в продаже! Чифую натянул на лицо маску и зашёл в магазин, тут же направляясь в любимый отдел. Нужный томик находится за минуту, но Мацуно решает присмотреть себе ещё парочку. Он несколько минут шарит по полкам и медленно идёт вперед. Мгновение, и лоб обжигает болью, а напротив слышится звук падания. Он с кем-то столкнулся. Чифую быстро тараторит извинение и помогает собирать книги, и, когда все книги пострадавшего собраны в аккуратную стопочку, он наконец поднимает взгляд. Чёрт! Он знает эти глаза. Эти небесно-лазурные глаза. Чифую быстро поднимается, и Такемичи вслед за ним. Мацуно краснеет, бледнеет и не может вымолвить ни слова, в то время как младший лишь ему мило улыбается. А дальше становится только хуже. Из-за угла выходят глава, Дракен и его лучший друг. И именно перед этими людьми он ни за что не хотел бы светиться маленькими томиками манги, на обложках которых сердечек больше, чем он получает от одноклассниц на день всех влюбленных. Но они подходят к ним. — О, Чифую, а что ты тут делаешь? – Майки обвил талию Такемичи руками и положил голову к нему на плечо, потираясь своей щекой о его. Седзе-фанат внутри Мацуно пищит от восторга, почти заглушая голос паники. Почти. Дракен смотрит на него с подозрением. — А… Я… – он смотрит на свои руки, в которых лежат цветастые томики, как на кровавые улики в деле о серийном убийстве. Слишком очевидно. Все взгляды устремляются на них. И вот, когда он уже готовится взойти на плаху позора, мангу из его рук забирают. — Ой, ты отдал мне не все книги, Чифую. – Мацуно в растерянности, все теперь смотрят на Такемичи, а тот только улыбается, незаметно для других подмигивая ему. Он понял! Как? — Мичи, с каких пор ты читаешь девчачью мангу? Романтика? – Майки выхватывает из его рук тот самый новенький томик и удивленно его разглядывает. — Ну, и что, что это романтическая манга?! Я что не могу её читать?! – надутые щеки, прижатые к груди книги и обиженный взгляд. Мацуно поражен, как Ханагаки мастерски строит из себя обиженного ребенка. Потрясающе! — Милый, я не об этом… Ну, в смысле… – Манджиро растерянно смотрит на него и почесывает макушку, лохматя итак не крепкий хвостик. Дракен отворачивается – когда младший брат главы злится, попадать под горячую руку опасно: семейные гены. — Если хочешь извиниться, бери Дракена и Баджи, и идите на кассу. — Но, Мичи, у меня с собой только на таяки… — Что ты сказал? — Ничего… – делая самое несчастное лицо, Майки взглядом приказывает Баджи забрать книги у Такемичи, и втроем они идут на кассу. А Чифую в это время пытается осознать происходящее: — Почему… — Потому, что, когда ты понял, что я смотрю на книги в твоих руках, ты покраснел и засмущался. Значит тебе было неловко. Я не хотел, чтобы было ещё хуже. А насчёт книг – как на счёт завтра? Я мог бы отдать тебе их в кафе. Сейчас это будет слишком странно. Он помахал ему на прощание рукой и отправился к парням, которые уже умудрились поднять шум на кассе. Это было свидание. Он не планировал проводить с Такемичи весь день – хотел только забрать книги. Но слово за слово – и ответ на вопрос парня о содержании книги превратился в настоящую дискуссию. Чифую впервые с кем-то обсуждал это и даже не заметил, как пролетело время. Как они съели десерты, как просидели до самого закрытия кафе и даже как он проводил парня до дома. Очнулся Чифую только около резиденции Сано. И так не хотелось уходить. Было какое-то чувство незавершённости. Словно должно быть что-то ещё. Вопрос этот решил Такемичи. Подошёл к нему и поцеловал. В щеку, крепко-крепко зажмурившись. А когда отстранился, посмотрел в глаза – со смущением, волнением и… Надеждой. И этот взгляд словно заставил Чифую поддаться вперед. Он сам подрагивающими от волнения руками обнял талию младшего и звонко поцеловал пухлую щечку. Быстро и сильно. Звук чмоканья смутил их обоих. Чифую быстро пробормотал прощание и бегом бросился домой. Следующее свидание он назначил сам. Туда они оба шли с этой мыслью, и, хоть атмосфера сначала и была немного неловкой, к концу дня они снова не хотели прощаться. Тянули до последнего, а в самом конце снова поцеловались. Но в этот раз по-другому. Такемичи руками обнимал его лицо, поглаживая скулы кончиками больших пальцев. Чифую обхватывал – в это раз уверенно – его за талию, прижимая к себе. Они целовались нежно, едва касаясь чужих губ, а потом долго-долго обнимались, пряча смущенно лицо на чужом плече. Следующее свидание… — О чём задумался? Чифую открыл глаза. Такемичи сидел на его бедрах и промазывал его корни осветлителем. Они встречались уже полгода, и в этот раз он доверил ему покраску волос. Просто как-то раз, когда они заговорили об этом, Такемичи предложил свою помощь. Ну, разве он мог отказать своему ангелу? Он боялся снова испортить волосы и все же доверил их своему любимому парню. Но, как оказалось, волновался зря – стоило ему достать свой набор, как Такемичи уверенными, отработанными движениями начал смешивать состав. На удивленный взгляд только хитро улыбнулся и назвал имя старшего брата. Точно, Майки ведь блондин! Ну, если роскошные локоны главы – дело рук его парня, то всё будет в порядке. Всё не просто в порядке – Чифую мурчит от удовольствия. Такемичи очень аккуратно, медленно втирает осветлитель в его волосы, не доходя до корней совсем немного. И Мацуно с удивлением для себя осознает – не больно! Ханагаки только улыбается и быстро чмокает его в нос. Мацуно не выдерживает и целует его сам. Сжимает своими губами его, оттягивает и прикусывает в конце, тут же зализывая языком. Такемичи тихо стонет и заводит руки с миской и кисточкой за шею, притягивая парня ближе. Ладони Мацуно медленно оглаживают бедра и ползут дальше, сжимая мягкие половинки. — Чиф! Ну, нельзя же так! Мы сейчас всё расплескаем! Мацуно не слушает, тут же утягивая младшего в новый поцелуй, проникая в рот языком. Даже, если снова придётся стричься и вытирать осветлитель со всех поверхностей комнаты, это того стоит. Высокий стон и мягкие губы его парня того стоят.