Бесцветный

Утро встречает Феликса дикой головной болью и дезориентацией в пространстве. Он с трудом продирает глаза и пытается сфокусировать их на объекте поблизости, которого сжимает в объятиях. В первую секунду здорово пугается, после пьянки оказаться с полуголым парнем в одной постели - не то, чтобы доброе утро. Во вторую секунду его отпускает, это всего лишь Джисон, сопит себе с приоткрытым ртом. Милашка. Осматриваясь, Ликс узнаёт комнату своего друга. Правда, теперь это не только его комната, здесь ещё, по идеи, должен водиться его парень. но такого не наблюдалось, только едва уловимый запах еды. Минхо умело оборудовал на небольшой кухне. Выглядел бодро и весело, даже что-то себе напевал под нос. – О, доброго утречка! - улыбается Хо, замечая еле живого парня около стола. – Убей меня. – О нет, Хани мне этого не простит. Головная боль, сухость во рту, дискомфорт в желудке, зуд в районе носа, провалы в памяти и желание вывернуться наизнанку. Ничего доброго в этом наборе не нашлось, увы. Минхо ставит перед парнем стакан воды, таблетки и тарелку с яичницей. – Я доставил много проблем? – Вовсе нет, я нашёл тебя на балконе третьего этажа в отключке, - проговаривает парень, специально опуская подробности того, как в принципе догадался появиться там. – Я был один? Ещё и на улице? – Ну, не совсем? - он мнется немного. - Ты был укутан в чужую куртку и двигаться не особо хотел, пришлось тебя уговаривать. Ругался много. Но как видишь, я победил. – Ох, блин, как стыдно, прости. Надо было меня там оставить. – Ты что!? Мы бы не смогли. Ну, то есть я бы не смог, Хани тоже еле живой уже был на тот момент. Но главное, что вы развеялись, теперь вас ждут суровые учебные будни. Ликс запустил руки в свои волосы, локтями упираясь об стол. Усиленно пытается вспомнить переломный момент своей жизни, когда именно всё пошло наперекосяк. – Тебе не нужно компресс сменить? – Мне в принципе бухать не стоило, - усмехнулся невесело. - Наверное поэтому так сильно накрыло, я вроде с кем то поругался. Минхо слегка скривился, но вовремя опомнился и вернул свою непробиваемую маску нечитаемых эмоций. – С кем? – Да еслиб я знал. Он не представился, и лица я вообще не помню. Помню цвет, но как мне это поможет? - говоря это, парень медленно отклеивал от своего лица комок из бинтов, сопровождал это дополнительными шипящими звуками. Неприятно. – Главное у вас до драки не дошло дело. Феликс вдруг вспомнил, что парень тот был достаточно широким, подкаченным. Ликс в этой драке определенно точно проиграл бы. Хотя, кто разумный полезет калечить итак раненого? По сочувствующему взгляду друга, он вполне себе может представить свой жалкий вид сейчас. – Погоди, ты сказал я был в чужой куртке? - как-то слишком резко зашевелились шестеренки где-то глубоко в сознании. – Я… Я не видел её у тебя раньше. – Знаешь чья она? - больше утверждал Ликс, ему нужны ответы. – Убейте меня, - слышится из проема у входа на кухню. – Хани, доброе утро, - Минхо уже рядом с парнем с взлохмаченными волосами и мёртвым лицом, целует пухлые щёчки и умиляется хмурым бровкам. – О нет, меня итак мутит, остановитесь, - вся серьёзность момента улетучивается, парень благополучно забывает об этой куртке. Как и про жалость к себе. – Я больше никогда не буду пить…- Джисон приземляется на стул напротив Ликса и с прищуром рассматривает того. - Ты тоже? – Раз у Криса появилась девушка, то он больше не будет меня таскать на всякие тусы, а значит и повода выпить у меня не будет, - рассуждает парень, уже на втором слове понимая, что поводов выпить в его жизни присутствуют на постоянной основе, но этой парочке об этом знать не обязательно. – А ты только там пил? - с подозрением интересуется Хо. – Белка, скажи своему парню, чтобы не делал из меня алкаша! Их милая утренняя беседа прерывается громкой вибраций телефона на столе. Феликс, доброе утро, как ты себя чувствуешь? – Это Чан? – Если бы он мне такое писал, то ночевал бы я сегодня дома. – Может твоя судьба? Мне однажды тоже пришло заветное сообщение, - Минхо тепло улыбнулся и глянул на своего парня. – Формально, то “заветное” сообщение Ликс и написал. Теперь почувствуй тайного сталкера на себе. – Да вряд ли это сталкер, хотя и цели написывать мне я ещё не понял. – Знакомый какой-то номер, на самом деле, - Джи задумывается на минуту, но затем отрицательно качает головой, меняя тему. - Ты когда на учёбу собираешься? Твой нос выглядит лучше. – Видимо завтра. И надеюсь мне дадут освобождение от физ-ры. – Если ты запишешься в какой-нибудь спортивный клуб, то получишь официальное освобождение и автомат по всем нормативам, - рассказывает Минхо. - У нас есть гольф, например, они там собираются два раза в неделю просто чаек попить, при этом считаются именно спортивным клубом. – А как же отслеживание достижений клубов? – У них есть один реальный гольфист, который держит планку и даже катается по соревнованиям, но он уже на последнем курсе, в следующем году им придется напрячь булки. – Либо надеяться на его академ. – Можно к нам в танцевальный прийти, мы всегда рады новичкам. И я в конце прошлого семестра добился того, чтобы нас тоже считали спортивным клубом, так выделяется больше времени и сил на тренировки и репетиции. А выигрыши с конкурсов идут в бюджет университета, сделка на миллион. – Я всё таки обдумываю совершить ошибку юности и пойти на баскетбол, - неожиданно заверяет Ликс, но вместо одобрений получает обеспокоенные взгляды. - Вы чего? – Ну, как сказать? Тебе уже прилетело от баскетбола, - Джи намекает на его лицо. – Да и капитан команды там весьма недружелюбный тип, - подхватывает Минхо. - У них в клубе очень напряженная атмосфера. – Ну не вечно же в дружбу играть? Спорт - это дисциплина в первую очередь. Да и к каждому подход нужен свой, и капитан этот, как его там? – Со Чанбин. – И откуда столько информации? Типа противоборство клубов или что? – Нет, мы в одной группе с ним, - говорит Минхо. – А, вот оно что. Всё равно не думаю, что он такой уж плохой человек. Каждый со своими приколами в голове. Может быть он близко к себе людей не подпускает. – О нет, звучишь как мозгоправ! - отмахивается Джисон, на миг улыбнувшись. - Ладно, мы не в праве тебя останавливать, в конце концов. Он обеспокоенно глянул на своего парня, но, видимо, смирился со своими мыслями. – Вместо этих переглядок лучше бы от похмелья нас избавил, - с явным возмущением заявляет Ликс, обращаясь к Минхо. - Давай, посмотри своими жёлтыми глазенками и забери все мои страдания. – Договоришься, и он одним взглядом выгонит тебя отсюда. Лучше меня избавь от страданий, дорогой, - по детски тянет губки Джи. – Договоритесь оба и никаких вам больше бесплатных пирожных в кофейне.

~~~

Утомительные лекции. Знойная жара. Ни капельки осеннего настроения, если не считать лёгкую нотку хандры. Феликс будто зомби с трудом перетаскивал свое тело с одной точки корпуса в другую. Утром тучная медсестра в поликлинике подтвердила, что парень может ходить на пары, если продолжит курс лечения. Его лицо стало выглядеть лучше, остались тёмные фиолетовые и желтые пятна, но хотя бы без кровоподтеков. Он всё также продолжал залеплять себе нос медицинским пластырем, чтобы привлекать меньше внимания. Но сам факт того, что с лицом что-то не так невозможно было игнорировать никому. Он шёл на последнюю пару по экологии. Мысли были где-то за пределами головы, он рассматривал пейзаж вокруг. На некоторых деревьях уже были заметны вкрапления приближающихся холодов. Оттенки прогуливающихся студентов гармонично сочетались с природными красками. На глаза не попадались особо активных, ярких личностей, что своей излишней жизнерадостью резали бы глаза. Чем ярче и вырви глаз оттенок у человека, тем больше он экспрессивен, активен. Их внутренняя сила словно вырабатывала электрические разряды, что прибавляли мощности внешнему сиянию. Феликс давно обратил на это внимание, ему не нравилось, что само собой получалось сформировать виртуальную бирку, основанную на чистом цвете и повесить на человека, даже толком не разговаривая с ним. Но часто встречались исключения из этого мнимого правила. Да тот же Крис, у него будто пропеллер в одном месте, пытается быть везде и всюду. Подталкивает на это всё окружение, со всеми дружелюбен. Но оттенок его спокойный, мягкий. Может ли быть, что такие люди просто каждый день борются с самими собой? По натуре они такие же блеклые и спокойные, как и их оттенки. Но их самих это не устраивает. Периодически Феликс видел, как Чан уходит в себя, тогда он выглядит слишком перегруженным и несчастным что-ли. Ну точно тот самый человек, что никогда не будет говорить о своих переживаниях, проблемах, мыслях. Для него существуют все, но не существует он сам. И как с такими вообще возможно разговаривать? Феликс нервно выдохнул, прикрыв глаза. Ему действительно стоило бы в срочном порядке найти себе дополнительное увлечение. Даже задания на дом по дисциплинам будут в итоге его приводить к анализу Кристофера. Зачем вообще на психолога пошёл? Придурок. – Опа, Феликс, ты что-ли? - из самопоедания выбивает рука на плече и резкий возглас. Парень обернулся. Это была девушка. Ликс кажется видел этот ярко голубой, практически небесный, оттенок на тусовках, куда его водил Чан ещё будучи школьником. Но имени её он в жизни бы не вспомнил. – Я что-ли, - улыбается приветливо. – Я тебя с трудом узнала, блонд тебе больше шёл, знаешь ли, - девушка оценивающе его рассматривала. - А это откуда получил? Подрался с кем-то? – С местным задирой, - её взгляд стал ещё заинтересованнее. - Мяч баскетбольный, не советовал бы ему дорогу переходить. – Ах, блин! - она стукнула Феликса по плечу, да так, что тот схватился за ушибленное место. - Я ведь уже напугалась, давно не слышала ни про драки, ни про ярко выраженных хулиганов. Зачем так интриговать? Кошмар! Ликс лишь пожал плечами. Он чувствовал, что с этой дамой быть серьёзным не стоит. Ещё бы выяснить её имя, а то парню никогда не нравились все эти замены, по типу "хён", "онни", "оппа" и далее по списку. Вот такой некультурный австралийский парень. Но что поделать? В его родном менталитете так не принято. – Нуна, ты тоже здесь учишься? – Ох, нет, сегодня наша баскетбольная команда с вашими играет, пришла поболеть. Хотела перед этим с кем нибудь пересечься. Чан, кстати, тоже в этот список входит, но он чем то сильно занят, как обычно. "О да, ничего не меняется," - звучит в мыслях парня и он даже веселеет как-то. Не достаётся ему, не достаётся остальным, не достаётся никому. Как будто и девушка его сама исчезнет куда-нибудь в скором времени. "Нет, нет, я выше этих мыслей." – Но из всех самым не занятым оказался ты, малыш Ликси. – Что? - он как-то упустил момент, когда это его куда-то звали и он соглашался на это. Да ещё и это "малыш". Давно он не слышал подобного. И цеплялось к нему это исключительно потому, что он вечно хвостиком носился за Крисом. Сейчас всё по другому! Они не сиамские близнецы! Да даже не просто братья, как думали многие. – Ты идёшь со мной, - радостно заявляет девушка. Моментами она кажется ещё ярче, чем есть на самом деле. - Игра через 40 минут, веди меня на стадион. – Но… – Нет-нет, добрая нуна потом купит тебе вкусняшек, а пока ты идёшь с ней, дорогой. – Ты видишь моё лицо? Это магнит для неприятностей, может… – Если в тебя полетит мяч, я подставлюсь и спасу тебя! Ты же сам занимался баскетболом, я помню! Да и что, ты позволишь мне остаться одной в незнакомом месте? – Манипуляторша, - с неприкрытым недовольством ворчит парень, но всё таки ведёт девушку в сторону стадиона. Кажется плакали его стопроцентная посещаемость и ответственный подход к учёбе.

~~~

Здесь уже собирался народ, было много разрисованных и ярых фанатов. Интересно наблюдать, как людей способны объединять единые интересы. Вот толпа учится в одних стенах одного учебного заведения и только поэтому готова орать слова поддержки всем таким же. – Смотри, смотри, вон они наши ребята! - девушка подскочила и указала в угол стадиона, где разминались высокие парни в белых майках с эмблемой университета и голубых шортах. Даже удивительно, что цвет схож с тем, что был у девушки. Она могла бы быть талисманом команды, если бы этот голубой ещё кто-нибудь видел. Немного поодаль стояла ещё одна команда в темно зелёной форме с красными полосами. Ликс сразу сообразил, что должен болеть за этих ребят, таковы правила. Среди них выделялся один. Он был гораздо ниже остальных. В то время как парни расслабленно крутили руками, ногами, шеей, дабы разогнать кровь в мышцах, он яро размахивал своими ручками и о чем-то возмущался. Звук, к сожалению не доходил, но он был очевидно чем-то недоволен. – Почему их тренер в той же форме? Да и молодой какой-то… – Тренер? - девушка усиленно всматривалась, пока не поняла о ком идет речь. - Ой, нет, это вроде их капитан. – Капитан? – Ага, имени не помню, но он недавно капитаном стал. Да ещё и выглядит не дружелюбным, знаешь, как вечно ворчливый и всем недовольный гномик. Может, много комплексов? Вон рядом с ним, например, смотри как уверенно стоит, плечи расправил, высокий такой, прям статуэточка. Я уверена, что он одним своим видом дико раздражает низкого. – Откуда столько познаний о команде соперников? – Так он же частенько на движах всяких появляется, не помнишь? Странный такой, вроде и выглядит пугающие, и будто всех ненавидит, но любит в людных местах позависать. Мне не довелось с ним больше двух слов обмолвить, так что… – Раз так, тогда, получается, твои слова ранее это набор стереотипных ярлыков. – Все мы это лишь набор стереотипных ярлыков, дорогой. Я всё по факту говорю, этот капитан ещё и нервный в добавок. Вспомни его на любой тусовке, - Ликс отрицательно покачал головой, мол "не помню". - Вот именно! Он не прекращая выходил покурить, а ведь спортсмен! Как такое может сочетаться? - возмущается. - Ещё и высокомерно на всех смотрит. Наверное, с ним очень тяжело общаться. – Но мы всё равно не знаем предыстории, а значит не можем делать выводов раньше времени, - зачем Ликс так яро его защищает объяснению не поддаётся. Но при любом раскладе, ему не нравится, когда делают выводы, толком не разобравшись. Не суди о книге по обложке, так же говорится? И плевать, что он такой же. По крайней мере, он пытается себя контролировать в этом плане. Но смущал один нюанс - Феликс совершенно не помнит, чтобы видел оттенок этого парня ранее. Хотя память на такое у него сверх развита. Видать, и правда слишком часто тот на перекуры бегал. – По внешнему поведению можем, - парень не видел смысла спорить и переубеждать знакомую, а потому просто закатил глаза и продолжил рассматривать местную команду. - Нет, ну если хочешь о нём побольше разузнать, то Чанни-оппа тебе в помощь, он точно осведомленнее во всём этом. – Не хочу. Он помнил, что капитан баскетбольной команды по неосторожности добавил его лицу некую изюминку. И про его непростой характер упоминалось, так неужели это тот самый парень? Да, в момент удара перед глазами всё плыло, но даже тогда Ликс не помнит подобного оттенка. Ярко жёлтый, именно этот цвет исходил от невысокого парня и выделялся на фоне остальных, более спокойных тонов. Он будто отражал яркие лучи солнца, сам испускал эти световые волны и буквально слепил. Игра началась, на трибунах орали болельщики, спортсмены носились по площадке, яростно отбирая мяч друг у друга. На удивление, этот низкий парень был весьма ловким и активно пользовался своим преимуществом. Соперники то и дело теряли мяч, не сразу этого замечая. Периодически Феликсу казалось будто этот мини капитан ловил не только мячи, но и взгляды парня на себе. Стадион не маленький, народу куча, а тот будто бы именно Ликса выхватил из толпы и каждый раз проверяет, на месте ли тот. В какой-то момент Ли вообще почудилось, будто капитан сменил свой оттенок, ведь парень потерял его среди остальных. А потом снова нашёл, но цвет будто стал салатовым. Что за жуткие вещи? Ликс потёр свои глаза, проморгался и всё встало на места, снова жёлтый, всё нормально… Игра подошла к своему завершению. Команда под руководством небольшого капитана одержала победу, но тот не сказать что слишком радовался победе, что не скажешь об остальных спортсменах. – Спасибо, что составил мне компанию, - говорит девушка, пока они выходят за пределы стадиона. – У меня не было выбора. – Выбор есть всегда, не всегда есть характер. Но я как и обещала все возмещу! Они обменялись номерами и Ликс наконец был свободен.

~~~

Не хочу быть навязчивым На первой минуте было страшно. На второй интересно, на третьей скучно. Вот уже пять прошло, а продолжения этому не следует. Феликс совершенно не слушает преподавателя, на лекции которой находится сейчас. Он ждёт. Всё это время, начиная с окончания больничного, Ликс не отвечал на сообщения незнакомого номера. Не специально, разумеется. Просто обычно замечал их уже поздно и решал, что его ответы лишены какого либо смысла. Но человеку по ту сторону диалога, казалось, ничего не смущало, он продолжал гнуть свою линию. Феликс гипнотизирует строчку с “печатает…”. Она то мигает, то исчезает, чтобы снова появиться и мигать. В конечном итоге высвечивается следующее: Уже завтра ярмарка клубов, меня позвали помочь зазывать в художественный Ты всё ещё не против, чтобы я порисовал тебя?

Хёнджин?

Да? Феликс со смешком выдыхает. Теперь понятно почему этот парень так странно себя вел, он сам хоть понял, что Ликс понятия не имел кто ему пишет?

Не против. Сегодня?

Да! Я после четвертой буду в 413 кабинете, можешь туда подойти как освободишься

Хорошо

Интересно, Хан сам дал Хёнджину его номер, или тот каким-то другим способом его разузнал? Очень странно, конечно. Но тревожило немного другое… – Ох, нет, не переживай об этом, я хорошо помню форму твоего носа, - неловко улыбаясь заверяет Хёнджин. Кабинет 413 оказался мастерской, где помимо парней был лишь творческий беспорядок в самом прямом его понимании. Огромные, заваленные друг на друга холсты в одном углу, в другом такие же небрежно расставленные мольберты. Вдоль стены стояло несколько вручную собранных натюрмортов из искусственных фруктов, овощей и цветов. Было также отдельное местечко для гипсовых фигур, стеллажа с сосудами, самых различных форм. В некоторых местах виднелись въевшиеся яркие пятна краски, которые, видимо, не смогли отмыть. И на стенах, и на полу. В этом помещении буквально пахло искусством. А ведь Феликс ещё не знает, что находится в соседнем помещении, куда ведет дверной проём, но самой двери не наблюдалось. Там были зашторены окна и выключен свет. Очень маняще. – Можешь присесть на стул и повернуться ко мне, пожалуйста. Ликс приземлился куда ему указали, облокотил локоть об рядом стоящий стол, на другом конце которого красовались небрежно расставленные баночки с краской, и расслабился, продолжая рассматривать все мелкие детали. Хёнджин же пристроился напротив за мольбертом, начал оставлять первые штрихи, на закреплённом на скотч листе. – Ой, прости, мне нужно не двигаться, да? - вдруг соображает Феликс и резко выпрямляется, устраняя взгляд куда-то вперёд. – Нет-нет, веди себя естественно, так лучше получится передать образ. Феликсу показалось это до жути странным. Но спорить в области, в которой он ничего не смыслит, не собирался. Да и делать это с Хваном особенно не собирался. Парня этого Феликс знал только по рассказам Джисона и по паре фраз, сказанных друг другу лично. Уже основываясь на всём этом, образ в голове собирался слегка странноватый. Сейчас Хван выглядел завораживающе сосредоточенным. Он будто находился точно на своём месте, глаза сверкали каждый раз, как он слегка отклонялся и всматривался в получившееся произведение. Всегда так интересно наблюдать за людьми, когда те занимаются любимым делом. Они будто звёздочки в огромном небе, сверкают своей индивидуальностью. В последний раз Феликс наблюдал подобное сияние, когда Джисон перебирал свои старые фотоснимки. – Я, кстати, не совсем понял взаимосвязь с ярмаркой, - аккуратно начал Ликс, боясь отвлекать художника. - То есть, ты набираешь больше рисунков, чтобы там показать, или что? – Меня очень сильно попросили там с натуры любых желающих пописать. Но я в этом деле не профи, в плане… Портреты мне тяжело даются, - отвечает, периодически направляя взгляд на парня, затем на свой рисунок. - Вот, решил потренироваться. Если я там не облажаюсь и всё получится хорошо, то можно будет людям говорить, что у нас они научатся также. – Но это же чистая ложь. Разве для рисования не нужен дар, или что-то вроде того? – Не совсем. Любой умеет рисовать, просто делает это в пределах своих возможностей. На сколько точно ты сможешь представить образ, что хочешь увидеть на холсте, на сколько хорошо у тебя натренирована на изображение этого образа рука - настолько хорошо и получится всё это передать. – То есть, у каких-нибудь абстракционистов каша в голове? – Возможно, они видят в своих картинах ровно то, что и хотели передать. – А в этом есть какой-то смысл, - удивляется Ликс. – Но и это не будет точным, - продолжает парень, не отвлекаясь от процесса. - Многие были привержиниками того времени, в котором находились. Если были в моде протесты, то именно они и прослеживались в дальнейших работах. Если было модно изображать природу, то и делали в последствии. И так далее. Были и периоды моды абстрактного искусства. Так что там сложно сказать, действительно ли художник вносил скрытый смысл в свою картину, или просто не хотел быть белой вороной. Феликс глубоко задумался над этим. Как он и ожидал, Хёнджина очень интересно слушать. Но тот как то резко замолчал, так что парень отвис от стены и посмотрел на Хвана. Он показался каким-то напряженным. – Извини, я много говорю. – Мне интересно узнать больше, я совсем не разбираюсь в этой теме, поэтому обратной связи, помимо удивления, от меня не жди, - улыбается Ликс. Ему кажется, что после этих слов, оттенок парня из блекло сиреневого перешел в более яркий, напоминающий сливовый. Красивый цвет. Хорошо сочетается с окружением. Находиться здесь довольно комфортно. Возможно, Феликс даже вступил бы в этот клуб, просто для того, чтобы тусоваться в этом месте с такими людьми, как Хёнджин. Здесь спокойно и по своему эстетично. – Можно я кое-что всё же поправлю? - не громко спрашивает Хван, останавливаясь и ожидая ответа. – Конечно, делай всё, что считаешь нужным. Хёнджин мнётся на месте, но решается подойти ближе. Он наклоняется над Ликсом, неуеренно поправляя чужую челку, больше раскрывая лоб. – У тебя ресница выпала, - говорит Ликс, рассматривая чужое лицо. Просто оно было слишком близко, не смотреть на него не получалось. Он мог также заметить слегка отросшие корни парня. Удивительно, что кто-то осветляет волосы всякой химией, а самому Ликсу хочется их затемнить. Как и удивительно, что перед собой он не видел ни пятнышка от косметики. Парень тоже хочет быть уверенным в себе, возможно, найти свою индивидуальность? Но пока что всё его нутро заклеено пластырем и замазано тоналкой. Хёнджин очень красивый, это сложно отрицать. У него притягательные черты лица, так что точно есть куча фанатов. Его самого будто бы нарисовали. Погрузившись в мысли Феликс совсем не замечает смены настроения. Не обращает внимания и на то, что лицо Хёнджина стало уж совсем близко. И что тот буквально не отводит взгляда с чужих губ. Отрезвил лишь громкий хлопок со стороны входной двери, Феликс испуганно повернулся и почувствовал чужие губы на своей щеке. А затем разочарованный вздох. – Наверное, сквозняк, - прошептал блондин, отстраняясь. Феликс ошарашенно на него посмотрел. До него, хоть и с опозданием, но начал доходить весь ужас этой ситуации. Это был не сквозняк, кто-то их заметил и захлопнул дверь. Их. В момент, когда Хван его чуть не… – Наверное я пойду, мне уже пора, потом как-нибудь закончим, наверное, - тараторит Ликс и пулей вылетает из мастерской, лихорадочно осматривая абсолютно пустой коридор. Точно кто-то был, куда он делся? Он прислоняется к стене и жмурит глаза. Сердце тарабанит словно бешенное. Дыхание сбилось. И все нестыковки в поведении Хвана вмиг оправдались. Он не был странным, вернее он был таким лишь в компании Феликса. Поэтому то Джисон ничего такого не упоминал. Да ещё и не замечал. Видимо, Хёнджин ни с кем об этом не делился. – Ох, чёрт, - выругался шёпотом Ликс. Ему очень жаль. Он понимает как отвратительно сейчас поступает. Но Хвану нужно время. Чуть позже Ликс обязательно с ним это обсудит, но не сейчас. Шок не проходит. Как Феликс слепо поддался этому моменту? Чем был заворожен? Как его мысли смогли застелить реальность? Он в прямом смысле слова не заметил то, что происходило у него под носом, в трех миллиметрах. Если бы не чёртова дверь, то он бы поддался моменту и жалел бы сейчас ещё сильнее. Нет-нет, его сердце занято. Давно и полностью. Там нет места ни для кого больше.

~~~

Пятница. Неделя близится к своему завершению, а Феликс разгуливает по ярмарке клубов. Собственно, если сейчас он не найдёт себе что-нибудь по душе, то пойдет записываться на баскетбол, именно так он и решил для себя. В центре университетского двора поставили сцену, на которой показывают свои умения танцоры, певцы и инструменталисты. Необычная программа, способная завлечь в удивительный мир студенческой жизни, который находится за пределами учёбы. Парень намеренно обходит стороной художественный клуб, поскольку итак не очень хорошую ситуацию усугублять своим присутствием не хочется. После того случая он никак не пересекался с Хёнджином. Он много думал над этим всем. Пытался в голове соорудить правильные слова, как то, может, объясниться, но духу не хватало. Вдобавок пугало то, что он совершенно не знает этого человека. Какой реакции ожидать? Может, не такой уж он и хороший и все специально было подстроено? Но где тогда компрометирующие фотографии? Где шантаж? Где хоть что нибудь? "Надеюсь, всё не так серьёзно," - мелькнуло в голове. Феликс искренне надеялся, что это ни любовь, ни влюблённость, ни что угодно другое хуже. Просто момент такой был, располагающий. А теперь просто неловко и всё. Пока Ликс рассматривает брошюры издательского клуба, мыслями витая на уровне облаков, на его телефон приходит весьма заманчивое сообщение: Феликс, привет! Сегодня пятница и прекрасный повод тебя угостить, приходи в клуб “Юность” к 7 часам Ликс до этого таки узнал у Криса имя той активной девушки - Шин Рюджин. Даже смешно от того, что теперь его приглашают куда-то, а не он навязывается.

Привет, Рю. А повод есть? Или тебе просто нужен спутник на вечер?

Его немного самого передёргивает от того, что он написал. Но девушка, вроде бы, не выглядит такой уж серьёзной, должна понять посыл. На самом деле наши ребята планировали праздновать победу, заранее заказали места в баре, ха-ха. В итоге будут горевать Парень сдерживает смешок. Как её саму занесло туда - не понятно, да это и не важно. Приходи, дорогой, вся выпивка и закуски, что влезут в тебя за мой счёт Здесь и парочка ваших будет, правда я пока не знаю кто именно И не понятно, хорошая это идея или нет? Он всё ещё на антибиотиках, но желание развеяться как раньше никуда не девать. Особенно сейчас. Голове нужна срочная разгрузка. Он отвечает девушке, что придёт. Ещё немного подумав, он открывает диалог с Крисом.

Погнали в клуб?

Его сердце забилось активнее, а внутри будто бы тёплый мёд разливается. Как же он ненавидит это чувство, и как же его бесит, что он ничего не может с этим поделать. Одна часть его безумно скучает по Бану и надеется, что тот согласится, даже пусть и со своей девушкой, плевать. Другая искренне надеется. что тот ему откажет. И в том и в другом случае, его сердечко будет страдать. Только не говори мне, что ты в “Юность” собрался И как это расценивать? Он недоволен?

Да, туда

Рюджин позвала, да? Просто, я не смогу пойти, и кто будет контролировать тебя?

Меня нужно контролировать?

Пойми правильно, ты сейчас на лечении, на посвящении я сам немного перебрал и совсем забыл о тебе, мне жаль "Да что он хочет этим сказать?" Ты ведь не сможешь просто танцевать? А я не хочу чтобы ты слишком травил свой организм – Замечательно, - вырывается из уст парня. Вот так все вокруг сделали из него беспомощного алкоголика. И где-то в глубине он понимает, что это такой вид заботы без какого-либо скрытого умысла. Бан всегда был таким. Но, чёрт, от этого легче не становится. Ликс понимает, да. И как глупо будет идти наперекор и вообще проигнорировать все эти слова. Да, Феликс вполне считает себя глупым. Пусть в этом будет виновата его юность. Он закрыл диалог, убрал телефон и продолжил рассматривать окружение. Как будто это сможет помочь избавиться от навязчивых мыслей… Он уже согласился. Если это и будет ошибкой, то только его. Никакого гиперконтроля, никаких, так называемых, "взрослых". Если жизнь и будет рушится, то пусть и зачинщиком этого будет Ликс сам.

~~~

Снова эта разрушающая атмосфера праздника. С каждым новым глотком картинка становилась всё смазаннее. Люди вокруг радостнее. Энергии больше. Феликс перезнакомился со всеми парнями из баскетбольной команды университета Рюджин. Кто-то из них был с его собственного, но слишком уж легко все их имена улетучились в дымке всеобщего хаоса. Феликс перезнакомился со всеми подругами Рю. Каждая посчитала его милым и вызвалась проявить сожаление за уродство на его лице. Очень мило с их стороны напоминать об этом каждую минуту. Остальные диалоги не вызывали интереса. Хотя парень честно пытался вникнуть хоть в одну рассказываемую историю, вклиниться как-то в разговор, но лучше получалось только обниматься с красивыми бокалами и раскачиваться в такт музыке. Рюджин заметила эту явную скуку на лице парня, поэтому в срочном порядке повела его на танцпол. Множество разгоряченных тел. Каждый придерживается своего стиля, но всех объединяет единый ритм. Нет отдельных личностей, весь танцпол это единое существо, единый организм. У него нет мыслей, нет целей, есть только биты, есть волны, которые диктуют правила. Сознания нет. В яром порыве безумного танца Ликс даже не замечает как врезается в чужие широкие плечи. – Опять ты, - слышится до боли знакомый голос. Феликс оборачивается на этого парня, но за счёт приглушенной подсветки помещения способен разглядеть лишь размытый цвет. Фиолетовый. Такой мерцающий. Выделяющийся среди нейонов и проекторов. Такой живой. – Опять я, - давит улыбку, но при этом понятия не имеет кто этот незнакомец. Не вспоминается такого цвета. Он еле на ногах уже стоит, в голове ощутимая дымка. А народ вокруг толпится и делает воздух более терпким. Очередной толчок сзади от незнакомца и Феликс буквально наваливается на парня, что его узнал. Потому что нельзя останавливаться, нельзя идти против толпы. – Выйти проветриться не хочешь? - негромко говорит тот на ухо, придерживая тело. Головокружение, мутная картинка, вся та гамма неконтролируемых эмоций наваливается разом и где-то далеко, в глубинах своего сознания, Ликс чётко понимает, что да, ему нужно выйти отсюда. Срочно. Прохлада улицы освежает и вселяет новый поток сил. Мир уже не так качается, звуки не такие острые, а тело снова поддаётся контролю, хотя и желает просто растечься на какой нибудь горизонтальной поверхности. Асфальт не в счёт, разумеется. Парень заводит их за угол. – И снова мы пересекаемся, когда ты на ногах еле стоишь, а я не прочь выкурить всю пачку. – К-курить вредно, - противится. Слышит насколько тяжело ему даются слоги, от этого вырывается лишь глубокий вздох. Парень с сигаретой в зубах усмехается, будто заранее зная, что этот спор слишком глупый, чтобы его начинать. – У тебя всё хорошо? - совсем уж неожиданно интересуется этот качок. Феликс с недоумением смотрит на него. Не может же чужой человек быть так заинтересован его жизнью. Вместе с этим удаётся детально рассмотреть его лицо под уличным фонарём. Выдающийся подбородок, пухлые губы, широкий нос. Ликс невольно начинает сравнивать этот образ с Крисом. При этом этот тип кажется до боли знакомым, но где они могли уже пересекаться? Вот только такие мысли доставляют ему одну лишь боль. – Вроде нос зажил более менее, но ты продолжаешь вместо лечения убивать организм всякой дрянью. Его отчитывают словно он маленький ребёнок. Он хмурит свой носик, не желая реагировать на откровенные провокации. Парень тем временем глубоко затянулся и направил свой взор вдаль идущей дороги. Вокруг него образовалась лёгкая дымка горького тумана. И такого рода картинка создавала свою неповторимую эстетику. А фиолетовый оттенок растворился среди темноты глубокой ночи. Цвет казался уже не таким ярким, больше сероватым. Если он не будет двигаться, то точно сольётся с окружающей серостью. – Ты ведь хорошо знаком с Хан Джисоном? Феликс вновь с недоумением смотрит на силуэт. Предчувствие нехорошее. – Мы друзья, - выдавливает из себя Ликс наконец. – И как? Не противно с такими дружить? – С какими? - Ликсу казалось, что он понимает глубинный смысл этих провокаций, но в упор не видит мотива подобным действиям. То-ли он слишком пьян для рассуждений, то-ли его собеседник слишком простой и глупый. – У него ведь ебырь есть. – Парень, - спокойно поправляет. – Как не называй, а смысл тот же. Мужик, не девушка, понимаешь? – Понимаю. – Нет, не понимаешь, - усмехается он снова, после беглого взгляда на Ли. - Это же не естественно, против природы. – Природа не умеет говорить. Чётких правил жизни никто не устанавливал. Или ты верующий? – А как же правила общества? – Общепринятые рамки? Если ты не готов отстаивать свои личные границы и согласен пойти со стадом, тогда… – Те, кто отстаивает свои права не являются частью общества? "Душнила," - чётко проскользнуло в голове у Ликса. Он чувствует, что обычным свежим воздухом протрезветь на все сто процентов ему не удалось. И слова в предложения складываются с большим трудом. Но отстаивать права своего друга он готов в любом состоянии. – Если ты из тех, кто не уважает чужой выбор, тогда нам не о чем разговаривать. – Почему же? Боишься, что я тебя гнобить начну? Может ты тоже один из этих? – Знаешь что? - его собеседник скалился, будто бы играется. - Тебе бы понравилось, если бы тебе мужик дрочил? - Феликс морально готовился к тому, что может получить за свой острый язык. Но его лицу не привыкать. – Нет, это омерзительно! – Окей, а сам себе часто дрочишь? – Пф, что за детские вопросы? Как и все. – Считаешь ли себя мужиком? Парень повис, и улыбка его пропала. В следующую секунду он нахмурился и направил свой взгляд точно в глаза напротив. У Ликса холодок по спине пробежал от таких искр. Стало жутковато, все таки переулок пустой, на улице темно, не считая еле работающих фонарей вдоль дороги. А этот парень выглядел угрожающе, как типичный гопник, готовый напасть на любого, кто живёт не по его понятиям. И опять же, его цвет стал ещё тусклее. А может у самого Ликса сознание покидает голову? – Я достаточно проветрился, - слишком уж высоким тоном проговорил Феликс, и развернулся, готовый вернуться обратно в громкое помещение. – Стоять, - парня буквально за шкирку хватают, чтобы тот не сбежал. - Ты совсем хочешь сознание потерять? Хватит бухать уже, говори свой адрес, я тебе такси вызову. – Ты что маньяк? Ничего я тебе не скажу! Меня друзья могут потерять, пусти! – Друзья? Это ты про тех упырей и девку, что рассортировались поодиночке и смылись час-два назад? Феликс остановил свои попытки сопротивления, на мгновения пытаясь откопать в голове тот миг, когда видел кого-нибудь из знакомых образов в крайний раз. И действительно, он же потерял всех. Его просто бросили. – Похуй, делай что хочешь, - Феликс резким движением отвернулся от парня и облокотился о кирпичную стену. – Хочу ещё сигарету, поэтому постой ещё немного. – Дай затянуться. – Уверен? Ты же вроде не куришь. – Ой да заткнись и просто дай. Качок помедлил немного. Осмотрел парня с ног до головы уже который раз за эту короткую встречу. В итоге всё таки протянул открытую пачку. Ликс аккуратно вдыхает яд, боясь облажаться, но получается неплохо. Изо рта выходит едкий дым. Он смотрит на него, понимая, что затянулся недостаточно, что до лёгких не дошло ни капельки. Тогда он делает ещё одну затяжку, с силой вбирая в себя воздух, зажмуривает глаза. Секунда и он с таким же трудом пытается избавиться от тёмного дыма из своего организма, что выходит ужасно. Он закашливается, давится. Пытается очиститься свежим воздухом. Но выходит только горечь. А ещё спустя секунду к горлу подступает неприятная желчь, так что парень метнулся к ближайшей мусорке, чтобы оставить в ней немного украшения сегодняшнего вечера. – Феликс, твою мать! - слышится от парня, что оказывается рядом и придерживает за поясницу, чтобы Ликс не нырнул в эту урну. - Ну, по крайней мере, после этого тебе должно полегчать. И сигарета тебе совсем не идёт. Что вообще это значит? Ликс мимо ушей пропускает некоторые фразы и откровенную ругань. В мозг с треском вонзается только один вопрос. Когда это Феликс успел представиться, и почему этот парень знает его имя, а сам Ликс понятия не имеет кто это такой. Он не помнит этого оттенка, хотя с памятью конкретно цветов у него все в порядке, миллионы оттенков хранятся в его памяти, есть близкие по тону, но такой... Такого попросту не существовало до этого. Неужели у него провалы в памяти? Неужели настал тот момент, когда цвета выветриваются из его головы? Неужели его способность стала бесполезной? Но как теперь на её фоне вспомнить хотя бы лицо? Если они и виделись раньше, то Феликс совсем не запомнил его внешность. Цвет тоже. Может быть телосложение? Рост? Комплекцию? Хоть что-нибудь? – Так, слушай сюда, - начал вновь говорить этот странный парень. - Либо ты называешь свой адрес, либо едешь ко мне. После частичного опустошения желудка настала такая вселенская усталость, что, пожалуй, “Поехали,” - было единственным, что он в состоянии был сказать. А обдумать последствия такой поспешной решимости и вовсе не в состоянии.