Tame me

      Большой темный кабинет освещает лишь пара светильников. Два силуэта сидят за столом, не спеша распивая дорогой алкоголь. Один высокий темноволосый, с ухоженной бородой, что чуть прикрывает его шею. Второй ниже, с легкой сединой в уложенных волосах и щетиной. Оба в костюмах, явно не из дешевого сегмента. Дорогие часы на руках, а взгляд уставший, познавший жизнь.       — Чабен, — обращается высокий к другу. — Я уже ума не приложу, что делать. Знаешь, в детстве Йеджи была такой милой девочкой. Она очаровывала всех своей улыбкой, а сейчас, глядя на нее, мне становится страшно. Даже мурашки по спине бегут. Дома одни крики. В прошлый раз очередная уборщица не выдержала ее претензий и уволилась. А одного паренька она и вовсе окатила водой, надев ведро сверху и кинув швабру следом. Хотя он просто передвинул ее светильник на пару сантиметров! — Мужчина удрученно падает головой на свои руки. — Как она вообще это заметила?       — Да не переживай, — Шин усмехается. — Моя будто лучше. Она выглядит тихой, только вот последний раз, я забирал ее с клуба всю в синяках, а бармен выглядел таким зашуганным, словно она его пытала. Я так понял, сессию она сдать — сдала, а вот настроение было не ахти. Вот и влетело компании парней, что решили облапать ее. В итоге, один с разбитым носом, второму попало ногами. С третьим она не церемонилась, ударила стулом. — Он фыркает. — Так что, Дэхо, твоя еще не такой монстр. — Брюнет лишь приподнимает бровь.       — Да что ты? Я пришел с работы, а она ушла в своих, вот этих мини-юбках и прочем, прихватив ключи от машины. Знаешь, кто в пять утра стоял на трассе, разбираясь с полицией, пока эта мадам, пьяная развалилась на капоте, напевая что-то из современной попсы? А потом она еще и унизила одного из тех парней в форме, да так, что тот раскраснелся, пытаясь спрятаться в фуражке. У меня, что ни день, то приключение. Вроде вот, двадцать три года, а ведет себя, как подросток. — Мужчина расслабляет галстук. — Мне шестой десяток идет, я уже седею. Хотя, судя по твоим волосам, тебя Рюджин, куда сильнее потрепала выходками, — Хван смеется, потягивая виски.       — Да-да, ну вспомни, как раньше я почти каждый раз приходил в школу, разбираясь, кто кого ударил. Единственное, радует, что занятия боксом не пропали зря. Все бы хорошо, вот вроде, красивая, умная, но характер.       — Характер? У меня Йеджи, за последний месяц в вузе, умудрилась три раза опозорить признавшихся ей парней. Еще и какой-то девочке досталось. Пощечины раздает налево направо, разводя такие сцены, что я просто иной раз боюсь домой заявиться. Особенно она строга к моим девушкам. Я понимаю, что она скучает по матери, но, я не виноват, что Чанхи выбрала жить спокойной жизнью с другой семьей! — Хван проводит рукой по коротким темным волосам. — Каждый раз, стоит мне привести женщину в дом, она устраивает подлянки. И так с тринадцати лет. А я тоже хочу любви! Она выросла, у нее свои там отношения, а мне уже не 30, даже не 40. — Мужчина вздыхает.       — Я тебя понимаю. Хотя, мне просто некогда искать кого-то. Половина времени уходит на бизнес. Другая половина, на разборки того, что устроила Рюджин. — Чабен устало потирает бороду. — Знаешь, может, их отправить на месяц-другой, на курсы? Слышал же наверняка, пансион есть на окраине. Там все, и пляж, и занятия разные. Вроде и магазины на территории, в общем, ол инклюзив. — Он усмехается. — Да и они познакомятся. А мы отдохнем.       — Мне моя такую истерику закатит. — Хван закатывает глаза. — Уже слышу эти крики и звук бьющейся посуды.       — Давай, может, у нас минус на минус даст плюс.       — Как бы этот плюс, потом нам не обернулся чем-то вроде оплаты полного ремонта, после сожжения всей территории. — Дэхо вздыхает, молясь про себя, чтобы план хоть немного сработал.

***

      Лучшие курсы для детей бизнесменов звучало, как пытка. Рюджин стоит, недовольно оглядывая комнату, все еще держась за ручку чемодана. Вся комната выполнена в светлых тонах. В целом, есть все, от ванной до небольшой кухни. Хотя, учитывая сколько денег вложено в это место, неудивительно. Вот только бело-кремовый цвет режет глаза. Шин слишком привыкла к своей темной, занавешенной огромными шторами, комнатке, где единственное светлое пятно — это лампа.       Шин оставляет чемодан на пороге, проходясь взглядом по большой двуспальной кровати. Ну, может, хоть выспится. Учитывая, что занятия начинаются не с утра, а сами курсы длятся по часа 4, у нее будет много свободного времени, значит, не зря взяла с собой ноутбук.       — А ты кто такая? — Слышится удивленный голос из-за спины. Девушка чуть выше нее, с ярко-рыжими волосами, что были явно длиннее ее собственных черных, и макияжем, подчеркивающим раскосые глаза. Она хмурит брови, упираясь руками на талию.       — Такой же вопрос, — парирует Шин. — Мне отец говорил, что отправит со мной какую-то несносную девчонку, со стервозным характером. Я так понимаю, это ты? — Судя по тому, как сильно сжимаются чужие кулаки, не прогадала. — А, та самая, Хван Йе… Напомни?       — Йеджи, — девушка подходит ближе, становясь вплотную и глядя сверху вниз. — А ты, я так понимаю, та неуправляемая Рюджин? Вот так встреча. — Она прожигает взглядом насквозь, но Шин не уступает, даже не собираясь отходить. — Это с тобой мне жить все это время?       — Ну, если так хочешь, можешь свалить с глаз долой, поселиться на коврике за дверью. Суке как раз подойдет. — Пожимает плечами младшая. Хван злится. Она замахивается, видимо, для пощечины, но ее руку легко перехватывают. Как и вторую. — Что? Не ожидала? Первый день, а ты уже пытаешься выцарапать мне глаза своими розовыми когтями, хоть бы подождала ночи. — Морщится Шин. Она сжимает ее запястья сильнее, и девушке невольно шипит. — Больно? Ну так и не лезь. Я планировала отдохнуть, а ты мне мешаешь.       — Ты первая начала! — Повышает голос Хван, пытаясь вырваться. Понимая, что это бесполезно, она всем телом давит на младшую, резко смещая ее к стене. — Только попробуй заходить на мою территорию, овца.       — Мы в детском садике? — Фыркает Рюджин. — Если ты выше, не значит, что можешь здесь свои правила диктовать, ясно? Тут, к сожалению, одна кровать и одна комната. Я спать на полу не буду. И вообще, надо набрать отцу. Он наверняка ждет звонка от меня. Могу ли верить в то, что если я отпущу твои руки, ты не будешь больше творить глупости? — Хван все еще щурит глаза, но после выдыхая, кивает. — Отлично, кошечка, может, мы все же сможем ужиться. — Шин отпускает ее запястья. — Дай мне отойти от стены, — Хван отходит на пару шагов, после чего садится на кровать, закидывая ногу на ногу и недовольно скрещивая руки на груди. Она все еще сверлит взглядом, даже когда Шин уже включает видеосвязь, стараясь дозвониться до отца. — Пап, привет.       — Привет-привет, как ты там? Обустроилась уже? — Он улыбается. Только вот, Шин знает эту ухмылку. Он явно пил, но один он таким промышляет редко, а потому, она вздыхает.       — С тобой отец Йеджи? Поверни камеру.       — Как ты… — мужчина прокашливается, все же поворачивая камеру. Теперь на экране видно уже двоих. — Как вы там, девочки? — Слышится голос отца Йеджи.       — Отлично! Почти убили друг друга, стоило только встретиться, — саркастично замечает Рюджин. Она садится рядом с Хван. — У нас тут, проблемка одна. Называется «одна кровать на двоих». — Судя по тому, как тушуются мужчины, они и сами не знали об этом.       — Ну… Вы же девушки, ничего страшного, думаю. Потеснитесь. К тому же, вы же посреди курса пришли, оно и понятно, что комнат мало осталось. Да и выглядит все хорошо. — Произносит Чабен, пожимая плечами и надеясь сгладить обстановку. Хван, сидя рядом, лишь фыркает, отворачиваясь. — Девочки, вы обе нам дороги, пожалуйста, это все ради вашего же блага. Не ссорьтесь в первый же вечер после заезда. Вам завтра еще на занятия.       — То есть мне жить с этой? — Хван небрежно указывает на Рюджин. Видя, как кивает ее отец, старшая всплескивает руками, резко поднимаясь. — Замечательно! Я пошла. — Девушка поднимает свою кожаную куртку, что до этого лежала на кровати, салютуя и уходя. Ее отец вздыхает, прикрывая глаза руками.       — Рюджин, будь с ней ласковее. Она не такая, какой кажется. Да, возможно очень нервная, своенравная, но она правда может быть хорошей. Дай ей время. Для нее это стресс. — Шин кривится, но кивает. Прощается, желая провести им хорошо время, а сама, оставляя телефон, выходит из комнаты. Закрывает ее на ключ и направляется к балкону. Он был в конце коридора, и судя по приоткрытой двери, а также растянувшемуся по этажу сигаретному дыму, Хван была там.       — Да работай ты, — рыжеволосая ударяет зажигалкой по перегородке, пытаясь оживить ее. Вновь щелкает, но ничего. — Черт, — рычит, замахиваясь и кидая ее куда подальше. В зубах она держит тонкую, едва подпаленную, сигарету, сжимая руки в кулаки. Шин подходит к ней, щелкая перед носом своей зажигалкой и легкий огонек быстро поджигает сигарету. Йеджи стреляет взглядом, но молчит, втягивая пар в легкие и расслабляясь.       — Прости, что сразу начала не с той ноты. Устала после дороги, да и вся эта ситуация с номером. — Шин становится рядом, опираясь руками на перила. — Нам здесь тусоваться месяца полтора. Это же экспресс курсы. Давай не будем портить друг-другу жизнь, а отмучаемся и все? Без криков, скандалов и прочих интриг? — Предлагает Шин, поворачиваясь в пол оборота и оглядывая старшую. Та, смерив ее взглядом, кивает. — Без обид? — Снова кивок.       Кто же знал, что уже следующий день начнется ужасно. Ночь благо прошла спокойно, они обе улеглись на противоположные стороны кровати, так и не поговорив. Шин, в целом, было плевать, но это затишье напрягало. Как оказалось, не зря. Ведь с утра, выйдя из ванной, она обнаруживает свою подготовленную футболку, полностью изодранную ножницами. На ней лежит листок бумаги с отпечатком губ и подписью: «Стерва должна соответствовать». Шин комкает бумагу в руке, рыча. Вот вам и без скандалов.       — Хорошо, Хван, ты первая начала эту игру. — Шин криво усмехается, подходя к шкафу и открывая часть, где висела одежда старшей. Быстро проходится пальцами, выбирая одну из светлых водолазок, а в добавок темную рубашку. Довольно надевает, представляя, как выйдет из себя Йеджи и, переодевшись в темные джинсы, накидывает на плечо портфель, уходя.       Она входит в помещение, игнорируя множество взглядов, адресованных ей. Судя по столпотворению вокруг Йеджи, та уже обосновалась, найдя личных поклонников. Только вот, ее взгляд почти сразу же отвлекается от парней, цепляясь за Шин, а после спускаясь ниже к водолазке. Она мило улыбается, что-то говоря, а после выдвигаясь в сторону младшей, что ушла к задней парте, кинув рюкзак на стол и развалилась на стуле. Она резко ударяет ладонью по столу, нагибаясь и почти шипя.       — Какого черта на тебе моя одежда?! — Йеджи спрашивает это шепотом, но Шин лишь делает невинное лицо. — Не хлопай своими глазками, я ведь правда их выцарапаю. Сняла сейчас же.       — Оу, ты так хочешь увидеть меня без одежды? Ну, дорогая, давай не здесь, — Рюджин усмехается, подмигивая и подвигаясь ближе, так, что расстояние между ними становится до жути опасным. — Или что, переспим прямо тут?       — Да пошла ты! — Вскипает девушка. Она резко отшатывается от парты, поздно осознавая, что почти все заняли места. Йеджи в панике оглядывается и тяжело вздыхая, садится рядом с Рюджин, пихая ее ногой. Та лишь усмехается, достав тетрадь для записей и наушники. Ручку она крутила меж пальцев, игнорируя все косые взгляды от Хван, что большую часть занятия старалась ее разозлить. То скажет что-то, то попытается скинуть со стула.       После первого занятия, Шин стремится уйти поскорее, ведь эта бестия мчится по пятам, явно не желая отстать от факта того, что ее вещи сейчас на Рюджин. Младшая, заметив эмблему туалета, быстро юркает туда, стараясь спрятаться в кабинке. Вот только это не выходит, и Хван быстро протискивается внутрь за ней. Силой срывает с ее плеч рюкзак, оставляя его на полу. Ее руки тянуться к краям водолазки, поднимая ткань вверх.       — Снимай! Она дорогая! — Девушка шипит, отпихивая мешающуюся сумку на спину и продолжая нагло лезть под одежду. Она стягивает рубашку, и Шин лишь фыркает, когда остается и без водолазки. Брюнетка поднимает голову, глядя в кошачьи глаза. Йеджи держит свои вещи, рвано дыша. Явно собирается сказать что-то еще, но не успевает. За ее спиной слышится тихий удивленный вздох.       — Простите! Я не хотела вам мешать! — И девушка выбегает, хлопая дверью. Судя по тому, как быстро метаются глаза старшей, она в панике.       — Ну, поздравляю, стерва, теперь все будут думать, что мы с тобой парочка, что трахается в туалете. Молодец, — Шин поднимает рюкзак, удобнее перехватывая его и закидывая на плечо.       — Куда ты?! — Вопит Хван, заставляя младшую обернуться. — Ты серьезно пойдешь в лифчике?       — А у тебя проблемы с тем, чтобы держать себя в руках, пока я так выгляжу? О, я знаю, что у меня прекрасное тело, — Шин усмехается, собираясь на выход. Ее цепляют за рюкзак, и на этот раз Рюджин уже менее дружелюбна. — Да что тебе, черт подери, надо?! Ты испортила мою любимую футболку! А я между прочим, просто надела твою ебучую водолазку. Не нравится? Ну так подавись ей, дай мне уйти. — Она разворачивается. Резко ударяя по руке старшей, чтобы она отпустила рюкзак. Вжимает в стену, гневно глядя в глаза. — Ты уже заебала меня, а еще не прошло и суток.       — Да, тут должны быть кабинки свобод… Мы не вовремя, тут новенькие. — Блондинка краснеет, смущенно выходя из помещения и хлопая дверью.       — Блять. — Рюджин рычит. Она ударяет по стене рядом со старшей, и та чуть жмется. — Отлично, теперь мы с тобой точно под клеймом «Мы с Тамарой, зовемся парой», — она презрительно фыркает. — Так еще ебемся, как кролики. Довольна ли твоя душенька? — Шин отходит от старшей, подходя к подоконнику. Смотрит в окно, кивая под нос. Высота небольшая, первый этаж как никак, так что, уйти можно.       — Стой! Рюджин, надень. Черт с ней, просто надень. Мне не нужны слухи о том, что я лесбиянка. — Хван протягивает ей одежду, на что Шин закатывает глаза. — Что стоишь? Ты берешь, нет? Найду хоть пятнышко, будешь сама стирать, вручную.       — Да пошла ты, стерва, — брюнетка открывает окно, ловко забираясь на подоконник и спрыгивая.       — Эй! Рюджин!       — Удачи на занятиях, — Шин криво улыбается, одаривая самым холодным взглядом и уходя.       — Сумасшедшая! — Кричит вслед Йеджи в открытое окно, на что получает средний палец. — Ну и вали, тоже мне. Гордая птица. Продолжение следует…