Голос твоего обмана

Сентябрь. 21 число. 6:03 Резкий рывок вперёд. Темнота. В ушах стоит звон. Мужчина, с небольшой испариной на высоком лбу, садится на кровати и вытирает пот. Отвыкая от произошедшего во сне, он тихо бормочет: — Это был всего лишь страшный сон… Или не совсем… Юноша вздыхает, опускает ноги в ворсистый серый ковёр и поднимается с тёплой постели. Лениво шаркая по полу, направляется в ванную. Он ударяется мизинцем о дверной проём и проклинает весь мир. С уже и без того плохим настроением, молодой человек всё-таки продолжает свой путь, включает свет в ванной и проходит к раковине. Чтобы хоть немного освежиться, он решает умыться. Получив немного прохлады, вздыхает с облегчением. Парень, проведя мокрыми руками по волосам, приглаживает их назад, чтобы сильно не мешали. Марципан, поднимая пустой взгляд на зеркало, пытается представить, как он выглядит сейчас. Уже как два года с невозможностью увидеть самого себя, мужчина почти забыл цвет своих глаз. Молодой человек в попытках вспомнить хоть толику своей внешности, прикасается к своему лицу, ощупывая его. Марципан для своего возраста выглядел довольно молодо. Вьющиеся длинноватые волосы тёмного цвета. Серые глаза. Если бы не угрюмый взгляд, то его вполне симпатичное лицо можно было бы назвать милым. И действительно, внешность была что надо. Юноша усмехнулся, и, завершив все свои дела, выходит из ванной. Ведь его желудок подавал звуки умирающего кита. Он на ощупь и, примерно помня, где находится навесная тумбочка для посуды, берёт кружку, чтобы навести кофе. Наконец, ставя её с заваренным напитком на стол, берёт упаковку с печеньем из тумбочки. Марципан сел за стол и принялся завтракать.

***

Парень вспомнил, что у него закончились холсты, а ведь ему нужно начать рисовать заказ. Он поднялся и направился в свою комнату. На стуле лежали заранее подготовленные для выхода вещи: белая однотонная футболка, серые штаны с коричневым ремнём и кофта на застёжке молочного цвета. Юноша надевает их и выходит в коридор к порогу, обувает серые кеды и берёт белую трость. Марципан выходит за порог своего дома, что делал не слишком часто. Он наизусть знал маршрут до нужного магазина и свернул в правильном направлении, помогая себе тростью. По пути было небольшое кафе под названием «Дирижаблик». Внутри суетилась молодая официантка с красными прядями. Кафе скоро откроется, а она немного опоздала на свою работу, поэтому сейчас бегает и протирает столы, расставляя диспенсеры. Окончательно запыхавшись, та подходит к двери, чтобы перевернуть табличку и открыть заведение. Проходя около него, Монсей вспомнил, что у него дома из еды почти ничего нет. Идти в продуктовый за кучей пакетов сегодня не хотелось, а сиделка придёт ещё не скоро. Заходить потом с холстом в заведение было бы не совсем удобно. К тому же запах свежих круассанов с миндальным заварным кремом, так и манил. Девушка, так замоталась, что открыла дверь, не посмотрев, а за стеклом оказался человек, который, столкнувшись с препятствием, упал в лужу. Его одежда нещадно промокла и появились желтоватые разводы. Это не прошло мимо и белой футболки под кофтой. Мужчина сначала испугался от резкой боли во лбу, но, почувствовав под собой огромную лужу и до ужаса вымокшую одежду, очень расстроился, а после его охватил гнев на человека что, явно имея зрение, не смотрит перед собой. — Ну что за гадство с утра пораньше? Змея подколодная, ты что, не видишь человека перед собой?! Девушка сначала переживала за случившееся и самочувствие лежащего в луже мужчины, но услышав оскорбление в свою сторону, злость за свою честь взяла своё. — Кретин, сам ведь почти вплотную к двери шёл! Что, не видишь куда идёшь? Марципану хоть и было немного стыдно, что сам же не проявил осторожности, но обстоятельства выше его возмущали намного больше. Мужчина стал ощупывать рукой в поиске трости, чтобы после подняться, но также и его рот не закрывался. — А ты, дура сплашенная, неужели не понятно по трости, что я незрячий? А? Роза опешила, что попала в точку про зрение. Теперь ей было по-настоящему стыдно, ведь сначала опрокинула, а теперь в буквальном смысле унизила за особенность, которую трудно исправить. Трость лежала близко к её ногам, а рука мужчины была ещё далековата от цели. Анвест присела на корточки и подняла палку, а затем подала свою руку, чтобы помочь подняться. — Давайте помогу вам. Монсей захотел отомстить за себя, белая футболка наверняка полностью испорчена, если штаны и кофту, возможно, можно было бы спасти, то явно не её. Марципан притворно спокойно поднял руку навстречу. Но только они взялись за руки, как юноша потянул даму на себя. Девушка опешила и не смогла удержаться, упав также в лужу. Свободная рука разместилась возле правого плеча незнакомца, дабы предотвратить столкновение с лицом. — Ты совсем с ума сошёл?! Я ведь хотела тебе помочь, и этим ты мне отблагодарил? А если бы я себе нос расшибла, а? Леди поднялась с грязи и стала выжимать край платья, который вымок. Сейчас она по-настоящему была убеждена, что день явно был неудачным. Сначала опоздание, а теперь это. Такое «везение» её ещё не преследовало за день. Благо у неё была сменная форма. Красное в белую полоску платье и такой же белый фартук. Мужчина всё же поднялся, а трость нащупал на этот раз намного быстрее. Сейчас ему оставалось только вернуться к себе, чтобы переодеться. Разгуливать в мокрой одежде, так ещё и грязной было довольно не этично, а тем более и с явной угрозой заболеть. К тому же холсты всё также были необходимы, но вот насчёт круассанов пошли сомнения. — Вы ведь открылись, мне нужно взять у вас несколько круассанов. Именно поэтому я и подошёл в сторону двери. Можно ли мне их приобрести? Идти во второй раз мимо этого кафе, чтобы позже зайти, не хотелось. Мало ли, вдруг ещё кто собьёт его с ног. Извиняться Марципану не было особо за что, ведь он почти и не был виноват, а обронить девушку было частью принципа. Не только ему выходить из этой ситуации мокрым, но и вторая сторона также должна была быть «наказана». Официантка сокрушённо вздохнула, какая бы ситуация не была, продавать всё же её обязанность. К тому же это её совесть подсказывала, что виновата она была намного больше, а падение было в некотором смысле справедливым. Хоть Анвест и понимала, что мужчина перед ней её не видит, но добродушно улыбнулась. Теперь она могла более отчётливо его рассмотреть, как и ожидалось, Роза залипла на его выразительном лице, лишь хмурые бровки его обрамляли, что огорчало. — Конечно, мистер, пройдёмте в заведение. Будьте нашим гостем. Сегодня я ваш официант, моё имя Роза. Брюнетка подошла к двери и отворила её перед юношей. Тот внутренне ухмыльнулся её переменчивому характеру. Недавно они так спорили, а сейчас такие любезности. — Замечательно. Только и смог выдавить из себя художник. Нужно было поторопиться, и так времени было много утеряно из-за этой стычки. А ведь работа была ещё даже не начата. Постукивая перед собой тростью, чтобы легче пройти, Марц проходит в заведение. Ему было в некоторой степени интересно, как тут всё обустроено, всё же художественная натура требовала зрелищ, которые навсегда его покинули. Молодая официантка побеспокоилась, что он может во что-то врезаться, например, в край стола или стула. Она подходит к мужчине и берёт под руку, даже не спросив. Марципан сначала хотел отпрянуть от резкого прикосновения со стороны буквально незнакомого человека, но всё же помощь не была лишней. — Пройдёмте к прилавку. Вы хотите перекусить здесь или взять на вынос? Какие круассаны вы сейчас хотите? С шоколадом, белым заварным кремом или лимонным? Художник прослушал эти варианты, но круассаны, которые вот-вот испекутся и появятся на прилавке, привлекали намного больше, а тратить деньги на то, что не хочется, было не таким заманчивым. — С миндальным заварным кремом, пожалуйста. Сейчас они уже стояли у стойки, а девушка смотрела и на остальные десерты, что стояли на витрине, чтобы предложить, но услышав заявление, немного растерялась. Она быстренько прошла в печной отдел и проверила круассаны, что вот-вот будут румяные и аппетитные, а аромат от них исходил действительно волшебный. Не удивительно, что посетитель захотел именно их. Роза вернулась к покупателю. — Они всё ещё готовятся, но скоро будут готовы. Подождите, пожалуйста, ещё минуты три. На это он лишь ровно кивнул, хотя и нужно было уже находиться на половине пути до магазина. К тому же предстояло ещё и вернуться домой, чтобы переодеться. Так как у него не было возможности видеть, Анвест воспользовалась этим и буквально пялилась на него, оценивая даже малейшую деталь. Эти круассаны хорошо помогали, давая на это время. — Можно ли поинтересоваться вашим именем? На самом деле Марци хорошо чувствовал пристальный взгляд. Он сразу смекнул, что либо осматривают его испорченную одежонку, либо любуются его личиком. В принципе, Монсей не был особо против. Кто он такой, чтобы кричать «не сметь смотреть на него». — Марципан. Девушка изумилась необычности его имени. Так схоже с атмосферой кондитера и тому подобного. Всё что ей пока что нужно было, она узнала. Но тут печь запищала, намекая на готовность товара внутри. Роза быстро метнулась к ней и стала доставать противень. — Сколько примерно вам нужно? Художник задумался над количеством и сказал: — Восемь штук, пожалуйста. Анвест сейчас очень нравилась его резкая вежливость, особенно после случая на улице. Как же ей хотелось, чтобы он смог её увидеть. Та кивает и кладёт в полиэтиленовый пакетик восемь круассанов, которые были покрупнее остальных, а затем положила внутрь картонной коробки. — 400 рублей, но давайте, чтобы не расставаться на такой плохой ноте, отдам за счёт заведения. — Что? Зачем? Не надо. Я и сам могу оплатить. Девушка удивилась на его торги, когда ему буквально предлагают взять свежие вкусные круассаны совершенно бесплатно. — Да ну право слово, чего отказываться? Ну давайте хотя бы на пополам. Марци вздохнул и понимал, что так просто она не сдастся и кивнул. — Ладно уж, если вы так хотите. Официантка вносит половину в стоимость на кассе, и юноша подносит карточку, оплачивая 200 рублей. «Вишенка» передаёт ему в руки коробку, едва задевая его пальцы. — Спасибо за покупку. Приходите ещё. Молодой человек кивнул и, развернувшись, вышел из кафе. А вот девчушка вспомнила о грязной форме и побежала переодеваться, скоро появятся новые посетители и другой персонал. Нельзя, чтобы её кто-то такой видел.