Time Machine

— Есть ещё идеи? — Представитель класса говорил с места учителя. На школьной доске написаны такие вещи как: кафе, постановка, дом с привидениями и игровой зал. Приближался культурный фестиваль. Как только выяснилось, что наш класс не может вовремя принять решение, это вялая встреча состоялась сразу после классного часа. Я спокойно наблюдал за разбирательством. Члены гуманитарных клубов не были сильно заинтересованы в предложениях класса, потому что они были и без того очень заняты в своих клубах. В некоторых школах предложения поступали бы от спортивных клубов, но вот в нашем – нет. Так что, неизбежно, все предложения класса сосредоточились на членах спортивного клуба и клубе идущих домой. Естественно, гуманитарные клубы так же помогли бы, но основное внимание и, соответственно, наиболее занятые студенты оказались именно из этих двух категорий. — Я объявляю окончательное голосование. Поднимите руку за вариант, который вы бы хотели сделать. — Я поднял руку за кафе, но весь остальной класс проголосовал за постановку. — Постановка, да? — Кажется, будет трудно. — Но зато весело. — Я буду крестьянином. Мои одноклассники начали обсуждать детали постановки. — Теперь нужно решить, какую пьесу мы поставим. Обычно у всех людей был пример для вдохновения, допустим «Золушка», «Белоснежка» или ещё какая-нибудь сказка, и все быстро на это соглашаются. Студенты ведь любители и не смогли бы запомнить много сложных реплик, так что полноценный спектакль будет тяжеловат для них. Я так и не открывал рта, погружаясь в различные мысли. В конце концов, мне достанется второстепенная роль, и таким образом каждый выберет способ, как ему лучше помочь классу. Однако… — Намного лучше было бы, будь у нас оригинальный сценарий. — После предложения этой девочки мнение класса сместилось к оригинальному сценарию. Думаю, все чересчур перевозбудились от культурного фестиваля, ведь это событие, которое случается только один раз за год, но я всё же волновался, точно ли всё будет хорошо. Полагаю, создать полностью оригинальный сценарий – слишком трудно, но, прежде всего, как нам сотворить новую полноценную историю? Конечно, я не сказал ни слова. У всех есть возможность высказать свое мнение, и не хочу встревать, пока мы ничего не решим. — Так, кто её напишет? — Я никогда не писал. — Есть кто в драмкружке? — Нет, в нашем классе нет таких. — Тогда кто этим займётся... Что это? Все, как один, оглянулись назад. Я чувствовал, как их взгляды впиваются в меня. — Точно, у нас есть уже кое-кто... Дэнджи-кун! — Та, кто говорила, наверное, уже три раза ткнула в меня пальцем. — Я? Ты в курсе, что я не могу писать? — Почему? Ты же состоишь в литературном клубе, верно? — Пусть я и в литературном клубе, но это не значит, что могу писать. — Весь класс начал освистывать меня, а Сакаи в конец раскудахтался где-то в углу класса о том, что я не могу писать. Бросив взгляд на соседнее место, Президент посмотрела на меня с хмурым выражением на лице. Что, даже она считала, будто я должен написать сценарий? — Я не смогу этого сделать. — Поскольку я отказался писать, мы закончили сегодняшний день, просто решив поставить пьесу, и каждый из нас должен подумать о истории, какую он хочет видеть на культурном фестивале. Но прогнозы у них мрачные. *** Кобэни: Доброй ночи, Дэнджи-кун. Как у тебя дела? - Я редактирую. Кобэни: А, материалы для культурного фестиваля? Тебе всё-таки удалось раздобыть их. - Это последний шанс для третьегодок, поэтому они всегда вносят свой вклад. Кобэни: Вот как. Дэнджи-кун, кажется, сегодня с тобой что-то не так. Я был сильно озадачен. Мои чувства раскрыты в тексте? Они что, какая-то вещь? - Просто немного раздражён. В этом нет ничего серьёзного. Я рассказал ей о заседании после школы. Кобэни: Они осудили тебя за то, что ты не можешь написать сценарий? Это ужасно! - Я не должен давать им ложных надежд. Кобэни: Ты не сделал ничего плохого. - Спасибо. Интересно, что мы должны делать? Если решимся на оригинальную историю и каждый выскажет свои идеи, думаю, вовремя мы не успеем... Писать само по себе сложно, но проблемы настигнут и после этого. Нужно запомнить реплики и всё отрепетировать, и ведь нужно ещё подготовить реквизит и костюмы... Кобэни: Дэнджи-кун, это просто предложение, но... - Что? Кобэни: Может... Я напишу… сценарий? - …Сможешь? Кобэни: Да, я попробую! - Ты, наверное, и так занята? Пусть и сказал так, но я ведь ничего не знаю о повседневной жизни Кобэни. Кобэни: Нет. Я не хожу в вечернюю школу и не состою в клубах. Весь день я свободна, так что, думаю, писательство для меня будет более полезным. - Правда?! Отлично! Спасибо тебе большое! *** — Внимание всем! — На следующий день после школы я стоял перед кафедрой. — О, Дэнджи, решил-таки написать сценарий? — один из парней обратился ко мне. — Я нет, но знаю кое-кого, кто это сделает. Найфу — та, кто написала историю для литературного клуба. — Как только я сказал это, класс окунулся в шум. — Я читал её первую работу, было интересно. — Личность, написавшая такую историю, напишет что-то действительно интересное, правда? — Хорошо, кто одобряет идею, если Найфу займётся созданием сценария... — Представитель класса провёл голосование, и большинство проголосовало за. — Спасибо. Итак, что вы хотите от истории? Предложенные критерии облегчат написание сценария, так что предлагаем идеи, — спросил я. — Я хочу романтику! — Со счастливым концом! — Чуть-чуть мистики! Я записал всё, о чём говорил класс. — Интересно, что за история получится в итоге?! — Надеюсь, что-то действительно интересное! Теперь с уверенностью могу сказать, что весь класс возродил свои надежды, и, честно говоря, я не был исключением. Мне снова удостоится чести прочесть следующую работу Кобэни, и я сам с нетерпением жду этого, но на это даже и не рассчитываю, если мы будем её играть на культурном фестивале. Полагаю, в этом году я сильно помог классу. У литературного клуба есть участники и кроме меня. Когда они передали мне материалы, я смог сосредоточиться на предложениях класса. Третьегодки готовились к экзаменам, так что они могли сосредоточиться на занятиях. У нас всех взаимовыгодные отношения. Таким образом я единолично мог распоряжаться подготовкой клуба к культурному фестивалю: клуб распечатает буклеты, сплетёт их в книжки и выложит их для свободного распространения. Всё было хорошо, я могу даже отредактировать всё дома, а переплести буклеты можно и после школы в клубной комнате, как только покончу с классной работой. Если успею сделать всё накануне, то смогу подготовить декорации. — Дэнджи-кун, подойти-ка, — прошептал мне Сакаи на ухо, — Найфу-сан в нашем классе? — Почему ты так говоришь? — Просто... люди же не будут писать сценарий для другого класса, верно? — Сакаи возгордился, выпучив грудь. — Отвали, — увильнул я от вопроса. На такой вопрос не ответишь «да» или «нет». Это уже само по себе предоставит ему информацию. Грубый отказ, хотя бы, даст ему понять, что её нет в нашем классе. — Хм, а ты случаем не влюбился, а? — Конечно нет. — Сакаи раздражённо заговорил. — Дэнджи-кун, ты слишком молчалив. Чересчур скрытен даже с другом из клуба журналистики. — Опасно быть твоим другом, и мы не друзья. Будь я безвольным, ты бы писал о чём угодно. — Я знаю, о чём должен написать, а чего не должен. — Он всё также смотрел на меня, но я вовсе не собирался рассказывать ему о Кобэни. Да и к тому же мне нечего рассказать о ней. Внезапно, я почувствовал боль в сердце. Что это за чувство... ***** На следующий день Кобэни: Дэнджи-кун, как всё прошло сегодня? - Я, наконец, нормально занялся редактированием. И мне пришли иллюстрации и обложка от Химено-сэмпай, так что сейчас я обобщаю материалы. Кобэни: Ох! Постарайся! - А ты как? Как сценарий? Кобэни: Я составляю план! - Хорошо, давай сделаем всё возможное! Три дня спустя Кобэни: Дэнджи-кун, хорошая работа. - У тебя тоже. Кобэни: Как день? - Пошёл в школу, потом сел за редакт... всё, как всегда. Хочется помочь классу с культурным фестивалем, поэтому я решил сегодня закончить с работой клуба. Кобэни: Ты трудоголик, да? - Нет, я стараюсь только над тем, что мне нравится. Кобэни: Это всё равно слишком удивительно. - Спасибо. Кстати, как там со сценарием? Кобэни: Э-э-э, всё идёт по плану. - Все с нетерпением ждут, как и я. Постарайся. Спустя неделю Обычно я всегда получал сообщения от Кобэни, но вот уже три дня ничего не приходило. Поэтому сегодня сам решил отправить ей сообщение после школы. - Эй, как ты? Ответа не последовало. Интересно, с ней что-то случилось? Обычно я тут же получал ответ от неё. Может, она занята на своём культурном фестивале? И сразу после этой мысли мой телефон зажужжал. Кобэни: Привет, как прошел твой день? - Я наконец-то закончил с материалами для буклета. Осталось только купить бумагу и всё распечатать. Кобэни: Это очень быстро! - Да, теперь я смогу помочь классу на культурном фестивале. Так что, о сценарии... Кобэни: Эм-м-м... ха-а... как-бы... я делаю всё возможное. - Как думаешь, когда всё закончишь? Ответ снова не приходил, а следующее сообщение было только вечером, прямо перед тем, как я пошёл спать. Кобэни: Кажется, я немного задержусь. - Понятно... Полагаю, написание сценария и истории – разные вещи. Просто я думал раз она написала короткую историю за одну ночь, с написанием целой книги за одну неделю и то справится, но, видимо, для неё это чересчур сложно. Однако до фестиваля осталась всего две недели. Мы вообще не успеем, если не начнём подготавливать реквизиты в ближайшее время. Да и актёры должны запомнить свои роли... В самом деле, мы уже должны знать у кого какие роли. - Можешь мне прислать то, что уже сделала за это время? Если получится, мы сможем сделать реквизит и костюмы, и решить, кого поставим на роли. Кобэни: Что я уже сделала... Эм-м, как бы... На самом деле... А затем Кобэни прислала шокирующие сообщение. Кобэни: Я ещё не написала ни слова. — ЧТО?!?!? — Я закричал на всю комнату. Ни одного слова?! Почему?! Нет, у меня нет времени узнавать причину. Это уже серьёзно. Сомневаюсь, что она сможет написать сценарий за оставшиеся две недели, и, более того, будет уже слишком поздно. Мои глаза расширились, в то время как мысли завихрились. Я поговорю с Химено-сэмпай. Она должна знать класс, уже ставивший пьесу для своего года. Если получится одолжить сценарий и переделать его... Кроме того, новый сценарий должен включать весь наш класс... Кобэни: Дэнджи-кун? Дэнджи-кун? В этот момент пришло сообщение от Кобэни. Я только сейчас понял, что оставил прошлое сообщение без ответа. - Прости, Кобэни, забыл ответить. Хорошо, тогда я скажу всем, что это чересчур для тебя, и слишком сложно вовремя написать целую пьесу. Я придумаю что-нибудь. Кобэни: А-а-а! - Всё хорошо. Все всё поймут. В конце концов, ты лишь доброволец. *Вз-з-з-з-з-з...* *Вз-з-з-з-з-з...* Мой телефон издал два громких виброзвонка. Это был звонок от Кобэни. — Дэнджи-кун... Я сделаю всё, что смогу... Я приложу все усилия… поэтому... — Э-эй... — Кобэни плакала. Голос её дрожал, и, при всём при этом, она шмыгала носом в перерывах между вытираниями со щёк слёз. Я заволновался. Наверное, мне не нужно было отказывать ей так резко. Она могла подумать, будто я злюсь на неё. — Кобэни, я вовсе не злюсь на тебя. Не нужно волноваться, и не следует всё брать на себя, так что, если просто продолжишь работать в своём темпе, всё будет хорошо. — Дэнджи-кун, не говори так... Пожалуйста, позволь мне написать сценарий! — Но... — Разговор с тобой – это единственная вещь, ради которой я живу, и не хочу ни в коем случае потерять это. Прошу, не разрушай всё. Я буду работать усерднее! Я нахмурился. Она что-то неправильно поняла. Это было почти как… — Кобэни? Знаешь, я не разговариваю с тобой только потому, что ты пишешь новеллы или пьесу. — Что? — Конечно, я думаю то, что ты делаешь — замечательно, но даже не делай ты ничего, это не стало бы проблемой. В конце концов, я не могу писать. — Ты не разочаруешься? — А разве я вообще должен?! Пишешь ты или нет, для меня ты драгоценная... — Драгоценная? Драгоценная… Что?. Я так и не смог найти подходящего слова. — В любом случае, ты не должна всё тянуть на себе. — Тогда почему ты общаешься со мной? — Наверное... потому, что мне с тобой весело? — На этот раз я смог сказать. Это именно то, что и имел в виду. С Кобэни мне очень весело говорить. Вот почему мне было грустно, когда не слышал её последние три дня. В какой-то момент общение с ней стало частью моей жизни. — Дэнджи-кун!!! — Голос Кобэни сорвался на крик, а после она разразилась слезами на той стороне телефона. — Что-то не так? Я что-то не то сказал? — Нет. Я счастлива. Это было… так давно... с тех пор, как кто-нибудь вообще говорил мне подобное… — Так давно? — Дэнджи-кун, могу я… нарушить правила и рассказать о себе? — Правила не знать многого об Кобэни. Поэтому я и не мог судить кем она была. Но… — Да, — я кивнул. Я хотел узнать о ней. — У меня нет ни отца, ни матери... Были, но они умерли. —... — Так что теперь я живу в доме сестры своей матери, с моей тетей и дядей, но мы не ладим. Даже сестрёнка и мой двоюродный брат запугивают меня... Помнишь, я внезапно повесила трубку? Тогда она зашла ко мне в комнату, крича на меня за шум. — Ты сейчас в безопасности? — Да, теперь я держу голову под одеялом. — Я мог себе представить, как девушка прячется под одеялом с телефоном. — У меня нет... друзей. Я сама по себе и одна в школе. — ... — Мне нравится одиночество. Трудно всё время быть со всеми в школе, но, когда я сказала о себе, никто не стал моим другом... Это так больно постоянно быть одной в школе. Мама и папа говорили, что я не должна заставлять себя ходить в школу, но мои дядя и тётя сказали, что обязана, и разозлятся, если не буду ходить. Она любит мечтать. Она отличается от окружающих, но в школе даже небольшие отличия можно считать фатальными. Можно сказать, что ей просто не повезло, и в школе никто не мог понять Кобэни. Так вот как всё было. Она всегда была одна. Смартфон затрещал в моей стиснутой руке. Я хотел сейчас же пойти прямо к ней и обнять, но не мог. Нас отделяло время, длинною в пять лет. Но, по крайней мере, я могу дать ей понять это. — Я на твоей стороне. Отныне и навеки. — Ик! Спасибо! — Кобэни залилась новыми слезами. Она в самом деле много плакала. Но... наверное, это и к лучшему позволить ей поплакать. Ведь разве плохо плакать от счастья? Я вспомнил сказанное ею: «Что, если я умру через пять лет?» Кобэни поняла. Поняла, что никогда не знала, что будет, когда твоё счастье разрушится. Вот почему ты должен ценить то счастье, что у тебя есть сейчас. — Ум-м, Дэнджи-кун? — Кобэни прекратила плакать и её голос зашептал в моём ухе. — Да? — Насчёт сценария. — Верно. Ну, мы уже говорили об этом. — Могу я... написать о тебе? — Э? — Думаю, теперь я смогу его написать. Определенно, хочу написать всё как есть, и воспользуюсь той радостью, что ты сказал мне, и тем, как мне приятно с тобой говорить... воспользуюсь этим как своим вдохновением. Полагаю, так я точно смогу написать. — Понятно. Я поговорю со всеми и попрошу их подождать ещё немного. Не бери всё на себя, поняла? Если будут проблемы, не стесняйся заговорить об этом со мной. — Не буду! — Я не могу увидеть её лицо, но всё равно мог почувствовать её улыбку.