За три часа до отъезда

— Блять, Хэви! Упругие ягодицы сминались под настойчивыми пальцами. — Т-ты... Пидор мелкий... Ди приложил немалые усилия, чтобы, будучи максимально притиснутым к рабочему столу, развернуться к тяжело дышашему брату, что уже переместил свои блудливые ручонки на тонкую талию старшего, и уставиться на него гневным взглядом горящих голубых глаз в обрамлении густо накрашенных ресниц. Хэви сглотнул, понимая, насколько Ди красив — при любом освещении, в любой позе, в любое время суток. И от этого осознания одновременно будто бы электрическим током по спине проходила волна возбуждения вместе с волной страха, уходя в район паха и скручиваясь там тугим узлом, тянущим и ноющим. Глаза рыжего бегали, разглядывая каждую чёрточку родного лица, гневно уставившегося на него в ожидании объяснения. — Я тебе сколько раз говорил, что ко мне нельзя прикасаться, когда я крашусь?! Тон чуть выше, чем надо. Ди выдохнул, сведя брови, и отвёл взгляд в сторону окна. — Рассвет такой красивый... — Что, блять?.. — Твои волосы... Как расплавленное золото... Ди резко оттолкнул оборзевшего мелкого от себя, разрывая замок из пальцев, сомкнувшийся на талии блондина. Хэви чуть отошёл, всё рассматривая своё сокровище — такое капризное и от этого ещё более желанное. Почти доступное. — Иди нахуй со своей сентиментальностью, — несмотря на грозный тон, щёки Ди заалели как краешек солнца, что выглядывал из-за горизонта. Хэви склонил голову набок, ещё больше уверовав в свою зависимость от брата. Больше смиряясь с ненормальным влечением. Все больше влюбляясь. — Слушай, Ди... А можно я посмотрю, как ты красишься? Голубые глаза всё дольше прожигали дыру в рыжем, что купался в лучах, будто в самой ласке, которой от старшего брата Хэви не получал никогда. Комната залита будто искрами нежности, а не первыми лучами солнца, мерцающими пылинками и напряжённостью со стороны Ди. Он не привык. Шаг за шагом, медленно, будто к опасному зверю, готовому расцарапать лицо в любой момент, Хэви подходил к блондину, точно так же, как тому же зверю, протянув ему руку ладонью вверх. Голубые глаза бегали туда-сюда — от открытой ладони к зелёным глубоким глазам, притягивающим взгляд более всего в этой комнате. Ди не поддавался. — Ди-и-и... Ну мы не увидимся пятьсот лет, неужели тебе не хочется на дорожку чуть-чуть повеселиться? — умоляюще протянул рыжий, делая резкий шаг в сторону брата, который уже было подошёл к стене. Хэви любит его зажимать. — Блять, я же сказал ясно — пошёл нахуй! Дай мне собраться нормально! — Не дам, — вкрадчиво ответил Хэви перед финальным броском на опасного хищника. Ди ощутил, как его руки были безжалостно схвачены за запястья и подняты вверх. Он опять зажат братом. Не опять, а снова. Со стороны казалось смешным, как еле-еле доросший до старшего мелкий удерживает тонкие бледные руки над белокурой головой, казалось просто чем-то... Несерьёзным. Но не в сознании Ди. В сознании Ди всегда происходит несколько мыслительных процессов. И сейчас блондин усердно оценивал ситуацию: поезд через три часа, он сам наполовину накрашен, вещи собраны, а Хэви уже вовсю трётся бёдрами о его бёдра, вновь обвивая рукой его неподатливое тело. Потянулся к тонкой шее, уткнулся в неё носом, вдохнул... Ди не знал, что заставляет его скулы всё больше розоветь... А может, это просто перемещающиеся по комнате красные лучи солнца так играют с ним? Каждая веснушка горела, каждая кудряшка на голове будто требовала, чтобы её оттянули нежные пальцы так, что локон выпрямится в сплошную полоску золота. Хэви обтекал брата всем собой, согревая этот лёд и заставляя его постепенно таять под действием повышающейся в этой комнате температуры. — Хэв... Отвали... — больше похоже на умоляющий о продолжении стон, нежели на твердый приказ. Ди судорожно вдохнул, вяло вырываясь из хватки. Стол и косметика, над которыми до этого он склонялся, совершенно случайно встав в такую соблазнительную для мелкого брата позу, были давно и благополучно забыты. Руки над головой ослабли, маленькая победа в сторону Хэви. Он поудобнее перехватил запястья блондина, спустив вторую руку с талии на ткань джинсов, одними кончиками пальцев касаясь её, следуя к паху. Ди сжал зубы, закрывая глаза, но не расслабляя своего выражения лица — все ещё казалось, что блондин хочет хорошенько вмазать ворвавшемуся в его обитель младшему брату. — Ты идиот, Хэви, который не знает такого понятия, как «личное пространство», не владеет тактичностью и... Ай, блять... Аккуратностью! С-сука! На запястьях останутся синяки. Отпечатки пальцев Хэви. Хэви понимал, что сделал брату больно. Хрупкие изящные руки не созданы для того, чтобы на них оставляли синяки. Поэтому рыжий отстранился, падая на кровать Ди, которая до этого момента была идеально заправлена. Сейчас же покрывало больше напоминало гнездо, в котором устроился Хэви. Ди все ещё прижимался к стене, глотая воздух. Ноги не держали, все нутро рвалось к теплу брата, что расслабленно лежал на кровати блондина, ожидая от него каких-то действий. Ди прикрыл глаза, вспоминая, как спонтанно они поняли, что этот странный контакт между ними нужен им обоим, как кислород. Такой же прозрачный и простой. Перед глазами встала картинка... Их сочащиеся члены в руке младшего, их тяжёлое дыхание, вырывающееся в их приоткрытые рты, их красные языки, собственные пальцы во рту Хэви... Его томный взгляд и покрасневшие щёки, когда он вылизывал эти пальцы, словно какой-то леденец... Толчок бёдер, члены обмениваются смазкой, скользя друг о друга в кольце мозолистых пальцев... Сладкая дрожь, прошившая всё тело, тёплая липкая субстанция на ладони брата, его все ещё мутный взгляд, глоток и жаркий поцелуй... — Ди? — Что? Блондин открыл глаза, всё-таки сползая на пол. И хоть его лицо не выражало абсолютно ничего, внутри уже всё кричало и стонало, умоляя о близости. Хэви сидел на кровати и занимался своим любимым занятием — рассматривал брата. Ди закатил глаза, цыкнув и вытянув ноги, делая вид, что сел на пол специально. Скрестил руки и хмуро уставился на мелкого. В голове совершенно не вовремя промелькнула мысль: "он так красиво смотрится в лучах..." Волосы Хэви и правда отливали медью, а глаза искрились пылинками, которые редкими стайками летали по комнате, уже полностью залитой светом. Хэви — это что-то особенное, что-то, не поддающееся законам братской ненависти. Она была странной. Кажется, у обычных братьев не принято дрочить друг другу, при этом ненавидя друг друга, но и сгорая в жаркой привлекательности обоих. — Ноги уже не держат? — хмыкнул Хэви, поёрзав на одеяле, сминая его ещё больше. Настала очередь Ди сглатывать от того, как сильно хочется вылизать кожу брата... И укусить посильнее. Пиздюк мелкий. — Ты щас нахуй пойдешь. Ди сразу пожалел о своих словах — глаза Хэви загорелись каким-то больным азартом, а сам рыжий наклонился ближе к блондину, хитро улыбаясь. — Ты же знаешь, что я отвечу? Ди оскалился, вставая с пола и в два шага подходя к рыжему, нависнув над ним и хватая его за шею. — Ты... Мелкий говнюк, блять, заебал уже меня, скотина! — блондин шипел, сжимая пальцы на чужой шее, смотря, как зелёные глаза наполняются неуверенностью и начинают слезиться. — Да блять, отвали! — Хэви мертвой хваткой впился в чужие руки, пытаясь убрать их и, каким-то образом извернувшись, всё-таки смог отбросить их и вдохнуть воздух. — Ты совсем ебанулся?! — Это ты ебанулся, пидор мелкий! Между ними опять будто бегал ток, соединяя и электризуя, мешая и сближая. Гнев, огонь и похоть... Страх и вожделение. Убийственный взгляд. — Да я тебя щас... Хэви не успел договорить — его заткнули. Грубо и больно. Блондин буквально вдавил ладонь в закрывшиеся глаза, лишая Хэви возможности видеть свои красные щёки и врываясь языком в его мокрый и жаркий рот. Вылизывая и возбуждая, убивая и воскрешая, кусаясь до крови, забив на зарождающуюся драку и заставляя хотеть. И тихий стон подтверждал это. Хэви подался вперёд, наконец-то получая то, от чего был так зависим. Он закинул руки на плечи блондина, всё ещё склоняющегося над ним и удерживающего рыжего за подбородок кончиками пальцев. Гневное напряжение сменилось на немного другое. И вот Ди уже, раздвинув ноги, сел на колени брата, будто оседлав его, все ещё не разрывая болезненный поцелуй, и придвинулся вплотную к возбуждению Хэви, прижимаясь собственным пахом к его. Поёрзал и вырвал скомканный вздох из чужого рта. Оторвался от растерзания покрасневших губ и садистски-удовлетворённо посмотрел на лицо Хэви. Явно поплывший взгляд, потерянное самообладание и горящая под прикосновениями блондина кожа. Всё, как Ди любит. Рваный выдох и выкинутая в угол футболка. Всё так неправильно, резко, быстро и размыто... В штанах было тесно, хотелось уже снять их и, абсолютно не парясь о скорости приближающегося оргазма, кончить, крупно вздрогнув и обмякнув в руках, что только несколько минут назад душили его. Хэви определённо точно ненавидит своего брата. За сучий характер, за холод, за стремление убить Хэви в любой момент, за слишком красивое лицо, за то, что Хэви определённо точно втрескался в него. За то, что сейчас сидел возбуждённый донельзя на кровати причины своего возбуждения и ничего не мог сделать, кроме как ждать милости со стороны Ди. Ненавидел за то, что это всё ему пиздец как нравилось. Ноготь прошёлся по затвердевшему соску, в то время как язык подозрительно нежно вылизывал оголённые ключицы... Хэви должен был напрячься от такой подозрительной ласки, но не сделал этого, прижимаясь всем собой к Ди, упиваясь моментом, когда влажный холодный язык самым кончиком прочерчивал дорожку, идущую от ключиц к грудной клетке, заканчиваясь у ноющего соска. Обвел влагой слюны ореол и достиг своей цели — взвинченной бусины. Надавил, чуть поигрался. Ди слушал стоны брата, ухмыляясь. Обхватил сосок губами, втянув его в рот. Хэви вскрикнул, ещё больше подаваясь вперёд, выпячивая грудь и закатывая глаза, запрокинув голову. Почувствовал на своей голой спине холодящие пальцы, оглаживающие позвонки по направлению вниз, от которых по коже разбегались мурашки. Почувствовал, как ровные зубы безжалостно сомкнулись на горошине, вызывая неприятные ощущения, давя сильнее. До боли. — Суч-чара! — Я знаю, — невнятно, в связи со всё ещё сомкнутыми вокруг соска зубами, сказал Ди; явно слышно было, как он доволен. Хэви убрал мешающую руку со своих глаз, с прищуром глядя на сидящего перед ним на его же коленях брата, что вылизывал и прикусывал покрасневший сосок рыжего, при этом ёрзая ещё и своей промежностью по бедру младшего, вызывая у последнего дикое желание овладеть собой до самого конца. Всем собой. Ди позволил брату дрожащими руками снять с себя джинсы вместе с бельем, хоть и надел их относительно недавно. Чуть стыдливо, оторвавшись от груди брата и отвернув голову, продемонстрировал свой колом стоящий член, сочащийся и марающий естественной смазкой бедро Хэви. Последний гулко сглотнул, всё ещё удерживая руки на бёдрах брата. Как Ди умудряется быть таким... Такой сексуальной заразой?! — Т-ты... Хэви почувствовал на своих губах чужой палец. Ди с серьёзным, но при этом очень смущённым лицом намекнул, что словесный понос мелкого брата тут будет совершенно некстати. Рыжий лишь хмыкнул и облизал палец блондина, чьи глаза пристально следили за каждым действием. Он бы ни за что не подумал, что Хэви настолько испорченный идиот... — Я же просто сказал тебе молчать, шлюха ты этакая, — ровным тоном произнес Ди, наблюдая за мягким языком, что вовсю блуждал по длинным пальцам блондина. — Кто тут ещё шлюха... — пробормотал Хэви, чуть двигая бедром, тем самым заставляя Ди ёрзать на нём ещё. Заставляя щёки Ди резко вспыхивать, заставляя его отворачиваться и очень красиво прикусывать губу. Хэви улыбнулся, проведя рукой по спине брата, чуть задирая футболку. Ди выгнулся, наклонив голову и что-то невнятно прошипев. Мутно-голубые глаза не отрываясь смотрели на смоченные в чужой слюне пальцы. Ди, ничего не соображая, достал их изо рта Хэви, заводя руку назад, закрывая глаза и выдыхая. Хэви смотрел. Ждал. Пальцы медленно проникали в тугую дырочку ануса, пока сердце бешено билось под пристальным взглядом зелёных глаз. Ди остановился, замер, ощущая наполненность сзади... Не сказать, что неприятно. Можно попробовать насадиться глубже... — Бля-я-а-а-а... Хэви удивлённо выдохнул, во все глаза следя за собственноручно трахающим себя Ди, что зажмурил глаза и чуть приоткрыл рот, когда мат перешёл в полустон. Такая картина заставляет руки слабеть, а член возбуждаться ещё сильнее, хотя, думается, куда уж тут ещё больше. Но всё возможно. Рядом с этим ахуенным засранцем возможно абсолютно всё. Ведь Ди как-то совмещает в себе этакую красивую блядину и бездушного уёбка. Он насаживался и шёпотом матерился, попадая собственными пальцами по простате. Тело будто прошивал электрический ток, от которого хотелось обмякнуть, но напряжение слишком высоко, нужно закончить... И успеть на поезд. — Блять, поезд, — Ди открыл глаза, сразу видя напротив зелень чужих глаз. Хэви еле как сфокусировал взгляд на брате, пытаясь осознать, что он сейчас сказал. — Какой поезд?.. — Тупой! — Ди уже было начал слезать со скользкого бедра, предварительно вынув пальцы из теперь сокращающейся дырочки, но встретил сопротивление. Хэви прижал его к себе, утыкаясь лицом куда-то в шею. — Успеешь ты на свой поезд... Необязательно настолько рано бежать туда... А мне ты нужен — прямо здесь и сейчас! Ди облизнул сухие губы, думая, что Хэви в чем-то прав. Иногда можно быть не настолько пунктуальным, когда дело касается расставания с человеком, вдруг ставшим тебе таким родным... И он снова прижался губами к чужим, зубами случайно столкнувшись с чужими. Больно. Опять с кровью. Всё-таки Хэви мелкий ненавистный брат, как никак. Который теперь уже пиздец как сильно нарушил всевозможные границы, осторожно толкнув уже свои пальцы в анус Ди, при этом отстраненно улыбаясь. — А ты, случаем, не ахуел? — Сколько мата можно услышать от тебя, когда ты возбуждён... Ловкие пальцы чуть надавили на то самое нужное место, раскалённое до предела. Вскрик и стон. Непонятно, чей именно. Просто картинка перед Хэви слишком развратна. Ди снова двигал бёдрами по направлению бедра Хэви, что блестело уже не хуже красной головки колом стоящего члена рыжего. Хэви опустил взгляд и увидел, что два члена, как в прошлый раз, тёрлись друг о друга, смешивая предэякулят и стимулируя чувствительные головки. Рыжий не долго думая начал ещё чаще насаживать Ди на пальцы, растрахивая анус ещё больше. Ди дрожал. — А может, попробуем? — робко и в то же время сипло спросил Хэви, в очередной раз попался по комочку нервов, отчего Ди выгнулся и, всхлипнув, кончил, попадая на член брата вязкой спермой. Хэви второй рукой медленно размазывал белесые капли по всей длине своего члена, пока Ди из-под прикрытых потемневших глаз, прикусив губу, наблюдал за ним, чувствуя, как внутри, где-то внизу, все ослабевает... — С... Подружками своими... Пробуй... А я тебе не подружка!.. — ещё и успевает что-то говорить, пока его тело сотрясают волны оргазма... — А ты мне брат, который кончил на мой член? Волна бешенства перекрывала волну неснятого возбуждения. Хэви тяжело уставился на так же тяжело дышащего брата, что соскользнул вниз, на пол, глянул на все ещё донельзя возбуждённый член младшего и... Стал натягивать на себя штаны, предварительно вытеревшись найденной тут же салфеткой. — Ну да. — Пизда! — Голос рыжего звенел от негодования и зудения в паху. — Ты уйдешь, оставив меня в таком состоянии?! — Конечно, нет, — хмуро ответил Ди, подходя к мелкому, — я не оставлю тебя... Хэви уже начал было снова улыбаться, но рано... —...в моей комнате. На время моего отъезда она будет закрыта. Опять этот ледяной тон, который так бесил Хэви. Он откинул руки Ди, который их протянул, чтобы помочь рыжему встать с кровати, совершенно не смотря на пульсирующий от жестокого игнорирования член... Ди сжал губы в полоску, снова хмурясь. — Не хочешь по-хорошему, будет иначе. Хэви демонстративно отвернулся от блондина, что уже кипел в ненависти к бесячему брату. А потом ему пришлось развернуться, потому что он вдруг почувствовал, как его снова хватают за шею, только теперь уже сзади, и кидают на кровать на живот, одновременно через силу подгибая колени. Теперь Хэви лежал в очень унизительной позе, оттопырив задницу прямо перед старшим братом. Он не знал, что Ди собирался сделать, просто решил лежать и ждать, хоть злость на Ди и не делась никуда. Просто интересно, для чего сейчас Хэви лежит на кровати своего вожделения, уткнувшись лицом в одеяло и приподняв голый зад со спущенными до лодыжек штанами, которые давно уже безнадежно испачкалась в смазке, всё сочащейся без конца, пока красная головка члена пульсировала и требовала кое-чей жёсткой руки... Точно выверенный удар заставил Хэви взвизгнуть, чуть не подпрыгнув. Ладонь прошлась по ягодицам вскользь, Ди целился так, чтобы жжение на коже показало, что рыжему абсолютно пора выметаться отсюда. Нежную кожу ягодиц правда жгло нестерпимо, но желчь, которая буквально сочилась словами с языка Ди, жгла сильнее, распаляя огонь братской ненависти. — Ты, мелочь, прямо сейчас выметаешься отсюда, иначе выпорю тебя так, что мало не покажется. Хэви перевернулся на спину, натягивая штаны и вскакивая с кровати, сразу застонав от боли, прошившей ягодицу. — Еблан! — Вали нахуй. — Как же я тебя ненавижу, сучара! — Хэви показал фак расслабленно стоящему посередине комнаты брату и, прикрывая футболкой злосчастное возбуждение, никуда не исчезнувшее даже после слова «выпорю», как можно быстрее ретировался в ванную. Пора уезжать. Щелчок замка на двери оповестил о том, что не скоро сюда вернётся её хозяин. Что последнее, что он сделал в этой комнате перед своим отъездом — чуть не отдался младшему брату, которого ненавидел всеми фибрами души. Тяжёлая сумка, берцы и косуха. Мимолётный взгляд в зеркало, красивая поза, вполне сошедшая бы за обложку модного журнала, и тихие шаги к двери ванной. — Взаимно.