Ему плевать на всё, пока...

Сбивчивое дыхание во время бега, широкий замах, резкий и быстрый удар – и мяч, будто торпеда, полетел к воротам, сорвавшись с места подобно беспилотной ракете, нацеленной строго на цель. Кручёный мяч пролетел точно между расставленными ногами Исаги, выжидающего момент, чтобы отобрать его у Бачиры в процессе его любимого дриблинга. Он вновь повёлся на уловку, но теперь его ждало наказание за пропуск мяча; Мегуру, ловко сделав подножку, заставил своего друга упасть на живот. Если первый победно улыбнулся, прокричав что-то на своём языке, то Ёичи пришлось обессиленно распластаться по земле, будучи не в силах подняться вновь. По воскресеньям они с Бачирой обычно по полдня играли в футбол на поле около городского парка, и этот день не стал исключением. Но если Исаги приходил сюда ради того, чтобы упражняться, то его оптимистичный дружок каждый раз придумывал самые разные хитрости, присваивая себе не только всё веселье, но и мяч тоже. — Уф... Я не думал, что ты и такое можешь! — удивлённо воскликнул парень, пытаясь приподняться на локтях, — Бачира, у тебя вообще никогда идеи не кончаются? Почему, как у тебя получается обдурить меня каждый раз? — Я и сам не думал, что у меня так получится. Не расставляй ноги так широко, тебя легко обойти! — Но ты ведь меня собьёшь! Как я ещё должен тебе противостоять, если ты меня к мячу даже не подпускаешь? — Ну ты же ведь умный, придумай что-нибудь. — пожал плечами Мегуру, вопросительно хлопая ресницами. Словив на себе неодобрительный взгляд друга, он постарался понять, что сказал не так, — Или это типа сложно? «Всё вообще не так, как ты это себе представляешь...» — фыркнув, подумал Ёичи. В следующую же секунду ему на спину опустилось что-то до жути и ужаса тяжёлое, будто сам Бачира уселся на него; впрочем, всё так и оказалось. — Э! Ты чё, встань с меня! — крикнул Исаги, заёрзав под юношей, как его шеи коснулось нечто влажное, шершавое и мокрое. И не просто прислонилось, но и начало едва заметно двигаться, смачивая небольшой участок кожи. Язык Мегуру скользил по шее парня неумело, но уверенно. «Это что за пародия на поцелуйчики от влюблённых?!» — пронеслось в голове Ёичи, но из-за неудобного положения противиться он не мог. Иногда Бачира слегка отстранялся, переходя на другое место для нового засоса. Чем дальше – тем жёстче и настойчивее ощущались редкие покусывания. Он явно не собирался останавливаться, но и слова вставить Исаги не давал; тот, только начиная говорить, прерывался вдохом от очередного поцелуя в шею, либо же от лёгкой, но всё равно неприятной боли из-за короткого укуса. — Ты чего творишь, Бачира! Это что значит?- — наконец удалось вставить ему, однако продолжить не получилось – вырывалось лишь сдавленное, будто замученное в процессе подавления стонов мычание. — За отсос любой вопрос! — рассмеялся Мегуру, наконец отрываясь от шеи своего друга. С гордостью окинув взглядом всё, что он оставил на теле Исаги, юноша соизволил оставить свою жертву в покое. Нашёл время шутки шутить. Оригинально, ничего не скажешь. — Не смешно... Мне... Больно вообще-то. — Ёичи, до сей поры выглядевший рассерженным, сейчас потупился, не решаясь поднять глаза на собеседника. Над ним сейчас не просто "прикололись", а оставили штуки четыре нехилых таких алых засосов, которые сам Бачира принимал за что-то классное. Сам факт того, что они оба друзья, а не геи, настораживал. Хотя... Если знать Мегуру, он ради веселья может учудить что угодно, — ..И стыдно. — Да ладно тебе, Исаги. Приятно ведь, да? — похлопал его по голове Бачира, не слыша ответ на свой вопрос, — Дааа? — Да, да... Нормально... — Ёичи покрылся лёгким румянцем, когда его снова куснули за щёку. Кажется, кусаться парню нравилось намного больше, чем что-либо ещё. Участки, где ранее Мегуру прошёлся своим языком, оставались по-свежему влажными. За пару часов непрерывной игры в футбол тело разгорячилось, и местами довольно отчётливо чувствовались капельки пота, стекающие вниз. Однако "влага от Бачиры" ощущалась совершенно по-другому. Его губы подарили прохладу, и кожа, на которой были произведены поцелуи, казалось, дышала. Это было довольно новое чувство. — Слушай, Исаги. Ты ведь ещё никогда не целовался, да? — задумчиво протянул Бачира, нарушив затянувшееся, но ой как приятное молчание для Ёичи. — Блин, что это за вопросы такие? А тебе не кажется, что это немного личное? — Но ведь о личном разговаривать интересно? Тебе разве не нравится чувствовать смущение? — парень слегка наклонил голову в бок, приподнимая одну бровь. Смущение... Нет, Исаги не нравится. Но он знал, почему его друг так любит этот стыд. Разумеется, ему известно о том, что Бачиру привлекают острые ощущения, к которым отчасти относятся и "бабочки в животе". Внутри пустеет, дыхание учащается; становится тяжелее, и воздух, будто густое и вязкое вещество, оседает в лёгких. В груди что-то сильно, громко и чётко стучит; внутренности как будто испаряются, вылетая из тела через открытый рот, который отчаянно ловит кислород, страдая от его нехватки. Наверное, такое любит Мегуру? Звучит довольно пошло, но весьма интересно. Вероятно, такая стадия смущения наступает во время особых эротических моментов, когда ты и правда задыхаешься от духоты вокруг. Бррр, нет, это совсем не то, о чём стоит думать в настоящий момент. — ..Ты ведь спрашивал, целовался ли я когда-то? — вздохнул Исаги, отмахнувшись от своих раздумий, будто от надоедливых мошек над ухом, — Я отвечу. Нет. — А хочешь попробовать? Ёичи был готов к этому вопросу. Неважно, какой ответ последовал бы от него. Будь то "да" или "нет", Бачира всё равно предложил бы. Это не головоломка, чтобы напрягать мозг и продумывать каждое своё слово. Просто Мегуру очень хочет поцелуя. "Молчание – знак согласия" – вот что он хотел донести, пользуясь отсутствием ответа на предложение. Будучи давними друзьями, Бачира и Исаги понимали друг друга не просто с полуслова; даже молча они знали, что нужно делать. Логично было надеяться на сообразительность Мегуру, если стыдно произносить вслух. — Исаги, перевернись на спину, — после недолгих раздумий над чем-то Бачира легонько постучал по плечу Ёичи, принуждая того вернуться в реальность. Сам он немного привстал, чтобы дать темноволосому возможность исполнить его просьбу. Когда парень всё же перекатился под его ногами, он вновь уселся на его живот, но теперь сосредоточил вес на своих ногах, чтобы не делать Исаги больно, — Уоп... Ну что? — Что "что"? — самому Исаги впервые стало по-настоящему неловко. Теперь, когда он своими глазами видел Бачиру, их нынешнее положение начало казаться слишком непривычным, непривычно смущающим. Юноша сглотнул, когда Мегуру облизал сухие губы. Сглотнул, когда увидел, что светится в его озорном взгляде: желание, даже скорее нужда ласки от дорогого друга. Если внедриться глубже, станет видно и то, как же сам Бачира стесняется грядущих событий. Как легонько прикусывает губу, неуверенно приулыбаясь. Как боится своей неопытности, ведь он тоже никогда и ни с кем не целовался. — Ты вообще умеешь целоваться? — несмотря на своё внутреннее состояние, Мегуру быстро и стремительно сократил расстояние между их лицами, прижимаясь лбом ко лбу Исаги. — Ну... Нет так-то... А откуда мне уметь? — Хороший вопрос... Тогда давай начнём с чего-нибудь полегче. — Бачира нежно, невесомо коснулся губами губ Исаги; будто бы опасливо скользя, он по движениям был похож на летающего, прыгающего солнечного зайчика. Его золотистые кончики волос блеснули под солнцем, растворившись в темноте, когда Ёичи устало закрыл глаза. Они оба были осторожны и слишком нежны, подобно влюблённым подросткам не отрываясь друг от друга. В конце концов Бачире игра в ненасытный поцелуй надоела, так что он в очередной раз куснул нижнюю губу своего друга – на этот раз в знак своего недовольства. — Нет, так не пойдёт... — на выдохе произнёс он, — Это слишком скучно. Исаги, прояви инициативу! — Целоваться надо когда любишь, а не забавы ради. Что я должен сделать? — Ты мне за этот опыт ещё спасибо скажешь! Давай с языком. — Нет-нет, я на такое не подписывался! — Исаги, завертев головой, наотрез отказывался продолжать поцелуй с Мегуру. Тот в свою очередь выглядел весьма обиженным, не зная, как подступиться к парню. — А в чём прикол просто ткнуться губами? Ну же, ты же уже согласился... Нечестно так трусить. Почему ты не хочешь? — Потому, что я не хотел отдавать свой первый поцелуй только для веселья, — Ёичи вдруг ухватил ладонями щёки юноши, притянув его лицо к себе. Он выглядел более довольно, когда Бачира засмущался, будучи без способности сдвинуться с места: обеими руками, которые служили опорой, он упирался в землю, нависнув над темноволосым, — Скажи, что у тебя есть чувства ко мне. Тогда я, может быть, подумаю. Бачира впервые серьезно растерялся, забегав глазами по земле, но только не по лицу друга. С бормотанием: "Как это связано?" он хлопал ресницами, как обычно делал при недопонимании. — Я хочу целовать того, кто испытывает влечение ко мне. Просто скажи, что любишь меня... — А это точно обязательно? — в один миг они будто поменялись местами и ролями; теперь доминировал прежде всего Исаги, вгоняя в краску Мегуру, который, как казалось, вообще ничего не стесняется. Неловкое молчание принудило того поскорее сформулировать предложение и выдавить из себя слова, которые он никогда бы не сказал почём зря, — Ну... А... Я... Я тебя люблю. — Когда ты говоришь такое, я начинаю чувствовать себя намного веселее. Я удивлён, что у тебя хватило решимости на подобное, — Ёичи слегка приподнялся над землёй, невесомо дотронувшись губами до уха Бачиры, — Мегуру. И ради чего ты мне это сказал... По дружбе? — А... — парень, так и оставшись в одном положении, раскрыл рот в недоумении. Его сердце перестало желать поцелуя, когда нежные, мягкие, может быть, с виду чёрствые и сухие, но приятные губы друга так же приятно коснулись его. Он вдруг почувствовал ответ на всё, что сделал ранее: и на игру в футбол, и на свою улыбку, и на собственные прикосновения и поцелуи. Такой ласковый ответ, будто бы он сделал что-то существенное... — Просто... Когда ты рядом, я... — Ты? — Я... И правда, тебя очень люблю. Может быть, просто как человека, как друга, но я тебя просто обожаю... Ты заменяешь мне десятки, сотни людей. Рядом с тобой я никогда не чувствую себя одиноко... Никакой "монстр" не нужен мне, когда ты улыбаешься мне в лицо. Даже на расстоянии... Даже если мы будем далеко друг от друга, я и сам начну ощущать себя в разы лучше, если увижу твою улыбку хотя бы на экране телефона. Если представить, что вся наша жизнь – один сплошной, долгий футбольный матч, я был бы счастлив отдать тебе любой пас. Просто потому... — Исаги молчал и не двигался, а Бачира продолжал, вцепившись ладонями в землю, — Просто потому, что ты мой самый настоящий друг. Мне не нужно никакое одиночество, которому я смогу смело смотреть в лицо, пока рядом со мной есть ты, Исаги! Ты моя прелесть, моя драгоценность. И рядом с тобой мне становится... теплее. Мегуру убрал руки с земли, вместо этого крепко обняв и прижав к себе Исаги. Они оба от неожиданности свалились на землю, однако самое главное то, что Бачира продемонстрировал Ёичи, как же ему с ним тепло. Что бы он ни сказал перед этим... ему плевать, ведь у него есть самый лучший его друг.