nothing tastes better?

"нет ничего вкуснее, чем чувствовать себя худой", - этими словами обычно заканчивались все споры госпожи чхве с мужем. маленький бомгю не понимал, почему отец не оставит маму в покое. он тоже не был поклонником сладостей, всегда отдавая предпочтение мясу или овощам. некоторые из его друзей и одноклассников принадлежали к той группе детей, которых взрослые сочли бы "избалованными и донельзя переборчивыми в еде". но что в этом неправильного? у каждого свои вкусы, пора смириться. будучи ребёнком бомгю не знал кое-чего - мама почти не ест не потому что не хочет. она панически боится набрать вес, искренне полагая, что это худшее, что может с ней случиться. тогда родители беспрерывно конфликтовали, так ни к чему и не придя. крики отца не заглушали даже жизнерадостные мелодии из мультиков, доносившиеся из миниатюрного фиолетового плеера, который он получил на свой седьмой день рождения от лучшего друга субина. буря не утихала до самой полуночи, когда папа, бросая напоследок уставший взгляд, молча уходил из дома, не возвращаясь вплоть до вечера следующего дня. спустя два года они развелись. отец переехал в инчхон, ничего не забрав из дома, кроме нескольких папок с документами и ощущения домашнего уюта. бомгю тогда долго плакал, умоляя его приезжать почаще, и впервые в жизни почувствовал, что как раньше уже никогда не будет. госпожа чхве, казалось, пережила развод спокойно. субин рассказывал, что после того, как мать его одноклассника застукала мужа с любовницей, она загремела в больницу с изрезанными венами, а позже еще раз пыталась наложить на себя руки. вероятно, эта история предназначалась для поднятия духа, но легче ему не стало. конечно, любой человек бы сказал, что внешне его мать осталась такой же непоколебимой "железной леди", но отсутствие изменений в ее поведении и эмоциях имели противоположный эффект для бомгю. было бы легче, если бы он увидел ее плачущей хотя бы раз. если бы она уродливо разрыдалась и обняла его со словами "я не знаю, что будет дальше"; если бы сделала что-то несвойственное для себя - осушила бутылку вина за вечер, пригласила бы подругу, и громко жаловалась бы о том, как бывший муж долгие годы выносил ей мозги; если бы она купила большое ведёрко мороженого или целый торт, бомгю бы понял, что ситуация больше не под ее контролем. она разбита внутри так же, как и он. мама чувствует пустоту, скучает по прошлой жизни и не готова к новой. но мама была готова. и в этом заключалась его личная трагедия. еще через два года бомгю почти забыл, что когда-то они жили не вдвоём. отец звонил по выходным, исправно отсыпал ему крупные суммы при встрече и даже искренне интересовался происходящим в жизни сына. сперва часто спрашивал о маме, а потом осознав, что ничего не меняется, только кивал, если бомгю сам изъявлял желание упомянуть её. когда ему исполнилось пятнадцать, он впервые словил на себе оценивающий взгляд матери. она бросила его ненароком, не изменившись в лице ни на секунду. а когда бомгю посмотрел в ответ, в ее глазах он прочитал презрение. - что такое, мам? - после того, как вопрос прозвучал, он внезапно почувствовал укол сожаления. пугающих вариантов ответа в голове было много, и ни один не хотелось слышать. она глубоко вздохнула и покачала головой: - ты не замечаешь, как прибавил в весе? на мгновение показалось, что сейчас осень его девятого года жизни. отец только вернулся с работы, но не спешил ужинать как обычно, а стоял отрешенно в дверях и смотрел немного печально на него, готовясь сказать, что сегодня не останется ночевать. тогда он был уверен, что мир способен разрушиться из-за одного этого взгляда. сейчас весна, и отец не появлялся на пороге больше шести лет. сейчас его миру угрожает брошенная равнодушным тоном фраза, в которую мама явно вкладывала большее, чем хотела показать. - не знаю, может быть, - он звучит довольно уверенно, хотя внутри все сжимается от стыда и обиды. - не перекусывай чем попало, питайся домашней едой, - мама уже не смотрит на него, она занята перестановкой продуктов в холодильнике. свой семнадцатый день рождения бомгю праздновать не хочет. он вообще ничего не хочет, кроме долбанной отметки на весах, которой добивается уже больше трёх месяцев. зато мама впервые в жизни говорит, что гордится им. их холодильник заполнен овощами, курицей, соевым молоком, бесчисленными баночками чая без сахара и энергетиками для госпожи чхве, которые периодически незаметно таскает бомгю. мама работает гораздо больше, чем когда-либо, поэтому бомгю готовит себе сам. она никогда не застаёт его принимающим пищу, но никаких расспросов не устраивает, и даже радуется тому, как изменились его привычки. он больше не ест рамен у телевизора по вечерам, не начинает утро со сладкого какао и не ужинает после семи часов. бомгю записывается в волейбольную секцию, отвергнув предложение субина пойти с ним в музыкальный кружок, и бегает по вечерам вокруг дома. несмотря на многочисленные отказы, бомгю все же уламывают не проводить в одиночестве "самый важный день в году" по заверениям субина, и он зовет пару одноклассников, кая из секции и, разумеется, самого субина на домашнюю вечеринку. - да ну, твоя мама не против? - кай выглядит действительно удивленным. - её не будет дома еще пару дней, она у бабушки. с каем бомгю нашел общий язык почти сразу. он больше не планировал обзаводиться товарищами, но общество жизнерадостного хюнина скрашивало его безрадостные в последнее время дни. с лучшим другом кая ёнджуном бомгю не был так близок, но признавал его спортивные достижения. поэтому когда кай предложил позвать его, бомгю не был против. чхве ёнджун, казалось, был рожден, чтоб играть в волейбол. на площадке он выглядел сногсшибательно: выверенные движения, ровное дыхание, уверенность, скользящая в лисьем взгляде. его природные данные были потрясающими: рефлексы, скорость, чувство игры. такое не может ускользнуть от взгляда даже обычного человека. бесспорный талант и желание победы. бомгю не ненавидел волейбол. во всяком случае, он нравился ему куда больше других командных видов спорта. но он не разделял страсть и воодушевление ребят. он вообще сомневался, что в нем еще остались подобные чувства. вечеринка проходит успешно благодаря субину, который взял на себя развлекательную программу, и даже бомгю ловит себя на улыбке время от времени, а пару раз заливисто смеется. но кое-что смущает. ёнджун. а точнее, то, что он не сводит взгляд с виновника торжества ни на секунду. после очередного подкола субина, когда бомгю хохочет до слёз, он берет ёнджуна за плечо и утыкается лицом в его толстовку прежде, чем осознаёт, что сделал. ёнджун, опасаясь резкого прекращения контакта, приобнимает его за спину и притягивает еще ближе. бомгю становится плохо. в голове только "он сейчас почувствует весь этот жир". он хватается за чужие теплые плечи и с выражением ужаса на лице бормочет, что ему надо отойти. остальные продолжают громко переговариваться и смеяться над шутками субина, так что его побег остается незамеченным. дойдя до дивана в гостиной, бомгю резко падает на него и закрывает лицо, сцепляя зубы. нет, нет, нет, только не сейчас. не в разгар веселья, надо дотерпеть, пока все уйдут. не смей разрыдаться, соберись, чхве бомгю, ты слабак. тело не слушается, и слёзы уже катятся по щекам. в горле ком, а дышать становится трудно, он срывается на всхлипы, и пытается заглушить их, прикусывая кожу на руках. - эй, бомгю. голос ёнджуна приглушенный. он садится рядом и гладит его по волосам. - пожалуйста, скажи мне, что случилось. он прорыдал около пяти минут, но кажется, что слёз в нем уже не осталось. ёнджун аккуратно переворачивает его на спину и некрепко сжимает руки, мешая прикрывать лицо. - хён, я... не знаю, что на меня нашло. я... сейчас... все хорошо, - из-за дрожи в голосе, которую бомгю сейчас проклинает, сложно звучать убедительно. его поднимают на ноги и ведут под ручку в ванную, как маленького глупого ребенка, который устроил истерику из-за пустяка. при этом ёнджун не перестает проговаривать всякую чепуху, вроде того, что когда он плачет, у него щиплет в носу, а однажды он так разревелся, что к утру его веки опухли, будто их искусали пчелы. - пожалуйста... не трогай меня, - наконец произносит бомгю с интонацией пленника, который умоляет о глотке воды. ёнджун отпускает, но взглядом старается зацепить взгляд бомгю. тот наконец сдаётся, и потоком выливает на него правду. говорит много, бессвязно и абсолютно не подбирая слов. ёнджун не двигается, кажется, даже не дышит. впитывает в себя это стыдное признание, не отвечая словами сочувствия или сожаления. когда бомгю заканчивает, он только говорит: - тебе нужно умыться, ладно? бомгю уже гораздо более спокоен, и не выглядит как человек, что вот-вот снова впадёт в неконтролируемую истерику. - да. ёнджун избегает прикосновений, но следует прямо за ним. ждёт, пока бомгю закончит, затем приносит ему стакан воды и аккуратно вытирает лицо полотенцем. - вернемся к ребятам? бомгю отрицательно качает головой, понимая, что новые расспросы могут иметь непредсказуемый результат. тогда ёнджун просит подождать и уходит один, а через пять минут бомгю слышит, как хлопает дверь в его комнату, и хён с мягкой улыбкой на губах оповещает его о том, что парни играют в мафию. - мы... не так близки, но я вывалил на тебя все свои проблемы так внезапно. прости за это. - так жить нельзя, бомгю, - ёнджун берет его за руку, заставляя посмотреть на себя. - я осознаю, кто тебе внушил этот бред, но твоя мама... она не понимает, о чем говорит. она больна. бомгю не выдерживает долгого зрительного контакта и смотрит на их переплетенные пальцы. - я знаю, хён. но это сильнее меня. за три дня до восемнадцатилетия бомгю получает сообщение от ёнджуна с просьбой увидеться. за последний год они стали действительно хорошими друзьями, часто переписываясь и иногда гуляя по выходным. бомгю узнал, что у ёнджуна тоже были похожие проблемы в прошлом, когда тренер нелестно высказывался о состоянии его тела, делился мыслями, которые непрерывно звучали у него в голове демоническим голосом. то был голос расстройства, беспощадный и полный самоненависти. то количество поддержки от ёнджуна, которое он получил за все время, сложно подсчитать, и совершенно невозможно его за всё отблагодарить. бомгю часто извинялся, на что получал "не выдумывай, я ничего не сделал". незаметно для себя, его сердце понемногу начало впускать в себя самые разные чувства, и чувство стыда сменилось злостью. бомгю был зол на маму. был зол на отца. на всех, кто хвалил его за успешное издевательство над собой, на каждого, кто отпускал любые комментарии в сторону его веса. он также чувствовал безмерное тепло к своим друзьям, и переступив через стеснительность, наконец признался, как он их ценит. не признался он только субину и ёнджуну. субину было тяжело говорить нежности после стольких лет подстебывания друг друга, так что он ограничился поступками, купив ему на день рождения гитару, о которой он так давно мечтал. а что касается ёнджуна... бомгю не понимал. они дружили достаточно времени, чтоб он мог созреть до банального "ценю нашу дружбу", но даже пальцы не слушались, чтоб написать нечто подобное. с ёнджуном он ощущал себя странно: с одной стороны, спокойствие и полный штиль, хотелось просто лечь рядом и забыться сном, вдыхая приятный древесный запах его парфюма; а с другой - необъяснимое волнение перед встречами, неловкость при случайных касаниях. и что его просто добивало - собственничество. когда бомгю понял, что занятия волейболом были для него изначально не увлечением, а наказанием, ёнджун посоветовал ему прекратить заниматься тем, что не приносит удовольствия. по занятиям бомгю не скучал, а вот по ребятам из команды, в особенности по ёнджуну – очень. каждый день рассматривал фото кая, на которых были запечатлены все игроки, и как только видел, что ёнджун прижимается к кому-то или одаривает своей улыбкой, в животе неприятно крутило. по сути, все, что их связывало, это проблема бомгю, с которой ёнджун помогал ему справляться. хотя они часто вели разговоры на разные темы, бомгю не мог отделаться от мысли, что представляет собой сгусток негативной энергии, и просто пользуется добротой хёна. ёнджун наверняка так не думал - он слишком добрый и бескорыстный человек. а бомгю... бомгю в прошлой жизни спас президента страны, не иначе. - долго ждал? - ёнджун улыбается во всю, и бомгю не может сдержать улыбку тоже. - нет, минуту назад пришел. что ты хочешь сделать, хён? ёнджун сообщает, что они идут к нему домой смотреть фильм и есть пиццу, и это не обсуждается. единственный день, когда у ёнджуна нет планов, он решил полностью посвятить бомгю. это не первый раз, когда бомгю оказывается дома у ёнджуна. но первый раз, когда они вдвоём. поначалу бомгю даже вникает в фильм, и думает о том, какую вкусную пиццу приготовил хён, но после брошенного замечания ёнджуна о том, что бомгю выглядит прекрасно в новых джинсах и прикосновения к его коленке, он не может сфокусироваться ни на одном объекте, кроме рядом сидящего. была не была? бомгю отодвигает банки газировки, что разделяют их, и избегая смотреть в лицо, произносит: - хён, почему мы дружим? ёнджун вздрагивает от внезапного вопроса, а уже через секунду расплывается в самой нежной улыбке: - ты намекаешь на что-то другое? бомгю чувствует, как сердце пульсирует в желудке, и быстро мотает головой: - нет-нет, я о том, чем я тебя зацепил? ты считаешь меня интересным человеком? - я считаю тебя лучшим человеком в своей жизни. бомгю наконец смотрит в глаза напротив, и видит то, чего боялся никогда не увидеть. то же, чем заполнено от и до его сердце, когда он смотрит на ёнджуна. а уже через мгновение он ощущает чужие губы на своих, и, господи, это чистый кайф. такой эйфории не испытывают даже при первом употреблении героина. даже при достижении заветного числа на весах. как он оказывается сидящим у ёнджуна на коленях и обнимает его со всех сил, не задерживается в памяти. в голове вообще шаром покати. только тысячи взрывающихся цветных фейерверков и чувство давления в паху. ёнджун не отрываясь исследует тело бомгю и и тихо стонет во все еще целомудренный поцелуй. но только от него бомгю готов излиться себе в штаны. ёнджун хочет отстраниться, чтоб стянуть с себя рубашку, но бомгю так крепко сжимает его в объятиях, что он не в силах пошевелиться. - хён... ёнджун крепко зажмуривает глаза, пытаясь найти в себе остатки благоразумия и не накинуться с поцелуями прямо сейчас. бомгю наконец ослабляет хватку и громко выдыхает: - давай телек выключим сначала. он хотел сказать совсем не это, но слова любви все еще не выходят из него. ёнджун посмеивается, как будто прочитав его мысли, и тянется к пульту, слегка сместив бомгю с себя. они неловко сидят в полной тишине, когда бомгю встаёт, чтоб выключить свет. теперь почти ничего не видно, и он двигается обратно к кровати на ощупь. ёнджун подтягивает его к себе за руку, вопросительно приподнимая майку. бомгю хватает лишь на хриплое "да", которого достаточно, чтоб сорвать ёнджуну тормоза. бомгю хорошо. дыхание ёнджуна, его руки и губы везде. он нежно терзает желанное тело, припадая своей обнаженной грудью к чужой. бомгю все еще не выносит прямых взглядов на свое обнаженное тело, но темнота помогает. глупые мысли почти оставляют его, а когда ёнджун наконец углубляет поцелуй и проводит рукой по его возбужденному члену, исчезают без остатка. даже через ткань это прикосновение обжигает. хочется застонать его имя, но бомгю только матерится и выгибается, уменьшив и так ничтожное расстояние между их телами. ёнджун внезапно замирает и убирает руки. - что такое? - слова даются с трудом. - кажется, я только что кончил. бомгю никогда не думал, что подобное признание способно вызвать в нем бурю чувств. он выпускает тихий смешок и притягивает ёнджуна обратно, позволяя тому расстегнуть свои джинсы. его хватает ненамного дольше, и вскоре он подходит к финалу вместе с именем любимого человека на губах. - знаешь, это самое романтичное, что мне говорили, - бомгю все еще посмеивается над ёнджуном. - заткнись, - и с этими словами ёнджун треплет его по волосам, вкладывая в жест всю накопившуюся нежность. восемнадцатый день рождения бомгю может назвать самым счастливым в своей жизни. скажи ему об этом в семь лет, он бы подумал, что причиной тому собранная коллекция любимой манги; в девять – возвращение папы; в одиннадцать - отношения с самой популярной девочкой из школы; в семнадцать - сброшенные килограммы. но ничего из этого (даже вместе взятого) не переплюнет по крутости тот факт, что чхве ёнджун сегодня признался ему в любви.