Blind date // Свидание вслепую

Девушки возвращались в Невермор молча, но это молчание было таким спокойным и уютным, что никто не чувствовал никакой неловкости. Сердце Энид потихоньку возвращалось в привычный ритм, но мысли также путались. Где-то в глубине души она осознавала, что её мечта наконец сбылась, и что её чувства оказались взаимны, но пока что на первый план встало другое чувство... Чувство чего-то неоконченного. Внутренний волк Энид кажется не собирался засыпать, и если сперва его чуть сдвинули такие эмоции, как шок и некое облегчение, то сейчас волк вырывался наружу и ещё больше желал продолжения. Мозг всё чаще прокручивал картинки и ощущения этого вечера, заставляя Энид нервно сжимать кулаки и следить за когтями, дабы не выдать своего возбуждения. Когда Уэнсдей остановилась перед дверью комнаты и повернулась к Энид, то столкнулась с пылающим взглядом той, она стояла чуть ли не вплотную к ней и по ощущениям готова была наброситься в любую секунду. - Я смотрю в ком-то проснулся хищник, - с усмешкой и нотками издёвки сказала Уэнсдей. Энид старалась держать себя в руках как могла, пытаясь не нарушать личное пространство Уэнсдей, но когда губы той расползлись в ухмылке, то она поняла, что больше не ручается за своего волка. Тяжело выдохнув, Энид буквально впечатала Уэнсдей в стенку, впиваясь в её губы. Одна рука сжимала её шею, а другая уже по-хозяйски пыталась пробраться под рубашку. Бесцеремонно углубляя поцелуй, Энид как можно больше сокращала расстояние между их телами. Уэнсдей понадобилось приложить немало усилий для того, чтобы разорвать поцелуй. Тяжело дыша, она смогла лишь только проговорить: - Энид, мы ещё в коридоре... Было сложно распознать, понимает ли её сейчас Энид, в её глазах читались лишь страсть, безумие и пожар. Вовлекая Уэнсдей в новый поцелуй, Энид почувствовала, как что-то затягивается на её шее. Вопросительно взглянув на Уэнсдей, она увидела в её руках поводок. - Я так и думала, что ты будешь не самым послушным щенком, - проговорила Уэнсдей, глядя кажется в самую душу. Притянув Энид к себе, она её легонько чмокнула в уголок губ и сразу же отдалилась, пресекая попытки соседки получить продолжение, на что та недовольно фыркнула. Наконец втянув Энид в комнату, Уэнсдей остановилась для того, чтобы закрыть дверь, но в ту же секунду была вновь прижата. На этот раз губы Энид оказались на шее девушки, оборотень оставляла засосы, покусывала нежную кожу, вырисовывала языком узоры, от чего Уэнсдей потеряла хватку и упустила поводок. Подняв свою пассию на руки и переместив её на кровать, Энид нависла над ней, рассматривая покрасневшее лицо напротив, на котором беспорядочно лежали выбившиеся пряди волос, Уэнсдей выглядела потрясно... Не заморачиваясь с пуговицами на рубашке, Энид предпочла просто разорвать её на части, тем самым оголив торс Уэнсдей, а затем и всю верхнюю часть. Поцелуи спускались всё ниже, оборотень не оставляла без внимания ни один миллиметр тела возлюбленной, от чего та прерывисто дышала и возилась под ней. Отдельное внимание было уделено груди, Энид играла с сосками, оттягивала их зубами, облизывала, посасывала, пока её пальцы поглаживали живот Уэнсдей, а затем спускались всё ниже. Быстро избавившись от оставшейся одежды, Энид начала массировать пальцами клитор девушки, продолжая свою игру с сосками. Из губ Уэнсдей вырвался первый стон, от чего тело оборотня покрылось мурашками. Поцелуи продолжили спускаться всё ниже, и наконец дойдя до заветного места, Энид начала выводить различные знаки и буквы своим языком, одновременно вводя в Уэнсдей сразу два пальца, от чего та громко ахнула. С каждой секундой движение пальцев набирало темп, а стоны становились всё громче. Жар в комнате охватывал обеих девушек, казалось ещё немного и перед глазами полетят звёздочки, но это был истинное удовольствие. Дойдя до пика, Уэнсдей выгнулась, её ноги задрожали, а из её уст издался полукрик-полустон: - Dannazione, Enid!. От чего Энид, волк которой начал затихать, хихикнула. Лёжа в постели и наконец приходя в себя, Уэнсдей сказала: - Я не знала, что ты владеешь греческим, но Κι εγώ σ ' αγαπώ, ο ήλιος μου. - Ты удивляешь меня всё больше, Уэнсдей Аддамс. Неужели ты смогла в таком состоянии понять то, какие я вырисовывала знаки? - удивлённо спросила Энид, вспоминает как выводила каждую букву во фразе "Σ ' αγαπώ, το φεγγάρι μου" - Ну конечно, mia cara, в отличие от тебя, я прекрасно умею себя контролировать, - сказала Уэнсдей и...улыбнулась. Смотря на улыбку Уэнсдей, Энид поняла, что вот оно, то самое абсолютное счастье.