Les deux faces d'une même pièce

Эрен красавчик. Нужно быть слепым, чтобы не заметить этого. Даже Фарлан — натурал до мозга костей — признавал, что Эрен привлекательный. У него потрясающая фигура. Он высокий, но не тощий. Мышцы плавно двигались на его бицепсах и плечах, когда он отодвигал стол для бирпонга. Его потрясающая задница и длинные ноги эффектно смотрелись в узких джинсах с порванными коленями. Его майка с обрезанными ножницами рукавами почти до нижних ребер не оставляла равнодушным даже Жана, который вечно пытался облапать Эрена в драке. И, черт, тот прекрасно знал, на что Жан рассчитывал в этой нелепой борьбе-прелюдии и всегда давал ему это, несмотря на обиды своего просто охренеть какого огромного и пиздец тупого парня. Его звали Райнер, и он ни хрена не ценил то, что имел. Эрен был снизу, это все знали, и в этом заключалась главная проблема всей этой истории. Потому что, черт, Леви просто без ума от Эрена. А еще Леви тоже нижний. И это пиздец какая проблема. Леви пытается притворяться незаинтересованным, когда Эрен падает на диван рядом с ним, все еще смеясь и тяжело дыша после того, как носил Армина на спине. Хитрый ублюдок притворялся самым лучшим другом Эрена, все норовясь забраться ему в штаны, и Леви считал это жалким. Он бы никогда так не поступил. Он слишком уважает своих друзей, чтобы не говорить им о своих чувствах. В отличие от сраного Армина, у которого все было просто прекрасно, пока он пытался сесть Эрену на колени. — Да брось, Эрен, здесь совсем нет мест, — Эрен усмехается, и его пухлые губы растягиваются в соблазнительной усмешке. Сережка в губе поблескивает, и Леви на секунду задерживает взгляд на ней. Эрен ловит его взгляд и Леви не собирается отводить его. Эрен наклоняется чуть ближе, как всегда делает, будто пытается проверить, сколько у человека перед ним терпения и как долго он продержится. Он кладет свою ладонь на ладонь Леви, притворяясь, что Армин его толкнул. Его горячая грудь прижимается прямо к плечу Леви, а мятное дыхание с нотками лимона, розмарина и джина кружат голову. Леви поворачивает голову к Эрену, и его сережки на ухе звякают о сережку в губе Эрена. — Ты очень близко, — Леви лишь озвучивает факт. Подтверждает для себя. Обозначает территорию и намерения. — Я бы хотел оказаться еще ближе, — Леви сглатывает и опускает взгляд на их переплетающиеся пальцы. Татуировки на пальцах Эрена и Леви складываются в ничего не значащий бред, и Леви сжимает в свободной руке подбородок Эрена, когда тот почти касается его губ своими. — У нас ничего не выйдет, — Леви почти больно отпускать его. Запах розмарина так хочется распробовать. Он почти не чувствуется, налейте Леви еще. В шуме вечеринки и крике Армина на Жана за внимание, Эрен целует его, и Леви сжимает мягкие волосы на затылке, притягивая ближе. Райнер рычит и толкает Леви в плечо, но оторваться невозможно от слова совсем, и Леви с рычанием отрывается, толкая Райнера в грудь и хватая Эрена за запястье, чтобы увести в его комнату. Общага — отвратительное место, и Леви просто тошнит от грязи в коридоре, но алкоголь присыпает все романтичным вайбом, и он тянет Эрена к лестнице. Тот ловит его на одном из пролетов, оказываясь на ступеньку ниже, и Леви держит его лицо в ладонях, утопая языком на дне рта Эрена, погружаясь все глубже, пока руки Эрена пытаются разорвать его футболку и стянуть джинсы. — Трахни меня, — скулит Эрен, касаясь запястья Леви и направляя его ладонь на свой член. — Вот поэтому я сказал, что у нас ни хрена не выйдет, — Леви скулит от несправедливости, когда Эрен падает на колени и стягивает его джинсы ниже, припадая горячими покусанными Леви губами к его члену. Он ведет языком по члену прямо через боксеры, и этого так мало, так недостаточно, и Леви почти шлет нахрен все приличия и свои принципы, потому что эти зеленые глаза и эта золотая кожа, которая так и просит быть залитой спермой, не оставляют ему выбора. Но Эрен встает и издает смешок, а затем тянет Леви за запястье выше по лестнице, дальше по коридору, в темноту, а затем за дверь своей комнаты. Он смеется, и его глаза горят, как гирлянды в Рождество. — Скажи, что согласен, — Эрен роется в шкафу, пока Леви стягивает с себя футболку и джинсы, а потом подходит к Эрену и обнимает его со спины. — На что? — голос Леви теряется в изгибе плеч, которые он хотел утопить в поцелуях очень давно. Слишком давно. — Нам будет хорошо, — Эрен привстает на цыпочки, и Леви опускается на колени, стягивая с него джинсы и боксеры, а затем оставляет на этой шикарной гладкой заднице укус. — Все, что угодно, — он кивает, и Эрен победоносно вскидывает руку, и Леви видит его. Он трезвеет от увиденного, настолько это его поражает. Дилдо просто охуительно огромных размеров в руке Эрена колышется, как гребаное желе на день благодарения, и оно все блестит и сияет. И оно двустороннее. Леви сглатывает, и его глаза округляются, а рот приоткрывается. — Мы только попробуем, — Эрен откладывает игрушку на кровать, пока Леви не может оторвать от нее взгляда, потому что она пугает его слишком сильно. Под волей сильных рук он падает на кровать рядом, чувствуя поцелуи в шею, смотря на дилдо с ужасом, но затем ощущая, как поцелуи становятся все более влажными, горячими, опускаются ниже и поднимаются выше, топят Леви в приближающемся удовольствии, и глаза медленно закрываются вместе с тихим стоном, когда Эрен над ним совершенно голый и такой безумно красивый опускается своим дивным ртом на его член, а его пальцы медленно погружаются в Леви и в себя одновременно. Леви стонет так громко, что ему почти становится стыдно. Эрен издает тихий и дрожащий стон прямо с его членом в глотке, и Леви сжимает его волосы на затылке. С этим можно работать. Леви дрожит от того, как хорошо пальцы Эрена двигаются в нем, и ему приходится упереться ступнями в кровать, чтобы просить о большем, на что Эрен прекращает все действия. Леви приподнимается на локтях с желанием объявить о своем недовольстве, но все слова вылетают из его головы стаей испуганных птичек, потому что вид Эрена, сидящего на его коленях и вводящего в себя блестящий розовый фаллоимитатор — это картина эпохи Ренессанса, не иначе. Леви так и замирает с раскрытым ртом, смотря как темные брови сводятся к переносице, мягкие губы распахиваются в удовольствии, и тихие стоны соскальзывают с них в космос. Бедра Эрена крепче сжимают бедра Леви, и тому приходится положить на них ладони, чтобы ощутить, насколько они горячие. Леви гладит Эрена, помогая ему принять все больше, стонать все громче, а затем слышать, как удовольствие вот-вот затопит Эрена до краев. — Хочешь ко мне? — Эрен приоткрывает абсолютно пьяные глаза, дрожа всем телом, и его пресс легко сокращается от прикосновений свободной ладони к члену. — Да, — лишь выдыхает Леви, потому что в горле пересохло от зрелища. Бедра Эрена переплетаются с его, и он такой горячий, что Леви не может оторвать взгляда, погружая в себя противоположную часть фаллоимитатора. Эрен стонет все громче с каждым новым толчком Леви все глубже, и их лбы покрываются испариной. Леви смотрит на Эрена, пожирает его взглядом до костей, пока тонкие пальцы сжимают член, чтобы не кончить, а по растянутому отверстию на простынь стекает смазка. Жар поднимается по щекам Леви, когда он находит нужный угол, и он стонет протяжно и низко, на что Эрен сжимает свой член крепче, но сдается и начинает двигать рукой, не отрывая взгляд от Леви. Их бедра соприкасаются с влажными шлепками, фаллоимитатор так глубоко, что Леви едва может держать глаза открытыми, но он не может пропустить и секунды наслаждения Эрена. Тот стонет, дрожит, двигаясь все отчаяннее, толкаясь все быстрее, и Леви подчиняется его ритму, не понимая, как удовольствие резкими волнами сшибает его с ног, а затем его живот заливает сперма. Эрен стонет ниже и двигает ладонью быстрее, а затем кончает, падая на подушки. Он осторожно сдвигается, слезая с фаллоимитатора первым, а затем легко извлекает его из Леви, вытирая его кожу влажными салфетками. Леви перебирается на подушки, пытаясь вытянуть из-под них одеяло, и Эрен хрипло усмехается, помогая ему и забираясь под одеяло следом. — Неплохо для первого раза, — кивает он сам себе, и Леви цокает языком, не сдерживая усмешки и ложится в раскрытые объятья, устраиваясь удобнее на груди Эрена.