Наказание для главы Лань

— Добрый день, господин Лань. Очень рад вас видеть. Желаете приступить к сессии прямо сейчас? Мэн Яо, казавшийся хрупким и спокойным молодым господином, на первый взгляд был совершенно не примечателен. В свои двадцать шесть он работал детским учителем танцев пять дней в неделю с восьми до восьми, ужинал в небольшой лапшичной в китайском квартале города, а затем возвращался в маленькую квартирку на юго-западе, чтобы провести замечательный вечер в полном одиночестве и на следующее утро повторить этот размеренный алгоритм. Вся его жизнь состояла из привычного круговорота рутины. Конечно, только лишь на первый взгляд. Кроме всего прочего, у него был профиль на форуме, посвященном кинкам и фетишам. Мэн Яо действительно любил секс, независимо от поз, мест и обстоятельств. Ему нравилось, когда партнеры учитывали его желания и были особенно внимательны — тогда простая встреча ради снятия напряжения превращалась в настоящее занятие любовью. Равенство в постели привлекало его столь же сильно, как и возможность доминировать и управлять процессом. Полное подчинение он не любил и чувствовал себя унизительно, если партнеры грубо хватали его или оставляли следы, когда он их не ожидал. Неужели так сложно запомнить совсем немного простых правил? Не кусаться, когда не просят. Не бить. Не шлепать. Не хватать. Прислушиваться к его желаниям. Разве ж это много?! Оттого было куда проще сначала списываться с предполагаемым партнером на форуме, чтобы точно обозначить намерения обеих сторон, а затем (в случае, если интересы совпадали) договариваться о личной встрече. Профиль Цзэу-цзюня (таким был ник) встретился ему совершенно случайно, и Яо сначала пролистал его, не найдя для себя ничего примечательного. Он выглядел… обычным. Такие, как он, ищут не больше, чем девочку на ночь. Описание, похожее на биографический роман, черно-белое фото в строгом костюме, скрытое имя — все указывало на то, что он не его поля ягода. Но что-то заставило Мэн Яо, пролиставшего профиль, вернуться и прочитать его интересы — просто чтобы убедиться в собственных догадках, не более того. Цзэу-цзюнь мало того, что оказался геем, так еще и топом, ищущим… кого угодно. В профиле стояли галочки на обеих ролях, была приписка только о том, что нужен тот, кто умеет управляться с кнутом или плетью. Что ж. Это он умел мастерски. Сперва они встретились в кафе, чтобы все обговорить, — не только узнать друг друга лучше и удостовериться в правдивости намерений, но и подписать бумаги о неразглашении. Для Лань Сичэня, юного главы компании Лань, это было чересчур важно — решиться на такой опыт для него было действительно непростым шагом, и теперь он переживал о собственной безопасности. Ни при каких обстоятельствах его дядя не должен был узнать об этом договоре. На форум он наткнулся случайно — просто попалась реклама, всего один раз. Борясь с желанием нажать, Сичэнь свернул вкладку, а затем и вовсе закрыл ноутбук — кто вообще размещает рекламу бесстыдных сайтов на информационных ресурсах?! Немыслимо. Но затем, будто насмехаясь над ним, форум стал попадаться все чаще. О нем без конца болтал Хуайсан, и даже дагэ упомянул, что сайт хорош, и Ванцзи — его неприкосновенный диди! — в один вечер признался в том, что написал там кому-то. А теперь Сичэнь и сам стоял в дверях квартиры молодого человека, который согласился побыть его партнером, и неловко переминался с ноги на ногу, постоянно напоминая себе, что именно этот невысокий юноша должен будет выпороть его сегодня. — Добрый… добрый день, — он наконец несмело улыбнулся и прошел внутрь. — Рад снова встретиться с вами. Да, пожалуй, мы можем начинать, только сперва разрешите воспользоваться вашей ванной комнатой. — По коридору направо, — Мэн Яо спокойно кивнул ему, вежливо принимая куртку из его рук. — Если вам нужен гель для душа или… — Нет, нет. У меня все с собой, не беспокойтесь. Стоя под струями горячего душа, Лань Сичэнь размышлял — было ли странным то, что ему нравились подобные постыдные вещи? Его учили, что это — сам факт его отношений с мужчинами — неправильно и грязно. Разве мог хоть кто-то подумать о том, что непорочный глава компании Лань любит… подобное? Но, как известно, в тихом омуте… Это было волнительно, точно в первый раз. Лань Сичэнь вышел из душа, надев свою одежду обратно, и прошел по затемненному коридору до единственной комнаты, в которой горел свет. Дверь была полуприкрыта. Тяжело дыша от неожиданно проснувшегося волнения, слыша свое собственное сердце в ушах, Сичэнь толкнул ее в сторону. Мэн Яо, сидящий на постели, тут же отозвался его действию с тихим смешком: — Пожалуй, вы зря оделись снова. Придется раздеться. Здесь, в приглушенном свете свечей, у него как будто не осталось ничего от того мягкого образа, что мог привидеться при первой встрече. Его черты заострились, явственно выделился кадык, плечи, ключицы, — он расстегнул рубашку, обнажив скрывающий кожу полупрозрачный топ, и вертел теперь плетку в руках. Сердце Сичэня забилось еще пуще. — Мы… мы можем перейти на «ты», — предложил он едва слышно, чувствуя, как тяжело ворочается язык во рту. — Хорошо, — Мэн Яо удовлетворенно кивнул. — В таком случае… раздевайся. Не успев даже снять одежду Сичэнь почувствовал себя обнаженным под взглядом, которым Мэн Яо одаривал его. Медленно расстегивая пуговицу за пуговицей, он шаг за шагом приближался все ближе к невидимой грани между благонравием и бесстыдством. В конце концов, Сичэнь ухватился за кромку белья, не решаясь снять его. Он осознавал: еще немного, и обратной дороги уже не будет. — Вот так? — спросил он едва слышно, опустив взгляд на одежду у своих ног. — Этого пока хватит?.. Мэн Яо хмыкнул и кивнул, подходя ближе и спокойно смотря ему в лицо. Плеть осталась на постели. — Ты волнуешься? Не стоит. Он взял его за плечи и надавил, заставляя опуститься на колени одним плавным, слитным движением. Сичэнь был красив как модели с обложек журналов — сильное, подтянутое тело, правильные черты лица, золотисто-медового цвета глаза — но, кроме того, вежлив и учтив, а еще слегка взволнован. Смущение было ему к лицу. — Открой рот, — приказал Яо, поглаживая кожу его лица большими пальцами. — И смотри только на меня. Лань Сичэнь шумно сглотнул, не спуская с него глаз, и послушно отозвался его словам. В то же мгновение чужой палец толкнулся внутрь с глухим хлюпаньем слюны, раздвигая податливые губы. Руки Мэн Яо пахли приятно, кожа скользила на языке, пока податливый Лань Хуань вбирал палец в рот все глубже, продвигаясь губами до костяшки. Сичэнь не мог отрицать: ему это нравилось. Взгляд Мэн Яо потемнел от возбуждения, и он толкнулся сразу двумя, прижимая подушечками влажный язык к нижней десне. Сообразительный глава Лань поймал темп сам и подстроился, мерно вбирая его пальцы и затем выталкивая их. Его голодный, истосковавшийся по ласке взгляд говорил сам за себя. Голос дяди в его голове становился все тише и тише, пока не замолк насовсем. — Нравится? — свободной рукой Яо взял его за волосы и потянул назад, заставляя отклониться — лишняя слюна потекла у того по подбородку. — Не отвечай: я вижу сам, что это так. Мэн Яо вынул пальцы из его рта и потянул за волосы, заставляя встать. Сичэнь был возбужден, это можно было понять, даже не опуская взгляда: его дыхание давно сбилось, а ладони подрагивали от предвкушения, и все лицо пошло красными пятнами — однако при этом он силился сохранить контроль над собой. Он мог бы прижать Мэн Яо к себе и поцеловать, он мог бы облапать его, сжать нежную кожу, проверив, какова она на ощупь, но не делал этого. Вместо этого он попросил. — Я хочу… — начал было он хрипло, но Мэн Яо прервал его: — Я знаю. Ложись. Сняв наконец белье, Сичэнь сел на постель, не разрывая с партнером зрительного контакта, и протянул тому руку, точно приглашая последовать за собой. Мэн Яо принял ладонь и слегка улыбнулся, чуть сжав его пальцы в своих. А затем подался вперед. Он не целовал незнакомцев. Это было негласное правило, которое он почти — почти! — никогда не нарушал. Но было в этом человеке что-то… что-то особенное. Что-то, что заставило Мэн Яо без зазрения совести целовать, ласкать, кусать его губы, прильнув совсем близко. Сичэнь нашел своими сильными руками его талию, мягко оглаживая ее, и поцеловал в ответ, языком раздвигая кромку зубов, углубляя и без того мокрый поцелуй. Оторвавшись наконец от его рта, Мэн Яо наклонился к самому его уху. — На живот. Уткнувшись лицом в подушку, чувствуя, как член трется о грубую ткань, Сичэнь едва слышно застонал — казалось, ничто больше не хотелось ему, кроме как кончить. — Глава Лань, — бархатный, нежный шепот Мэн Яо, севшего ему на бедра, донесся до него точно сквозь полудрему: столь сильно было жаркое, жадное желание тела Сичэня, и столь тяжело он теперь соображал, поверженный, разнеженный под его умелыми руками. Широкими ладонями Мэн Яо ласкал его поясницу, поднимался выше до лопаток и плеч, а затем спускался обратно, разогревая кожу. Спустя некоторое время он продолжил, и шепот его приобрел теперь оттенок насмешки. — Тебе ведь нравится, когда я так тебя называю? — Да, — отозвался Сичэнь хрипло, чувствуя, как от возбуждения пересыхает слюна во рту. Неудержимо хотелось пить, и от предвкушения его тело едва ли не подрагивало. Разум его был затуманен — в нем больше не осталось ничего от тех правил, что его заставляли запомнить годами. — Пожалуйста… — Хорошо, — Мэн Яо улыбнулся и поудобнее перехватил плеть в руке. — Если будешь хорошим мальчиком, я позволю тебе взять меня. Мгновение, и воздух пронзил рваный вскрик и короткий шлепок — таким был первый удар. Сичэнь охнул и зажмурился — Мэн Яо, казалось, выбил из него весь дух. Плеть обожгла ягодицы чуть ниже поясницы, однако, не дав ему времени на передышку, Яо с силой хлестнул снова. — Еще восемнадцать раз, — проворковал он сверху и уселся удобнее, намереваясь продолжать. — Я считаю. Третий удар почти не ощущался — таким неожиданно легким он был, однако следуюший вновь оказался груб — поясницу Лань Хуаня обожгло огнем от этого сильного, резкого хлопка, с треском обрушившегося на него. — Это… это был четвертый, — ахнул сам Сичэнь, ощущая жжение после удара. — Четвертый… — Именно так. Рука у Мэн Яо была крепкая, он не щадил его ни мгновения, и жесткие шлепки градом сыпались на его лопатки, поясницу и ягодицы. Кожа покраснела в местах ударов, но Сичэнь не мог видеть этого — лишь чувствовать. Он раньше и подумать не мог, что такая жесткая порка будет доставлять ему удовольствие. В какой момент обжигающая боль начала казаться сладкой? С какого момента от каждого удара его член нестерпимо крепко напрягался? Задыхаясь, Сичэнь стонал и всхлипывал, не замечая ничего, кроме голоса Мэн Яо и его плети, неосознанно ловя каждый удар. — Двадцать, — произнес Мэн Яо и выпустил плетку из рук. Пока Сичэнь бессильно пытался приподняться, Яо оказался проворнее: он осторожно приподнял его и помог перевернуться на спину. — Мэн Яо, — шелестел сорванный голос Сичэня о его сухие губы. — Пожа… ах! С неожиданным контрастом ласки и боли пришло удовольствие: Мэн Яо обхватил его член, мерно лаская ладонью. Едва удерживая себя в сознании, Сичэнь смежил веки, и потому не видел, как его партнер готовил себя и как в одно движение опустился на него, направляя своей рукой. С этого момента Лань Хуань потерялся окончательно. — Ты… ты хочешь, чтобы я двигался или чтобы ты… сам? — спросил он через несколько толчков, ловя Мэн Яо за руки и заглядывая в глаза. Даже в полубессознательном состоянии он оставался внимательным к мелочам. — Я не знаю. Как хочешь, — рвано всхлипнул тот. — Ч-черт возьми, как же ты… — Если хочешь, я могу перевернуть тебя. — Что?.. — голос Мэн Яо предательски дрогнул на этом вопросе, когда одновременно с необходимостью говорить член Сичэня проехался по его простате. Он и сам едва ли был в лучшем состоянии и совершенно не осознавал, о чем ему говорили. — Я могу тебя перевернуть? Мне кажется, так будет лучше, — спокойно повторил Сичэнь, оглаживая ладонями его бедра. Он спросил. Он, черт возьми, спросил вместо того, чтобы просто придавить своим весом и выебать — еще одна галочка в пункте «идеальный секс-партнер» Мэн Яо могла быть засчитана. — Хорошо, — Яо кивнул, все еще ошарашенный его вопросом. — Да, так будет лучше. Сичэнь выскользнул из него и осторожно сбросил с себя, перекатываясь, оказываясь сверху. Он прижал руками к постели его плечи и вошел снова, принимаясь мерно двигаться — и каждым, каждым своим движением попадал куда нужно. Они оба неумолимо приближались к разрядке — их рваные и хриплые стоны слились в единый поток звуков. Сичэнь чувствовал, как Мэн Яо сжимался, когда он загонял член глубоко внутрь. Понимая, что долго они не продержатся, Лань Хуань наклонился к его лицу. Они поцеловались снова, жадно и жарко, и войдя в очередной раз, сделав лишь несколько коротких толчков, Сичэнь рвано ахнул и вздрогнул, протяжно застонав. Он не чувствовал больше саднящей бедра боли, и все, что было теперь ему важно — искаженное удовольствием лицо Мэн Яо, кончающего под ним без единого прикосновения к себе. Кажется, все замерло в этот момент. Сквозь звон в ушах Лань Хуань осознал себя лежащим на животе. Мэн Яо успел обтереть их обоих и перевернуть его на живот, а теперь осторожно втирал в кожу заживляющую мазь. — Спасибо, — пробормотал Сичэнь едва слышно. — За сессию и… вообще. Сквозь кашу в голове он различил ответ: — Не за что, — в голосе Мэн Яо слышалась улыбка. Уже очень давно у него не было настолько комфортных ему партнеров — это было чистое везение. — Мне и самому понравилось, честно говоря. Повисла неловкая тишина. Не зная, что бы еще сказать, чтобы продолжить диалог, Сичэнь вдруг спросил: — Я хочу привести племянника. Ему сейчас восемь лет. Можно? — Куда? — Мэн Яо непонимающе нахмурился, вытирая его бедра. — На БДСМ-сессию? — Нет… на урок танцев. Ты же учитель. Помолчав немного, Мэн Яо рассмеялся. — Тебе вовсе необязательно идти на такие ухищрения. Если ты… действительно хочешь встретиться за пределами этой комнаты. Услышав его мягкий, звонкий смех, Сичэнь обернулся — ему очень хотелось увидеть его в этот момент. — Так ты... не будешь против, если я приглашу тебя на ужин? — Что ж, почему бы и нет, — тот слез с него и принялся подбирать одежду. Помолчав, Яо добавил с напускной ворчливостью: — Но только счет делим пополам. Терпеть не могу, когда за меня платят!