Помоги мне

— Ага, тут что-то связанное опять с биополимером… — соглашался П-3, старательно выговария последнее слово. — Чё-то… выведение новых видов в связи с большей концетрацией… Храз стоял в другом конце кабинета, презрительно наблюдая за тем, как Нечаев цитирует его отчёты Сеченову. Криво цитирует. — Хорошо, я потом пересмотрю ещё раз отчёты. — раздался голос Сеченова из модулятора. — Как в общем обстановка в «Павлове»? — Всё отлично, Дмитрий Сергеевич. — доложил майор. — Работа идёт полным ходом, Храз, ой, — он тихо выругался, потом продолжил — точнее, Харитон Радеонович тут всё настроил, сделал. Я тоже стараюсь разобраться, освоился вроде как. По вашим инструкциям всё осмотрел, всё работает исправно. — Отлично. — в его голосе послышалась добрая усмешка. —Харитон сам где сейчас? — Тут я, Дима. — профессор закатил глаза, подходя ближе, чтобы Сеченов его слышал. — Приятно вновь тебя слышать. — довольно начал Волшебник. — Пребывание П-3 в «Павлове» видимо хорошо на тебя влияет. — Он тут вообще не причём, только мешает. — Захаров отвёл взгляд, когда Сергей вновь начал смеяться с того, как он бесится. — Как скажешь. — что-то в тоне Волшебника заставило профессора насторожиться. — Тогда раз мешает, думаю может сегодня дам тебе отдохнуть от него, а завтра вновь возобновим всё в прежнем режиме. Как тебе такое? Харитон расцвел. Неделя нахождения в одном помещении с этим недоумком Сергеем сильно вымотала его, а тут появился шанс побыть в одиночестве. Такое просто не могло не радовать. — Я согласен! — с энтузиазмом воскликнул Храз. — П-3, сынок, на сегодня всё, можешь отдохнуть. — с теплотой в голосе проговорил Сеченов. — Спасибо, Дмитрий Сергеевич, до свидания. — попрощался с ним Нечаев и отключился от звонка. Профессор, улыбаясь во все тридцать два зуба, поспешил выставить из своего кабинета П-3, но вдруг встретил сопротивление. — Эй бля, ты куда так быстро то, дай мне хоть вещи собрать! — засмеялся Сергей. — Давайте-давайте, товарищ майор. — торопил его Храз. — Собирайтесь быстрее. — Уже лечу, учёный хренов… Нечаев молниеносно собрался и, окинув Харитона каким-то очень странным взглядом, в котором смешались различные эмоции, вышел из кабинета. Захаров облегчённо выдохнул. Ну наконец-то! Харитон почувствовал в себе ещё большое вдохновение работать, потому когда он оставался сам с собой, его концетрация возрастала до небес. А ещё этот майор сильно вывел профессора из себя своим постоянным присутсвием и тупыми матерными подколами. Налив чашку кофе, включив все мониторы и положив руки на клавиатуру, Захаров вдохнул полной грудью и на выдохе сказал: «За работу!».

***

Сегодня Харитон проделал действительно огромную работу и добился больших успехов. Новые эксперименты вновь поражают своими положительными результатами, и профессор крайне доволен собой за сегодня. «П-3 видимо хорошо на тебя влияет» — крутился голос Сеченова в голове. Хотелось бы Хразу посмотреть на лицо Димы, когда он поймет, что этот тупой майор тут вообще не причём и только замедляет весь «Павлов». Только по-видимому этого не произойдет, ведь завтра он вернётся опять. Но несмотря на всю успешность сегодняшнего дня, Харитон иногда ловил себя на чувстве тоски и пустоты внутри. Он думал о том, что это просто из-за усталости, но Захаров вообще не чувствовал себя усталым, наоборот он чувствовал себя очень даже воодушевлённым. Или же нет? Или же причина в другом? Помимо слов Волшебника в голове постоянно возникал образ Нечаева. Харитон пытался откидывать эти ненужные мысли, но без толку. В глубине подсознания зародилась мысль о том, что он бы хотел ещё раз услышать это глупое «Хра-а-аз» и попросить этого майора заткнуться. Когда Храз поймал себя на этой мысли, стало очень тревожно. Почему он вообще думает об этом придурке, когда должен думать о новом эксперименте? Почему он вообще думает о таких незначительных для него вещах? Почему отсутствие Нечаева вдруг так стало волновать его? Противоречия захватили его бедный уставший мозг, отчего наступило разочарование. Что с Нечаевым, что без, он постоянно ощущал эту постоянную досаду, которая отдавалась во все органы. Это наверное ещё одна из причин, почему Храз хотел бы избавиться от своего тела. Разочарование сменялось страхом, а потом снова разочарованием и так по кругу. Может это свойство мозга к старости искажаться? Но он же вроде не настолько старый, чтобы страдать маразмом… Особенный страх вызывала мысль о том, что завтра всё вернётся на свои места и П-3 снова будет здесь. Точнее страх вызывало то, что в глубине души Харитона Радеоновича это успокаивало.