Твоя ненависть мне противна!

После дня, проведённого у Кисы, Аля лежала дома. У неё был токсикоз. Все, что она могла делать — лежать и читать. Если она ела, ей становилось плохо. Ходила то же самое. Илья место себе не находил и не знал, что делать с сестрой. Но когда она уснула, ему стало гораздо легче. -Иль, я завтра в школу хочу пойти. -Чего? Прикалываешься? Тебя мучил токсикоз, ты лежала трупом и после этого ты хочешь пойти в школу? Нет! -Илья, пожалуйста! Я не могу больше в этих четырёх стенах сидеть. Мне нужно дышать свежим воздухом, гулять, ходить, учиться! Я должна хотя-бы 10 класс закончить! А я успею его закончить, если не буду прогуливать. Мне осталось отучиться 2 месяца. -А ты решила уже? В 11 пойдёшь? -Ну. В сентябре будет 6 месяцев. Не думаю, что смогу ходить. Но 10 я хочу закончить. -Ладно. Но если тебе станет плохо, сразу! Слышишь? Сразу говори мне! Ты меня поняла? -Да. Спасибо, — девушка поцеловала брата в макушку и убежала к себе.

***

-Аль. Пошли покурим, — предложил Мел. Когда ребята увидели в школе Алю, очень обрадовались. Они все скучали по ней и были рады, что она вернулась. -Мел, ты же знаешь, что мне нельзя. Я просто рядом с тобой постою. -Я так и не понимаю. У тебя со здоровьем проблемы? Почему тебе ни пить, ни курить нельзя? -Мел, Мел. Я расскажу потом, когда время придёт. -Окей, — ребята пошли курить и встретили там Ритку. Аля весь день поглядывала на Мела и не понимала, что происходит. Он постоянно дрожал и погружался в свои мысли. Сейчас он самостоятельно даже сигарету закурить не смог. Аля забрала у него зажигалку и подожгла конец. -Хочешь, я тебе бухла организую? Тем более у меня бабки есть, — Мел нервно покачал головой, — по сути, ну что такого нового у вас произошло? У вас давно какое-то мушло, если честно. «Блять. То есть что-то случилось, а мне они решили не говорить? Гениально, блять! " Аля посмотрела на Мела, и он тут же перестал трястись. Ему позвонили: -Да, алло, Кис? — Аля подняла голову. Кисы не было сегодня в школе, а на звонки он не отвечал, — чё такое? Можешь нормально объяснить, чё случилось? Ладно, ладно, всё. Хорошо. Понял. Давай, на связи. -Мел? Что случилось? -Планы на этот вечер у тебя есть? -Нет. Может, объяснишь, что случилось. -Времени нет. Пошли, — ребята попрощались с Ритой и ушли. -Ну? -Да я сам не понял. Ему нужны гарнитуры. Щас придём, он расскажет. -А у нас в гараже есть место где спрятаться? -Тебе зачем? -Чтобы Киса меня не увидел. Ну, так надо. -Ладно.

***

-Чё я вам как задрот должен всё объяснять? У меня крутая мотивация! Просто сука крутейшая! -Да ты просто скажи, с кем. Блин, и всё! -А, так ты мне чё? Гарнитур не дашь? -Эй, Кис, мы всего лишь просим, чтобы ты сказал, с кем. -С отцом, сука! — Киса пнул грушу ногой. У Али, которая пряталась за футбольным столом, округлились глаза. Ей стало тяжело дышать. -С кем? — офигел Мел. -Чё не расслышал, а? С отцом! У вас они есть, да? У меня тоже появился! -Но с родственниками дуэли нельзя проводить, — пытался придумать причину Мел. -Хорош, а! Нельзя. Можно! Нам, блять, уже всё можно! Чё друг другу мозги правилами засирать. Нет их! Всё! Кончились! -Нет, не кончились! Я не согласен! -А мне насрать, согласен ты или нет. Пистолеты не одному тебе принадлежат! Можете вообще нахер не приходить! Стволы отдали и всё! -Сегодня уже поздно! Где ты вообще решил? — спросил Хэнк. -Есть место, — снова ударил Киса по груше. Ребята схватили стволы и уехали. Аля осталась сидеть на одном месте. -Алло? Алло, Мел? -Аль, мне сейчас не очень удобно говорить… -Это Аля? Трубку положи быстро! — услышала девушка знакомый, чуть грубоватый от злости голос. Мел сбросил. -Сука! Уёбок, блять! — Аля схватилась за голову и стала ходить взад-вперёд. Мел написал сообщение: Мел -Мы на заброшке. Подгоняй, только быстрее! Аля выбежала на улицу, завела Генину машину и поехала на нужный ей адрес.

***

Девушка спряталась за кусты и так чтобы её не было видно. Но она видела всё, каждое движение и слышала каждое слово. -Мел, ты доктору свистнул? -Нет я думал, что это ты, — Мел сделал паузу и подошёл к доктору, — Здрасте, это. В общем. Геныч свалил ненадолго. Так что я не знаю чем расплачиваться. -Я сегодня. Ну. Я сегодня не в качестве доктора. -В качестве папика, который расколдовался из ниоткуда. -Чего? -Антон Витальевич, оказывается, не знал о моём существовании! Вдруг узнал! Торчал себе потихонечку, да? А потом смотрит в зеркало и думает: «а старость уже вот она. И супчику захотелось в кругу семьи! И ласки женской» да? -Не надо, Вань. Ну, ты прав, я мудак конченый, но всё это. Ну неприятно слышать, честно. Если бы я тогда случайно с твоей мамой не столкнулся, то так бы всё и оставалось. -А всё так и останется, урод! Проторчал всю жизнь нихера не зная о нас. Так и продолжай! У тебя небось вдоль побережья. В каждом городишке по семьишке! -У меня никого нету. Мы с твоей мамой в институте, на первом курсе… Она потом исчезла из института, и мы потерялись… -ГОВНО ВОНЮЧЕЕ! Это потерялись, называется! Это чё тебя, сука, ключи от самоката, а?! Да я с трёх лет её спрашивал, где ты как ты, сука! ИСКАЛ ТЕБЯ, МУДАКА, ВЕЗДЕ! А она сказала: в Нью-Йорке! Она наконец-то сука, раскололась. Чёрные его замочили! А вот он какой, Антон Витальевич! Сука, недоделанный торчок! Встал на 30 метров и молись! — Киса кричал. У Али на глазах появились слёзы. Она вспомнила, как Ваня в детстве часто говорил про отца. На каждое день рождение, на каждый новый год он загадывал одно и то же желание. Увидеть отца, прикоснуться к нему, поговорить с ним. И это желание осуществилось только спустя много лет, тогда, когда оно уже не нужно. Киса давно мечтал о другом. Он мечтал о новой семье и говорил себе, что не будет как свой отец. Что всегда будет рядом с сыном или дочерью и никогда не бросит во что бы то ни стало. А сейчас он смотрит в глаза отцу, видит в них боль и грусть. А в его глазах Аля увидела разочарование и гнев. -Антон Витальевич, может, вы ему как отец скажете. По-отцовски, что нельзя! -Слышь, сука, по-сыновье будешь у себя дома разбираться, понял? Мы с ним всё обсудили, всё решили. Он согласился?! -Я согласился… -Согласился! Давай за гарнитуром! — Аля больше не могла там стоять и кинулась внутрь. -Кис! — все обернулись. -Твою мать. Ты что тут забыла? Кто Алю позвал, блять? -Киса, успокойся, ладно? Ты на полном серьёзе решил убить собственного отца? Вы же теперь соединились! Это же так круто! -Он у меня вон с тем мусором щас в углу соединится! Давай, как родня, можешь первый начинать! А её увидите, чтоб она не видела! — Мел взял Алю за руку, но та оттолкнула его. -Это твой папа! — Антон пальнул в воздух. -Это чё за выкидыш, а, блять? Ты чё, думаешь, я тебя после этого не пристрелю?! -Вань, у тебя всё получится. Вы со мной тут не заморачивайтесь. Просто закройте и всё. Могут долго не найти. Вань, у тебя жив дед. Тут его координаты. Он в прошлом хирург. И он будет очень рад тебя видеть. Вы похожи, — у Антона на глазах наворачивались слёзы. Аля смотрела на это всё и у неё закружилась голова. -А сестрёнок у меня симпотных, случаем, нет, а? Ну тогда замер и стой! Этот твой прикол с дедом не работает! Мел, ты чё стоишь? Считать будешь? -Нет, Кис, не буду! -Сука! Хорошо. Хэнк, давай ты за него. -Слышь, чувак. У Гены отца на смерть задолбили. А он, несмотря на ментов и этих, блин, уродов, к нему на похороны рванул! А ты щас чё хочешь? Своего здесь грохнуть! Ну чё это за бред? Ты посмотри на него, он же реально о тебе ничего не знал. -Сука, хер с вами. Сам считать буду. -Только попробуй! — Киса посмотрел на Алю. Она встала между его отцом и Кисой, — А теперь представь. Что было бы, если бы я не сказала о том, что беременна. М? Ребёнок бы рос без отца, а ты бы ничего не знал о нем. А потом бац! И через 16 лет узнаешь. Твои чувства? Эмоции? А потом ты видишь, что твой сын — вот такое вот говно, которое стоит сейчас напротив тебя с пистолетом в руках и хочет тебя убить. А ты, сука, ничего не сделал! Ты просто о нём узнал и захотел наладить общение! А сын твой — агрессор, блять! И ему никто не нужен, кроме себя и матери, которая всю жизнь сыну пиздела про отца! А сейчас у нас все вокруг говно, один сыночек, блять, белый и пушистый! А сейчас, когда ты услышал всю правду из уст девушки, которая носит, блять, твоего ребёнка и которая прекрасно может оказаться на месте твоей матери, опусти пистолет. Иначе я уеду навсегда! И ни меня, ни малыша ты больше не увидишь! Никогда! -Ты мне сейчас ультиматум ставишь? Шантажируешь? Чего ты добиваешься? -Я добиваюсь того, чтобы ты опустил этот чёртовый пистолет и успокоился блять! И понял, кто здесь совершают ошибку! А и что ты мне там говорил? Мне нельзя волноваться? А что я могу сделать, если мой парень полный придурок! Пистолет опустил! Живо! — Киса выкинул пистолет и начал кричать. Он разбил стену кулаком, и Аля успокоилась. Она даже улыбнулась, схватила его за руку и увела из заброшки, — посади отца на мопед и вези домой. К маме. -А ты? -А что я? Я часть семьи? Это только семейный разговор. -Ты носишь моего ребёнка. Ты, можно сказать, моя жена. И поверь. Ты являешься частью моей семьи. Я не хочу, чтобы наш ребёнок вырос таким, как я, — Аля заплакала и прижала Кису к себе. Она начала гладить его по голове и почувствовала, что плачет не только она. -Вань. Всё хорошо. Я люблю тебя, — она подняла его голову и посмотрела в его глаза. Я всегда буду с тобой. Слышишь? Всегда. Буду. С тобой. И никогда. Не брошу! — она поцеловала его в лоб, и они все двинулись к дому Кисловых.